Малика с восточного побережья: Начало

Малика сделала шаг назад, пропуская Шесо. Та слегка поколебалась, но, видимо, вспомнила, что её призвали не за её новостью, и вошла. Голова у Малики пухла от количества новостей и тем, за которыми нужно было следить. Она с трудом удержалась от того, чтобы прямо при Шесо вцепиться пальцами в собственные волосы. — А почему разобрали и соседний дом? — спросила она. — Даже если он пустовал, это забота селян... — Он был соединён с домом Лады под землёй. — ...Ого. — В любом случае, для чего ты меня вызвала? — А, это... Шесо, ты можешь проводить меня к Гану? — Только если это срочно, — ответила Шесо моментально, не потратив на раздумья ни секунды. — ...Нет, наверно, не срочно. Это совершенно не было срочным для разведки. Но это было срочным для Малики, которая от волнения не могла усидеть на месте. — Тогда я не могу организовать вам встречу. Это работа вашего связующего звена, принцессы Динки. «До чего же формальный тон». — Тогда, может быть, ты знаешь, какие шифры применяет международная разведка? — Конечно, нет, — интонации Шесо передавали не столько даже изумление, сколько возмущение. — Надеюсь, мне не нужно объяснять, почему? Нужно, конечно, не было. Малика вздохнула: — Но, может, ты можешь передать Гану записку? — Малика, — Шесо прислонилась к стене, — как ты поживаешь? Малика опешила. Шесо продолжила: — Подозреваю, что слишком многое на тебя свалилось. Над чем ты сейчас работаешь? — Учебники, портреты... и вот теперь, видимо, придётся заботиться о Ладе. — Гляди, ты — первая разведчица в самом начале своей карьеры, и тебе уже приходится удерживать все эти задачи в своей голове. А теперь представь... — Шесо даже не потребовалось договаривать. — Я поняла, — кивнула Малика, — я не буду лишний раз отвлекать Гана. — Нет уж, отвлекай, — усмехнулась Шесо, — просто делай это в положенном порядке. Если это не что-то очень срочное, начни с Динки-химэ. Она сама решит, что делать с твоей информацией. — Хорошо, — покорно согласилась Малика. — На этом я могу идти, верно? — Нет, погоди... Я могу поговорить с кем-нибудь из рабочих, разбиравших дом? — Конечно, просто попроси об этом Холоя. И не забудь побеседовать с самой Ладой — она по-прежнему под твоей эгидой. А теперь... до встречи? — Шесо поднялась со стула. — Приятного дня. Совет Шесо съездить к Холою или Ладе поразил Малику. Ей не приходило это в голову ранее, но, вероятно, она и правда имела право покидать поместье по своей воле. — Это не совсем так, — ответила принцесса на заданный вопрос. — Покидать-то ты можешь, но сперва стоит предупредить меня и Шесо, чтобы мы не надеялись тебя увидеть в твоей комнате, пока ты путешествуешь. Длительные поездки, конечно, обговариваются со мной, а в некоторых случаях — и с Ганом. — Длительные — это какие? — Более дня. — Значит, я могу сейчас съездить проведать Ладу? — Погоди! Прямо сейчас не стоит. — Почему? Принцесса вздохнула, пытаясь скрыть неловкость. — Коко в больнице всё правильно тебе показал, но на всякий случай тебе дадут ещё пару уроков танцев. Ничего, кроме основного шага, от тебя не требуется, просто нужно, чтобы ты привыкла расслабляться в руках ведущего. — Хорошо, — кивнула Малика. Принцесса глянула на неё с удивлением, будто ожидала совсем иной реакции. «Точно, — вспомнила Малика, — она же обещала мне, что моя подготовка к балу обойдётся без уроков танцев и этикета». Но идея пару раз пройтись в танце перед балом нравилась Малике, не слишком уверенной в себе. — И ещё, — сказала принцесса, — с этого дня тебе будут преподавать боевое искусство. — Ой, — сказала Малика. Это было что-то, чего она должна была ожидать, но всё же не ожидала. — Это пригодится нам в будущем, — пояснила принцесса. — Я уверена, у Саянды на нас большие планы. — У Саянды? Что? Маликина голова шла кругом. Какое отношение ко всему этому имел королевский швец? И как принцесса поняла это по скудной информации о бальных образах, которую передала ей Малика? — Не думай об этом, — махнула рукой принцесса. Малика внутренне застонала. Эта фраза означала, что объяснений она не получит. Она уже готова была обернуться и понуро, страдая от недосказанностей, брести к выходу, когда вспомнила наконец, зачем явилась: — Динка-химэсама, я догадываюсь, почему Оро не выдало своим студентам третий учебник педагогики. — Ты всё об этом?.. Посиди здесь пять минут, скоро Ган освободится. К нему и иди, я разрешаю. А меня не трогай.