Секс с Оксимироном

Андрей уже ждал у клуба. Мирон широко распахнул дверцу и плюхнулся на переднее сиденье, расслабленно и лениво раскидываясь. — Погнали, — поторопил он. — Ремень пристегни, герой-любовник, — хмыкнул Андрюха и завел машину. Настроение было ебантяйничать и выебонить. — Вовсе не страшны ни зной, ни слякоть, — вдруг громко и фальшиво затянул Мирон. — Бля, не начинай, — застонал Андрей. — Резкий поворот и косогор… — Су-у-ка! — Чтобы не пришлось любимой плакать, — продолжал горланить Мирон, а закончили они уже вместе: — Крепче за баранку держись, шофер! Мирон заржал и щелкнул замком, широким движением вытягивая ремень безопасности. — И этому мужику перевалило за тридцатник, — деланно проворчал Андрей, выкручивая руль на повороте. — Откуда столько энергии? — Великая магия ебли, — Мирон поморщился, снова оглядывая свою футболку. — Блять, ну и чмошник, переодеть есть че? — На заднем посмотри. Мирон вывернулся, чтобы нащупать пакет со свеженькой одеждой. — Ладно, в аэропорту переоденусь. Во сколько там вылет? Хотелось еще немного попребывать в состоянии припизднутой беззаботности и легкости. Как будто с чистой одеждой оно могло тут же улетучиться. — В три. Женя уже там, просила узнать, не забыл ли ты паспорт, ты ей в телеге не отвечаешь, — деловым тоном сообщил Андрей. — Бля, забыл, — застонал Мирон. — Только не говори, что… — В бардачке. — Фух, — Мирон достал паспорт и с недоумением оглядел погрызанную обложку. — Че за хуйня? — Лил Хесус его апгрейдил немного. Мирон покачал головой и вдруг выдал: — Как можно было назвать кота Гришей? — Чего? — Андрей покосился на него. — Это типа твое творчество или вопрос ко мне? — Да у Фаллена кота Гришей зовут, — охотно пояснил Мирон. — В его духе было бы придумать что-то веселое и придурошное, а тут… Гриша. Еще бы Барсиком назвал. — Имя и имя, — Андрей не понял проблемы. — Скажи лучше, этого Фаллена мне записывать в постоянные жопы, или оно было одноразово? На случай, если он начнет тебя искать и заебывать меня, — пояснил Андрей. — Фавориту иммунитет и благосклонность императора, — насмешливо продекламировал Мирон. — Заебывать не будет, я думаю, сучистый больно, — при воспоминаниях в паху тут же сладко заныло, и Мирон поерзал на сиденье. — У меня к тебе дело будет, кстати. Заплачу сверхурочно. Андрей кивнул, но уточнять не стал — знал, что в любом случае получит подробные инструкции вместе с банковским переводом. — Чем бы дитя не тешилось… Мирон согласно хмыкнул, после чего дернул рычажок, опуская спинку кресла, закинул руки за голову и задрал ноги на торпеду. За окном быстро мелькали ночные дорожные огни, мысли текли вяло. — Как думаешь, дома установить пилон дорого будет? — спросил он, нарушив недолгую тишину. — Есть дешевые с присосками, — Андрей каким-то таинственным образом всегда имел ответы на все бытовые вопросы, в которых Мирон не смыслил ничего. — Крепишь его где хочешь, потом снимаешь. Твоего Фаллена точно выдержит. — Закажешь? В душе не ебу, где их искать, — еще больше воодушевился Мирон. Перспективы открывались крайне приятные: посмотреть на извивающегося у шеста Фаллена без палева и договоренностей с управляющим стрипухи. — А говорил, что рэпер, — хмыкнул Андрей. — Шлюхи так стесняются профессии, хотя должны бы наоборот. Они ж такое дело хорошее делают! Мирон не считал Фаллена шлюхой, скорее просто чуваком без тормозов и комплексов, но шутка ему понравилась. — Базаришь, — хохотнул он. — Но вообще он правда рэпер… Только я не слышал его треков, надо заценить, может, не такая и хуятина, — он выудил айфон из кармана и подключил по ауксу к магнитоле. Какое-то время они молчали, вникая в постиронию и постюмор. Потом Андрей не выдержал. — Хуй знает, я ничего не понял. Ты понял что-то? — Нихуя, — честно признался Мирон. — Чушь полная. Он хотел было уже выключить, как разобрал что-то про рэпера Охру. Мирон отмотал и прослушал еще раз. — Чё, еба?! В одну ладошку не кончали, вот такие вот печали?! — По ходу, по хуям именитым скачет, — предположил Андрей. — Может, и про тебя запишет. И про шест. Мирон уже не слушал и отбивал сообщение Рудбою: «Бро, че за мутки с Фалленом?» Имбецильная песенка продолжала звучать из динамиков, все сильнее раздражая. Ваня перезвонил: — Бро, это пиздец, я знаю, и у меня нихуя нет объяснения для этой хуйни, честно! Не знаю, что сказать тебе даже, — затараторил он без приветствия, — я не понимаю даже, как это началось! — Началось что? — Мирон и сам не ожидал такого металла в собственном голосе. — Я слушаю и не вкуриваю, это дисс, блять, или чё? — Да, хуй с ним с диссом, по ходу Светло все просто заебало, и я его понимаю, это безумие просто, — Рудбой на другом конце трубки затянулся. — Короче, я его не виню за дисс. — Так, блять, — Мирон резко выпрямился, — давай выкладывай, в чем дело. Между вами что-то было? Он и сам не понимал, почему так взбесился — молниеносно просто. — Да мы не знакомы были даже! Откуда это все, я хуй знает, серьезно! — Ваня похоже тоже был на нервах. — Я всего лишь твой бэк, какого хуя они все это пишут? — Кто и что пишет? — Мирон потер шею, понимая, что запутался окончательно. — Когда вы успели-то? После баттла с Гнойным? Почему-то тот факт, что в то время, пока он сам ничего не знал о Фаллене, его друг уже успел заиметь какую-то общую с ним историю, задевал. Как будто некое откровение, полученное им пару часов назад, вовсе и не было таковым. Может, Антон прав, и Фаллен действительно был не особенно избирателен? Рудбой, Оксимирон — одна хуйня. — Да, фанфики эти ебучие, их море! — горестно вздохнул Ваня. — Тебе не привыкать, а нам со Светло такое впервые досталось. А еще картинки, где мы типа ебемся, видео… Я игнорирую это к хуям, нездоровая хрень. Фаллен меня ненавидит, наверное, за это все. — А-а, — Мирон выдохнул с неожиданным облегчением и заржал. — Фанфики! Сука, серьезно? Ладно я с Гнойным — там искра была, а вы-то каким хуем вообще? И че, годное чтиво? Вообще-то думать об этом всерьез не хотелось. Он припоминал те истории, в которые успел заглянуть, чтобы разобраться в явлении шипперства как таковом: люди умудрялись обосновывать совершенно необъяснимую хуету. Можно было особо не сомневаться, что в фанфиках Рудбой ебет Ванечку вполне достоверно. — Там пиздец! — Ваня снова завелся. — У нас там не только ебля, а типа чувства! И всякое… Групповухи с тобой и Гнойным, дети иногда, я охуел. Просто дичь! Мы с тобой, я с этим Фалленом, я с Гнойным… Короче, я ни хуя на это не подписывался! — Ваня замолчал, снова затягиваясь. Похоже, у него нормально накипело от этого явления. — Хера у тебя бомбит, бро! Откуда познания-то такие? — криво усмехнулся Мирон, радуясь, что с Фалленом гетеросексуальный и гомофобно настроенный Ваня ебался только графически. — Так они мне скидывают это свое дерьмо! Пишут, спрашивают, ебемся ли мы? Даже его номер на кой-то хуй прислали! Адрес вычислили! Они ебанутые, бро, я тебе говорю! — Ваню несло. — Представляешь, бедный парень! Он такой тихий, его никто и не знает, видно сразу, что неконфликтный, за себя постоять не может, не то что Гнойный, дисс у него и то какой-то не злой. Мне его жалко, пиздец. Я думал написать даже, но решил, что только хуже будет. Мирон едва сдержался, чтобы снова не заржать в трубку. Слышал бы это Фаллен, обплевал бы ядом так, что Рудбой со своей наивностью и сердобольностью скончался бы от смертельной дозы тут же. — Не, мужик, это зашквар, — поспешил он отговорить Ваню. — А то вдруг выяснится, что он там дрочит на порно со своим участием, чё делать будешь? Выебешь из жалости? — Ты его видел? — Ваня прыснул. — Какие-то бабушкины кофты, посты про еду, кот… Я краем глаза посмотрел — сразу все понял. Тихий друг главного хулигана. Может, вообще девственник. Короче, для него и так стресс, я его трогать не буду. — Ну-ну, девственник, как же, — вырвалось у Мирона. Он прикрыл глаза: томные и плавные движения, темная сексуальность, медленно, но беспощадно проступающая за пластикой тела, колкие вызывающие взгляды, смелые фантазии… Фаллен был дерзким и порочным, а никак не таким, как думал наивный Ваня. — Ладно, я понял, бро, — решил закруглить разговор он, — к аэропорту уже подъезжаю, надо успеть на регистрацию, иначе Женя меня выебет. Ей для этого даже фанфики не нужны. — Бойся фанфиков, — совершенно серьезно сказал Ваня, — их пишут психи. Лучше даже не смотреть, что там. Он отключился. — Приехали, — Андрей кивнул на сияющий аэропорт. — Когда обратно ждать? Фаллену что сказать, если-таки припрется? — Он адреса не знает, куда ему приператься-то? — Мирон задумался. — Меня неделю не будет, в Москве дел дохуя, съемки. Если че, я с ним сам свяжусь. Но думаю, он без внимания не заскучает, ты впрягся уже, напишу, как регистрацию пройду, че делать надо, — пока он говорил, Андрей уже вытащил из багажника легкую сумку и пакет с одеждой на смену. — Бля, переодеться хотел! — вспомнил Мирон. Он быстро сменил футболку прямо на улице, закинул грязную на заднее сидение и, несколько раз проверив телефон и паспорт в карманах, двинулся ко входу в аэропорт. Подходя к стойке регистрации, он уже успел скачать какой-то фанфик. В фанфике натурально творилась какая-то дичь. Единственное, с чем был согласен Мирон — характер Фаллена. Ребята из фандома, похоже, знали своих кумиров гораздо лучше, чем их коллеги по рэп-сцене. Фаллен там был как живой — злобный, хитрый и развратный. Он легко окрутил ни о чем не подозревающего Рудбоя и уже через несколько страниц похитил и его сердечко, и член. Сцены секса были описаны с такой анатомической точностью, что складывалось впечатление, будто писал или врач, или гей, или участник событий. Все это рождало странные эмоции. Хотелось то ли поблевать, то ли подрочить, а вот ревновать определенно не хотелось, хотя это как раз не было чем-то противоестественным. Рудбой в фанфике представал этаким мачо, брутальным, жёстким, но верным, честным и серьезно настроенным. Фаллену же доставались все классические переживания и сомнения главной героини. На деле же настоящий Светло намного вероятнее сам нагнул бы ветреного и блаженного Ваню за его распиздяйство и алкоголизм. За час полета Мирон совсем извелся, пока дочитал до конца, проклиная автора и надеясь, что в конце «идеальную парочку» переебет поездом или разлучат инопланетяне. Любой неожиданный финал с мучительной смертью персонажей подходил, а не вот это вот все — ванильное и приправленное глиттером, как будто их благословил Карма. В итоге едва самолёт сел в Шереметьево, Мирон вырубил авиарежим и, даже не дожидаясь приветственной смски от Мегафона, написал Фаллену: «Скинь телегу, хочу передать привет от Рудбоя». «Этот тоже хочет танцы? Надо повысить тариф. Телеги и ВК нет, я против Дурова», — Фаллен ответил быстро. Мирон невольно задумался, почему тот еще не спит в такое время, но спросил другое: «Фанфики про себя читаешь?» — пришлось продолжить общение в директе, хотя на ходу печать было не очень-то удобно — инстаграмму определенно не хватало функции голосовых сообщений. Как уже выяснилось, Рудбоя тема с фанфиками приводила в ужас, Светло же точно имел конкретное мнение на этот счёт, и было любопытно его послушать, хотя Мирон не сомневался, что получит далеко не такое резюме, как хотелось бы. Успокаивать его отсутствием фантазий о Рудбое придурошный Фаллен наверняка не станет, а напротив, подольет масла в огонь. Решимости узнать правду это не отняло. «Когда порно заканчивается и нет вдохновения. Но там меня ебет другой имперский. Хорошо ебет, кстати, ты бы почитал, пригодится для дела», — Фаллен, как и всегда, оставался язвой и гадом. «Настоящий Рудбой только телок ебет, а тебя считает задротом и девственником. Так что не обольщайся», — напечатал в ответ Мирон, запнулся на ровном месте и едва не пошел на красный. — Мирон! — Женя успела ухватить его за руку. Мирон нехотя убрал телефон в карман. «Передай настоящему Рудбою, что он может пососать клитор. А тебе, дядь, я нихуя не верю. Наверняка сейчас будешь ебать своего бэка. Удобно — имена не перепутать, все счастливы», — можно было бы подумать, что Фаллен ревнует, но это слишком не вязалось с его образом. Чем бы это ни было, Мирон улыбнулся. «Эту шпалу-то? Я похож на извращенца?» — напечатал он украдкой от Жени. «Комплиментов хочешь? Ты самый страшный извращенец, дядь, я так боюсь тебя, что не сплю, не ем, не тетешкаю Гришу! Особенно меня пугает, что девочкам не понравится, если клуб будет все время простаивать, и они меня выебут, оставшись без заработка». «Пусть поучатся у тебя, как правильно окручивать мужиков», — было последним, что успел написать Мирон, прежде чем они дошли до такси и Женя сунула ему свой планер, чтобы он мог ознакомиться с предстоящими делами.

***

На следующий день Ваня чувствовал себя на удивление кайфово. Никакие муки совести и прочие бесполезные факторы не мешали ему предаваться блаженной лени дома с Гришей. Секс с Оксимироном хоть и был вещью совершенно фантастической во всех смыслах, не вызывал ничего, кроме позитивных воспоминаний, вроде «стыдно рассказать, приятно вспомнить». Ваня знал, что не облажался. Он помнил жадный взгляд, нетерпение, желание повторить немедленно, а то, что Мирон еще и написал после, добавляло уверенности. Ваню удивляло другое — какое-то поразительное попадание. Он не помнил, чтобы с кем-то другим в первый же раз получилось так же охуенно круто. Он вспоминал особенно яркие моменты и сладко вздыхал. Мирон явно умел не только выебываться псевдоумным рэпчиком. — Хорошо бы повторить, — сообщил Ваня безразличному ко всему Грише. Снова вспомнив прикосновения и поцелуи, ему пришлось бросить кота ненадолго, чтобы сбросить напряжение. Ваня был уверен в том, что их первый раз не станет последним. Эта уверенность, однако, пошатнулась к вечеру. Мирон больше не писал, не звал к себе, не пытался снова трахнуть. К моменту, когда к нему зашел Слава, от утреннего благодушия не осталось и следа. Ваня сердито пил пиво, почти не слушая рассказы друга про ближайшие планы и новый клип. Вдруг в домофон позвонили. — Ждёшь кого-то ещё? — удивился Слава. — Не жду, кажется, — Ваня тут же напрягся. Мысль, что Мирон мог запросто завалиться без приглашения, тут же испугала до чертиков. Объясняться со Славой не хотелось совершенно. — Да? — осторожно спросил он, поднимая трубку. — Доставка, — запыхавшимся голосом сообщили оттуда. Никакую доставку Ваня, конечно же, не заказывал, но, пожав плечами, нажал на кнопку: домофон запиликал, впуская курьера в парадную. Ваня был не против, если бы кто-то ошибся, и принес ему халявной жратвы. Курьер сунул ему увесистый крафтовый пакет, помялся, явно ожидая чаевых, но столкнувшись о непробиваемый покерфейс поспешил удалиться. — Откуда бабки на такую жрачку? — вытаращился на него Слава, когда Ваня вернулся на кухню и выставил на стол прозрачные контейнеры. Ресторанная сервировка не оставляла сомнений, что еда была дорогой. — Фаны, видимо, — пожал плечами Ваня. Первой мыслью был Окси, но сомнения оставались. Все же, пару раз ему действительно вот так прилетали подарки от поклонников, правда, обычно это была пицца из сетей общественного питания. Здесь же чувствовались большие бабки и немного понта. «Выпендрежник хуев», — почти нежно улыбнулся Ваня, смакуя вкусную еду. «Вина не хватает, и Гриша грустит», — написал он Окси. Подумал с минуту и скинул еще и селфи с вилкой во рту. «Учту», — коротко ответил Мирон. — А самострел для кого? Тоже для фанов? — с подозрением отметил Слава. — У меня личная жизнь замаячила, — гордо сообщил Ваня, — так что приходится. Он нахмурился. Обманывать Славу не хотелось. Как бы там ни было, они оставались лучшими друзьями, хоть сейчас и не так плотно общались, как раньше. — Мужик опять? — скривив ебальник, поинтересовался тот. Ваня едва сдержался от того, чтобы закатить глаза: рэперы с большим удовольствием ебали друг друга на словах, а на деле так боялись настоящих геев, как будто гомосексуализм мог передаваться воздушно-капельным путем. — А как же Карина? Я думал, она тебе нравится. — Карина класс, но без мужика я долго не могу, — мотнул головой Ваня, — нежности надоедают, хочется нормального траха, а не с девочкой. — Ебнутый, блять, — Слава изобразил рвотные позывы, но наткнувшись на испепеляющий взгляд, выставил ладони в защитном жесте: — Ладно, молчу, ебись с кем хочешь. Кто он хоть? Где подцепил, ты ж с работы не вылезаешь? Ваня тяжело вздохнул. Каким бы он не был мудаком, другом он был хорошим. — Смотри, бро, — сказал он, спокойно глядя в глаза Славе, — я не хочу говорить тебе, кто это, но, если ты настаиваешь, скажу. Но за стабильность твоей психики не отвечаю. — Я его знаю, что ли? — ещё больше напрягся Слава. — Говори, хули. Должен же я знать, кому за братишку ебало бить. — Много ты знаешь тех, кто такие вот ужины может себе позволить? — кивнул Ваня на стол. — И нет, это не Рудбой. — На него я и не думал, это все равно что с Окси замутить — сказочки для девочек, — Слава почесал затылок. Забавно, ведь все поголовно были уверенны, что именно Слава мечтал залезть на хуй к Окси. Но Ваня прекрасно знал, что тот мечтал дружить. — Сказочки для мальчиков, — широко улыбнулся он. — Только не бей, дядь. Я все равно твой лучший друг, и буду его хуесосить. — Кого его-то?! — не понял Слава. Ваня продолжал красноречиво молчать, надеясь, что до Славы дойдет самостоятельно, благо все нужные имена уже были произнесены вслух. — Ну?! Вань, я не экстрасенс, по еблу твоему загадочному нихуя не понимаю! — Слав, какой же ты дебик иногда, — Ваня закатил глаза. — Я трахаюсь с Окси. Он меня все еще бесит, но пытается задобрить едой. Ваня выдохнул, готовый и в табло получить, и услышать проклятия. — Ой, ну заебал, — закатил глаза Слава — не поверил. — Не смешно уже! — Слав, это правда, — Ваня виновато пожал плечами. — Мы в стрипухе познакомились, он с Забэ туда приходил, помнишь, я говорил? Слава вспомнил. И ушел. Нет, сначала случайно опрокинул пиво, в бешенстве взмахнув руками, а после свалил, обиженно ебнув дверью. Практика показывала, что о некоторых вещах все же стоило молчать. «Поговори со Славой, он обиделся. И нет, секретов от друзей я не имею», — написал Ваня, грустно доедая остывший ужин. «Ты охуел? Я вообще-то не планировал посвящать в это всю рэп-тусовку!» — прислал Мирон спустя долгих полчаса. «Слава был дома, когда еду принесли. Врать в глаза другу не буду, я не такой мудак, как ты. Если все одноразово, я его уболтаю по принципу «бес попутал, больше не повторится», если нет — позвони ему», — Ваня решил, что один оставаться в заднице не намерен точно. Спустя минуту сообщения от Окси так и сыпались: «Да, блять, мне некогда». «Хули я мудак-то сразу?!» «Детсад». «Номер его скинешь или че?» «А что ты ему скажешь?» — не удержался Ваня, прислав номер. Внутри все как-то потеплело, несмотря на то, что они с Мироном вроде снова срались, и не факт, что тому удастся договориться с психующим Славой. «Не твоя забота», — отбил Мирон. Ещё полчаса Ваня мучался в неведении, слоняясь из комнаты в кухню и доедая остатки королевского ужина. Когда он, не выдержав, набрал Славу, голос у того был на удивление мирный: — Пиво ещё брать? — не дав Ване ничего сказать, поинтересовался он. — Или что покрепче? Я бы нахуярился. — На твой вкус, бро, если надо — нахуяримся, — Ваня счастливо улыбнулся. Мирон явно умел договариваться, когда ему это было выгодно. «С меня минет в душе или где ты там хотел?» — написал он Окси. «На лицо кончить хотел, локация не принципиальна. В фанфиках Фаллен хорошо сосёт», — не преминул подъебать тот. «Посмотрим, что скажет Слава. Если мне не понравится, сосать ты будешь», — отбил вредный Ваня и пошел открывать Славке. — Пидор ты, — разбавляя соком водку, сообщил тот, когда они снова устроились с бухлом на кухне. — Я столько лет потратил, чтобы хоть как-то законтачить с лысым уебком, а ты вот так просто… — Слав, — Ваня нервно закусил губу, — если у тебя к нему что-то, я отвалю в ту же секунду. Правда. Если ты не дружить, а другое хотел. Никакой трах не стоит этого. Ваня не врал. Друзья были дороже всех хуев, даже имперских. — Нет, фу! Ты чё?! — тут же набычился Слава. — Я Сашку люблю. Он выхлебал почти полстакана разом. — Я подружиться хотел, ну или хотя бы просто пообщаться, хуй знает. А тут мой лучший друг… Забей, короче. Гандон он. И пидор. Я всегда знал, — припечатал Слава. — Так слушай, это может и плюс? — приободрился Ваня. — Я вас могу познакомить. Обсудите баттл-рэп там, панчи умные. Он вообще тот еще уебок, но, раз ты хочешь, устроим. Его легко развести на что угодно, если пообещать стриптиз и минеты. — Зачем тебе он тогда нужен, если и правда уебок? — нахмурился Слава, передернув плечами на вываленные Ваней откровения. — Если он тебя обижает, то я могу и сам его рожу со своим кулаком познакомить. — Я сам уебок похуже, — хмыкнул Ваня. — Но нам неожиданно кайфово вместе. Странно немного, но круто. Прикинь, Окси для нас стрипуху снял. Всю! — он мечтательно улыбнулся. — Короче, он норм, — скомкано закончил Ваня и уткнулся в свой стакан. Комплименты в сторону Окси все еще были явлением шокирующим его. И Славу. Тот молча подлил себе ещё водки, а сок — забыл. — Блять, он ещё стыдить меня начал, что я друг хуевый, — беззлобно пожаловался Слава. — Сказал, что его друзья такой хуйней не страдают… Откуда я мог знать, что у вас вот так серьезно? Я вообще, наверное, так и не поверю до конца, пока вас вместе своими глазами не увижу. — Серьезно? — Ваня вскинулся. — Он так сказал? Что он вообще сказал? Ваня неожиданно почувствовал себя жутко неуютно и нервно. Словно он ступил на какую-то нетвердую, незнакомую ему территорию. — Да немного, на самом деле, — попытался припомнить Слава. — Наехал на меня сходу, типа, че я против него имею, я его нахуй послал, он прочитал лекцию, как плохо быть гомофобом, а потом вот это про друзей… Я если честно, так охуел, что половину прослушал, — признался он и пьяно икнул. — Вообще вот ты нахуя ему нажаловался сразу? — Я не жаловался, сказал, что кто виноват, тот пусть и разбирается, — Ваня махнул рукой. — Я думал, он попробует извиниться, но Окси это без угрозы для жизни не умеет по ходу. Типа меня он, короче, — он улыбнулся. — Если хочешь, больше никаких упоминаний, хотя я жил с тобой, говорящим только об Окси, целых три года. — Нихуя, я хочу знать все зашквары! — запальчиво возразил Слава. — Ты же будешь мне рассказывать? — Нет! — Ваня пораженно уставился на него. — Зачем тебе про наш секс знать? Все заебись, меня не обижают, вкусно кормят, даже у Гриши лучший корм! — Да не про секс! — Слава покраснел буквально до ушей. — Про зашквары, говорю же! — Да нет никаких зашкваров, — Ваня задумался, пытаясь что-то припомнить. — Ну, он не афиширует, но это и понятно. А так вообще-то нормально все. Ухаживает даже типа. Ебливый, что пиздец. Мне и рассказать-то нечего, — он развел руками. — Телефон забыл тут в клубе, башка дырявая. Вот и все зашквары. — Ясно, — для вида насупился Слава. «Ну чё там Гнойный?» — между тем снова вышел на связь Мирон. «Спрашивает про твои зашквары. Подсоби, че придумать? Мы ж ебались только, я хуй знает, что с тобой не так». Ваня налил себе и Славе еще. — Не говори остальным, — попросил он осторожно, — Замая точно инфаркт хватит. — Главное, сам не спались, — оскорбился Слава. — Рожа довольная больно. Пишет тебе что-то? «Я идеален, хули», — в своем репертуаре ответил Мирон. — Пишет, ага, — Ваня тут же отложил телефон. — Я помню правила, никаких переписочек, пока ты с братишками, это распространяется и на мужиков. Без базара. Он поднял стакан, думая, за что бы выпить. В голову лезла лишь какая-то хрень про еблю и понимание.