прошу прощения за мою анорексию

      —Мам, ну правда очень плохо себя чувствую! Я лучше отлежусь пару дней, чтобы потом не кашлять неделями, ты же знаешь.       Когда твоя матушка врач, получать официальные справки о том, что ты действительно болеешь, а не гуляешь по Питеру, крайне легко.       На том конце трубки раздался тихий, но раздражённый голос мамы:       —В последний раз, Елизавета Неред.       Пробурчав неразборчивое «ага, конечно», девушка переодела пижаму на мужскую серую футболку (откуда она у них, не знал никто, ведь мужчин в этой квартире никогда и не было), сделала себе элегантный завтрак в виде яичницы с помидорами, и, взяв тарелку, пошла к компьютеру.       —Так, стоп,—пробормотала Лиза, отставляя от себя аппетитную еду. —Питьевая же, блять...       Девушка вернулась на кухню и стала наблюдать, как ее кулинарное творение медленно, но верно отправляется в мусорное ведро. Нотка сожаления проскользнула где-то в подсознании Елизаветы, однако другая часть этого же подсознания кричала и молила, чтобы Неред Елизавета Романовна предпочла на завтрак кофе или чай без сахара. Выбор остановился на первом варианте.       —Охуенное утро, спасибо!—девушка зло выкрикнула слова благодарности, по всей видимости, соседям, которые тут же начали стучать по водосточной трубе.

***

      Старая кофемашинка, которая уже минут пять мешала злополучное эспрессо, наконец-то выдала напиток в изящной белой кружечке. Эта кружечка, к слову, появилась в семье Неред так же внезапно, как и футболка, поэтому ей пользовались и мать, и сама девушка.       После скудного завтрака Лиза вспомнила о существовании единственной подруги, которой было бы неплохо написать о всех ее махинациях. l1zzka | 10:59 Дарова, Дарья Олеговна. Я тут типо заболела, в школе меня не ищи сегодня. Люблю и обнимаю и нахуй посылаю НЕ ДЕЛАЙ НИЧЕГО НЕЗАКОННОГО ПОЖАЛАСТАААА¡¡¡       Ответ пришёл незамедлительно, ведь Даша могла спокойно смотреть на то, как режут мыло даже на уроках, где у учителей за каждый неправильный ответ можно было схлопотать двойку и кучу «лестных» слов о своём будущем.

zarykovskaya | 11:02 Я ебала химичку блять у меня четыре трояка за вторую неделю учебы какого хуя!!!!!!!! Держись подруга не умирай таи я на связи

      Искренне посочувствовать подруге у Лизы не получилось, потому что остатки кофе начали медленно разливаться по клавиатуре и различным тетрадкам. Девушка, вздохнув, отправилась в ванную комнату за жёлтенькой тряпочкой, мысленно получая всевозможных пиздюлей от мамы за испорченную вещь.       Внимание Лизы от сломанной клавиатуры, которая повидала миллионы бутербродов и всего лишь десять пальцев за всю свою компьютерную жизнь, отвлекло уведомление.       —Ани...бит...13. Что за идиотский ник из 2010? Если это очередная реклама шуб или супер-классных-водонепроницаемых-защищённых часов, удаляюсь из интернетов нахуй!—томно вздохнув, девушка приняла запрос на сообщение, которое состояло из короткого «номер скинь, ебланка». l1zzka | 11:25 Тебе ещё сиськи в Директ скинуть, может? Ты кто вообще?

animebit13 | 11:26 пиздец ты тупая, могла бы фотки чекнуть. Я Кашин, узнаешь?) мне надо тебе документы передать, хуй знает, почему именно я, но вот. Сегодня я не могу, в принципе, завтра тоже, номер дай, напишу че-как сложится. Инста у тебя ебать какая скудная (

l1zzka | 11:28 Прямо как твой словарный запас. Хуй тебе, а не номер. Сама заберу, добродетель херов.

animebit13 | 11:29 Заебок, нахуй сходи

***

      Последний месяц Елизавета в школе так ни разу и не появилась, что было удивительно не только для учеников, но и для всего педагогического состава. Одних заботило то, что не у кого попросить списать сложную алгебру, вторых-пропущенные уроки, и, как следствие, не полное восприятие материала. Искреннее переживание за подругу испытывала только Дарья, которая на все вопросы «где Лиза?» отвечала кратко—«она болеет».       Лиза действительно болела первые пару недель. Ей, кажется, поставили бронхит, который мешал ей спать по ночам и описывать своё состояние по телефону подруге. Даша думала, какой гостинец принести подруге после школы, а Лиза размышляла, как незаметно его вернуть. Даша мечтала о том, как они поступят в один институт и построят из пепла свой магазин, а Лиза фантазировала, как она будет выглядеть в джинсах размера xs. Даша считала синусы и косинусы, а Лиза рассчитывала число калорий в чае.       Она не помнила чувство голода, не помнила головокружение, не помнила сирены скорой помощи, белые стены реанимационной палаты и гипогликемическую кому. Она помнила слезы матери, страх в глазах Даши и диагноз, который чёрным клеймом стоял у неё перед глазами.       Нервная анорексия—это недолгая история об отказе от еды, депрессиях, срывах и весе в тридцать килограмм. Для Лизы это месячный этап кофе или зеленого чая по утрам, ежедневных взвешиваниях и потерянных граммов. Минус тринадцать за месяц–неплохо для девочки, чей смысл жизни представляла еда. Неплохо для девочки, которая осталась в школьной столовой, терпя всесторонние унижения.

***

      «Неплохо, но не идеально»,—с подобными мыслями девушка переступила больничные ступеньки. Половину ее вещей забрала мама ещё вчера, когда врач показал заветную выписку, а остальная половина была настолько легкая, что девушка без труда собрала пару футболок и спортивные шорты в рюкзак. Лиза шла одна по запорошенной снегом аллее, поскольку Даша не могла пропустить важную контрольную, а у матери была назначена на сегодня серьёзная операция, которая могла спасти жизнь пятилетней девочке, а могла отправить ее на тот свет.       Не успела одиннадцатиклассница выйти за кованые ворота больницы номер тридцать девять, её окликнул знакомый голос, не предвещающий ничего хорошего:       —Неред! Здарова...