Малика с восточного побережья: Начало

— Динка-химэсама, — спросила Малика с упрёком, — разве ты не должна была ввести меня в курс дела? Почему только теперь я узнаю́,, чем занимаются другие главные разведчицы? Они прочитали отчёт, но Малика поняла лишь немногое. Пока Анза следил за отношениями аристократии, а Шолки держала под присмотром внутреннюю деятельность силовиков, Надино, сестра-близняшка Шолки, поддерживала связь с другими главными разведчицами. — Когда я попросила у Шесо схему подчинения, она перечислила только тех, кто напрямую или опосредованно подчиняются тебе, — пояснила Малика. — Может быть, она уберегала меня от лишнего знания, но теперь, когда я получаю документы из рук Надино, молчать уже поздно. Не так ли, принцесса? — Раз ты так говоришь, давай займёмся твоим образованием! — с невинной радостью ответила принцесса Динка. Малика только поморщилась. Из последовавшей принцессиной лекции выходило, что, помимо принцессы и Лакверцы, главных разведчиц было двое. Звали их Чи́ша и Вы́швичка — первая держала в своих руках светскую разведку в Оро, вторая — в Заряге и Тотато одновременно. Эти два направления оказались подконтрольными одному человеку спустя пару лет после образования Свободных Нив, которые слишком сильно повязали политическую агенду Заряги и Тотато. Кроме того, слияние должностей упрощало контакт с военной разведкой, сосредоточившейся и разросшейся на территориях, захваченных Нивами, и окрестных им. Чи́ша и Вы́швичка с некоторыми их подчинёнными тоже располагались в принцессином поместье — Чиша в правом крыле («северном», — перевела на доступный ей язык Малика), Вышвичка в левом («южном»). Несмотря на географическую близость, Малика не знала совершенно ничего о первых разведчицах и подчинённых им сетях. — Связь с военной разведкой севера, — продолжала принцесса Динка, подразумевая Тотато, Зарягу и непризнанные Нивы, — происходит в основном через двух человек. Это знакомые тебе возницы, Дора и Мадлен. — ...Разве ты не говорила мне раньше, что эти двое пишут отчёты тебе? — спросила Малика спустя короткое молчание. — Они не подчиняются Вышвичке напрямую, — пояснила принцесса. — Мадлен вообще формально офицер кавалерии и должна подчиняться указам от высших чинов. Связь с нами крепче, однако... — принцесса сделала вынужденную паузу, которой Малика воспользовалась, чтобы спросить: — Но вы же тоже имеете альтернативные должности, используемые для прикрытия? — Кроме меня, — хихикнула принцесса Динка. — Удобно быть принцессой... Но армия — это совсем другое дело. Чего стоит одна присяга верности. — Но сотрудничать с вами им, выходит, выгоднее? — усмехнулась Малика. — Не только это, — возразила принцесса.— Да мы бы и не стали пользоваться услугами человека, который продаётся за деньги... Малика демонстративно закашлялась. — Ну, твой случай особенный, — заявила принцесса без тени смущения. — Обычно я шантажирую людей чем-нибудь другим. — То есть шантаж для тебя обычная практика? — Конечно, нет. Это была шутка, Малика. Малике хотелось спросить, какими же ещё способами отбирают разведчиц, однако она промолчала, не желая уйти далеко от изначальной темы. — Ладно, я поняла, — наконец сказала она, — господа военные чувствуют свою безнаказанность и докладываются кому хотят. — Ну что ты, — удивилась принцесса, — все их доклады проходят через Вышвичку. Просто порой она передаёт их по истинному назначению, при этом даже не читая. — И в этой системе вы обходились без формуляров, — вздохнула Малика. — Хватит с меня твоих упрёков, Малика, — принцесса вдруг сменила тон. — Твоё изобретение всё ещё может не прижиться, а знать, как поступает Вышвичка, я буду наверняка. Разведка — маленькая организация, и все друг с другом неплохо знакомы. — Извини меня, — Малика смутилась и поникла. — Да ничего страшного, — махнула рукой принцесса, возвращаясь к прежним интонациям. — Я её попрошу так и писать на непрочитанных документах: «не читала». — Благодарю, — улыбнулась Малика, чувствуя себя помилованной. — А теперь перечитай, пожалуйста, отчёт Такитаки. Отчёт касался взаимодействия Лакверцы с Чишей и отчасти — с военной разведкой, и Малика вынуждена была признать, что новая информация не слишком помогла пониманию: в документе многократно упоминались принятые королевством указы и даты их принятия, мелькали незнакомые Малике имена. (Малику напугала сама мысль о том, что ей однажды придётся делать такие же глубокие исследования в сжатые сроки.) Заканчивался отчёт предсказанием того, какие кандидатуры Лакверцы предложит королевству в качестве сопровождающих принца Каниса. Список был короток, и в нём имелась «серая зона» — составительница предполагала, что выбор нескольких человек из «серого» списка может означать некачественную работу Лакверцы, если не его неблагонадёжность. — Она поразительна, — сказала Малика, имея в виду Такитаки. — И не говори, — отозвалась принцесса из-за разделявшего их с Маликой листка отчёта в принцессиных руках. — Надино умеет выбирать бриллианты. Впрочем, я ей в этом не уступаю. Проигнорировав этот изящный опосредованный комплимент, Малика сказала: — Как бы то ни было, мне всё ещё мало что понятно. — Ничего страшного, — выглянула из-за бумаги принцесса. — Нам просто нужно сообщить Лакверцы, что ты хочешь приставить к принцу охрану, а потом немного подождать. Уверена, он ответит в тот же день. — Но все эти имена... — с сомнением протянула Малика. — Они все мне незнакомы. — В основном здесь вельможи третьего уровня, — сверилась со списком принцесса. — Хм, а вот это интересно... В «сером списке» есть Дасо́й, это единственный здесь вельможа четвёртого уровня. Но «серый» он не из-за относительно низкого статуса. В сомнительных связях тоже не замечен. — Слишком близок с Лакверцы? — предположила Малика. — Нет, — принцесса подняла глаза на собеседницу. — Просто он уехал в Тотато. Согласно одному из прежних планах Лакверцы. Гляди-ка, Ды — это вельможа третьего уровня — тоже в списке. И тоже сейчас в Тотато. Они там стоят на страже государственности, то есть запугивают своим присутствием Нивы. — И Лакверцы может предложить их отозвать? — Может — без войск, конечно. Но дело даже не в том, что это невежливо по отношению к Тотато. — А в чём же? — Понимаешь, Малика... Принцесса прошлась по комнате и уселась на маликину кровать. Малика последовала её примеру — переговариваться через всю комнату было бы неудобно. И теперь, сидя на кровати, Малика не могла отделаться от ощущения, что вот-вот должны принести чай, который они с принцессой нередко пили именно в таком положении, пользуясь передвижным столиком. Эти мысли не были неприятными, но отвлекали, а принцесса, как назло, взялась прояснять какие-то бюрократические нюансы: — Чтобы сделать подобное, недостаточно послать гонца с бумагой. Нужны более солидные представители государства. Но, поскольку обычно это лишь формальность, чаще всего действительно посылают гонца — просто не до пункта назначения, а до локальных представителей власти. Например, до губернатора ближайшего города. И уже этот губернатор пишет документ и выделяет доверенных из числа своих приближённых, которые со всеми формальностями этот документ передают. — Звучит бессмысленно, — призналась Малика. — Может быть, — согласилась принцесса, — но если кто-то решит фальсифицировать документы, его схватят раньше, чем он окажется на месте. Во всяком случае, вероятность этого увеличивается. Малика чувствовала, что совсем запуталась. — Так какое отношение это имеет к господам Ды и, как его... Дасо́ю? — Даже такими формальностями довольно часто пренебрегают, — пояснила принцесса, — и отозвать одного из них не будет проблемой. Но если хоть один из планов Лакверцы будет включать отзыв обоих... Тогда одним гонцом не обойдётся. И здесь-то лежит главная проблема. — Какая? — всё ещё не могла понять Малика. — Знаешь, люди иногда промахиваются в мелочах. Например, ты почти всегда считаешь, что твои собеседники знают всё то же, что известно тебе. Малика потупилась, пристыженная и к тому же всё ещё не понимающая, о чём идёт речь. Принцесса продолжила: — Если Лакверцы выберет отозвать обоих, возникнет вопрос: почему он считает, что у нас есть время на выполнение формальностей? Малика ахнула. — Потому что, — сказала она, — будь на нашем месте Лакверцы, у него бы это время было. — Иначе говоря, — завершила принцесса, — у Лакверцы есть более быстрый способ обмениваться людьми с Тотато.