Behind These Eyes

— Всё, я сдаюсь! Кажется, я получу плохую оценку впервые в своей жизни! Громкий голос среди библиотечной тишины заставил Кэт подпрыгнуть на стуле. Она сидела за столиком в самом конце комнаты, кропотливо изучая каждую строчку в созданных специально для неё учебниках. Девушка замерла, придерживая палец там, где прекратила чтение — шрифт Брайля помогал ей ориентироваться в написанном. — Что не так, Бродяга? Зелья? Трансфигурация? — раздался мягкий голос Ремуса. — Боже, нет. Они просто адски лёгкие. Мне нужно написать эссе длиной в три фута на тему «Как маглы копируют без помощи магии». У меня только пара дюймов, и я уже не знаю, что еще сказать. — А ты вообще слушал преподавателя? — спросил Ремус с мягким, едва слышным смешком. — Не-а, не совсем. — И все мы знаем почему, — глубокий голос Джеймса разлетелся эхом по помещению. — В конце концов, не ходит ли кто-то особенный с тобой на эти занятия?.. — Заткнись, рогатый, — голос Сириуса звучал смущённо и раздражённо одновременно. Кэт вспыхнула в своем углу. Они не могли говорить о ней. Быть не может. На их потоке было очень много девушек, которыми мог бы заинтересоваться Сириус. Кроме того, ей вовсе не хотелось, чтобы он вообще обращал на неё внимание — или всё же?.. Она немного посидела, глубоко дыша, пока парни шутили и смеялись, игнорируя громкие замечания от библиотекаря, а потом порылась в своих бумагах. Она вытащила то, что искала, из кипы пергамента в сумке и обхватила ладонью древко палочки. Простое заклинание, касание пергамента самым кончиком, и шрифт Брайля превратился в обычные чернильные надписи. Кэт сложила свои учебники и забросила сумку на плечо. Касаясь рукой гладкой поверхности книжного шкафа, она двинулась на звук голоса Сириуса. — Привет, — сказала она, когда поняла, что оказалась достаточно близко. — Привет, Кэт, — голос Ремуса звучал так, будто он и действительно был рад ее видеть. — Откуда ты вдруг появилась? — Я просто занималась. — Кэт завела прядь волос, упавшую на лицо, за ушко. — Я просто услышала… — Она протянула пергамент в том направлении, откуда исходил голос Сириуса. — И подумала, что это может помочь. Она почувствовала касание теплых пальцев, когда он забрал протянутый пергамент. — Твои конспекты? Ты просто жизнь мне спасла! Кэт улыбнулась, почувствовав тепло и искреннюю благодарность в его голосе. — Да ладно. Они написаны моим пером, поэтому на пергаменте — всё, что говорила профессор. Так что, если они не помогут, не поможет ничто. Джеймс пробормотал что-то, шумно выдохнув. Она не расслышала что, но всё равно покраснела, уверенная в том, что он снова пошутил над ней. — Я, наверное, лучше пойду… — Увидимся за ужином, — крикнул ей Сириус вслед. Когда она распахнула двери, до неё донесся оглушительный смех Джеймса. «Глупые мерзавцы», — подумала Кэт, выходя.

***

Она все еще не справилась со своим смущением к тому времени, когда начался ужин, так что было решено его пропустить. Вместо него Кэт выскользнула за пределы замка, чтобы оказаться подальше от шума и суеты, которые прятал внутри Хогвартс. Она не знала, почему ее так влекло туда, но снова двинулась к кромке леса, обогнув озеро. Ближе к тому месту, где была атакована оборотнем ровно две ночи назад. Надеялась ли она на то, что создание, спасшее ей жизнь, вернется? «Скорее да, чем нет», — заметила она про себя. В этом животном было что-то странно человеческое, что отпечаталось в ее разуме и не давало ей расслабиться. Когда она была ребенком, который жил в магловском Лондоне, ей было непонятно, почему, несмотря на слепоту, она могла рассказать что-то о людях вокруг. Кэт всегда точно угадывала пол того, кто собирался с ней заговорить. Она чувствовала разницу между человеком и животным, вошедшим в комнату, и запах не играл в этом практически никакой роли. Ее родители объясняли это обострением оставшихся органов чувств. После оказалось, что она — ведьма, и ей пришлось уехать в Хогвартс. Ее родители, честно сказать, сомневались в том, что Кэт справится, но профессор МакГонагалл пришла лично, чтобы все им разъяснить. И только тогда Кэт узнала, что все это — чувствовать людей, знать о них то, чего не знал никто, — случалось лишь потому, что она была ведьмой. Это был тот самый выход, который нашла магия, жившая в ней. — Эй, что ты тут делаешь? Громкий голос ворвался к ней в мысли, и она обернулась. — Хагрид?.. — нерешительно спросила Кэт. Тяжелые шаги послышались совсем рядом с ней. — О… Я тебя знаю… Ты, эм… Ну… — Хагрид запнулся и сглотнул. — Я имею в виду… — Да ладно. Я слепая девочка. Я не возражаю. Хагрид нервно усмехнулся. — Ну, тебе все равно не положено тут быть. Не так близко к лесу… — Простите… Хагрид. — Она прикусила губу. — Какие создания водятся в этом лесу? — Да много разных, — ответил Хагрид. Кэт почувствовала, как он подошел ближе. — Единороги, и кентавры, и… — Оборотни? — подсказала Кэт. Хагрид медлил с ответом. Повисла давящая тишина, и девушка практически могла слышать, как быстро мелькают мысли в голове у великана. — Нет! Понятия не имею, где ты могла такое услышать, — и он издал ещё один нервный смешок. — А как насчёт… Больших собак? В этот раз не было никакой паузы. Хагрид рассмеялся: — Собаки? Только старый Клык. Хотя, здесь обитает семейство шишуг, но они не особо большие… Клык? Быть может, это он спас ей жизнь? Нет, она была уверена, что этого пса описывали как огромную борзую, а они точно не имеют стоячих ушей. — Ну всё, тебе пора возвращаться в замок. Уже темнеет. Кэт рассмеялась, но развернулась в направлении замка. — Темнота не играет для меня никакой роли, Хагрид.