See you soon...

— Извините за вторжение, — пробормотал себе под нос Чонгук, входя в дом семьи Ким. Младший сразу же повесил на крючок верхнюю одежду и снял обувь в прихожей, а затем и поставил спортивную сумку, в которую ранее напихал все нужные вещи для трехдневной поездки на горячие источники. Чон никогда не ездил в такого рода поездки, что уж там, он даже в развлекательных парках ни разу не был, поэтому ему пришлось искать информацию в интернете о том, что нужно с собой брать, чтобы не прогадать. С первого этажа доносятся звуки льющейся из-под крана воды и шум нарезания ножом каких-то продуктов. Кажется, госпожа Ким решила приготовить подросткам что-нибудь перекусить в дорогу. Чтобы не беспокоить тетушку, Гуки поднимается на третий этаж, направляясь в комнату Ким Тэ. Преодолев уже привычное количество ступенек, Чон стучится в дверь старшего, и на стук сразу же следует громкое «входи». Открыв дверь, Гуки осматривается в поисках владельца, но не обнаружив Кима, обращает внимание на большой беспорядок. Даже непривычно как-то. Младший всегда видел комнату Тэтэ убранной и опрятной. — Хен? — Да-да, я тут, — пятнадцатилетний выныривает из своего большущего шкафа, возле которого была набросана добрая кучка различной одежды. Окинув вышедшего из «Нарнии» взглядом, Чонгук удивленно произносит: — Неужели, ты еще не собрался? Даже вещи не сложил? — Ну, как видишь, — вздохнул Тэ и направился к разбросанным вещам, — не могу ничего подобрать. Все какое-то неподходящее… — Ты такой принц, — улыбаясь, хмыкает Чон. — Наслаждаюсь, пока могу, — усмехается старший, но, заметив погрустневший вид черноволосого, сразу же переводит тему, — ладно, забудь. Ты все взял? — А? Вроде, да… Сменная одежда, купальные шорты, большое полотенце и полотенце для ног, зубная щетка и паста, сланцы и принадлежности для душа, — перечисляет на пальцах Гук и вновь переводит взгляд на Кима, — ты хоть это приготовил? Старший молча уходит в ванную, откуда доносятся шум и грохот, но проходит буквально минута или две, и Тэхен вновь стоит в комнате, но уже с пакетом, в котором лежит все, кроме одежды. — Конечно, приготовил, — а в качестве доказательства потряс пакет перед своим лицом. — Только не говори, что ты его собрал только сейчас, — цокнув, закатил глаза младший. — Но собрал же, — с улыбкой отметил Тэ и положил пакет, напичканный ванными принадлежностями, в свою спортивную сумку. — Отлично, осталось только одежду выбрать! Поможешь? — Боже, мы едем только на три дня, что там собирать, — ворчал Чонгук, но все же согласился помочь. С горем пополам подростки выбрали два комплекта одежды для «принца», а после принялись убирать весь беспорядок. Заняло это не больше десяти минут, но Тэхену и Чонгуку пришлось знатно попотеть, чтобы все быстро убрать. — Мальчики, берите сумки и спускайтесь вниз, мы выезжаем, — крикнула госпожа Ким так, что ее было слышно на весь дом, и подростки поспешили вниз.

***

Дорога заняла чуть больше часа, учитывая образовавшиеся пробки на главных дорогах, но даже так, внутри машины не было скучно ни на секунду. Все началось с того, что женщина включила музыку на встроенной панеле машины и ни с того ни с сего начала подпевать, тем самым разрядив сонную атмосферу, а затем подключился Чонгук, ну, а Тэ ничего не оставалось, как тоже присоединиться. Затем они втроем играли в различные игры, начиная от игры в города и заканчивая игрой «Я никогда не…». Позже подростки сделали небольшой перерыв и слопали все приготовленные матушкой бутерброды и уже с новыми силами продолжили свой путь с музыкальным сопровождением. Женский приятный голос, встроенный в навигатор, предупредил, что троица прибыла в пункт назначения. Чон и Тэхен тут же прилипли к затонированным окнам на задних сиденьях, пытаясь разглядеть отель, в котором они будут жить целых три дня. Как только госпожа Ким припарковалась, Гуки неожиданно неловко пробормотал: — Честно говоря, мне очень стыдно, что я сижу у вас на шее и еду в эту поездку за ваш счет. — Чонгук! — раздосадовано воскликнули Кимы. — Дорогой, ты не должен ни в коем случае об этом переживать, ты уже стал частью нашей семьи, выбрось из головы эти глупые мысли, — улыбнулась женщина, повернув голову назад, — тем более, поездку запланировала я, и пригласила тебя тоже я, ты не можешь мне так просто отказать! — тетушка хмыкнула и вышла из машины, направляясь к багажнику. Мальчики, взяв каждый свою сумку, тоже вышли и поспешили на помощь госпоже Ким, однако женщина отказалась, сказав, что сумка совсем не тяжелая, и она сама сможет справиться. Далее троица прошла внутрь отеля. Пока госпожа Ким заполняла какие-то бумажки у ресепшена, парни решили немного пройтись по первому этажу и разузнать, что здесь да как. Выйдя из огромного роскошного вестибюля с красивой и не менее большой люстрой, мальчики прошли через кафе и вышли прямо к террасе. Перед ними предстал необычайно захватывающий дух вид. Красота природы. Красота зимы. Она зачаровала с первой же секунды своей белизной и мягкостью. Все мерцало и блестело в лучах дневного солнца. Хоть и снега здесь было мало, но этого было достаточно, чтобы влюбиться в это место. Пройдя через внушительных размеров балконную стеклянную дверь, Чонгук и Тэхен сразу же заозирались. — Вечером, наверное, еще красивее, — выпалил Чонгук, читая вывески с указаниями направления. Оказалось, горячие источники принадлежат этому отелю и находятся они как на открытом пространстве, так и в закрытом помещении. К «открытым» источникам идти гораздо меньше, по сути всего в тридцати-сорока шагах от подростков, а вот к «закрытым» идти придется дольше. Скорее всего, Чонгук и Тэхен именно туда и отправятся, ведь матушка вряд ли захочет рисковать здоровьем детей. — Угум, — все, что смог сказать Ким, тайком поглядывая на младшего. — Ладно, пошли. Мама, наверное, уже зарегистрировалась и получила ключ-карты. — Пошли. Так оно и оказалось. Тетушка терпеливо выжидала мальчиков у лифта. Тэ и Чон сразу же извинились и забежали внутрь. Не прошло и минуты, как раздался сигнал, оповещающий о том, что они приехали на четвертый этаж. — Наши комнаты: 203 и 204, — пробормотала задумчиво женщина, выходя из лифта (подростки, потянув за собой сумки, тоже вышли) и высматривая номера комнат в просторном светлом коридоре. Свернув в правое крыло и дойдя практически до конца, троица, наконец, обнаружила комнаты, расположенные с левой стороны. — Госпожа Ким, вы будете жить отдельно? Почему? — спросил наивно Чонгук, явно расстроенный этим фактом. — Не совсем, дорогой, — тетушка мило улыбнулась и, приложив ключ-карту от своего номера (204) к считывателю, от чего он тут же загорелся зеленым цветом, якобы приглашая войти, прошла внутрь, но буквально через пару секунд открыла дверь комнаты 203. «Магия вне Хогвартса», — весело подумал про себя Тэхен, удивленно вскинув брови. — Вау! Как вы это сделали? — однако этого хватило, чтобы поразить Чона до глубины души. Тетушка лишь посмеялась и зашла вновь в комнату Тэ и Гука. Мальчики последовали за ней. Женщина остановилась возле распахнутой двери, которая вела в комнату 204, кивком головы показывая способ перехода из одной комнаты в другую. Дело в том, что хоть комнаты и были под разными номерами, но объединял их проход через обычную дверь, с обеих сторон которой были защелки. — Зовите, если я срочно понадоблюсь. Пока обустраивайтесь тут, а позже все проверю, — подмигнув, госпожа Ким скрылась за дверью, плотно прикрывая её.

***

Комната под номером 203, в принципе, как и все другие была просторной и уютной. Доминировали здесь белый и кофейный тона. Оба цвета гармонировали, от чего создавалась домашняя атмосфера. В комнате были две раздельные кровати с белым постельным бельем и тремя подушками: большой, чуть поменьше и цилиндрической формы. У подножия кроватей лежало небольшое саше серого цвета, а перед самими кроватями стояли небольшие пуфики кофейного цвета. Пол устлан белой новенькой плиткой. Обои кофейные, а на стенах висят несколько непонятных маленьких картин. На белом потолке висят две большие круглые люстры. В уголочке, совсем рядом с панорамным окном, которое закрывают сейчас только белые полупрозрачные шторы, расположено все для посиделок: мягкий диван кофейного цвета, на котором лежат несколько подушек, стеклянный журнальный столик и стул. Напротив кроватей висит навесной глянцевый стол белого цвета, а над ним — большой телевизор. — Да здесь круче, чем в моей комнате, — изумленно выдохнул Чонгук, с интересом все осматривая. Тэхен лишь хмыкнул, раскладывая вещи в шкаф по полочкам. Когда с вещами было покончено, было где-то три часа дня. Мальчишки сдвинули обе кровати в одно целое и расположились на них. Пока Тэхен играл в приставку, Чонгук сидел рядом и с любопытством наблюдал, как его хен умело расправляется с противниками. Постучавшись, в комнату вошла госпожа Ким. — Ну, что? Не скучаете? Сейчас пойдем на источники. Не забудьте взять с собой халаты и полотенца, а еще тапочки. Шампуни отдам вам на входе, — женщина сделала небольшую паузу, — источники поделены на женскую и мужскую половины, так что не натворите делов, — притворно вздохнула женщина, но тут же бодро улыбнулась.

***

Как госпожа Ким и обещала, гигиенические средства для ухода за телом и волосами она отдала. Троица на входе в раздевалки ненадолго распрощалась, договорившись о времени встречи. Мальчики, получив резиновые браслетики для ключей, сразу зашли в мужскую раздевалку, ища свои номера шкафчиков. Найдя их и повесив на крючок пуховики и прочую одежду, оставшись только в плавках, подростки захватили с собой гигиенические средства и каждый по два полотенца: одно маленькое на голову и второе для тела, и направились к горячему источнику. Тэхен спешить не стал: он остановился возле небольшой раковины и разложил там свои и Гука вещи, в это же время Чон погрузился по живот в бассейн с термальной водой. Черноволосый блаженно прикрыл глаза, облокотившись на стенку бассейна. Только сейчас Тэ обратил внимание, что на нем нет повязки. К удивлению пятнадцатилетнего, на левом глазу (где и была повязка) шрама или какого-либо другого увечья не было. «Тогда зачем же он ее носил? Не для красоты же…» — подумал кареглазый. — Лучше бы мне сначала помог! — цокнул Ким, закатывая глаза. — Ой, да что там помогать. Разложил и все! — пробормотал младший, хмурясь. Тэхен в воду заходить не стал, опустив только ноги в воду, он присел на пол рядом с Гуком и тыкнул пальцем тому в щеку. — Эй! Ты чего? — Чон удивленно вскинул брови, распахнув глаза. Теперь Тэ мог увидеть причину, почему младший скрывал свой глаз за повязкой… — Почему ты мне ничего не рассказывал? — мрачно выдал Ким, сверля черноволосого взглядом. — О чем ты вообще? — Ты дурак?! Тебе вообще наплевать на свое здоровье?! Видел свой зрачок? Он, черт возьми, весь серый! — бушевал старший, вцепившись в плечи Чона. — Хочешь слепым остаться, да? Ты хочешь вот так просрать свое зрение?! — Больно! Отцепись! — заорал во все горло Гук, а из его глаз побежали слезы. От крика и увиденных слез Ким немного пришел в себя и тут же убрал руки, но его подавленного настроения нельзя было не заметить. — Прости… — еле выдавил из себя брюнет и отстранился. Чон шмыгнул носом. — Я не хотел тебе говорить, потому что боялся, что ты больше не захочешь со мной общаться… — виновато выдал младший. — Я не думал, что когда ты узнаешь, будешь меня так ненавидеть… Тэхен тяжело выдохнул, терпеливо прикрыв глаза. — Нет, ну, серьезно, не дурак ли? Как ты мог подумать, что я тебя возненавижу и перестану с тобой общаться из-за твоей болезни? — Ким отвел глаза. — Я бы себя скорее возненавидел, если бы обидел тебя. Тем не менее, почему ты решился показать свой глаз именно сейчас? — Здесь не разрешаются маски и повязки, пришлось снять. – ...

***

Когда парни вдоволь насиделись на горячих источниках, они оба помылись под теплой струей душа, потерев друг другу спинки, и, одевшись, пошли на выход встречать госпожу Ким. Однако та, видимо, еще была внутри. Парни, чтобы не стоять без дела, решили немного прогуляться, не отходя далеко от места встречи. — И какая стадия?.. — снова вернулся к больной теме разговора Тэхен. — Катаракта? Третья, вроде, — Чон прикусил губу, поправляя повязку на левом глазу, — зрелая… — Еще есть возможность что-нибудь поменять? — с надеждой в голосе спрашивает старший. — Не знаю, — ведет плечами. — По крайней мере, деньги на операцию все равно не успеют собрать. «Это мы еще посмотрим».

***

Вся троица сидела за обеденным столом в номере женщины, а Чонгук и госпожа Ким вели непринужденную беседу, поедая вкусные блюда. — Но это еще не все! В итоге, Эммануил бросился за Жозефиной, наплевав на наказы своей семьи. Хоть ее рейс и был перенесен на утренний, он все равно успел к ней! Представляете, крепко прижал к себе, стиснув в объятиях, и поцеловал! Ах, какая история! — восхищенно пересказывала суть какого-то фильма женщина, всплескивая руками. Гук закивал, уставившись на госпожу Ким радостными глазами. — Так они жили долго и счастливо? — замер в ожидании младший. — К сожалению, Жозефину погубила какая-то болезнь, а Эммануил был отправлен в ссылку за предательство государства, — вздохнула женщина, а Чон сразу же погрустнел. — Но между ними была крепкая и нерушимая любовь, не расстраивайся, — улыбнулась Ким, приобнимая Гука за плечи. От женщины не могло укрыться, что ее сын вел себя как-то подозрительно: погрузился в свои мысли и даже к тарелке с едой не притронулся. Материнская интуиция ее никогда не подводила, поэтому она могла смело предположить, что все дело в Гуке. — Чонгук, дорогой, не мог бы ты поискать уборщицу и попросить у нее пару полотенец? — Чонгук послушно кивнул и выбежал из номера, отправившись на поиски. — Рассказывай. Тэхен вопросительно посмотрел на понимающий взгляд матери и тяжко вздохнул: — Почему ты всегда все понимаешь?