Под небом Нью-Йорка

Шэй Кормак хмурится, когда кто-то в очередной раз говорит, что ему просто повезло. Он не верит в эти бредни безумцев. Удача всегда не причём. Она не может решать всё в этом мире, и чаще всего Госпожа Фортуна просто слепа. Никогда не придёт на помощь, никогда не намекнёт верный ли путь, не поддержит в начинаниях. Кормак не верит ей, он давно отказался доверить собственную жизнь этой распутной девке. Ничего она за него не решит. Всё нужно делать самому. Руки Мастера по локоть в чужой крови, а где-то глубоко внутри горит огонь. Желание докопаться до истины движет им, заставляет продираться вперёд, прорубая дорогу мечом. Эта война идеалов никогда не закончится. Шэй просто пешка в чужих руках, солдатик, которого передвигают по шахматной доске, заставляя убивать и продавать собственную жизнь. Но сдаваться поздно, поздно отступать, чтобы там не случилось, чтобы не ждало за горизонтом. Нужно двигаться дальше. Страха больше нет… Он идёт вперёд, оставляя за собой кровавый след и горы трупов. Как бы ему не хотелось, но он не может остановить череду этих смертей. И в Рай ему давно закрыта дверь. Да только Шэй борется не за смерть, а за грядущую жизнь людей, что никогда не вспомнят о нём и не произнесут вслух его имя, но ему не нужно признание толпы. Дорога вьётся узкой лентой и уходит во тьму. И звон колоколов раздаётся со всех сторон. Он стоит на шпиле, вытянувшись, словно натянутая струна. Ветер развевает тяжелые полы одежды. Шэй раскидывает руки в стороны, словно крылья. Но ведь если ничего нет, то тогда зачем же он делает это? Для чего вновь и вновь поднимается к небу и так стремиться коснуться его руками? — I make my own luck, — шепчут обветренные, потрескавшиеся губы. И Кормак падает вниз, навстречу ветру.