Отшельник

Жизнь и смерть во мне объявили мне: "Жизнь - игра, у тебя нет масти, Смерть к тебе не питает страсти! Жизнь тебя проиграла стуже и смерти ты не нужен!" Кукрыниксы - "Никто"

      Чертов городок, кишащий мошенниками и мелкими дельцами, казался совершенно непригодным для жизни. Однако, как-то живут. Я заглянул за угол. Людная улица, однако. Половина существ сидели на земле, изнывая от жары, кто-то вообще спал. У меня возникло желание подойти поближе. Увиденное не принесло умиротворения - шею каждого из существ обвивал металлический ошейник, от которого шла цепь в руки довольно потрепанного вида мужчин. Это был невольничий рынок. Я закрыл голову капюшоном и двинулся вперед, не без отвращения обращая внимание на рассеченную кожу лежащих и сидящих мужчин, женщин и детей. Потные торговцы хрипло хохотали, раскуривая забитые дурью трубки. На таких людей наркотики уже не оказывают должного влияния. Странно, я даже забыл, зачем дошел до города.       Резкий вскрик заставил меня обернуться. Из раны на спине светловолосой девчонки сочилась кровь. Ее тело было покрыто синяками, а конечности подкашивались при попытке подняться. Странно, но ноги сами повели меня туда. Как странно не иметь ограничений и полномочий. Рука потянулась в карман за наличными. Мои действия не стеснены орденом. Подумать только, что я делаю? - Сколько возьмете за девчонку? - За эту падаль... Эммм... Три тысячи. - Ух... Смотри, побитая вся. Мне лечение обойдется не меньше тысячи. Нет, ты, друг, дорого берешь, - Я провел двумя пальцами слева направо и назвал свою крайнюю цену, - две тысячи. - Ай, по рукам. Лечи свою побитую псину.       Торговец передал мне цепь в обмен на стопку карточек. Как странно было впервые в жизни купить человека. Я перекинул свое побитое приобретение через плечо, тихо радуясь тому, что она была в отключке, и направился в сторону дома, как бы далеко это ни находилось. С каждым шагом все сильнее приходило осознание того, что у меня почти не осталось провианта, за коим я и пошел в город. До пересечения черты Мос-Эйсли я опасался, что кто-либо проявит бурную реакцию по поводу того, что я тащу на плече избитую девчонку, но опасения мои оказались напрасными. На Татуине действительно никому дела не было, что хозяева творят со своими рабами.

***

      Я вырубилась после очередного удара. И зачем только я постоянно пыталась вырваться, зная, как мне достанется за попытку побега. Я не знаю, сколько прошло времени, пока я была в отключке, но, проснувшись, я обнаружила себя перекинутой через плечо. Какой-то мужчина в относительно чистой одежде тащил меня по пустыне. Ошейник больно терся о подбородок, а цепь волочилась по песку, рассекая его, раскидывая по обе стороны от дорожки следов, оставленных мягкими сапогами. Я попыталась закричать, но кровь, прилившая к голове не дала мне этого сделать. - Проснулась? - прозвучал на удивление мягкий приятный голос. Человек остановился, опустился на колени и аккуратно поставил меня на землю. Надо сказать, внешность у него была не бандитская: причесанные светлые волосы, аккуратная борода, чистое лицо без шрамов и родинка на лбу или две. У меня жестоко двоилось в глазах. Все тело ныло, может быть, кроме ладоней. Трещала голова, жгло спину, невозможно было пошевелить ногами и руками, крутило живот, да еще и промежность ныла. Что со мной произошло? - Вы кто? - Надо сказать, я не узнала свой голос. Он был пьяный, как будто. - Бен Кеноби, я выкупил тебя у тех бандитов. Идти сама можешь? - Да, наверное... - Чертовски хотелось спать, я попыталась пошевелить ногой. Больно, но идти можно. Я до сих пор не понимала, где я, не помнила, как сюда попала. - Как тебя зовут? - Бен методично осматривал мои руки и ноги, потом переключился на лицо и глаза, видимо, чтобы проверить, не полопались ли сосуды. - Ман... А я в рабстве? - Кто тебе такую глупость сказал? - Вы купили меня на рабском рынке ведь? - Да, - мужчина осмотрел ошейник и приложил ладонь к замку. После щелчка замок открылся. Бен отбросил железку с цепью в сторону. - Отлежишься, подлечишься и отправишься домой, где ты живешь? - Где я живу? Черт, ведь я даже не в состоянии вспомнить, где я живу. - Я не знаю. - А сколько тебе лет? - И это забыла. Я теперь никто? - Забыла. - Так, ладно, до дома около километра. Пойдем. Он накрыл меня своим плащом. Моему удивлению не было предела, когда я увидела у него на поясе световой меч. Быть того не может, меня купил на рынке джедай. Теперь понятно, почему он выбрал среди холеных крепких рабочих побитую синюшную обессиленную девку. У меня не оставалось сил на вопросы, поэтому я посильнее завернулась в плащ и поплелась рядом с замедлившим шаг Беном.       Небольшой дом, вкопанный в землю, оказался куда уютнее невольничьего рынка. Я сняла плащ и протянула его джедаю. Он отложил коричневую ткань в сторону и подошел ко мне. Что он собирается сделать? Кеноби развернул меня спиной к себе и задрал балахон, под которым даже белья не было. Я не помню, куда и как оно пропало, но сейчас его не было. Этот жест меня смутил, от чего я машинально обхватила себя руками. - Все понятно, снимай с себя эту тряпку. - Я поколебалась некоторое время. Зачем снимать? Он ведь не дал мне даже одежды никакой взамен. - Снимай, говорю. - Бен слегка повысил голос, в ответ на что я скорее стянула с себя балахон.

***

      У нее была рассечена кожа на спине, из более свежих ран сочилась кровь, да и по внутренним сторонам бедер шли полоски запекшейся крови. От побоев тело было иссиня-черным, кое-где желтым. Светлые волосы спутались и слиплись от той же крови. Девчонка сжалась. - На живот ложись, - скомандовал я, указав на кровать. С влагосборника капала чистая вода. Этого должно быть вполне достаточно, чтобы промыть раны и отмыть Ман от пыли. Я набрал воды в котелок и стал отмывать несчастное дрожащее тело. У меня не оказалось обезболивающего или анестетика, чтобы облегчить жжение. Черт, кажется, эти животные сильно покоцали девчонку. - Крепко же над тобой поиздевались.       Я промыл раны и стер ту грязь, которую возможно было смыть. Моя одежда оказалась ей велика, но больше ничего не нашлось. - И что со мной будет, когда травмы заживут? - Я не знаю, ты похожа на взрослого человека, так что сама в праве решать, как распорядиться своей жизнью. - Думаю, моей жизнью уже распорядились. - Почему? - Не то чтобы я не догадался, что она имеет в виду, но как ей объяснить, что это не конец света. - Думаю, ты уже успел все заметить. - Она опустила глаза. Да, ей было неловко от осознания того, что произошло. - А моя жизнь тоже оборвалась? Если бы я так мыслил, давно бы уже был в могиле. Однажды мне пытались синтетически стереть память. Я выходил из ордена ради идеи, а вернувшись, потерял доверие своего наставника. Теперь он мертв, и я не знаю, где его искать. - Это не то... Ты просто не понимаешь. - Давай теперь мериться проблемами. Хотя я бы сейчас поел. - Я отвернулся к столу, где уже закипала вода для приготовления пайка. - Прости, - она положила руку мне на плечо, - я стала ныть, даже не поблагодарив тебя за выкуп. - Мне не нужна благодарность. Выздоравливай поскорее, а дальше выбор за тобой: захочешь уйти - уходи, если некуда идти - можешь остаться и помочь мне выжить на этой Силой забытой планете. - Я попытаюсь вспомнить, откуда я. - Я помогу тебе в этом.       Помогу... Я и себе сейчас не в состоянии помочь. Учитель, где Вы? А может быть, это та случайность, которая приведет меня к Вам? Следующие недели я провел в медитации, обучая этому искусству не одаренную Ман. Однако, меч вошел в ее интересы больше, чем я на то рассчитывал. Криво, косо, но старания были видны невооруженным взглядом. Надо сказать, тренировки скрашивали ту скуку, с которой мне пришлось столкнуться первые дни. Со временем Ман удалось выровнять технику, но никакие медитации не помогали ей вспомнить то, где ее родные и как она попала на Татуин. Однако, в одной из медитаций мне явился туманный образ. С каждым разом он принимал все более четкие очертания. И, наконец, сегодня перед моими глазами возникло лицо моего учителя. - Квай-Гон?