Раскрепощенная Эквестрия

Принцессы Селестия и Луна, великие и практически всемогущие аликорны, в чьих силах было двигать сами светила на небосводе. Эти сестры были сродни божествам для жителей Эквестрии, богиням во плоти. В могуществе, мудрости и непорочности этих созданий не смел усомниться ни один пони, и даже представители других народов относились к сестрам-аликорнам с великим почтением. Ведь не было никого на свете могущественнее их. Во всяком случае, для правящих сестер было выгодно, чтобы их подданные именно так и считали. Однако, аликорны были не всемогущи, и далеко не так непорочны, как было принято считать. В физиологии аликорнов был один нюанс, который тщательно скрывался от всякого непосвященного пони. Поскольку аликорны, как вид, были крайне малочисленны, природа снабдила их всеми необходимым условиями для возможного размножения, включая наличие соответствующих органов. Таким образом каждый представитель высшей расы аликорнов обладал двойным набором половых органов – мужским и женским. Поэтому Селестию и Луну «сестрами» называть было не совсем корректно. Очень не многие поданные аликорнов знали об этом, ведь вскрытие этого факта вполне мог навредить непогрешимой репутации сестер. Есть еще кое-что, о чем стоит упомянуть. Конечно же, аликорны обладали поистине выдающейся магической силой, она была настолько велика, что даже сотня выдающихся единорогов-волшебников не могли бы тягаться в магии даже с одной из них. Но у великого могущества так же были и свои недостатки, проявляющиеся физически. Поскольку подобные монструозные объемы магической энергии было крайне тяжело удерживать, некоторые ее потоки находили выход в физиологическом проявлении. Именно по этой причине аликорны были почти постоянно перевозбуждены, ведь именно через это русло большая часть излишка магической энергии выходила из тела аликорна. По этой причине мужская составляющая тела сестер почти постоянно было в состоянии каменной эрекции. Им даже приходилось прибегать к маскирующим чарам, чтобы скрыть эту свою особенность перед тем, как появляться перед подданными. Таковым было основное неудобство в бытности аликорном. Луна была младшей сестрой. Во всяком случае, так казалось, ведь она внешне была несколько меньше своей старшей сестры, Селестии. На самом деле нельзя было точно сказать, была ли Луна младше Селестии, и на сколько лет. О возможных родителях сестер не было неизвестно ничего. Считалось, что сестры-аликорны существовали целую вечность, и были рождены одновременно с рождением самого мира. Однако, это было лишь мнение обычных обывателей. Истина же была куда более прозаичной. Они просто были рождены другими аликорнами давным-давно, которые на данный момент времени были, скорее всего, уже мертвы. Тяжело было поверить, что аликорны были смертны, пусть их срок жизни был до безобразия длинным. Оказавшись «на вершине пищевой цепи», Селестия и Луна приняли решение объединить род пони в одно огромное госудаство, Эквестрию, стать ее правителями и, заодно, богами. Но это было больше трех тысяч лет назад. Вернемся же в настоящее. Королевская опочивальня Луны вполне соответствовала представлениям о том, как должна была выглядеть спальня ночной принцессы пони. Темные стены, усеянные золотистыми звездами, которые, казались, действительно сверкали, богатое убранство, дорогие ковры и мебель, все это указывало на то, что эта комната принадлежала божественной особе. Но более всего об этом говорило само ложе принцессы – огромная кровать с темно-синими шелковыми простынями, с таким же темно-синим балдахином, скрывающим спящую особу от посторонних глаз. Впрочем, скрываться все равно было не от кого, ведь в эти комнаты вход был запрещен абсолютно всем, кроме самых приближенных подданных принцесс. И, естественно, самих принцесс. Именно поэтому охранные чары, наложенные на дверь, пропустили Селестию, которая ступила в опочивальню сестры. Не смотря на то, что аликорн носила золоченные накопытники, двигалась она чрезвычайно тихо. Бесшумно шагая по ковру, она приблизилась к постели сестры и откинула балдахин. Луна спала, зарывшись в свои шелковые одеяла. Глядя на нее, на ее прекрасные утонченные черты лица, нельзя было и предположить, что ей было более трех тысяч лет. То же самое было верно и для Селестии. Белый аликорн улыбнулась, наблюдая за спящим лицом сестры, после чего наклонилась и легко поцеловала ее в губы. Когда Селестия отстранилась, она увидела, что глаза Луны чуть приоткрыты, а губы искривлены в улыбке. - Я ждала, что ты придешь, сестра, - тихим шелковым, как сама ночь, голосом произнесла она. - Ты умело притворяешься спящей, - сказала Селестия тихо. – Когда спишь ты словно ангел во плоти. - Я проснулась, как только ты ступила за порог комнаты, - сказала Луна, переворачиваясь с бока на спину. – Так что, ты пришла, чтобы составить мне компанию перед сном, дорогая сестра? В глазах Луны блеснул огонек, ведь она уже знала, для чего пришла Селестия. Старшая сестра устроилась на кровати, прямо над младшей. Их губы вновь соприкоснулись, но на этот раз в куда более страстном поцелуе, сплетаясь языками и исследуя рты друг друга. Да, сестры-аликорны отнюдь не были непорочны. Под их знаменами велись войны, пони убивали и умирали ради своих богинь. Но, тем не менее, их богини регулярно предавались греховному в глазах многих жителей Эквестрии, сестринскому соитию, кровосмешению, инцесту. И это было одним из их самых тайных секретов, раскрытие которого могло пошатнуть веру пони в своих непорочных светлых богинь. Разомкнув поцелуй, Селестия смахнула с Луны покрывало и окинула ее тело взглядом. Заклинание маскировки было снято, и теперь ничто не скрывало жеребячье начало аликорна, длинное, возбужденное, пульсирующее. Оно было таким почти постоянно, скрытое от посторонних глаз сложными заклинаниями. И точно такой же орган располагался и между задних ног Селестии, разве что он был лишь чуточку больше. Старшая сестра сняла золоченые накопытники и играючи провела передним копытом по груди и животу Луны, а потом прикоснулась им к ее эрегированному члену. Та издала нетерпеливый стон. - Сестра, - произнесла она. – Прошу, я сдерживала это в себе слишком долго. Я хочу почувствовать тебя, сестра. Селестия лишь хитро улыбнулась и, наклонившись, прикоснулась губами к плоской головке члена Луны. Будучи слишком чувствительной после длительного сдерживания, темному аликорну хватило даже этого, чтобы она закусила нижнюю губу от нетерпения и томно простонала. Краем глаза взглянув на сестру, Селестия продолжила свои манипуляции, обследуя своим языком поверхность члена Луны, тем самым лишь сильнее раздразнивая ее, заставляя ту буквально сгорать от нетерпения и возбуждения. Старшая сестра знала, что делать для того, чтобы как можно дольше помучить Луну, возбуждая ее лишь сильнее, но не давая того, что она так сильно сейчас жаждала. При этом она всеми силами старалась игнорировать свое собственное желание, ведь ее орган тоже был возбужден до предела и утыкался в шелковые простыни Луны. Селестия взяла головку члена сестры себе в рот и начала легонько посасывать, по-прежнему лишь сильнее раззадоривая ту, и наслаждаясь ее стонами. - Я не могу больше терпеть, сестра, - простонала Луна, стиснув зубы. Селестия выпустила пульсирующую плоть Луны изо рта и облизнула губы, ухмыльнувшись. Без лишних слов, она приблизилась к сестре, пристроив свой собственный возбужденный орган ей между ног. Луна чуть ли не задрожала от вожделения, ощутив прикосновение сестры на своих половых губах, расположенных сразу под яичками. Селестия некоторое время медлила, наслаждаясь влажностью сестры, прежде чем совершить первый толчок вперед. Луна закинула голову назад, наконец ощутив то, чего ей так давно не хватало. Ее мужское начало, казалось, напряглось еще сильнее в ответ на толчок Селестии. Второй толчок заставил Луну томно простонать. Третий – задрожать всем телом. Сестры неотрывно смотрели друг другу в глаза, наслаждаясь утонченной красотой друг друга. Продолжая не спеша двигать бедрами, Селестия опустилась на грудь сестры, позволяя той обнять себя. Она чувствовала теплый пульсирующий орган Луны, уткнувшийся ей в живот. Не разрывая зрительного контакта, сестры слились в жарком поцелуе. При этом Селестия заметно ускорила темп своих фрикций, заставив Луну глухо простонать ей в губы. Селестия тоже издала тихий стон, упиваясь теплом тела сестры. Каждый толчок возносил ее на все новые вершины блаженства, когда Луна тесно сжимала орган своей сестры внутри себя. Приглушенные поцелуем стоны сестер, и влажные хлюпающие звуки заполнили комнату. Благо, ее стены были зачарованы так, что никто снаружи не смог бы услышать того, что происходит внутри. - Я люблю тебя, Селестия, - чувственно прошептала Луна, когда их губы разомкнулись. - И я тебя люблю, Луна, - прошептал величественный белый аликорн в ответ. Медленные и нежные движения старшей сестры становились все более резкими и быстрыми. Влага обильно капала на шелковые простыни с каждым толчком, а сладостные постанывания становились все громче. Чуть подавшись вперед, Селестия коснулась языком основания рога Луны, ведь рог был одной из самых чувствительных частей тела единорогов и аликорнов. Младшая сестра блаженно заскулила, в наслаждении прикрыв большие голубые глаза. Не сбавляя темпа своих фрикций, Селестия провела языком по фигурной поверхности рога Луны, достигнув кончика, самой чувствительной части. Своим языком старшая сестра принялась мастерски ласкать его, пока младшая уткнулась носом в шею Селестии, покрывая ее поцелуями. Наконец Луна коротко вскрикнула, и из кончика ее рога выстрелил сноп синих искр. Сестры вновь встретились взглядами. Обе они тяжело дышали, громко и откровенно постанывая. Их элегантные тела сплелись вместе в страстном любовном тандеме. Через некоторое время Селестия поднялась с сестры и, упершись передними копытами, значительно ускорив движения. На лице богини солнца играла довольная улыбка, когда она наблюдала за тем, как содрогается от наслаждения ее сестра, как она жадно хватает ртом воздух между стонами и вздохами. Селестия чувствовала неотвратимое приближение вожделенного оргазма, и она знала, что Луна чувствовала то же самое. Они смотрели друг другу в глаза, когда кончили. Они хором простонали, когда волна экстаза накрыла их с головой. Селестия выпустила внутрь своей сестры все то, что накопилось у нее за время воздержания, заполняя ее до тех пор, пока семя не начало выплескиваться наружу. Луна кончила не менее бурно. Ее жеребячье достоинство пульсировало каждый раз, выстреливая новую порцию густой спермы, прямо ей на грудь и на лицо. Семенной жидкости было много. Она была на постели, внутри Луны, и на ее шерстке. Селестия наклонилась, нежно слизывая сперму сестры с ее щеки, потом они вновь поцеловались. Когда же старшая сестра покинула лоно Луны, из него тут же хлынул поток семени, заливая шелковые простыни принцессы. Не смотря на бурные оргазмы и обилие спермы, одного раза было не достаточно ради утоления любовной жажды аликорнов. Орган Луны по-прежнему оставался каменно-твердым, покрытым крупными пульсирующими венами, равно как и член Селестии. Сестрам потребовалось совсем немного времени для того, чтобы перевести дух, прежде чем старшая ухмыльнулась, восседая сверху на младшей. Богиня ночи ощутила прикосновение половых губ Селестии на своем перевозбужденном органе, когда та направила его головку себе между задних ног. Белый аликорн без труда опустилась на член сестры, погрузив его внутрь себя полностью. Обе сладко простонали в унисон. Луна смогла наконец насладиться сладким нутром своей сестры, а Селестия почувствовала, как длинный пульсирующий орган заполняет практически все пространство внутри нее, доставая головкой до самой матки. Старшая сестра прикусила нижнюю губу от наслаждения, когда она начала двигаться вниз и вверх, вместе с тем работая бедрами. Селестия положила копыто на грудь Луны, нежно поглаживая темно-синюю шерстку, покрытую каплями белой жидкости. Постепенно темп движений стал увеличиваться, вместе с тем вновь нарастало возбуждение, заставляющее сестер постанывать от наслаждения. Луна начала двигать бедрами навстречу движениям сестры, проникая в нее еще глубже, еще плотнее сливаясь с ней. Эрегированный орган Селестии, покрытый разбухшими венами, поднимался и опускался в такт с принцессой, с его головки на живот Луны капала прозрачная жидкость вперемешку с остатками семенной жидкости. Громкие влажные шлепки и стоны вновь заполнили помещение. Селестия продолжала активно работать бедрами, нанизывая себя на орган сестры снова и снова, ее влагалище источало божественную влагу, из-за которой движения были легкими и свободными. Впрочем, его стенки по прежнему сжимали орган Луны со всех сторон, отчего она не могла сдержать в себе сладостные стоны. Каждое движение Селестии заставляло ее хотеть свою сестру все больше и больше. Через некоторое время Луна вновь кончила, заливая внутренности сестры своим семенем. Оргазм был даже еще более бурным, чем предыдущий, отчего ее глаза закатились, а из легких вырвался неудержимый крик наслаждения. Селестия кончила почти одновременно с Луной, когда из ее собственного органа толчками вырвалось несколько белесых струй, покрывших грудь и лицо принцессы ночи. Тела их обеих сотрясались от экстаза так, словно через них пропустили электрический ток. Когда же волна оргазма отхлынула, Луна оказалась почти полностью покрыта спермой, как своей, так и Селестии. Та легла на подушку рядом с сестрой, слизывая семя с ее щеки, а потом целуя ее в губы. Задние ноги обеих все еще тряслись после бурного финала. Рог Селестии засиял, когда она заботливо убирала остатки семенной жидкости с шерстки сестры. Когда же от спермы не осталось и следа, она улыбнулась, и Луна улыбнулась в ответ. Лишь немногим пони была известна правда об особенности физиологии аликорнов. Даже личная ученица принцессы Селестии, Твайлайт Спаркл, не догадывалась об этом, пока сама не получила титул принцессы. Однако, некоторым пони из числа избранных все же был известен секрет богинь, как, например, главе Кантерлотской Стражи, Шайнинг Армору, брату Твайлайт Спаркл, ведь он был женат на принцессе Каденс. И на этом фоне казалось странным, что секрет принцесс был известен двум обычным пони из городка Понивиля, двум сестрам по имени Алоэ и Лотус, держащим там свой спа-салон. Причина, по которой принцессы решили посвятить их в свою тайну была довольно проста – услуги этих спа-пони были одними из самых лучших во всей Эквестрии. Они с превеликим удовольствием оказывали их своим принцессам, приезжая в Кантерлот по первому же прошению. Пусть принцессы щедро награждали Алоэ и Лотус за их работу, деньги не слишком интересовали спа-пони, их радовала сама мысль о том, что им позволено принимать принцесс как своих клиентов. И именно поэтому аликорны имели право получать некоторые особые услуги. Массаж, который делали Алоэ и Лотус был просто неподражаем. То, что они делали своими копытами, было настоящей магией, пусть они и являлись обычными земными пони. Луна расслаблено лежала на шезлонге, на животе, позволяя копытцам Алоэ творить свое волшебство по всей ее спине. Каждое касание было истинным ни с чем не сравнимым блаженством, а запах масел, которые спа-пони втирали в шерстку сестер аликорнов лишь способствовал расслаблению. Рядом на соседнем шезлонге лежала Селестия, точно так же блаженствуя от массажа Лотус. Эти две спа-пони были близнецами, и были похожи друг на друга как две капли воды. Различить их можно было, разве что, по цвету шерстки. Лотус была светло-голубой, а Алоэ – розовой. Луна медленно выдохнула, ощущая, как чувство расслабленности расползается по всему телу везде, где побывали копытца Алоэ. Начав от плеч, они опускались все ниже, сначала на поясницу, а после и на элегантный круп принцессы. Земная пони усердно втирала ароматические масла в шерстку и кьюти-марку принцессы, стараясь угодить ей изо всех сил. Через некоторое время Луна почувствовала прикосновение влажного языка на своей промежности. И это была вторая причина, по которой принцессы выбрали именно этих спа-пони. Они хорошо владели не только копытами. Язычок Лотус медленно описывал круги вокруг анального отверстия Луны. Потом он опустился ниже и лизнул нежные губы, обрамляющие вход в постепенно намокающее влагалище принцессы. Луна удовлетворенно выдохнула и немного развела задние ноги, тем самым давая знак Лотус, что она делает все правильно. Спа-пони раздвинула в стороны округлости крупа принцессы, чтобы иметь лучший доступ к ее прелестям. Уткнувшись носом в промежность Луны, она тщательно обрабатывала ее нежное влагалище, в который раз поражаясь тому, насколько сладкой принцесса была на вкус. Лотус больше всего хотела доставить принцессе удовольствие, и старалась изо всех сил. Тем временем Луна чувствовала, что ее член уже достаточно возбудился, поэтому она перевернулась на спину, демонстрируя Лотус свое эрегированное жеребячье начало. Та быстро сообразила, что от нее требовалось. Она прикоснулась языком к самому основанию органа, и провела им до самой головки, после чего взяла ее в рот, начав мастерски и с упоением посасывать, заставив Луну слабо простонать. Принцесса не знала, как часто Лотус этим занималась, но делала она это превосходно. Младший аликорн бросила взгляд в сторону сестры. Селестия тоже расположилась на спине, пока Алоэ старательно вылизывала ее промежность, уткнувшись носом в яички принцессы. Луна закинула голову назад, когда Лотус глубоко заглотнула ее член, по самую глотку, при этом практически не выказав никаких признаков возможного дискомфорта. Эти пони действительно были профессионалами. Неудивительно, что Луна кончила спустя всего несколько минут. Сперма выстрелила в глотку Лотус, но даже тогда она не вытащила член принцессы изо рта, позволяя семени спускаться вниз по пищеводу. Спа-пони знала, насколько бурными порой бывают оргазмы аликорнов, потому была готова к этому. Смиренно приняв в себя семенную жидкость своей принцессы, она вынула ее все еще твердый орган изо рта, проглотив остатки белой жидкости, после чего обратилась к принцессе. - Что вы еще желаете, чтобы я сделала, принцесса? – спросила она. - Я желаю, чтобы ты повернулась ко мне крупом и подняла его кверху, - ответила Луна, кинув короткий взгляд на Селестию, кончающую себе на живот от манипуляций Алоэ с ее влагалищем. Лотус послушно кивнула и, сделав пару шагов назад, повернулась и, согнув передние ноги, выставила кверху круп, учтиво убрав хвост в сторону так, чтобы принцесса могла полюбоваться ее собственными прелестями. - Вот так, ваше высочество? – спросила она. - Да, великолепно, - ответила Луна, глядя на нежные лепестки ее нежного цветка, мокрые от влаги. Лотус значительно возбудилась, доставляя удовольствие своей принцессе. Но сегодня Луна была заинтересована не во влажной щелочке молодой пони. – Сегодня я хочу опробовать твою узенькую попку. - Я почту за честь, принцесса, - ответила земная пони с нескрываемой гордостью и нетерпением в голосе. Луна поднялась со своего шезлонга и приблизилась к Лотус сзади, оценивая ее заднюю часть, задранную кверху. Немного подумав, аликорн магией леветировала к себе баночку с маслом и капнула немного его содержимого прямо на узкое отверстие молодой пони. После она пристроилась сверху над Лотус, уткнувшись головкой своего члена в ее анальное колечко, прежде чем толкнуться вперед. Узенькое нутро на удивление легко приняло в себя головку органа принцессы. Было ли это из-за масла, или потому что это пони уже когда-то делала это раньше? Как бы то ни было, отверстие было невероятно тесным, и двигаться в нем было довольно трудно даже со смазкой. Первый толчок ознаменовался тихим стоном Лотус. Луна двигалась не спеша, не желая причинять этой пони боль сверх меры, постепенно разрабатывая ее задний проход. Даже если Лотус и приходилось раньше это делать, то, судя по всему, не слишком часто. Принцесса кинула взгляд в сторону сестры, по прежнему лежащей на своем шезлонге. И на Алоэ, которая медленно опускалась вниз, так же погрузив член принцессы в свой задний проход. - Я полагаю, это ваш с сестрой не первый раз, не так ли? – спросила тихо Луна на ухо Лотус, продолжая двигаться вперед и назад, разрабатывая дырочку земной пони. - Д-да, принцесса… ах, - тяжело дыша, призналась спа-пони. – Иногда мы… представляем особые услуги некоторым клиентам… ах. За особую плату… - Это объясняет твои удивительные навыки, моя маленькая пони, - произнесла Луна, совершив медленный глубокий толчок, из-за которого Лотус негромко простонала. – Надеюсь, тебе не больно. - Н-нет, ваше высочество, - простонала спа-пони. – П-продолжайте… прошу вас. С каждым толчком дырочка Лотус становилась все менее узкой, однако лишь через несколько минут Луна смогла наконец относительно свободно двигаться внутри земной пони, позволив себе немного ускориться. Сладостное ощущение от попки этой пони было трудно с чем-либо сравнить, но Луна не желала причинить ей вреда. Обилие смазки упрощало дело, но не достаточно. Однако, даже так каждое движение вперед и назад было чрезвычайно приятным. - Принцесса? – тяжело дыша обратилась Лотус к Луне. – С вашего позволения... Не могли бы вы двигаться быстрее? Если вас не затруднит. Луна несколько удивилась этой просьбе, но все же ускорила темп. - Ах! Спасибо, ваше высочество! – простонала Лотус. Кажется, она получала настоящее удовольствие от этого. Луна ухмыльнулась, позволяя себе еще сильнее ускориться, заставив тем самым молодую пони спрятать раскрасневшееся лицо в передних копытах. Ее громкий стон вторил стонам Алоэ, которая самостоятельно насаживала себя на член Селестии с завидной самоотдачей. Влага стекала по задним ногам Лотус, пока ее задний проход растягивал полноразмерный жеребячий член, и с каждым толчком влаги на пол капало все больше. От прежней осторожности Луны не осталось и следа, теперь она входила в анальный проход Лотус довольно резко и энергично, зная, что эта пони лишь получает удовольствие от этого. И, судя по ее возбужденным вздохам, не малое. То же самое можно было сказать и о ее сестре-близняшке, которая точно так же энергично нанизывала себя на орган солнечного аликорна. Через некоторое время Лотус сдавленно простонала, все ее тело мелко задрожало, будто его свело судорогой. Потом пони жадно схватила ртом воздух. Неужели она только что кончила? Луна медленно улыбнулась. Не останавливая фрикций, она наклонилась и лизнула кончик уха Лотус, заставив ту вздрогнуть от неожиданности. В следующее же мгновение Лотус ощутила, как синее магическое сияние Луны обхватило ее крошечный возбужденный клитор и начало его стимулировать. - Принцесса, что вы..? Ах… - Тише, моя маленькая пони, - прошептала она игриво на ушко спа-пони. Луна хотела узнать, успеет ли она довести эту пони до второго оргазма, прежде чем кончит сама. Глубоко погружаясь в тело Лотус, принцесса сама ощущала, что близка к финишной прямой. Толчки стали еще быстрее и ритмичнее, орган принцессы теперь полностью погружался в тесное отверстие земной пони. - Принцесса, я… - простонала Лотус. – Прошу, не останавливайтесь!.. Луна и не собиралась. Чувствуя приближение собственного оргазма, она стала усиленно стимулировать возбужденный клитор спа-пони. Еще немного, и аликорна накроет волной наслаждения. Когда это случилось, она издала протяжный стон, вогнав член глубоко в отверстие Лотус, изливая внутрь нее огромное количество спермы. Луна не заметила, как Лотус вновь задрожала всем телом, и поняла, что она снова кончает лишь когда услышала ее тонкий крик наслаждения, отразившийся от стен. Стенки ее анального отверстия сжались, выжимая из Луны всю сперму до последней капли. Лишь потом, когда оргазм отступил, принцесса вынула свой член из анального отверстия Лотос, из которого тут же стала активно сочиться белая жидкость. Уже через несколько минут аликорны вновь лежали на своих шезлонгах, а Алоэ и Лотус послушно очищали их члены от остатков спермы с помощью губ и языков, делая это настолько старательно, что Луне казалось, что она может вот-вот кончить снова. Это было бы неубедительно, ведь Алоэ и Лотус старались сделать все, что было в их силах, чтобы не разочаровать своих богинь.