Под небом Нью-Йорка

Лучшее средство от сожаления — это запах пороха.       Именно эти слова слышит Шэй Кормак впервые от Полковника Монро, когда внутри зарождается тревога. Воспоминания о собственном прошлом захватывают Шэя со всех сторон, заставляя с ужасом представлять своё будущее. Он не может представить, что его вообще что-то хорошее может ждать впереди. Отчаянно хочется верить, что больше не будет никаких бездумных смертей. Всё встанет на свои места, а Орден подарит новую цель в жизни. Даст новые идеалы. Он достаёт пистолет… Лучшее средство от сожаления — это запах пороха.       Эти слова говорит себе Кормак, когда отпускает отяжелевшее тело Хоуп Дженсен на мостовую. Он убегает прочь, оставляя за своей спиной всё то, что когда-либо их связывало. Его руки в её алой и тёплой крови, а на губах ещё чувствуется привкус яда, которым он сам себя начал травить, бросив её на попечение этих проклятых и бесчестных тварей. Кормак совершает ошибку за ошибкой, пытаясь исправить всё то, что когда-то натворил, но ничего не меняется. Мир медленно катится на дно по наклонной доске. Да только этот чёртов мир должен подождать! Она умерла! На его руках…       Каждая мысль о ней отзывается горьким похмельем и ударяет по голове не хуже, чем самый крепкий ром в портовой таверне. Все нежные чувства, что когда-то он испытывал к ней, навсегда угасают под снежной лавиной боли и тоски. Но хуже всего этого только новый груз вины на его плечах. Ещё одно имя в списке погибших напрасно. Шэй знает, что ему нужно выпустить пар и ринуться в битву, чтобы вновь привести себя в чувства. Он заряжает пистолет… Лучшее средство от сожаления — это запах пороха.       Словно мантру повторяет эти слова Шэй, когда видит рядом лежащего Лайама с подтеками крови на лице. Бывший лучший друг теперь отошёл к праотцам. Его слова повисли в замершем навеки воздухе. Пальцы сжимают манускрипт, а бывший брат смотрит в холодную пустоту ледяного небосвода невидящим взором. Смерть с интересом наблюдает за продолжением этой непредсказуемой партии. Она пишет кровью новое имя в списке убитых людей. И вместо точки ставит запятую. Он прицеливается в пустоту… Лучшее средство от сожаления — это запах пороха.       Именно эти слова шепчут потрескавшиеся губы Шэя, когда он смотрит, как любимый корабль исчезает в чёрной морской пучине. Вода с шипением гасит огонь, а по поверхности разливается огромное масляное пятно. Больше нет никакой горделивой и славной воительницы «Морриган», лишь щепки и доски качаются на волнах, но скоро и их поглотит эта проклятая вода. Капитан должен уходить на дно вместе со своим кораблём, вот только не сегодня… сегодня любимая жена Кормака оставляет его одного навсегда.       Они столько всего прошли вместе за эту чёртову жизнь. К горлу поступает ком. Шэй готов залиться слезами. Вот только его слёзы никак не помогут их делу. Корабль — это всего лишь кусок дерева. Но Кормак чувствует, как внутри него умирает часть души. И хочется броситься следом. Уйти на дно. Он стреляет… Лучшее средство от сожаления — это запах пороха.       Именно эти слова хочет закричать Кормак, стоя над могилой Великого Магистра Тамплиеров. Теперь Шэй абсолютно один, а холодное тело Хэйтема Кенуэя лежит в промёрзшей до самого Ада земле. Нет сил хоть что-то сказать. Внутри всё сжимается от гнетущей и нарастающей пустоты. Смерть пишет новое имя в бесконечном списке потерь Шэя Патрика Кормака.       Он слишком много потерял, но что получил взамен за свои потери? Последняя его надежда на спасение легла в гроб вместе с этим Кенуэем. И больше ничего не осталось, лишь кольцо на пальце и выжженный крест где-то внутри. Вот только кому это нужно, если теперь всё вокруг погрязло в разрухе и абсолютном хаосе? Мир вокруг окрашен в алое от зарева пожара. Шэй вдыхает, пытаясь заполнить лёгкие этим дымом. Кормак вдыхает до прошивающей насквозь боли по всему телу. Он вдыхает запах пороха…