Малика с восточного побережья: Начало

В карете Тошка-младшая без спросу положила голову Малике на плечо. — Как ты думаешь, Малика, — спросила она, — кто главная героиня этого мира? Малике потребовалась пара секунд, чтобы прикинуть. — Принцесса Оретта, — сказала она. — Вот и я так полагаю, — вздохнула Тошка. — Юная и чистая сердцем принцесса, любимая народом. А кто тогда мы? Ступеньки перед её троном? Малика удержалась от вздоха. Вероятно, Тошка-младшая только что раскрыла ей причину своей попытки самоубийства. — В том числе гнилые, — мрачно сказала она. — Думаю, я из тех, что провалятся под её ногой. — А ты хороша, — засмеялась Тошка. — Выходит, даже ступеньки могут что-то решать, да? Малика только мягко улыбнулась — пусть и невидимым для покоящейся на её плече Тошки образом — и осторожным жестом приобняла свою спутницу за плечи. Та лишь прижалась ближе. «Как котёнок, — подумала Малика. — И как этот мир посмел обидеть такую прелесть?» В магазине одежды Тошку встретили более чем радушно и даже скрыли, насколько смогли, удивление её эскортом. — Они такие с тех пор, как я попыталась умереть, — спокойно сказала Тошка, даже не потрудившись понизить голос — меж тем, хоть их и оставили на время сидеть на мягком диванчике, сложно было предположить, что их совсем не слышно сквозь ширмы. — Так-то они от меня не в восторге: я обычно покупаю немного и недорогое. Что делать, если оно самое удобное… Кстати, совсем забыла сказать им… Привет, И́нна! И́нна, щуплая и весёлая девушка, держала в руках две пары замысловато вышитых штанов и прямое синее льняное платье с высоко — должно быть, точно по талии — расположенными шлёвками для ремня. Уверенным жестом она протянула платье Тошке-младшей — и вдруг вспомнила, что рядом ожидала ещё одна посетительница. Её смущённый взгляд забегал между ними двумя. — Всё нормально, — попыталась успокоить её Малика. — Инна, извини, сегодня у меня немного другие планы, — произнесла Тошка. — Позовёшь Лебо́лию, когда он освободится? — А, — вдруг перешла на шёпот Инна, — это ещё минут двадцать, не меньше. Там вельможа Хидэя его оккупировала… И вообще-то она уже сказала, что уходит… — А есть какой-то способ с ней не встретиться? — негромко и нервно спросила Малика. Инна захихикала в кулачок. За неё ответила Тошка: — Если останемся здесь, ничего не будет. — Сегодня будешь заказывать? — с интересом спросила Инна у Тошки. — Нечасто такое бывает. — Неужели не видишь, сегодня я сопровождаю леди, — Тошка изящным жестом взяла маликину ладонь и поцеловала тыльную сторону. — А, впрочем, да. Леди считает, что покупки — не суровая необходимость, а способ развлечься. — Я не леди, — поправила Малика, глядя, однако, не на ту, кто всё ещё держала её ладонь, а на удивлённую Инну. — Надо же, — радостно сказала Инна, — кто-то смог объяснить госпоже Тошке, зачем мы работаем. Она слегка замешкалась, прежде чем спросить: — Хорошо, какой чай будете? Малика постаралась не выдать своего удивления — ей и так было неловко всё время заставлять кого-то объяснять ей разницу между мирами простых людей и аристократии. Здесь в ожидании своей очереди пили чай — что ж, почему бы и нет. — А какие варианты? — спросила она. Инна смутилась повторно — видимо, вариантов было много. — Пробовала зелёный с жасмином из Баше́ро? — спросила Тошка. — Ага, вкусный, — с энтузиазмом ответила Малика, обрадованная исчезновением необходимости выбирать. — А мне что-нибудь чёрное с севера Полыньи, — немного подумав, сделала выбор Тошка. — Аже́анский подойдёт? — захихикала Инна. — Вполне, — Тошка-младшая тоже засмеялась. — Эй, — шёпотом спросила Малика, провожая Инну взглядом, — Аже́ан — это же владения вельможи Хидэи? — Что поделать, — пожала плечами Тошка, — если вкусно. — А ещё знаешь что? — шепнула Малика ещё тише, наклонившись к тошкиному уху. — Мне кажется, ты ошибаешься. Очень похоже, что Инна тебя действительно любит. — Немного скучно, но и весело тоже, — вынесла свой вердикт Тошка-младшая, когда они покинули бутик, а за ним и магазин украшений, где она по настоянию Малики приобрела аж четыре красивейших гребня. Теперь они с энтузиазмом поглощали пищу в каком-то ресторане из тех, которые Малике не светило посетить больше никогда. — Так вот на что люди тратят деньги? — А ты что думала? — хмыкнула Малика. — Дедушка покупает какую-то языческую хрень, — доверительно произнесла Тошка и тут же опомнилась, — нет, я не имела в виду… — Всё в порядке. Я же видела, о чём ты говоришь. И, кстати, я не язычница. — Ни в кого не веришь? — предположила Тошка. — Ага. А как ты угадала? — Ну не двубожица же, — Тошка пожала плечами. — Знаешь что? — блаженно протянула Малика. — Прямо сейчас я чувствую себя главной героиней. Тошка-младшая на мгновение задумалась, после чего согласилась: — Да, и я тоже. — Значит, — подытожила Малика, — всего-то нужно развлечься чем-нибудь бесполезным, а потом хорошо поесть. Обе они засмеялись, обе понимая, что этого недостаточно, что, когда тьма поглощает, порой не можешь шевельнуться — кроме как чтобы натянуть петлю. И также понимая, что это способ не сделать первых шагов во тьму.