Выпускники Слизерина

Вечером того же дня Рита стала свидетельницей того, как Андромеда вцепилась в волосы Беллы и стащила её с дивана на пол, что-то крича. В гостиную Рита влетела, когда ошалевший от происходящего Людо уже бросился их разнимать. Он не успел: всю комнату осветила яркая вспышка, и Андромеда отлетела в сторону, тяжело ударившись спиной о пол. Белла уже села с растрёпанной причёской и высоко вздымающейся грудью; глаза её сверкали от ярости. — Что происходит? — воскликнула Рита, застыв у двери. Ей никто не ответил. — Только подойди, — прошипела Белла, обращаясь к Андромеде. Её палочка была нацелена прямо на грудь сестры, пытавшейся подняться на ноги. — Какая же ты сволочь, — выплюнула Андромеда. — Как ты могла? Белла хрипло рассмеялась. Рита и Людо обменялись полными ужаса взглядами, застыв по обе стороны от них; вероятно, им следовало побежать за помощью или разнять их самостоятельно, но интуиция подсказывала, что делать ни то, ни другое совсем не стоит. — Заступаешься за своего грязнокровку? А где же он сам? Побоялся сам предъявить мне претензии? Как это мило с твоей стороны, Меда! Столько заботы! Очередная вспышка от заклятия вылетела в этот раз уже из палочки Андромеды; Белла порывистым движением отразила выпад и снова расхохоталась. — Прекратите! — взвизгнула Рита, как будто только очнувшись; она метнулась вперёд и встала между ними, на всякий случай выхватив собственную палочку. Взгляд Андромеды ошпарил её такой злобой, что она тут же пожалела о своём решении. — Не мешай, Рита, — бросила она и одним взмахом палочки отшвырнула Риту в сторону; её успел подхватить Людо. Белла, увидев это, разозлилась ещё больше. — Ступефай! — воскликнула она; Андромеда увернулась. Рита, ещё не придя в себя от шока, мёртвой хваткой вцепилась в локоть Людо и уставилась на происходящее с замирающим сердцем. — Бессердечная! — Андромеда тряхнула головой и громко фыркнула, метнув в сестру острый взгляд. — Думаешь, у тебя есть какое-то право вмешиваться в мою жизнь, Белла? Да кто ты такая, чёрт возьми? Мало мне отца, мало Вальбурги, мало Лукреции — теперь ещё ты мне будешь говорить, что да как делать в жизни? Не слишком ли много ты на себя берёшь? — Разве я что-то тебе говорила? — Белла иронично улыбнулась. — С чего ты вообще решила, что это имеет какое-то отношение к тебе? — Не делай из меня дуру! Я знаю тебя, Белла! По потолку снова заплясали огни от заклинаний; Рита отошла подальше от них, но Людо, напротив, выступил вперёд. Взмахом палочки он выставил между ними невидимый барьер, который, отразив заклятия Беллы и Меды, заставил их отпрянуть по разные стороны гостиной. — Почему бы вам не решить этот вопрос мирно? — громко спросил он, игнорируя злобный взгляд Беллы. Теперь вдруг расхохоталась Андромеда. — Мирно! Мирно, Людо! Не надо строить из себя благодетеля, я прекрасно знаю, что ты был там и что ты сделал вместо того, чтобы выступить в защиту Теда! — она презрительно скривила губы в точности так же, как это делала на памяти Риты миссис Блэк. — Да чем ты лучше? — Небольшая шутка, Меда, а ты ведёшь себя как сумасшедшая, — вставила шпильку Белла. Андромеда чуть не задохнулась от возмущения. — Значит, небольшая шутка? Да? Исполосовать человека до крови — это шутка? Она вскинула собственную руку с белеющими на ней шрамами. На Беллу это не подействовало. — Это было бы символично. Парные шрамы — сплошная романтика, — с издевкой сказала она. — Если бы я могла, я заставила бы его нацарапать на руке «грязнокровка». — Не смей так его называть! Андромеда вскрикнула так пронзительно, что Рита вдруг поняла одну вещь: в случае крупной ссоры простенький барьер Людо их не спасёт. От её ярости свечи в гостиной задрожали так, словно бы в комнате были открыты все окна; выброс магии оказался чересчур силён. Белла тоже это заметила. — А ты правда его любишь, Меда, — протянула она, опустив палочку. — Что же, теперь ты готова ради него отказаться от всей семьи? Предать все идеалы, по которым воспитали нас родители? — Какие идеалы? Лицемерить, издеваться над людьми, кичиться своим происхождением и строить свою жизнь на сплошной лжи? Ты про это? Поскольку, боюсь, больше ничему ни мать, ни отец нас не научили! — голос Андромеды задрожал. — И ты можешь собой гордиться, у тебя получилось стать идеальной во всех отношениях дочерью! От этих слов Белла вздрогнула, как от пощёчины, и ничего не ответила. — Я же так жить не хочу, — Андромеда дрожащими руками попыталась убрать палочку в карман, но это у неё получилось далеко не с первого раза. — Можешь написать им об этом хоть сейчас, мне плевать. Я не хочу иметь ничего общего ни с тобой, ни с ними. — Ты ошибаешься, Меда, — с трудом выговорила Белла. Андромеда невесело рассмеялась. — К сожалению, в этот раз ошибаешься только ты, Белла. И мне даже смотреть на тебя противно, — заключила она, решительно поставив точку в разговоре. С этими словами Андромеда вышла из гостиной, даже не обернувшись. Людо и Рита молча переглянулись, не зная, что делать теперь. Лицо Беллы вдруг осунулось; плечи поникли. Тот запал, что сверкал в её глазах секунду до этого, исчез, и она, сунув палочку за пазуху, тоже выскочила вон из комнаты, ничего не говоря. Рита, недолго думая, бросилась за ней, но дверь спальни с грохотом захлопнулась прямо перед её носом. В тот день она впервые услышала, как Белла отчаянно пытается подавить рыдания и задыхается в слезах.

***

— Мне очень жаль, — сказала Андромеда, положив перед Ритой плитку её любимого шоколада, и села рядом. — Прости меня, пожалуйста. — Не стоит, — Рита криво улыбнулась. — Я понимаю. Впрочем, в глазах Андромеды она не видела ни тени раскаяния. Риту это не оттолкнуло: важно было то, что извинения всё-таки прозвучали. Стороны в этой ситуации ей выбирать не приходилось: было очевидно, что виноваты в ней обе сестры. С Беллой Рита поговорила ещё прошлым вечером, когда сумела пробиться через закрытую дверь; о ссоре из-за Непростительных заклятий они предпочли не упоминать вовсе. Этим утром общение потекло своим чередом, и никто из однокурсников не спешил выразить своё удивление: одна лишь Долорес держалась настороженно и аккуратно, как будто опасалась затронуть острые углы. — Думаю, я просто перенервничала, — сказала Андромеда с такой лёгкостью, как будто речь шла об обычной ссоре, но Рита не стала возникать. Она просто подумала: «Неужели ты не спросишь, как там сейчас Белла?» Андромеда не спросила. Белла, в свою очередь, тоже. Рита решила, что, вероятно, к лучшему. — Что ты сейчас собираешься делать? — спросила она у Андромеды, открывая шоколадку. Она пожала плечами. — Останусь в Хогвартсе на каникулы, доучусь этот курс, а дальше... Я не знаю, — честно призналась она. — Летом меня точно под страхом Круциатуса приволокут домой, но, думаю, я с этим разберусь. К тому времени мне уже будет семнадцать. — Ты собираешься уйти из дома? — переспросила Рита, вскинув брови. Первая мысль была тут же сказать об этом Белле, но потом она засомневалась в этой идее. До конца года было слишком много времени — Андромеда могла передумать, а сейчас это лишь усугубило бы ссору между ними. — Да, так и скажи ей, — резко ответила Андромеда, словно бы прочитав мысли Риты. — Спасибо за доверие, — огрызнулась она. Андромеда тут же смягчилась, виновато улыбнувшись. — Прости, — только и сказала она. Рита со вздохом поднялась, подобрав со стола учебники — в конечном итоге она к ним так и не притронулась. Голова была забита совсем не трансфигурацией. — Ничего страшного. А теперь извини, Меда, мне очень нужно сбегать в Хогсмид, — Рита посмотрела на часы на своей руке и тоскливо выдохнула. — Не злись на меня, — Андромеда схватила её за рукав мантии. — Вообще-то у меня свидание. Андромеда удивлённо вскинула брови и разжала пальцы, а Рита, не выдержав, захихикала. Ей и самой прозвучавшие вдруг слова показались странными, почти нереальными. — Я не шучу. Я вернула Фебу пластинки, а он сказал, что не отвяжется, пока я не схожу с ним куда-нибудь. Сошлись на «Трёх мётлах», потому что я наотрез отказалась идти в кафе для влюблённых. Ещё я буду с каким-то гриффиндорцем там торчать! — Что плохого в гриффиндорцах? — Андромеда пожала плечами. Рита демонстративно закатила глаза. — Характерами не сходимся. А теперь пожелай мне удачи: я собираюсь избавиться от него уже через пару часов. Шутливым жестом благословив Риту в путь, Андромеда тоже поднялась со скамейки. — Смотри, я жду подробностей, — сказала она, оглядываясь в сторону стеллажей с книгами. — Нисколько не удивлюсь, если ты уничтожишь самооценку бедняги ко всем чертям: я помню, как однажды ты отказала тому хаффлпаффцу! Рита предпочла не отвечать, самодовольно ухмыльнувшись, и направилась в сторону выхода из библиотеки. Глубоко в душе она была очень заинтересована в этом жалком подобии свидания; возможно, хоть это смогло бы отвлечь её от мыслей о Корбане, но верилось в это с трудом. Даже омерзительные эксперименты с мышами не заставили её полностью разочароваться в нём, и влюблённость быстро взяла верх над злостью. Феб же был очень хорош собой: такой же светловолосый, как и Корбан, но при этом значительно выше ростом, да и глаза у него были ярко-зелёного, а не непонятного голубого, цвета. Белле и Долорес рассказать о свидании она не успела, но планировала сделать это сразу после возвращения в Хогвартс. — Я уж думал, ты не явишься, — сказал Феб, ожидавший её возле одного из тайных ходов, который вёл прямиком в «Сладкое королевство». Рита коротко фыркнула. — Как видишь, я здесь; смотри, я ещё могу передумать. — И добровольно откажешься от пары порций сливочного пива? — улыбнулся он, жестом пропуская Риту вперёд. — Считай, что убедил. Какое-то время они шли по тесному коридору в тишине. Рита перебирала в голове варианты, надеясь, что не задержится в его компании слишком надолго: она ещё планировала написать домашнее задание по трансфигурации, но уже почти была уверена в том, что в конечном итоге ей придётся сочинять для профессора Макгонагалл убедительную отговорку. — Ты ведь знаешь, что твои друзья сделали с Тедом, да? — вдруг спросил Феб. Рита резко остановилась, и от неожиданности он чуть не врезался в неё. — Конечно, — бросила она. — А ещё я знаю, что это ты в прошлом году проклял Септиму, из-за чего она неделю провела в больничном крыле. Давай, попробуй оправдаться. — Вообще-то я не собирался осуждать, — буркнул в ответ Феб. — Я только хотел спросить: это правда, что Андромеда с ним встречается? Не пойми неправильно, но… Блэк и магглорождённый? — Вряд ли это что-то серьёзное. Рита с усилием открыла люк. Феб помог ей выбраться наружу и вылез следом, отряхнув мантию от пыли. — Это тебе, — сказал он, стянув из одного ящика упаковку конфет. Рита сунула её в карман и усмехнулась; из подсобки они выбрались, сдавленно хихикая, и уже пять минут спустя сидели в «Трёх мётлах», ожидая, когда им принесут сливочное пиво. В будний день в пабе было безлюдно: помимо них в углу сидела рыжеволосая ведьма, полностью погружённая в чтение газеты. Её лицо показалось Рите смутно знакомым. — Я ненадолго, — предупредила она Феба, когда им принесли кружки. Он только хмыкнул. — Что, гордой слизеринке не пристало встречаться с каким-то паршивым гриффиндорцем? А я чистокровный, если хочешь знать, Рита. — Меня ждёт трансфигурация, иначе профессор Макгонагалл завтра превратит меня в крысу и съест заживо, — сказала она, почти не солгав. Феб демонстративно закатил глаза. — Хочешь, я за тебя сделаю? Рита с подозрением прищурилась. Феб отсалютовал ей кружкой со сливочным пивом. — Сама справлюсь, — твёрдо решила она, посмотрев на часы. — У тебя тридцать минут, а потом я иду обратно в Хогвартс: с тобой или без тебя. — Ну как скажешь, — Феб расплылся в кривой улыбке и подвинулся поближе к Рите. — Будем надеяться, что я смогу тебя переубедить. Она только рассмеялась ему в ответ.

***

В Хогвартс Рита вернулась заполночь. Сильный запах чего-то горелого висел в гостиной; стоило ей только подойти ближе к спальням, как она поняла, что он доносится из-за двери её комнаты. — Какого… — начала было Рита, но не договорила, увидев, что сидящие на полу Белла и Ладонна отчаянно пытаются что-то сделать с подгорающим зельем в котле. Долорес на своей кровати меланхолично перебирала свитки пергамента с таким видом, как будто ничего особенного вокруг неё не происходило. — Подай волос единорога, — попросила Белла, щёлкнув пальцами. Рита не сразу сообразила, что просят именно её, и растерянно огляделась по сторонам. Нужный ингредиент обнаружился на комоде рядом с расчёской. Она кинула флакончик с волосом Белле в руки, и она поспешно стряхнула его содержимое в котёл. — Что тут происходит? — наконец договорила Рита, подойдя к окну и рывком распахнув форточку. — Они варят зелье от похмелья к ближайшим выходным, — ответила за Ладонну с Беллой Долорес, не отрываясь от своих свитков. — Где ты была? Явно не трансфигурацию доделывала. Ты что, пьяна? — Кажется, — неопределённо сказала Рита, плюхнувшись на кровать. Весь вечер она провела, прошатавшись с Фебом по Хогсмиду. Ближе к ночи он забрался в «Кабанью голову» и стащил из-за прилавка бутылку огневиски, которая не дала им замерзнуть на улице с заходом солнца. Белла заинтересованно вскинула голову. — С кем это ты была? — А вот обойдёшься, — чуть заплетающимся языком отозвалась Рита, забираясь с головой под одеяло. Она почувствовала, что Белла запустила в неё чем-то увесистым, попав по спине, но не стала на это реагировать. Ладонна премерзко хихикнула. — Что, всё-таки решила не отставать от Беллы и Игоря? — Да катись ты, — Рита высунулась из-под одеяла и показала ей неприличный жест. Ладонну это не задело: она расхохоталась и беззаботно тряхнула волосами. — Будем считать, что ты делаешь шаги в верном направлении. Слушай, Белла, так когда вы планируете собраться в следующий раз? Я страшно обижена, что вы меня не позвали! Казалось, от этих слов в комнате повисло почти осязаемое напряжение. Рита предпочла отвернуться, заметив, что Долорес и Белла испуганно переглянулись между собой. Ладонна же громко фыркнула, закатив глаза. — Что? Наша любительница мышек травмировалась до конца жизни? — Донна, не сейч... — Раз уж начали, то давайте обсудим. Самое время, — громко оборвала их Рита, скрестив руки на груди. Белла, запнувшись на полуслове, уставилась на неё с явным опасением во взгляде. Долорес, тяжело вздохнув, отодвинула от себя свитки и явно собралась что-то сказать, но Ладонна не дала ей этого сделать. — Нет, ты серьёзно? Тебя что-то смущает? На пятом курсе Игорь случайно разорвал жабу на части вместо того, чтобы трансфигурировать её, никто даже бровью не повёл… А нет, погодите-ка, точно, это же ты позеленела и выбежала вон из кабинета, — Ладонна громко рассмеялась, тут же оборвав свой фальшиво-участливый тон. — Теперь не удивлена. Рита попыталась убить её взглядом, но Ладонну это не проняло; тогда она потянулась к палочке — и обнаружила, что Белла успела убрать её куда подальше, переманив к себе и спрятав за пазуху. — Верни мою палочку! — прошипела Рита. Белла отступила в сторону, покачав головой. — Давай! Сейчас я покажу, кого мне Круциатусом мучить не жалко! — Успокойся, — сказала Долорес. Ладонна обернулась на неё и обнажила зубы в подобии улыбки-оскала. — Да нет, зачем? Может, к следующему разу она как раз передумает, смотри, как злится-то… И поосторожней там с твоими приключениями в Хогсмиде, а то, — она опустила взгляд на котёл, содержимое которого медленно кипело на слабом огне, — это зелье ты закончишь ещё до выходных. Спокойной вам ночи, девочки, — Ладонна обернулась через плечо, помахала Рите рукой и только потом вышла, негромко хихикнув себе под нос. Рита рванулась пойти и приложить её лбом о стену, но Белла ухватила её за ворот мантии в самый последний момент. Долорес взмахом палочки закрыла двери в их спальню, и только тогда всё как будто встало на свои места. Невесть откуда взявшаяся ярость отхлынула, и Рита с ужасом обнаружила, что уже почти набросилась на Беллу. Какое-то время тишина стояла такая, что она слышала только биение собственного сердца в груди. — Что… что произошло? — растерянно спросила Рита, рухнув прямо посреди комнаты на пол. Белла нервно рассмеялась и вернула ей волшебную палочку, коснувшись ладонью лба. — Донна, вероятно?.. Выдохни, ты очень легко завелась. Долорес пробурчала себе под нос что-то неодобрительное. Белла уселась рядом с Ритой, подобрав под себя ноги. — Ты это серьёзно сказала? Про Круциатус? — Тебя больше вообще ничего не смущает? — Рита вскинула бровь. — Даже не надейся. Это всего лишь злость и огневиски. — Ты ещё обижена на нас? — За убийство мышей? Вероятно, да, — передразнила тон Беллы Рита, закрывая лицо руками. — Уж прости, такая тебе чувствительная подружка попалась, не повезло. Белла ей не ответила, закусив губу, зато Долорес, явно ожидавшая своей возможности вставить слово, кашлянула, привлекая к себе внимание. Рита вопросительно посмотрела на неё. — Давай я дам тебе пищу для размышлений, — сказала Долорес, тщательно взвесив каждое слово. — Итак, урок трансфигурации. Кучка неумелых подростков с энтузиазмом разбирает мышей, намереваясь трансфигурировать их во что-то непонятное. Предположим, у кого-то получилось с первого раза. Что должна ощущать мышь, которая привыкла к своему телу, но по непонятному стечению обстоятельств превращается в, скажем, кубок, и ничего не может с этим сделать? Но это не самое худшее, потому что зачастую у нас ничего не получается. И вот, то хвост, то туловище мыши трансфигурируется, деревенеет, перестаёт слушаться. Или её вовсе может разорвать на кусочки благодаря особо выдающимся умениям Игоря, да, как нам любезно напомнила Донна, — Долорес сложила руки на коленях и с улыбкой, в которой читалось удовлетворение, пожала плечами. — Ты можешь сказать, что на уроках трансфигурации мы не ставим перед собой цель замучить мышей. Только вот дело в том, что нас просто не волнует, что именно может происходить во время модификаций живой плоти, и мы не думаем об этом. Что лучше в таком случае, Рита? Мучить намеренно или мучить, не подозревая об этом по причине полной неосведомлённости и, чего уж таить, нежелания думать об этом? Со своей стороны я не вижу особенной разницы. А если ты считаешь иначе, то советую на досуге подумать как следует, и желательно на трезвую голову. Придёшь к выводу, что тебе жаль животных в любом случае, — тогда хотя бы не лицемерь на уроках трансфигурации, пожалуйста. Она ни разу даже не запнулась и не дала себя перебить; Рита сразу поняла, что эту речь Долорес готовила уже довольно долго и весьма основательно. С таким заявлением спорить было очень сложно. Белла обескураженно смотрела на неё, явно проникнувшись сказанными словами. — Неплохое оправдание для зудящей совести, — отрезала Рита, упрямо отпихнув от себя даже разумные аргументы. — В этом есть смысл, — возразила Белла. — Мы не будем обсуждать это в час ночи, — прервала их Долорес, закатывая глаза. — Я хочу, чтобы вы как следует над этим подумали. Завтра первым уроком как раз трансфигурация.