Выпускники Слизерина

Поезд нёс их навстречу новому учебному году. Белла сидела у окна, подперев рукой подбородок, и дремала. Рита, расположившаяся рядом, что-то весело обсуждала с Людо, но их слова проходили мимо: в этот день она почти не спала из-за тёти, которой пришло в голову устроить пышные проводы в Хогвартс. Всё закончилось тем, что родственники разошлись часам к десяти, а Вальбурга вместе Альфардом затащила Беллу в гостиную и с хитрой улыбкой плеснула в её стакан огневиски. За весёлыми разговорами незаметно наступило шесть часов утра. — Белла! — услышала она сквозь сон голос Корбана. Она с трудом открыла глаза. — Что-то ты сегодня энергией не блистаешь, а у нас на тебя планы вечером! — Какие ещё планы? — невнятно спросила Белла. Рита хихикнула. Корбан безо всяких лишних объяснений наклонился к своей сумке и достал оттуда крошечную чёрную коробочку, легко помещавшуюся в ладони. Белла посмотрела на неё и недоумённо вскинула брови. — Это наша путёвка в восхитительный первый школьный день, — сказал Корбан. Долорес в ответ хмыкнула. — Нет, это ваша путёвка на исключение. — Ты тоже будешь пить, не зарекайся, — отмахнулся Корбан. — Заставим. — Ещё чего. — Что значит пить? — вмешалась Белла. — Ты что, уменьшил бутылки с алкоголем? Корбан просто вложил ей в руку коробочку и жестом велел её открыть. Белла с трудом подхватила кончиком ногтя крышку и обнаружила внутри маленькие бутылки. Этикетки на них говорили сами за себя: Корбан не мог выбрать что-то худшего качества. Она ахнула. — Это гениально, Корбан! — Знаю, — самодовольно ответил он и забрал коробочку. — Пришлось таскать бутылки у отца в течение всего лета, но оно того стоит. То, что он пьёт — верх изысканности, иначе не скажешь. Я не мог не поделиться. Ну и Игорь своего добавил, конечно, — Корбан хохотнул. — Вы когда-нибудь пили водку? — Угу, — мрачно отозвалась Рита, сверкнув взглядом в сторону Людо. Тот громко засмеялся. — Больше не буду. — Будешь, — Корбан фыркнул. — Не подражай Долорес, тебе не идёт, — он поймал на себе раздражённый взгляд и только ухмыльнулся. — Ну не дуйся, сегодня всем должно быть весело. — Второй день пить… — Белла с хрустом потянулась и откинулась на спинку сидения с кривой улыбкой на губах. — То, что нужно. — Ты и вчера пила? — оживился Корбан. Белла безо всяких последующих вопросов описала им в подробностях, как Альфард подливал ей огневиски, приговаривая, что она не должна рассказывать об этом его брату. Вальбурга только смеялась и кивала, легко опустошая порцию за порцией. С её подачи Белла узнала ещё один тайный выход из Хогвартса, про который тут же рассказала друзьям. — Чтоб меня тоже тётя с дядей спаивали, знаешь ли. Утром отец всё равно узнал о случившемся, проснувшись в шесть утра и обнаружив их в гостиной. Совсем пьяная Вальбурга, улыбаясь, повисла на нём и увела в другую комнату, что-то приговаривая; Альфард расслабленно откинулся на спинку дивана и уверил Беллу, что теперь переживать точно не стоит. И действительно: они не знали, что Вальбурга сказала Сигнусу, но тот даже косвенно не выразил своего возмущения, когда Белла вышла с чемоданом, готовая отправляться на вокзал. Друэлле, разумеется, никто ничего не рассказал. — Завидую, — заключил Людо. — А потайной выход испытаем уже на этой неделе, мне как раз нужно сбегать в Хогсмид. — Нашу скучную старосту приглашаем? — спросил Корбан, сверкнув взглядом. — Ну, раз уж один отчаянный староста организовывает это веселье, протащив в Хогвартс кучу алкоголя, то и скучную тоже надо позвать, — ответил Людо. — Для равновесия. Думаю, Меда не откажется. Белла, ты не против? Белла только пожала плечами: ей было всё равно. К тому же, Андромеда, опьянев, становилась куда дружелюбнее обычного. — Устроим настоящую слизеринскую вечеринку, — Корбан в предвкушении улыбнулся. — Седьмой курс точно подключится, может, кого с пятого тоже возьмём… Весело будет, я уверен. — И вы правда думаете, что профессора не узнают? — Долорес фыркнула. Она сидела напротив Беллы, скрестив ноги, и пыталась читать какую-то книгу. — Со Слагхорном в случае чего договоримся, — Корбан ухмыльнулся. — Он душу продаст за одну бутылочку из числа тех, что я притащил с собой. А Дамблдор может катиться ко всем дементорам. Долорес закатила глаза и вернулась к чтению. Корбан пробормотал что-то про то, что теперь он просто обязан споить её этим вечером. Белла, подозревая, что Долорес не согласится, видя перед собой пример отца, мысленно пожелала ему удачи. Она до сих пор злилась на Риту и Беллу за то, что они подарили ей на день рождения полный комплект учебников и ингредиентов для зелий к шестому курсу. Помимо этого они впихнули ей двадцать галлеонов и отказались забирать обратно. В конечном счёте они сошлись на том, что Долорес вернёт деньги при первой возможности, и только тогда она согласилась принять подарок. Белла уже заранее знала, что обратно эти двадцать галлеонов ни за что не примет. Весь остаток лета Белла почти всё время проводила у Риты, пытаясь расшевелить совсем отчаявшуюся Долорес. У них это получалось с трудом. — Что ты читаешь? — Людо заглянул за плечо Долорес и присвистнул. — Слушай, ты вообще человек? Белла посмотрела на обложку книги и вспомнила, что одолжила её Долорес из семейной библиотеки. Сама она никогда её не читала: политические нюансы магической Британии её мало заботили. Зато Долорес могла спокойно перечислить всех министров магии и оценить деятельность каждого, припоминая такие факты, что у Беллы шла кругом голова. — Отстань, — пробормотала Долорес, переворачивая страницу. Людо с некоторой долей уважения покачал головой и отвернулся. — Кстати, а какие предметы вы возьмёте в этом году? — спросил он. Рита мечтательно улыбнулась. — Я помашу ручкой травологии и уходу за магическими существами. Хочу изучать трансфигурацию, хотя у меня, конечно, не «Превосходно»... Оставлю зелья, чтобы веселиться на уроках Слагхорна, а с остальным посмотрим. Мне ничего из этого вообще не нужно, но мама думает, что мне лучше будет полностью завершить своё образование. — Я просто оставлю как есть, — Белла зевнула. — Разве что перестану изучать эту дурацкую историю магии. На самом деле Белла планировала сделать упор только на защиту от тёмных искусств, параллельно занимаясь в библиотеке по списку заклинаний, который составила ей Вальбурга. О будущем она мало думала, но точно знала, что собирается фокусироваться на тёмной магии. Корбан был с ней солидарен. — А что делать, если я по оценкам не пройду ни к одному преподавателю? — хмыкнул Людо. — Меня исключат? — Будешь ходить на астрономию, профессор будет только рад, что хоть кто-то захотел изучать его предмет, — хмыкнула Долорес, не отрываясь от чтения. Людо застонал. — Ненавижу стоять у телескопа. — У тебя есть выбор? — У меня «Удовлетворительно» по уходу за магическими существами! — Повод гордиться, не иначе. Белла прыснула в рукав. В этот момент к ним в купе ввалился совсем лохматый Игорь, выглядящий так, словно он только что поднял голову с подушки. Он окинул их взглядом и приземлился рядом с Ритой, вальяжно закинув ногу на колено. — Корб, ты уже рассказал про наш маленький сюрприз? — спросил он, не сводя взгляда с Беллы. Она, улыбнувшись краем губ, посмотрела в окно. — Все за, — Корбан потряс Долорес, схватив её за руку и вскинув её вверх. Она зло вырвалась. — Сегодня вечером мы спаиваем нашу отличницу. Людо, хочешь поспорить? — У тебя не получится, — тут же оживился он, протягивая ладонь для рукопожатия. — На десять галлеонов. Долорес, теперь мои деньги на месяц на твоей совести. — И сто галлеонов тоже, — добавил Яксли, толкнув её локтём в бок и тут же поморщившись. — Что это с тобой такое? Одни кости остались, — пробурчал он, потирая локоть. Долорес не ответила. — Тебя не только споить, но и откормить надо. — Удачи, — сказала Долорес. Белла успела заметить, что она незаметно махнула палочкой; идеально причёсанные волосы Корбана тут же встали дыбом. Людо и Игорь громко загоготали. — Давай ещё усы ему добавим, — простонала сквозь смех Белла; Рита тут же её поддержала, направив палочку на Корбана. Тот вскочил и метнулся в сторону выхода из купе, сам загибаясь от хохота. Долорес проводила его с самодовольной улыбкой на губах. — Точно к зеркалу побежал, — заключил Людо, с трудом выпрямляясь. — Долорес, ты гений. Сейчас мы услышим его визг, когда он увидит своё отражение. Однако Корбан вернулся уже через пять минут со своей обычной укладкой. — Уроды, — беззлобно сказал он, приземляясь обратно на своё место рядом с Долорес. Она смерила его насмешливым взглядом. — Берегись вечером, я тебе водку скормлю. — Да-да, — отмахнулась Долорес и хихикнула.

***

После скучного ужина в Большом Зале в гостиной Слизерина полным ходом шла подготовка к вечеринке. Белла, держа в зубах сигарету, старательно украшала потолок свечами и параллельно командовала Игорем, который, отдуваясь, двигал палочкой тяжёлые кресла. Яксли колдовал над алкоголем, заливая фруктовый пунш водкой и гоняя Людо, которого любили домовики на кухне. Его стараниями два стола были нагромождены бокалами и разными закусками. Ладонна Забини ходила по комнатам со списком удостоившихся приглашения студентов и любезно отсылала младшекурсников, которые страсть как хотели стянуть бутылочку со стола и тоже поучаствовать во всеобщем веселье. Рита внесла свой вклад, растрещав своим многочисленным знакомым с других факультетов о намечающемся вечере и заставив их жалеть о том, что они не слизеринцы. — Чуть-чуть криво, — сказала стоявшая рядом с Беллой Септима Вектор, задумчиво разглядывая украшения на стенах. Она взмахнула палочкой, поправляя покосившуюся гирлянду. — Перфекционистка, — фыркнула Белла и стряхнула пепел с сигареты на ковёр. Септима мрачно посмотрела на неё. — Мусорить будешь потом, сейчас всё должно выглядеть по первому классу, — заявила она, решительно забирая у Беллы сигарету и кидая её в камин. — Торфинн точно следит за тем, чтобы к нам случайно Слагхорн не сунулся? — Точно, — Белла скорчила ей гримасу. — Не переживай так, весь факультет они точно не исключат. — Да мне всё равно, я просто хочу быть уверенной, что сегодня я точно напьюсь. — Правильный настрой! — крикнул с другого конца гостиной Корбан. Септима усмехнулась и в очередной раз осмотрела украшения на стенах. Серебристо-зелёные цвета их факультета были повсюду. — Иди сюда, попробуй пунш. Никак не могу понять, добавлять ещё водки или нет. — Лучше бы кто наложил чары на гостиную, чтобы шума не было слышно, — с укором заметила Белла, поправляя висящую в воздухе свечу. Долорес, сидевшая на диване, посмотрела на неё и вздохнула, отложив в сторону книгу. — Поняла, поняла, — проворчала она, доставая из кармана палочку. Белла удовлетворённо кивнула и увидела, что Септима вылила всю бутылку в пунш. Где-то рядом Игорь с грохотом уронил кресло и выругался. — Вы тут дерётесь, что ли? — в гостиную влетела Рита с сияющими глазами. В руках она держала граммофон, зажав подмышкой кучу пластинок. — Представляете, один гриффиндорец одолжил! Напрашивался к нам, а я сказала ему неправильный пароль, — добавила она, коварно хихикнув. Граммофон Рита пристроила на камине и перебрала пластинки с музыкой, оставшись при этом вполне довольной репертуаром. — Я отвечаю за музыку и фотографии, да? — Кто ж ещё, — Игорь упал на кресло и запрокинул голову вверх. — Лет через двадцать вспомним только по фотографиям. — Попробуете пунш — и вспоминать по фотографиям придётся уже с самого утра, — со смехом ответила Септима и откинула свои длинные чёрные волосы за спину. — Мы с Корбом постарались. Она обладала очень необычной красотой: Белла, всякий раз наблюдая за Септимой, думала о востоке, и тому соответствовал сладковато-пряный запах её духов и интересный мелодичный говор. У неё были густые выразительные брови, огромные чёрные глаза и хрупкая фигурка, заставлявшая многих парней с курса оборачиваться ей вслед. Септима даже двигалась иначе: очень плавно и пластично, не давая никому ни единого шанса затмить её в танцах. Вместе с Ладонной они составляли безупречный дуэт, идеально подчёркивавший внешность каждой из них. — Ты же будешь продолжать нумерологию? — спросила Белла у Септимы. Она кивнула. — Отлично. Я совсем не хочу торчать там на пару с этим нудным Фаджем — эти рейвенкловцы такие невыносимые! Долли бросила меня с ними одну! — Ну и зачем мне нумерология? — в свою очередь возмутилась Долорес, закончив с чарами. Септима пожала плечами: — Это интересно. — Опять об учёбе? — Корбан подлетел к ним и с важным видом поднял вверх указательный палец. — Сегодня мы это не обсуждаем. Эта гостиная — территория, свободная от учёбы. Ясно? — Ясно-ясно, — Белла дурашливо показала ему язык. — У нас всё готово? Уже девять. — Ждем только Ладонну, — ответил Яксли. — Она должна была всех позвать. Уже через пять минут в гостиной яблоку негде было упасть: все слизеринцы старших курсов заполнили помещение, расхватав бокалы с шампанским. Рита включила музыку на полную громкость, и теперь Белла не была уверена, что сможет услышать собственные мысли. Она сидела вместе с Людо и пыталась заставить его подойти к Ладонне: бедняга успел выпить второй стакан коньяка и всё равно не решался преподнести ей букет. — Не могу, — сказал он, в отчаянии глядя на Ладонну, разговаривавшую с Септимой. — Она слишком красивая. — Давай-давай, — Белла пихнула его рукой. — Выпей пунш и вперёд. — Если я выпью пунш, букет я уже не наколдую. Людо закусил губу и уронил голову на плечо Беллы, что-то страдальчески пробормотав себе под нос. К ним подсел Торфинн, держа в руках две стопки водки. — Белла, давай на брудершафт, — сказал он, подмигнув. — Что это с Людо? — Только без поцелуев, — Белла взяла стопку и усмехнулась. — У Людо дела сердечные. — В щёчку, — сторговался Торфинн, запустив пятерню в стоявшие торчком светлые волосы. Белла кивнула и, переплетя руки, легко опрокинула в себя алкоголь. По горлу прошла приятная волна тепла, а горячие губы Торфинна нашли её щёку. Отстраняться он не спешил, и Белле пришлось со смехом оттолкнуть его в сторону. — Иди уже, — сказала она, с удовольствием поймав на себе ревнивый взгляд Игоря. — И Людо с собой возьми, а то он так никогда и не решится. Торфинн подчинился, бесцеремонно схватив слабо сопротивлявшегося Людо за шиворот. Белла расхохоталась, наблюдая за тем, как эти двое направились в сторону Септимы и Ладонны: по пути Людо два раза почти убежал. Рита, тоже заметившая знаменательный момент, уже стояла с фотоаппаратом наготове; она даже показала Белле большой палец. Та поняла, что поцелуй Торфинна тоже остался на плёнке. Ладонна вопросительно посмотрела на смущённого Людо. Белла не могла слышать, что именно он мямлил, но ему удалось эффектно наколдовать букет цветов, достав его из-за спины. На тонких губах Ладонны появилась довольная улыбка, и она, захихикав, приняла цветы. Торфинн уже лез к Септиме с тем же предложением брудершафта. Та отказываться не стала, и Белла с удовольствием подумала, что снимки Риты получатся лучше некуда. Поднявшись с дивана, Белла огляделась по сторонам и обнаружила Корбана, вившегося вокруг Долорес с бутылкой вина в руках. На лице у подруги было написано всё страдание человечества за последние пару тысячелетий. — С тебя не убудет, — услышала Белла, приблизившись к ним. — Ну давай, Долорес, нельзя начинать учебный год трезвой! Это преступление! Белла! Скажи уже ей, — воскликнул Корбан, возмущённо всплеснув руками. Долорес поджала губы. — Нет уж, сам отрабатывай свои десять галлеонов, — Белла фыркнула, приземляясь рядом. — Дай-ка мне. Она приложилась к горлышку и чуть не пролила вино себе на мантию. — Вкусное, — заключила Белла, вытирая губы рукавом. Корбан торжествующе посмотрел на Долорес. — Слышала? Разве тебе часто предлагают вино пятнадцатилетней выдержки? Лови момент. — Завтра на уроки, — хмуро ответила Долорес. — Нет. — Территория-свободная-от-учёбы! — одним духом выпалил Корбан. — Пей! Долорес отрицательно покачала головой. К ним подскочила сияющая Рита с фотоаппаратом; Белле на мгновение показалось, что она ослепла. Вспышка резанула по глазам. — Ещё не упросили? — спросила она, окидывая их вопросительным взглядом. — Я не упустила исторический момент? — Ещё нет, — мрачно ответил Корбан. Рита фыркнула и села рядом с Долорес. — Давай-давай, Долли, тебе это надо, точно говорю, — заявила она, забирая бутылку у Корбана и настойчиво впихивая её в руки Долорес. — Отвлекись хоть раз в жизни! — Нельзя быть единственным трезвым человеком на пьяной вечеринке, утром мы все должны забыть сегодняшнее! — поддержал Корбан, присаживаясь с другой стороны. Долорес мрачно посмотрела сначала на него, а потом на Риту. — Я делаю глоток, а вы от меня отстаёте, — сказала она, принимая бутылку. — Идёт? Глотком дело не обошлось. Белла не уследила, как это случилось, но уже через час Корбан наливал Долорес пунш, а Рита успела сделать кучу восторженных снимков. К этому моменту пьяны были все без исключения, и танцы в центре гостиной стали такими оживлёнными, что Белле оставалось только радоваться тому, что они находятся в подземелье и не рискуют проломить кому-то потолок. Людо кружил в танце Ладонну, Септима опустошала содержимое бутылки коньяка вместе с Торфинном и Уолденом и даже Андромеда веселилась, успев окатить Риту шампанским. Теперь та охотилась за сестрой Беллы, обещая влить ей в рот все остатки пунша. Белла закурила, стоя в одиночестве возле камина. Алкоголь в организме бушевал, отражаясь ярким румянцем на щеках; она только закончила танцевать и теперь пыталась восстановить дыхание. — Дай-ка мне тоже, — попросила подскочившая Андромеда. Белла молча протянула ей сигарету и помогла прикурить, щёлкнув пальцами. — Позволь угадать: Вальбурга научила? — Точно, — Белла выпустила изо рта клубы дыма. — Эти сигареты тоже она купила. Обещала присылать каждую неделю. — Как мило с её стороны. Будешь обеспечивать меня тоже, — заявила Андромеда. Белла не стала протестовать. — Бегать каждый раз в Хогсмид мне слишком лень. — Ты-то когда закурила? Андромеда смерила её насмешливым взглядом и передёрнула плечами. — Людо плохо влияет, — сказала она. Они вдвоём посмотрели на счастливого однокурсника, веселившегося с Ладонной. — У него же ничего не получится, да? — Не получится, — согласилась Белла. Она слишком хорошо представляла, какова на самом деле была Ладонна, и понимала, что уже завтра она перестанет обращать на Людо всякое внимание. В числе её поклонников было слишком много более достойных претендентов на её благосклонность, и среди них был и Корбан. В прошлом году ходили слухи, что Ладонна очаровала их молодого преподавателя по травологии. Летом он уволился, и слизеринцы были уверены, что без вмешательства Ладонны дело не обошлось. — Идём танцевать, — позвала Андромеда, докурив. Белла подчинилась, схватив сестру за руку, и они вдвоём забрались на стол, где уже не было ни одного бокала, и присоединились к танцевавшей там Септиме. Музыка грохотала в ушах, но ещё громче были только одобрительные выкрики слизеринцев. Септима тут же подобралась к ним и, положив ладони на плечи Беллы, затянула её в ритм собственного танца. Стол героически выдерживал вес трёх девушек, самозабвенно двигавшихся под музыку. Белла успела даже наклониться и принять из рук Корбана стакан с огневиски, который опустошила до дна под громовые аплодисменты и чудом не упала на пол, потеряв равновесие. Её удержала Андромеда, и они продолжили танцевать, смеясь. В мешанине лиц Белла с трудом различала знакомые и как сквозь туман видела улыбавшуюся Долорес, позировавшую на камеру вместе с Ритой; их фотографировал Торфинн. Мысль о том, что подруга наконец-то развеялась, с трудом пролезла в голову и тут же сместилась на задний план, стоило ей только выпить ещё огневиски. Потом Белла просто танцевала, запрокинув голову вверх, и слышала только собственный смех, звенящий в ушах. Спустя какое-то время к столу пробился Игорь, который не заговаривал с Беллой с самого начала вечеринки. Она увидела, что он протянул к ней руки, и улыбнулась. Безумная идея вспыхнула в её голове, и Белла соскочила со стола прямо в его объятия, обхватив ногами его талию и уперевшись ладонями в плечи. Игорь не стал возражать, легко удержав её на руках, и едва заметным кивком головы поманил ближе к себе; Белла наклонилась. Неожиданно горячий поцелуй ударил в голову больше огневиски. — Наконец-то! — услышала она чьё-то восклицание. Темноту прорезала вспышка, но Белла не отстранилась, продолжая целовать Игоря, и крепко держалась за воротник его мантии. Он прервал этот поцелуй первым; Белла посмотрела в его синие глаза и довольно рассмеялась, спрыгнув на землю. Игорь не выпустил её из объятий и притянул плотнее к себе. Белле пришлось чуть приподняться на носках, чтобы снова поймать его губы. Его руки заскользили по её талии. Белла укусила его за губу. Он рассмеялся. — Идём, — хрипло прошептал он, утягивая её в сторону коридора. Белла огляделась по сторонам и, убедившись, что всё внимание людей уже давно переключилось на Септиму, последовала за Игорем. По пути они успели прихватить новую бутылку огневиски. Вдали от музыки они самозабвенно целовались; Игорь прижимал Беллу к стене и зарывался носом в её шею, громко и тяжело дыша. Она с трудом сдерживала сдавленный смех и стоны, плотно закрыв глаза; что-то в голове упорно билось о черепную коробку, повторяя: «Не забыть это завтра, не забыть». Белла знала, что пожалеет об этом утром, но сейчас ей было слишком хорошо, чтобы думать о чём-то ещё. — Сколько уже можно меня мучить?.. — выдохнул он ей на ухо. Белла ничего не ответила, усмехнувшись; она не могла ответить ему: «Хоть всю жизнь», ехидно звучавшее в спутавшихся от алкоголя мыслях. Они отвлекались только на то, чтобы приложиться к бутылке; через поцелуи они передавали друг другу в рот горячую жидкость и смеялись, когда огневиски проливался, стекая с подбородка на мантию. Белла явственно слышала бешеный стук собственного сердца, когда они вошли в спальню, но именно она отстегнула первые пуговицы на мантии Игоря. Он вопросительно посмотрел на неё, но в глубине его глаз Белла прекрасно видела отражение собственных желаний. Она приложилась к бутылке и потянула Игоря за собой на кровать. На матрас они упали, сорвав с петель полог. — Ты уверена? — спросил Игорь, выдохнув этот вопрос ей в губы. Белла запустила пальцы в его жёсткие волосы. — Да, — прошептала она. Слишком долго упрашивать Игоря ей не пришлось.