Американо

Добродушная Настя с копной пшеничных волос и милой россыпью веснушек на щеках оказывается очень приятной собеседницей. Антон торчит в кофейне около часа, расспрашивая девушку о её подруге. Настя сначала хмурится, подозрительно смотря на юношу, но Антон умеет быть обаятельным, если того требуют обстоятельства. Помимо того, что Вика изредка заходит сюда выпить свой приторный кофе, Антон так же узнает, что она учится на последнем курсе филологического факультета и всерьёз увлекается литературой. О, а ещё, действительно, терпеть не может футбол и всё, что с ним связано. Номер телефона Антон не берёт, поступая умнее и просто найдя профиль девушки в инстаграме. Практически на всех фотографиях Вика улыбается широко и искренне, а не с той снисходительной фальшью, которую она адресовала Антону. Миранчук фыркает себе под нос, но тем не менее продолжает пролистывать ленту и лайкать все фото, прекрасно зная, что девушка обратит на это внимание. Однако идиллия длится недолго, потому что палец буквально замирает над сенсорной поверхностью, пока глаза вглядываются в изображение на экране. Сначала Антону кажется, что от запаха кофе, который он ненавидит, у него уже начались галлюцинации. Но нет, фото вполне чёткое и яркое. Вика стоит на фоне какого-то моста, а рядом с ней парень, чья рука по-хозяйски лежит на плече брюнетки и прижимает к себе. — Какого хрена? Вопрос срывается с губ почти бесшумно, пока Антон продолжает таращиться на человека, от которого успел устать за последние месяцы. Головин улыбается ему с фотографии приветливо и чуть ли не машет рукой, а Антон пытается понять, в какой именно момент логика всей этой ситуации ушла в далёкие края на три буквы.

***

— Я не врубаюсь. Она типа ненавидит футбол, но при этом тусуется с Головиным? — Тарасов, как обычно, мастерски выстраивает мысленные схемы, от которых толку ноль. Они втроём сидят на базе Локомотива, уставшие после тренировки. И если Лёша со всем комфортом устроился на диване и лишь лениво прислушивается к диалогу, то вот Тарасов настроен решительно. В руках Дима сжимает телефон, разглядывая фото. — Ага, этот мелкий засранец везде успе… — Антон! — раздаётся недовольный возглас Лёши, когда его близнец начинает чересчур энергично размахивать руками и плеваться ядом в бывшего полузащитника ЦСКА. — Что Антон? В кои-то веки мне понравилась девушка, а она меня отшила. Миранчук скрещивает руки на груди и дует губы, больше смахивая сейчас не на двадцати двух летнего парня, а на первоклассника, который дёрнул понравившуюся девочку за косичку, а та в ответ вмазала ему по лицу. За последние несколько дней он думает о брюнетке слишком часто, хотя видел её всего пару раз. Но в целом сложившаяся ситуация его бесит, потому что неизвестным элементом в пазле является Головин, которого он на дух не переносит. — Так в чём проблема? Встреться с ней ещё раз, — большая наивная душа под фамилией Тарасов предлагает альтернативу, но Антон от неё отмахивается. Потому что сначала он должен выяснить, какого хрена у одной длинноногой особы в профиле красуется фото Головина. — Слушайте, он же в Монако месяц назад укатил, а фото она выложила только на прошлой неделе… — Божественная дедукция, братик, — Лёша демонстративно закатывает глаза, а затем встаёт с дивана и уходит, по пути отбив «пять» зашедшему в зал Смолову. — Что лица такие кислые? — спрашивает Федя, плюхаясь рядом с Тарасовым. Взгляд нападающего скользит на экран телефона в руках Димы, после чего Фёдор удивлённо присвистывает. — А откуда вы Вику знаете? В этот момент Антону хочется как следует покрыть матом виновницу всего торжества, потому что помимо фотографий сомнительного содержания с Головиным, её ещё и Смолов знает. Что априори внушает некие опасения, учитывая длинный список похождений Феди. Расклад вообще охеренный. И не понятно только одно — в какой именно момент Антон сам умудрился просрать возможность знакомства с темноволосой особой.

***

— Она точно придёт? — пятый раз за полчаса спрашивает Антон, на что Смолов раздраженно закатывает глаза. — Ты достал уже. Если сказала придёт, значит придёт, — отмахивается Федя и, опрокинув в себя очередную стопку какой-то дряни, встаёт и идёт прямо в центр танцующей толпы. В конце концов, своё обещание он выполнил, теперь может и расслабиться. Антон же продолжает сидеть у барной стойки, нервно постукивать пальцами по стеклянной поверхности стакана и бросать быстрые взгляды на наручные часы. Миранчук сам себе не может объяснить собственную нервозность и раздражение, которое плещется на краю сознания. Хотя волноваться, вроде бы, не о чем. Как оказалось, Виктория Князева (да-да, имя сплошная скромность) помимо учёбы увлекается журналистикой и уже неплохо преуспела в этом. Именно так она познакомилась с Федей и, скорее всего, так же с Головиным. Только вот возникает вопрос — какого, собственно, чёрта, человек, который не интересуется футболом, тем не менее интервьюирует футболистов и пишет статьи именно об этом виде спорта. Мысль толком не успевает сформироваться в голове, потому что среди толпы людей Антон замечает длинноволосую девушку. Она идёт медленно и вертит головой, явно пытаясь отыскать кого-то и пока что не видит Антона, что даёт ему возможность разглядеть брюнетку. Вика одета в довольно простое чёрное платье с длинными рукавами, без каких-либо страз или лишних деталей. Но стоит Антону опустить взгляд, как он понимает всю задумку образа — Вика не нуждается в декольте или провокационных вырезах, потому что короткая длина платья помогает во всей красе рассмотреть её длинные и стройные ноги. Миранчук чересчур удовлетворённо усмехается, покидая своё место за стойкой. Обойдя девушку и оказавшись у неё за спиной, юноша подходит максимально близко и наклоняется, едва не задевая губами ухо брюнетки. — У меня всё же назрел вопрос, — довольно громко говорит Антон, чтобы перекричать басы музыки. Горячее дыхание разбивается о нежную кожу, заставляя девушку вздрогнуть и резко повернуться. В карих глазах плещутся едва заметный испуг и удивление, однако ей хватает буквально пары секунд, чтобы узнать человека, нагло вторгнувшегося в её личное пространство. — У меня тоже. Просто, чтобы уточнить — ты точно не маньяк? Потому что это начинает меня напрягать, — бурчит Вика, в этот раз даже не пытаясь выглядеть дружелюбно. Сделав небольшой шажок назад и тем самым увеличив расстояние между ними, брюнетка позволяет себе выдохнуть. — Да ладно, неужели ты не веришь в случайные встречи или знаки свыше? — Антон улыбается так широко, что его виниры могли бы освещать танцпол вместо диско-шара. — Ага, а ещё в единорогов и в натуральную ориентацию Роналду, — отвечает Вика, продолжая бросать на Антона раздражённые взгляды. Сложить в голове два плюс два не составляет особого труда, поэтому девушка лишь тяжело вздыхает. — Передавай Смолову привет, и в следующий раз пусть не беспокоит меня по пустякам. Виктория готова развернуться и уже второй раз за неделю с гордо поднятой головой покинуть компанию футболиста Локомотива, но Антон реагирует быстрее, хватая девушку чуть выше локтя и притягивая к себе. Миранчук немного не рассчитал силу, поэтому Вика буквально падает на него, миниатюрными ладошками упираясь в широкую грудь. Из-за разницы в росте она вынуждена сверлить его взглядом снизу вверх, и Антон готов поклясться, что она уже мысленно точит пики, на которые готова его насадить. — Ты кого-то подкупил или в команду теперь берут людей с отклонениями? — шипит сквозь сжатые зубы девушка, вызывая у Антона новую порцию улыбки. Она пытается высвободиться из хватки, но Миранчук держит крепко, не давая отстраниться. Одна ладонь юноши продолжает вжиматься в предплечье, а вторая лежит на тонкой талии, прикрытой лишь тканью платья. Антон чувствует тепло, исходящее от неё, и это заставляет его наклониться ещё ниже. — Отпусти. — Почему ты такая вредная? — А почему ты такой придурок? — Я первый задал вопрос. Вика продолжает сверлить его взглядом, с трудом борясь с желанием расцарапать ему лицо. Миранчук её бесит, причём сильно. По десятибалльной шкале он достиг отметки одиннадцать. — Я уже говорила, что не люблю футболистов. — Ага, и поэтому стоило Смолову позвонить тебе, как ты сразу сюда примчалась. Девушка хмурится, поджав пухлые губы. Вырываться из хватки Миранчука она прекращает, потому что это бесполезно. В карих глазах мелькает эмоция, которую Антон не в состоянии определить из-за быстро мелькающего света в помещении. Громкие басы музыки продолжают долбить по ушам, отрезая от окружающего мира и заставляя сосредоточиться лишь на миловидном лице. — Я так понимаю, про фото с Головиным спрашивать вообще не стоит? Двойные стандарты какие-то. — Ты ничего не знаешь. Антон качает головой, тем самым подтверждая слова девушки. Он действительно толком ничего о ней не знает, даже несмотря на информацию, любезно предоставленную Настей. Но зато вопросов становится всё больше, и Миранчук, честно говоря, с его богатой фантазией даже не может представить, чего ему ожидать дальше. — Ну, так расскажи, позволь мне узнать. Длинные пальцы плотнее вжимаются в податливую кожу, впитывая её тепло. Антон всё так же улыбается, прекрасно зная, как его улыбка воздействует на людей. И не важно, как сильно человек отпирается или сопротивляется — эффект всегда одинаковый. Вика на пару мгновений прикрывает глаза, тяжело вздыхает и коротко кивает. — Ты же не отстанешь, да? — Не-а, разве что ты сходишь со мной на свидание. В карих глазах девушки плещется явный скепсис, но Вика понимает, что он от неё не отвяжется. Она успела изучить подобных ему и знает, что лучше согласиться на уступки, чтобы от неё скорее отстали. — Ладно, одно свидание. А потом ты отцепишься от меня, — говорит Вика, наконец чувствуя, как хватка мужских рук слабеет. Моментально воспользовавшись возможностью, брюнетка отступает. — Я напишу. Антон провожает взглядом спину девушки, которая уходит уже по привычке, не попрощавшись. По пути Вика сталкивается с Федей, на которого смотрит так, словно он задушил её попугайчика. Футболист хочет что-то сказать, но девушка резко поднимает руку, заставляя его замолчать. — Даже не начинай, я слишком сильно хочу тебе врезать.