Бумажный Барон

- Простите, девушки, я гей. Однажды жизнь Ярослава уже пошла под откос из-за необдуманного каминг-аута. Это случилось на середине второго курса. Он приехал в гости к родителям на новогодние каникулы, шальной и пьяный от любви. Впервые в жизни на его робкую симпатию ответили взаимностью, Ярик летал от счастья и хотел поделиться своей радостью с окружающими. Поэтому на каверзный вопрос матери: «Влюбился, небось?» он ответил правду. Реакция была, в общем-то, ожидаемой. Мать, в их маленьком поселке работавшая школьной учительницей, распереживалась, что скажут люди. Отец, руливший небольшим фермерским хозяйством, высказался предельно просто, но непечатно, для ясности отвесив сыну парочку крепких подзатыльников. Родители сошлись во мнении, что большой город испортил парня. Хрен с ним, с университетом, Ярик должен срочно вернуться домой. Забыть свою дурь, работать на ферме, сходить в армию, а потом жениться, как все. Сейчас Яр понимал, что отец и мать хотели ему добра, в своем понимании этого слова. Глупо было ждать толерантности и понимания от людей советской закалки, живших в глубокой провинции. Но тогда Ярику в голову ударил еще не перебродивший юношеский максимализм, он спорил до хрипоты, отстаивая свое право любить, кого хочет. Когда под утро прозвучало мелодраматичное: «Тогда ты нам больше не сын!», Ярослав ушел, шваркнув дверью. С того дня прошло больше пяти лет, они до сих пор не общались. Родители, наверное, ждали, что он сдастся и приползет к ним за помощью. Яр сначала злился, потом хотел им что-то доказать, а дальше просто как-то было не до того. Самое смешное, с тем парнем Ярик разбежался через полгода и остался совсем один. Наивный увалень с колхозными ухватками, набитый романтичными бреднями из книг. Мать, привившая ему любовь к чтению, вряд ли рассчитывала на то, что вместо русской классики сынуля будет упарываться по фантастике. А уж когда Яр дорвался до свободного интернета… Вот тогда адекватная реальность его окончательно потеряла. Тем временем жизнь диктовала свои условия. Без поддержки родителей существовать стало гораздо тяжелее. Раньше они снабжали сына едой, покупали одежду, оплачивали проездной, учебники и прочие расходы. Взамен Ярик все каникулы кряду вкалывал на ферме, чтобы не быть нахлебником. После «изгнания» ему пришлось самому заботиться о себе. Он много кем поработал: грузчиком, заправщиком, посудомойщиком… Хватался за любую возможность и сам не заметил, как запустил учебу. Еще через год его вышибли из универа, пришлось выметаться из общаги и искать доступное съемное жилье. Так Ярослав оказался в коммуналке на Автозаводе. А вскоре после этого устроился диспетчером в колл-центр. Биография, банальная донельзя. Жизнь его и потрепала, и пообтесала. Сегодняшний Ярош вряд ли стал бы рубить правду-матку в глаза родителям, просто чтобы их не расстраивать. Не зря же говорится: «Блаженство в неведении». Яр вообще старался не афишировать свою ориентацию в разговорах с посторонними людьми. Он же не веган, в конце концов. Да и вокруг была все таки не Европа. В России гомосексуалистов уже не сажали, но еще били. Опытным путем Ярик выяснил, что женщины его не интересуют от слова «совсем». И он никогда бы не стал жениться «для галочки». Его не соблазнила даже перспектива получить титул и богатое приданое. Конечно, так можно было неплохо устроиться в незнакомом мире. Но это решение обрекло бы на заведомо несчастливую жизнь сразу двух людей, если считать супругу. Поэтому заявить о своей нетрадиционной ориентации показалось ему отличным решением, чтобы не обидеть девушек и, тем более, их патронессу. И сразу после рокового признания, Ярош пожалел, что не придумал отмазки получше. Вдруг у них тут мужеложство вне закона и провинившихся сразу сажают на кол? И почему он не прикинулся безобидным импотентом? Почему не назвался монахом, которому нельзя жениться по идейным соображениям? Можно было вообще сказать, будто он уже окольцован в своем мире и не имеет права вступать в брак повторно. Но вместо этого его хваленая осторожность вышла в аут от стресса, а дурная бесшабашность устроила «цыганочку с выходом» и он спизданул, не подумав. Слабоумие и отвага, во всей красе.

***

Впрочем, переигрывать было уже поздно. Итак, диспозиция: Ярик стоял посреди тронного зала лысый, аки Дейенерис после пожара (если брать книжную версию). Перед ним выстроились пять потенциальных невест, прямо как в симуляторе свиданий (только для адептов бодипозитива). За спиной злорадствовал коварный лорд Тьярна, покусывала уголок платочка прекрасная королева, и терял терпение не абы кто, а целый король. Ах, да, еще рядом пыхтел отставной чародей, переминаясь с ноги на ногу. Немая сцена подзатянулась. Звонкое эхо, скакавшее от стены к стене бодрым «гей-гей-гей…» давно затихло, запутавшись в портьерах. Молчание собравшихся угнетало. Ярик подумал, что вырыл себе могилу недостаточно глубоко, и решил пояснить: - Это значит, что я предпочитаю му… Воистину, безумству храбрых – венки со скидкой. - Да замолчите же вы, невежа! – первым отмер лорд Тьярна. – Здесь дамы. Королева тихонько хихикнула и очаровательно заалела. Король почесал макушку, сдвинув корону на лоб, и поинтересовался: - Так в чем проблема? - Действительно, мальчик мо… кхм, дружочек, - оживился маг. – Женись, а потом хоть каждую неделю меняй пажей, как делают некоторые. Камень явно был в огород советника. Его тоже ударило в краску, того и гляди пар попрет из ушей. Ярик меланхолично подумал, что они с магом все-таки довели Третьего до ручки. И весело подмигнул фрейлине, которая ему приглянулась. Смелая девица ответила Ярославу едва заметной улыбкой, она немного приободрилась и теперь наблюдала за происходящим с искренним интересом. Хорошая новость заключалась в том, что на кол его, кажется, сажать не собирались. Плохая – для этих страшных людей гомосексуализм не был оправданием для отказа. Яр вздохнул, переводя дух, и заговорил уже четче и уверенней: - Ваше Величество, я глубоко тронут заботой о моей судьбе. Но я не Бронн Черноводный, чтобы жениться ради выгоды. Мне надо по любви. А полюбить я могу только… - Довольно! – рыкнул Булат Девятый, треснув кулаком по подлокотнику трона. – Избавь нас от гнусных подробностей. Раз королевские фрейлины недостаточно хороши для тебя, чужеземец, мы вас больше не задерживаем. Можешь катиться на все четыре стороны. Яр перевел дух… И тут же понял, что почувствовал Бони, когда он ввязался в спор. Ибо отставной чародей перестал грызть ногти и выступил вперед, исполняя обещание похлопотать за своего подопечного. - Ваше Величество, будьте великодушны! Этот юноша спас вам жизнь. Но вместо благодарности его бросили в тюрьму, где он претерпевал всяческие лишения… Ударившийся в панику Ярослав поспешно прикинулся голодным отцом русской демократии, выдав подходящее случаю: - Мосье, же не манж па сис жур. Королева жалостливо ахнула и протянула ему остатки собачьего паштета на золотом блюдечке. Лорд Тьярна громким шепотом выдал в сторону: - Да эти двое жрали за десятерых… Маг продолжал свою пламенную речь, выставляя Яроша героем и мучеником, заклиная короля быть мудрым и щедрым. Булат Девятый морщился, будто слушал жужжание назойливой мухи. Наконец, он сварливо поинтересовался: - И что же ты просишь для него, маг? - Милорд, если позволите, неподалеку от моего имения простаивает без хозяина одно поместьице… Землицы там немного, но для скромного титула в самый раз. Угу, пить так хочется, аж переночевать негде. Волшебник не подкачал, король начал склоняться на его сторону, пусть и нехотя. Но тут подозрительно активизировался лорд Тьярна, шустро метнувшись к трону и что-то забормотав в монаршье ухо. Яр, весь превратившись в слух, смог разобрать слова «гарнизон», «Медвежий Угол» и «Яго Шестипалый». На лице Булата Девятого заиграла улыбка, не предвещавшая просителям ничего хорошего. Отослав советника на место движением руки, Его Величество сложил пальцы домиком и патетично объявил: - Скромный титул – слишком малая награда за спасение нашей жизни от вероломного убийцы. Подойди ближе, чужеземец, – Яр послушно поднялся вверх на несколько ступенек. – На колени. Клянешься ли ты верой и правдой служить династии Булатов? - Клянусь, - согласился Ярош, по-детски скрестив пальцы за спиной. Так, на всякий случай. - В благодарность за услугу, нарекаю тебя бароном… - совсем другим тоном монарх спросил: - Как звать-то, остроумец? - Ярошлав, тьфу ты… Ярош. – бывший узник дико переволновался, понимая, что сейчас решалась его судьба. Торжественность момента зашкаливала. «Нарекаю тебя сэром Ланселотом Озерным!..» Тут легко забыть не только свое имя, но и как вообще дышать. - Родовое имя есть? - Это в смысле – фамилия? – поспешно уточнил Ярик, и под раздраженным взглядом послушно выдал: – Хренов я. Конечно, можно было назваться как-нибудь повычурнее. Например, Ле Буль Де Зир или Мюнхгаузен. Но свою древнюю, исконно русскую фамилию Ярик любил и не видел в ней ничего зазорного. Среди абонентов интернет-провайдера, на которого он работал, вообще встречались кадры вроде Запопятько или Гражданчик. Так что ему еще повезло. - Встаньте, барон Ярош. Хренов. Приметную паузу между именем и фамилией Булат Девятый явно сделал сознательно, но в остальном у него и мускул не дрогнул. Вот что значит, королевская выдержка. А вот за спиной Ярика кто-то натужно захрюкал от смеха, не в силах сдержаться. Кажется, это был маг. Следом за ним тихонько захихикали фрейлины. - Ваше Величество, какие земли барону Хренову пожалуете? – отсмеявшись, поинтересовался неугомонный волшебник. – То поместьице ему теперь по статусу не годится… - Зато Заболотная Пустошь будет в самый раз, - король и лорд Тьярна обменялись акульими улыбками. – Жалую ему тамошнее село Гадюкино, со всеми выселками. По тронному залу будто прошла ледяная лавина, все резко затихли. Королева Соль всплеснула руками, уронив блюдце с паштетом на свою собачку. Она с преувеличенным вниманием начала оттирать пострадавшую псину, избегая смотреть на Ярослава. Тот осмотрелся вокруг, замечая, что собравшиеся люди опускали глаза, стараясь не встречаться с ним взглядом. Так и подмывало спросить, чего это все такие серьезные? Только лорд Тьярна не строил скорбной рожи, он глядел с вызовом, упиваясь своим торжеством. Вот бы еще Ярославу понять, почему советник так радовался… Там что, климат скверный? «В деревне Гадюкино опять дожди… Деревню Гадюкино смыло» - Но милорд… - заикнулся было отставной чародей. Монарх его осадил, еще раз бухнув кулаком по трону: - Решено! Пусть для барона немедленно подготовят печать и грамоту. По удачному стечению обстоятельств, сегодня в те места отправляется новый начальник гарнизона для городка Медвежий Угол. Он и его люди доставят барона Хренова до его владений, а так же проследят, чтобы по дороге с ним ничего не случилось. Отчего-то это прозвучало: «Чтобы по дороге он не слинял». - Как прикажете, Ваша Милость, - в прощании отставного чародея явно читалось: «не таким я тебя воспитывал». Чуя, как внутри зреет очень нехорошее предчувствие, новоиспеченный барон поклонился Его Величеству напоследок. Послал по воздушному поцелую королеве и лорду Тьярне, развернулся, и ушел с гордо поднятой головой, как победитель или актер, блестяще отыгравший спектакль. Сегодня он покидал тронный зал на своих двоих, а не волоком, это уже успех. А дальше война план покажет. Едва за ними закрылись двери, маг выдал свою коронную фразочку, прозвучавшую как-то особенно скорбно: - Мальчик мой, мне так жаль...