Научи меня жить (Волк и Кошка)

      Без мотоцикла движение казалось до странного медленным, и я даже успел удивиться тому, насколько долго можно обходить несчастную пятиэтажку. Или может, специально пытался идти в черепашьем темпе, чтобы успеть решить нерешаемые вопросы в голове? Хрен его знает!       Замерев около подъезда, я сделал несколько глубоких вдохов, тем самым окончательно сбрасывая с себя атмосферу встречи с Юлькой. Рука сама потянулась к упаковке «Винстона» в кармане, и вскоре я уже отчаянно дымил, пользуясь отсутствием на лавочке вездесущей бабы Клавдии. Хотя лучше, наверное, пойти к гаражу. Насколько я помню, мегера эта обитает на первом этаже, а значит, в любую секунду может выскочить как тот чёрт из табакерки.       Ключи, к счастью, всегда с собой, поэтому мгновением спустя я уже вальяжно восседал на своём «троне» из старых покрышек. Неро в глубине помещения поблескивал хромированными деталями, и взглянув на него, я не сумел всё же сдержать тяжёлого вздоха.       На то было, на самом деле, две причины, с первой из которых я расстался несколько минут назад. Катать Кошкину отчаянно не хотелось. Почему-то было в этом что-то такое унизительное, ограничивающее, как будто надевающее ошейник на мою свободолюбивую волчью натуру. Хотя в предыдущие два раза это так не беспокоило.        − Потому что это по делу было, а не баловство всякое! – неожиданно даже для себя выдал мысль вслух и тут же осёкся, не ожидав, насколько громко это выйдет. – А теперь ещё горючку на неё трать!       Бензин, собственно, и был второй причиной, по которой взгляды на Неро в последнее время оставались исключительно тоскливыми. Цены хоть и были слегка ниже столичных, но каждая заправка била по кошельку довольно ощутимо, и как бы не хотелось признавать, но я вынужден был ограничивать выезды, прекрасно понимая, что при нынешнем соотношении трат и доходов, накопления скоро прикажут долго жить.       Конечно, если учитывать наличие работы и перспективу зарплаты, то можно было бы выкатать то, что плескалось в баке, и залить полный на все оставшиеся деньги, но для такого я был слишком финансово грамотен.        − В другой раз, − тихо выдохнул, дотягиваясь до ручки руля. – С аванса сразу же…       Докурив сигарету, я затушил окурок и достал телефон, намереваясь набрать кого-то из друзей, но вдруг заметил в журнале вызовов незнакомый номер, на который недавно звонил. Кто-то, но явно не я, потому как за собой подобного не припоминаю, а для склероза ещё рановато.       Поломал голову несколько десятков секунд, а затем сопоставил время вызова и сегодняшнюю встречу и расхохотался так, что едва не выпустил многострадальный гаджет из рук. Вот же мелочь! Вот же горе-разведчица – следов не замела!       В том, что это её номер, я даже не сомневался, поэтому сразу сохранил, закладывая на будущее перспективу набрать и поприкалываться. Попытался разозлиться на такое грубое нарушение личного пространства, но вышло только сдавленное хихиканье, никак не желающее прекращаться. Ладно, номер – это не смертельно. В конце концов, если будет названивать, просто заблокирую да и всё.       С этими мыслями я набрал Сифона, намереваясь выяснить, нет ли на сегодня каких-то грандиозных планов если не на покататься, то хотя бы на встретиться и потусить.       Мишка, как оказалось, сам собирался мне звонить. Ещё бы, ведь новость, которую он хотел сообщить, была потрясающая: вписка у самого Сервера – а это чуть ли не королевские апартаменты!       Прозвище Костяну дали не просто так: его отец содержал сеть компьютерных магазинов и был, мягко говоря, не беден. Ну и соответственно, сам Сервер нередко «спонсировал» своих не так хорошо обеспеченных друзей. А вписка у него – это значит частный дом с множеством спален, полным холодильником и наверняка кучей приглашённых девчонок! Возможно, даже удастся познакомиться с какой-нибудь достаточно симпатичной и интересной…       Договорившись о встрече, я быстро забежал домой перекусить, выполнил пару просьб Софьи Семёновны, отыскал, наконец, на сушке любимую футболку и выскользнул на улицу, предварительно уведомив бабушку, что ночевать буду у друга.       Тоскливо взглянув на гараж, мысленно пообещал Неро, что на первую же зарплату заполню бак доверху и проедусь, а затем медленно потопал к остановке на троллейбус до центра, где должен был встретиться с Сифоном.       Дорога до частного сектора, где обитал Костян, заняла у нас с Мишкой около получаса. Сифон был такой же бедняк, как и я – жил, как и все студенты, от стипендии до стипендии. На коллективно собранные копейки мы купили сигарет и всю дорогу курили и обменивались новостями.       К Серверу мы добрались рано, его родители ещё не уехали, поэтому пришлось изобразить из себя «интеллигентных молодых людей», однако когда их машина, наконец, скрылась за поворотом, в доме тут же началась подготовка к приходу гостей.       На стол были выставлены закуски и спиртное, музыкальный центр настроен на равномерные басы, а большой свет сменила диско-подсветка – люстры в доме Сервера были под стать хозяевам: умные, с компьютерными мозгами.       Исходя из того, что я слышал от Мишки, прийти должны были хорошие знакомые Костяна «и вообще вся тусовка», что, в общем-то, количество людей не ограничивало. И если глядя на коттедж в начале, я был уверен, что тесно нам не будет, часам к десяти вечера изменил мнение: свободный стул в зале можно было найти только если кто-то выходил во двор подымить.       Этим вечером впервые за довольно долгое время мне, наконец, удалось полноценно расслабиться. Любые отягощающие мысли остались за порогом, я пил, закусывал, курил и снова пил, постоянно при этом болтая с разными людьми: о компьютерных играх, кастомных запчастях, видах коньяка, представленных на столе, и о многом другом, что мозг уже не так хорошо фиксировал.       Памятуя о намерении познакомиться с красивой девчонкой, я подсознательно сканировал всех представительниц прекрасного пола, приглашённых на сегодняшнюю вечеринку, а с некоторыми даже заводил разговоры, не заходившие, впрочем, дальше пары-тройки шаблонных фраз. Несмотря на все усилия и вроде бы даже благоприятную обстановку, знакомство никак не клеилось, и в какой-то момент я смирился с неудачей и оставил попытки кого-то привлечь. Решил просто наслаждаться музыкой, алкоголем и атмосферой в целом. И вот тогда-то роковая, как впоследствии оказалось, встреча и произошла.       Куда я тогда шёл, не помню. Кажется, возвращался с улицы, где выкурил очередную дозу никотина. Снимал ботинки в тёмном коридоре, но вместо того, чтобы вернуться в зал, был увлечён в совершенно противоположную сторону – к лестнице на второй этаж. Не знаю, почему так легко поддался цепкому захвату на запястье, но уже в следующую секунду уже об этом не думал – ощутил на губах горячее и влажное прикосновение с вишнёвым ароматом помады. И не стал отказываться.       Несколько долгих мгновений мы жадно целовались, по очереди выхватывая друг у друга инициативу. А потом я уступил и даже позволил прижать себя к стене, освежающе прохладной в противовес незнакомке, которую хоть и не видел, но ощущал всем телом.        − Послушай, − промурлыкала она, когда потребность в кислороде всё же вынудила нас разорвать поцелуй, − я хочу изменить своему парню. Поможешь?        − С удовольствием.       Я не думал, когда отвечал. Мораль сейчас была надёжно заперта за алкогольной решёткой, и ничто не останавливало разбушевавшиеся инстинкты.       Незнакомка тенью выскользнула из объятий и повела меня наверх, опять цепко схватив за запястье. Почему-то тогда я остро запомнил именно это ощущение её ноготков, впивающихся в кожу… и аппетитные формы под мини-юбкой.       Куда мы идём, по сути, было плевать. Едва оказавшись в какой-то из спален, я притянул свою спутницу ближе, на ощупь находя её губы и беззастенчиво шаря ладонями по стройному телу. Невысокая и миниатюрная, прям как я люблю… Стрижка вроде короткая, волосы наверняка тёмные или даже чёрные, хотя при царящем в комнате полумраке разглядеть сложно. Да и не нужно.       Дойдя до кровати, я без труда повалил незнакомку на аккуратно застеленное покрывало и впился поцелуем в её шею. Пусть благоверный всё знает.        – Эй, ну засосов-то не оставляй! – девчонка шутливо отпихнула меня, впрочем, явно наслаждаясь процессом. – Мой парень потом тебя побьёт!        – Засос не автограф, − спокойно отпарировал, опускаясь на грудь и параллельно расстёгивая на ней одежду. – Не узнает.        – Тебя, Волк, сложно не узнать, – хитро прошептала она, послушно позволяя освободить себя от кофточки.       Будь я немного трезвее, то напрягся бы. Персона моя не настолько известна в городе, чтобы её узнавали случайные девчонки с тусовки. Даже скорее вообще неизвестна. Но в тот момент алкоголь сделал своё дело, и я вообще не задался этим вопросом.        – Ты знаешь меня, а я тебя нет, – промурлыкал, любуясь её телом. – Может, представишься?        − Кри-стин-ка, − произнесла она по слогам, тут же проводя языком по губам. Чёрт, как же соблазнительно!       Возбуждение уже давно требовало выхода, поэтому я вновь придавил её собой, завлекая в поцелуй, но не успел даже опомниться, как она каким-то образом извернулась, оказываясь сверху в позе наездницы. Выглядело и ощущалось это, впрочем, великолепно, поэтому я не стал возражать, а вместо этого очертил руками контуры небольшой груди и тихо зарычал, ощущая вес её тела в районе ширинки джинсов.       Желание всё нарастало, а опьянение совершенно не способствовало адекватному поведению. Хотелось взять эту Кристинку здесь и сейчас, но она как будто специально заигрывала и дразнила меня, словно тореадор быка: извивалась змеёй, хитро ухмылялась, но пресекала любую попытку стянуть с неё оставшуюся часть одежды.        − Сними уже эту чёртову тряпку! – потребовал я, наконец, всё же сумев расстегнуть пару мудрёных застёжек. – Сколько можно томить?!        − Спешить – людей смешить, − хихикнула новая знакомая, всё же позволяя мне скользнуть рукой под юбку и убедиться, что белья под ней нет уже довольно давно. – Наслаждайся!       Я рвано выдохнул, теряя призрачные остатки разума. Хотелось взять нахалку жёстко и по-звериному, но вместе с тем, объём поглощённого алкоголя плотно прижимал тело к постели, и любое движение давалось только с большим усилием. Кристинка же, в противовес мне, была явно близка к трезвости: иначе как было объяснить то, что я никак не мог подчинить её себе?       Будто забавляясь, она устроилась рядом и чуть коснулась щекой пояса джинсов, намекая на что-то очень приятное, и я, совершенно не думая, толкнулся навстречу, заплетающимся языком умоляя её продолжать.       И она продолжила, ещё как продолжила... Уж не знаю, к сожалению или к счастью, но память моя весь процесс зафиксировала лишь яркими вспышками. Первое касание её языка, юркого и горячего, как и она сама, затем теплота, влажность и стон – мой собственный – замерший где-то в углах комнаты. Возбуждение, нарастающее с каждой секундой и словно затягивающее меня в водоворот, и экстаз – момент, когда я всё-таки смог поймать её в клетку рук и сделать, наконец, своей. Сорвать с этих манящих губ первый вскрик, первое «Ещё!» и собственное имя, произнесённое горячим шёпотом…       Чёрт, это было хорошо. Слишком. Впервые в жизни.       Никогда ещё секс не был таким… как бы сказать… творческим и душевным, что ли. Биологическая составляющая осталась далеко на периферии сознания, и я просто наслаждался этим контактом, этим своеобразным общением с девушкой, до сегодня незнакомой, но уже кажущейся практически родной. Может, вот она, та самая?       И плевать, что она всего лишь хотела кому-то изменить. Сейчас она со мной, отпускать её, в общем-то, не хочется, так что…        − Парня твоего я сам побью, − промурлыкал ей на ухо, опускаясь губами на шею и оставляя ещё одну «метку».       Кристинка лишь хихикнула и чуть выгнулась, явно наслаждаясь небольшой болью. Возможность вырваться у неё была, но вместо того, чтобы протестовать, новая знакомая лишь настойчивее прижалась ко мне, явно намекая на продолжение банкета. Что ж, я не против, до утра ещё несколько часов… Проведём же их вместе.       Как заснул, я не помнил, но едва проморгавшись, тут же зашарил рукой по кровати, намереваясь прижать к себе главную героиню ночи, однако рядом её не оказалось. Как, впрочем, и в комнате.       Не хотелось признавать, но это меня ощутимо огорчило. Что-то было не так? Ей не понравилось? Я не впечатлил?       Параллельно с жёстким сушняком эти мысли делали утро совсем не добрым, но ровно до того момента, когда я обнаружил на собственной ладони написанный синей ручкой номер телефона, смайлик и приписку «Повторим?». Хорошо, что хоть в комнате никого не было, а иначе я не простил бы себе абсолютно идиотскую улыбку и торжествующее «Йес!» с характерным взмахом руки. Что ж, жизнь налаживается!       Осталось только найти воду и принять душ.       Именно с этими мыслями я пособирал разбросанную одежду и, кое-как приведя себя в порядок, спустился в гостиную, где как раз собирались на поздний завтрак ещё не успевшие разъехаться гости вписки. Кристинки среди них не было, но в этот раз огорчения этот факт не вызвал: ведь теперь у меня был её номер, позволяющий чисто теоретически назначить встречу в любой момент.       Дождавшись, пока санузел освободится, я с удовольствием смыл с себя сонливость, и где-то до середины дня мы с Сервером и остальными друзьями провалялись на диванах, попивая кофе и обсуждая прошедшую тусовку. Пользуясь случаем, я ненавязчиво навёл справки о Кристинке, но общий улов информации был незначителен: с кем она встречается, никто не знал, где бывает тоже. Единственное, что мне удалось выяснить – это кличка, Стрелка. Но телефон у меня есть, а значит и надежда тоже.       Когда народ постепенно начал расходиться, мы с Сифоном чисто символически помогли Костяну прибраться и, искренне поблагодарив за тусовку, отправились по домам.       Весь путь до остановки обменивались впечатлениями, но я, повинуясь какой-то интуиции, умолчал про Кристинку и наши с ней «приключения». Не то чтобы не доверял Мишке, просто было какое-то странное ощущение, требующее сохранить тайну.       Софья Семёновна встретила меня, как всегда с улыбкой и без единого упрека. Предложила обед, ничего не расспрашивая. Мне внезапно стало так стыдно, что словами не передать. Я-то, конечно, предупредил, что не вернусь ночью, но всё равно… Прекрасно осознаю, что она понимает, где я был и что делал.        – Эх, остепениться бы тебе пора, Володя, – вздохнула вдруг бабушка, наливая чай.        – Что?        – Да нет, ничего, – она покачала головой и, взяв свою чашку, пошла к телевизору, оставив меня наедине с мыслями.       Остепениться… Для этого надо что-то иметь. Как минимум, деньги, чтобы обеспечивать семью. А как максимум, понимание, для чего мне эта семья в принципе. А так, образования нет, перспектив нет, да и желания-то особо нет…       Прости, бабуль.       Волки семей не заводят.