Охрана

Слава быстро загнал машину во двор. Дверь дома оказалась распахнутой. Никак не выходило вспомнить, запирал её Мирон или нет. Славик застыл в прихожей, вслушался. Тишина. Из оцепенения вывела пролетевшая на улицу ленивая муха. «Дура. Там давно не сезон, до утра не дотянешь. А здесь тепло, жрачка. Ну чего не хватало?» Хотел включить свет, но его сильно толкнули в спину. Слава сделал пару больших шагов по инерции, развернулся, готовый обороняться. Но это был не вор, не маньяк, только испуганный Мирон. Он выдернул оставленные в замке ключи, закрыл дверь изнутри, прижался к ней спиной. Частое громкое дыхание, глаза настолько выпучены, что вот-вот вылезут на ножках, как у пришельцев и улиток. Шепнул: - Который час? Слава похлопал себя по карманам. Вспомнил, что телефон остался в сумке, а сумка – под передним сидением авто. Потом другое вспомнил, усмехнулся. Подошёл, поднял левую руку Мирона, поддёрнул рукав и наигранно-близоруко присмотрелся к его часам. - Где-то четвёртый. - Нормально. Спать, - Мирон тоже улыбнулся. Быстро прошёл в коридор, там сразу наверх, по лестнице. Слава побрёл за ним, размышляя, достаточно ли безопасно всё-таки ночевать, если в какой-нибудь комнате можно запереться. Вежливо ли это. Хозяин, не включая свет, нашёл спальню. Фонарь на дороге между домами давал достаточно света через окно. Слава осмотрелся, стоя в двери. Посреди комнаты широченная кровать с банальной «богатой» резьбой на спинке и в ногах, аккуратно заправлена. Две толстые подушки на покрывале – трогательными пирамидками. Большой шкаф, комод, тумбочка и стулья – один комплект с кроватью. Раздвинутые шторы на окне – неприятные тканевые колонны, в которых можно спрятать по трупу или вору, проникшему в открытую дверь. «Дом обставляли до изобретения жалюзи? Точно мамка занималась. Но почему здесь так чисто, если внизу такой срач? Дом отражает состояние хозяина, ага. Подписывайтесь, чтобы не пропустить другие психологические лайфхаки в нашем паблике…» Обычно Славе легко удавалось насмешить себя. Но теперь это умение как будто легло спать отдельно от всего остального. Мирон сел на кровать в той же «королевской» позе, что и в машине. Уставился перед собой. Так прошла минута или две. «Не-не-не, ебись оно в сраку…» Коряво играя непринуждённость, Слава подошёл к окну, чтобы с высоты прикинуть, в какую сторону лучше двигаться, где фонарей больше. - Что там? – нервно спросил хозяин. - Ничего, жизнь кипит. Соседка твоя обратно пошла. - Какая соседка? - Ну чика в модной курточке. Что собаку спугнула, хе-хе… - Модной курточке? - Ну не знаю. Такая белая, в тёмных разводах или узорах каких-то, не разглядел, - Слава быстро вышел в коридор, остановился на лестнице. – У меня сумка в машине, надо забрать. Пошли, ключи отдам. И ворота закрой. - Славик! - Что? - Иди сюда! - тон командирский. - Слушай… Я пойду, меня дома ждут, я позвонил, что скоро… - Быстро, я сказал! – совсем грубо, истерично. Слава замер, оглядываясь на предмет тяжёлых или острых предметов. Вспомнил, что в прихожей в приоткрытом стенном шкафчике виднелись рабочие инструменты. «Если не топор, то хоть отвёртка», - подумал он, делая медленный шаг вниз. Но Мирон вылетел вихрем, схватил растерянного гостя за плечо как коршун цыплёнка. Затолкал обратно в спальню, бросил на кровать. Когда Слава почти вскочил, готовый двинуть в рыло, не жалея кулака, хозяин просто упал рядом. Быстро, суетливо обнял, спрятал лицо на груди. - Останься, - уже не команда. Тихая просьба испуганного ребёнка. Ещё подрагивая от выброса адреналина, Славик несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. Аккуратно пристроил одну руку на плече Мирона. Другая осталась неудобно подвёрнутой снизу. - Так… Что ж ты орал на остановке, раз такого боишься? - Я не боюсь. Я устал, я, блядь, так устал! - полились ручьями пьяные слёзы. – Ты же видел её, что она… На самом деле! Я не псих! Ты же видел?! - Собаку? А то! Отложил кирпичей тебе на целую пристройку. - Какую нахуй собаку?! - дальше он говорить не мог. Долго отчаянно плакал, сжимая куртку на спине Славы почти на разрыв. Тонкий свитер и майка на груди быстро промокли. Когда рыдания пошли на спад, Слава решился пошевелиться. Рука сильно затекла. Мирона это как будто спугнуло. Он подскочил, отошёл к комоду, достал оттуда белую тряпку, высморкался, вытер лицо. Тут-то и можно было убегать, но Слава продолжил разговор, матеря своё любопытство. - Ты про соседку? Знакомая? Мирон ответил не сразу. Закончил процедуры с тряпкой, заговорил тихо, не оборачиваясь. - Моя гражданская жена. Бывшая. Она здесь... Не живёт. - И чего тут ночью забыла? Сталкерит? - Вроде… - А милицию вызвать? Мирон помотал головой, вернулся к кровати, лёг с краю, спиной к Славе, вцепился в подушку, как ребёнок в плюшевого медведя, представляя своих школьных врагов. «Не ложися на краю… Придёт серенький волчок…» - запел в голове Славика нежный женский голос. Он был чем-то посторонним, словно радио за стенкой. Слава заткнул его, помотав головой. Снял куртку, шлёпнулся в центр кровати, удобно устроился на второй подушке. «Правда спать надо. Утром такой будет похмел, что он скорее себя укокошит, чем кого-то другого». Полежали в тишине. Слава начал дремать, с удовольствием вспоминая прижавшееся к нему дрожащее тело. «Потом дофантазирую, что он так может не только налитый в зюзю и со страху. Такие дела... Злая бывшая – не шутки!» Внизу что-то тихо скрипнуло. Мирон резко сел, схватил Славика за руку. - Слышал? - М?.. – тот почти разозлился, что будят. – Ну слышал. У тебя такие сквозняки, шо пизда. Всё скрипит, распахивается… Ты должен вечно сопливый ходить, как английский мопс. А на кухне по-любому крысы живут. Не видел ни разу? - Нет. Слава тоже сел, прислушался. - Бля, ты на кухне окно закрыл? Думаешь, она может влезть? - Не помню. Похуй, она и так в доме. - В смысле?.. Мирон застонал, упал на спину, накрыл лицо подушкой. - Славик, ты же видел, ты поверишь? Она мёртвая. Сон слетел моментально, по спине пробежали холодные мурашки. - Попала в аварию. И вернулась домой… Эта куртка была просто белой, без разводов… Слава хотел спросить: «Ты серьёзно?», но будто чужая воля заставила озвучить ничем не обоснованную догадку. - Ты её сбил? - Не сбил, - глухо донеслось из-под подушки после минутной паузы. – Врезался в их машину. - Специально? Внизу опять скрипнуло. Не дождавшись ответа, Слава лёг и притянул к себе… «Убийца. Так называется». Невыносимо жалко стало этого дурака. Слава понимал, что завтра будет думать ровно наоборот, но прямо сейчас не хотел с собой бороться. «Недогрёб и водка. Нельзя мне в присяжные. Пизде-ец… Зато теперь я точно вроде свидетеля». Он погладил доверчиво прильнувшую к плечу лысину. - И давно ты с этим ебёшься? - С марта. «А сегодня у нас октябрь. Ну ясно, потиху сдвигается мужик в одиночестве. Раскольников, ёбаны в рот. Пополам с Отелло, не иначе. Нет, простите, Соня Мармеладова из меня как из говна конфетка. Сейчас уснёт и…» Он успокоительно поглаживал напряжённую спину Мирона. Чтобы не поддаваться приятному ощущению его дыхания на своей шее, начал вспоминать «соседку». Чёрная обувь без каблука, чёрные колготки, чёрная юбка-карандаш до колена. Куртка… Прямые тёмные волосы чуть ниже плеч. Была ли она прозрачная, была ли у неё тень, чем ещё призраки от людей отличаются, на память не приходило. Слава скорчил скептическую мину «в свой огород», потому что решил дождаться рассвета.