Убийственная ложь

«Что за блять?» — одна единственная мысль крутилась в голове прокурора, пока судья продолжал этот словесный понос, ну, а как иначе это всё назвать. «Он уже давно всем мешает, но ранее никто не решался, тогда почему сейчас? Что, блять, происходит?» — и хоть в душе у него творится ураган, который сметает всё на своем пути, внешне он выглядит спокойным и равнодушным. Но… — У Вас что-то есть на него? — холодным тоном спрашивает прокурор, Шихёк на это рассмеялся. — Конечно, есть, а как иначе, — ухмыляется судья, а Мину хочется зарядить ему в лицо, чтобы стереть эту ухмылку и пофиг, что недавно он был его другом. Или ещё есть? — И что же у Вас есть? — наигранно сладким голосом спрашивает Сокджин, и хоть Юнги противно слышать его, он благодарен, ибо сам хотел спросить. — У нас есть информатор из его круга, — самодовольно сказал главный, а в Юнги руки сжались в кулаки. — У Вас уже есть его имя? — радостным голосом спросил Джин, он, наконец, понял, что есть шанс неплохо так продвинуться в карьере. Бен на это улыбнулся и отметил про себя, что недурно взял его. Юнги нужен, чтобы засадить гада, чтобы тот не открутился, а вот Сокджин нужен, чтобы наладить связи с людьми из высшего круга и не только. Увидев этот огонёк в глазах, он понял, что Джин пойдет на всё, чтобы поймать Холодного убийцу и подняться по карьерным ступеням. — К сожалению, ещё нет, — нахмурился мужчина. Сокджин с Мином переглянулись. — Почему нет? Раз он с его круга, то имя-то точно должен знать, — не понимал Мин, хоть и был рад. — Ну дело в том, что он не спешит, скажем так, — посмотрел на свои сцепление руки судья. — Он что-то хочет в замен, — констатировал Мин, подошел к креслу и плюхнулся. Со стороны это выглядело вальяжно и немного нагло, а вот внутри, Мина всего трясло и он боялся, что ноги его подведут. Бен кивнул и посмотрел прямо на Юнги. — И что же он хочет? — спросил Сокджин, которому никто не предлагал сесть. — Об этом вы узнаете позже. Сейчас ваше дело заключается в том, чтобы побольше на него нарыть. — Зачем? Если у нас есть источник? Пусть он и роет, — фыркнул Мин. — Он не собирается полноценно на нас работать, пока мы не дадим ему то, чего он хочет. Он дал только один файл, — почесался в затылок мужчина. Да, дела, может, пока что и нету, но это пока что. Если они все хорошо поработают, то все будут в выгоде, а убийца за решеткой, если доживёт. Уж слишком много он знает. — Ладно, что за файл? — расслабленным тоном спросил Мин, а внутри был готов убивать, и одновременно с тем, взять Чимина в охапку и валить отсюда к чёрту на кулички. Секунду поразмыслив, Шихёк вытаскивает папку, в которой только один файл и бросает на стол. Юнги медленно открывает папку и глаза просто вылезают из орбит, собирают сумку и прут на другую планету.       В документе указан объект, которого нужно было ликвидировать и киллер, который и занялся целью. Объект — Ли Хун-Бин, 45 лет, бизнесмен. И дальше следует подробное описание и характеристика; указана сумма и день передачи, даже нечеткая фотография того, как один человек передает кейс другому. Каждый вон промаркирован и сфотографирован. Всё указывает на подлинность этой зацепки даже приблизительное описание киллера есть.       Да, всё указывает, но дело в том, что Юнги помнит каждый заказ Чимина. КАЖДЫЙ. Помнит каждое имя и это фейк. Но фейк очень и даже очень неплохой. «Но если это фейк? Бля, я нихера не понимаю. Кто это? И чего он хочет? Возможно, просто хочет таким образом что-то получить от судьи. Но что? И почему Шихёк не говорит, что это? Бляяя, мне надо на море, на теплый гамак, а рядом горячего Чимина, который своими маленькими, пухлыми пальчиками будет проводить по… СТОП. Юнги, успокойся, вдохни и выдохни. Ты же мужик, извращённый, но мужик». — Кхм, ничего себе, нам повезло, — всё, на что был способен Юнги. Он передал документ Сокджину, который сначала с радостью на лице всё прочитал, а потом Юнги кое-что заметил, на долю секунду он перевел взгляд на начало листа, хмыкнул и вздохнул, а затем снова счастливо улыбнулся. — Ваув, неужели мы действительно его поймаем? Уже не дождусь, — сказал Ким, а Бен рассмеялся. «Бля, что происходит? Что это только что было? Море и Чимин», — вздохнул Мин. — Ладно, значит мы будем копать, — сказал Юнги, а затем встал и вышел. Нужно было успокоиться уже. «УЖЕ», — кричал в уме Юнги.

***

      Пак, эм, ну, он просто задрался рычать на всех, его задолбала больница, врачи и все остальные, а ещё его задрал он. Поэтому он просто сидел на кровати и втыкал на стену напротив себя. В башке просто шум. Вот такое впечатление, будто вытащили кабель. До этого он мучил себя размышлениями:  

— Кто хочет смерти Юнги? — Кто крыса? — Будет ли всё хорошо с Тэхёном? — Что он чувствует к прокурору? — Почему он действительно не убил его?

      … и ещё много чего, он себя настолько загрузил, что организм походу решил перезагрузиться сам. Ибо нефиг. Он наверняка долго бы так сидел, если бы не почувствовал горячие, длинные пальцы, которые поглаживали его пах. Киллер заморгал и повернул голову в сторону, конечно, это был Юнги. Пак хотел что-то сказать, но как бы это сказать, ему не дали укушенные и горячие губы.       Мин нежно и медленно сдвинул парня, так и не разрывая поцелуя. Коленом он медленно раздвинул ноги парня и устроился между ними. Поцелуй становился всё более требовательным. Ещё не успевая коснуться губ, языки уже вылизывали друг друга. Внизу живота потягивало, а член наливался кровью, больно впиваясь в штаны, Чимину-то хорошо: на нём только боксеры и рубашка. Что в принципе хорошо и для Юнги, который длинными и горячими пальцами проскользнул под неё и добрался до резинки нижнего белья.       Пак, уже не сдерживаясь, стонал в поцелуй и тёрся своим пахом о чужой. Юнги зарычал, но это не помешало ему и дальше медленно проскальзывать под резинку, пока не накрыл возбужденный член. Пак выгнулся под прокурором и сладко застонал. «Фак, ну нельзя так сладко стонать и выгибаться. Вот это шлюшка мне попалась. СПАСИБО, СПАСИБО», — Юнги оторвался от поцелуя и с благодарным лицом посмотрел на потолок.        Пак на это рассмеялся и притянул за рубашку прокурора к себе. Кончиком языка он медленно провел по шее и поднялся к уху. Закусил хрящик и приблизился к уху, дыша на него и разнося не один табун по телу блондина. После короткой паузы и ухмылки, оооо, да, он видел как тело прокурора откликается на его действия, он томно прошептал на ушко: — Ты только, что благодарил Бога за что-то? Ты же не верующий, — парень начал вылизывать ушную раковину Юнги, от этого тот просто плавился. — Возле… тебя… и не… в то поверишь, — тяжело дыша, сказал парень и начал двигать рукой на чужом органе. Нежно и плавно. Ну, а киллер не любит быть в долгу, поэтому он маленькими и пухлыми пальчиками спускается к брюкам, и уже через секунду расстегивает ремень и ширинку. Немного спускает штаны и освобождает возбужденный член. Чимин облизывает губки и пошло так смотрит, что в Юнги ещё больше встает и он невольно стонет. — Ммм, неплохо. Возможно, я тебе даже позволю трахнуть себя, — закусывает губу Пак, а Мину ничего не остается, как снова застонать. Но он не собирается проигрывать. — А кто сказал, что я этого хочу? — и ухмылочка такая. — Ммм, любишь, когда в тебя вдалбливаются толстым членом, — ухмыляется Пак, собирает с головки предэякулят и размазывает по всей длине. — Мгхм… я имел в виду… оо, мммгмг, — Чимин начал медленно надрачивать, при этом вылизывая шею, миллиметр за миллиметром. Ооо, киллер знал, ЧТО он имеет в виду, но мы ещё увидим. Собрав разбросанный здравый смысл, Юнги также смазывает член Пака и начинает в его такт надрачивать. Движения медленные, плавные, а терпения всё меньше и меньше. Первый сдается Юнги, на что получает ухмылку от Пака и начинает резкие рваные движения. Киллер подстраивается под ритм. Дыхание спирает, по вискам стекает пот. Мин склонил голову на голову Пака, их лбы соприкасались. Дыхание обжигает ещё больше их тела. Стоны становятся всё громче и громче. — Не знал, что ты стонешь как шлюшка, Мин Юнги, — ухмыльнулся Пак, за что получил укус в шею. Что его это ещё больше завело. — Ммм, а я не знал, что у нас кто-то такой извращенец, — очередь Юнги ухмыляться. — Ты против? — нагло спрашивает Пак и поднимает бровь в ожидании. — Отнюдь, а ты против моих стонов? — серьезно смотрит Мин. — Нет, меня это ещё больше заводит, — Юнги ухмыляется и кусает Пака за ключицу, тот ещё больше выгибается, чем ещё больше возбуждает и так возбужденного прокурора.       Через пару рваных стонов, быстрых и резких движений, и они почти одновременно кончают друг на друга. Романтика, твою мать. Юнги обессилено наваливается на Пака и тяжело дышит, где-то на периферии он слышит, как открываются двери, а через секунду слышит, как под ним рычит Пак и двери резко закрываются. Прокурор смеется, досталось же бедняге. — Ты такой сексуальный, когда рычишь. — Только, когда рычу? — поднимает брови в изумление блондин. — Хахах, нет, ты ВСЕГДА сексуальный, но когда рычишь. Чёрт, у меня мгновенно встает, — спокойно говорит Мин. Он и не помнит, чтобы был с кем-то таким расслабленным и искренним, и таким счастливым. Пак ласково поглаживает по спутанным волосам и Мину больше ничего в жизни и не надо.       Вообще-то, он никогда не задумывался о счастливой семейной жизни. Он считал это бредом, ненужным ему бредом. Ему и так хорошо, зачем эта нервотрепка? Да и не сможет его никто полюбить, и жить с ним никто не захочет. Кто будет терпеть всю его грубость, несдержанность и угрюмый видок? Правильно — никто, кто же такой больной на голову. Но только сейчас, лежа на таком теплом и родном парне, в их же сперме и когда Чимин вот так нежно, медленно поглаживает по голове, хочется большего. Хочется просыпаться утром возле этого чуда и целовать в эти нежные и пухлые губки. Хочется завтракать вместе, ходить за покупками, валяться на диване в выходной день. «Интересно, у киллеров есть выходной?», — проносится у парня в голове. Но захочет ли Пак того же? А у Чимина, вообще-то, были те же мысли с разницей в том, что он был уверен, что Юнги с ним жить и делить пищу не захочет. Он киллер, убийца, он сам иногда с собой есть не хочет, ему противно. А Юнги-то и подавно. Почему он до сих пор здесь? Почему он тогда сказал, что будет рядом? Эти вопросы вновь заполонили голову парня. И ответ — жалость и желание оттрахать его. Вот и всё, но жалость, Холодный убийца не переваривает, а секс?«Может, наконец это сделать и тогда он успокоится, и я тоже?Хотя, кого ты обманываешь Пак, кажется, ты втюрился. Бля, вот так вот. Но кому ты нужен? Брату только, и то у него есть Чонгук. Может, пора? Решено, выясню всё и уеду». — Наверное, нужно в душ, — сказал Чимин и забрал свои руки с головы парня. «Может, ему не приятно, что я его касаюсь теми руками, которыми убивал всех этих людей?» — как молотом по стене стукнула эта мысль. — Давай, — согласился Юнги и да, он заметил, что с парнем произошла какая-то перемена, но что случилось? Единственное, что Мин понял с этим парнем: на него не нужно наезжать, нужно медленно, и нежно наступать. — У тебя, кстати, что-то случилось? — Что? Ты о чём? — Мы оба знаем, что эта разрядка была через некоторые внешние раздражители, — сказал киллер, а прокурор поморщился, звучало как будто он это делал только, чтобы успокоиться. Но он действительно хочет Пака и то всегда. «Что же делается в голове этого парня? Ну ничего, я ещё это узнаю. А о файле я расскажу позже. Итак, ничего не изменится», — подумал Мин и пошел за киллером. Эх, лучше бы он рассказал. Ну кто же знал, что…