Убийственная ложь

«Прокуратура — дом родной. Тьху. И чего я на другую профессию не пошел? Например, делал бы букеты и продавал. Ага, с таким «счастливым» выражением лица тебе как раз букетики продавать. Тут бы даже дементоры спрятались. Хух. Блять, тут два варианта: или он мне выебет мозги, или я ему. Нет, я могу быть пассивом только с моим Ангелом Смерти. Что же, Бен Шихёк, готовься к получению удовольствия», — Мин постучал в эти массивные двери и вошел. — Это кто к нам пришел? Напомните, пожалуйста, а то я не могу вспомнить? Хотя подожди, несколько десятилетий назад у нас работал один Холоднокровный прокурор — Мин Юнги, но этого не может быть, его уже давно никто не видел. Его скелет, наверное, пылится в чьем-то шкафу, — ехидно улыбнулся судья. «1:0. Юнги, твоя очередь». — На самом деле, я пылился в Вашем шкафу, Вы разве не видели? Вы же меня там закрыли с одной папкой, а надпись на ней «Холодный убийца». Мог сколько дел выиграть, сколько наград и похвалы Вам принести, а я всё это время пылился. Это всё на Вашей совести, судья, — ехидно улыбнулся Мин Юнги. «1:1. Шихёк, твоя очередь». — Возможно, если бы ты не просто пылился, но и находил что-то, то уже давно бы делил со мной все награды и все похвалы, и уже давно бы занимался другим делом? — ехидная улыбочка. «2:1, тяжелый противник. Но и я не пальцем деланный, а чем-то потолще». — Возможно, если бы действительно что-то было, то Вы бы сами нашли, а не подсунули мне фальшивку. — Фальшивка? — Ли Хунбин живет себе в свое удовольствие и дышит полной грудью, — судья выглядел удивленным. — Что? Не может быть. — Может. Вот, сами смотрите, — Мин подал документы и отошел, благодаря самого себя, что у него хоть что-то было. — Но этого не может быть, я проверял сразу после того, как получил. — Хм, не знаю, — мужчин отвлек стук в дверь. — Заходите, — крикнул Бен, не отрывая глаз от документа, перечитывая снова и снова. — Судья, прокурор, — поклонился Сокджин и подошел поближе. — Вот, на глянь, — бросил документы Шихёк на стол. Джин подошел и начал изучать документ, глаза у него увеличивались от удивления. И Юнги окончательно потерялся, он думал, что этот тайный информатор и есть Джин, хотя, зачем он тогда вообще настучал на киллера. «Чёрт, холодный разум, холодный разум», — повторял, как мантру прокурор про себя. — Что? Но когда я искал о нём информацию, то мне выбило записи эксперимента и справка о смерти. — Мне тоже, — кивнул задуманный начальник. — Тогда, возможно, именно у прокурора Мина фальшивая информация. — Даю два дня на проверку информации, время пошло. Я больше не намерен ждать, — стукнул судья руками по столу. Прокуроры поклонились и вышли из кабинета. — Давай съездим по адресу и проверим его, — предложил Джин. — Сейчас? — удивился Мин. — А чего ждать, у нас всего два дня. — У нас АЖ два дня. А чтобы поехать на один адрес и проверить человека не живой ли он зомби, всего лишь нужно 3 часа, максимум, — Юнги не понимал спешки прокурора. Вообще-то, он сам всегда так делал, но в этой спешке со стороны прокурора Кима было что-то подозрительное и тревожное. — Тогда я поеду сам, — сказал Джин и развернулся, чтобы идти. — Хаха, я так не думаю, — сказал Мин, обошел Сокджина и направился на парковку. Конечно, они не стали ехать в одной машине. И пофиг, что ехать им в одну сторону, и пофиг, что так будет удобнее и быстрее. Пофиг, если Вы — два альфа-самца.       Подъехали к хорошему домику в пригороде, постучали, дверь им открыла милая, приятная женщина, лет 28. Сказала, что мужа дома нет, но через полчасика должен быть на обеде. И что могло быть не удобнее, чем два прокурора альфа-самца, которые сидели на одном диване и потягивали чай, предложенный милой хозяйкой. Правильно, ничего. Хотя, когда подсела Ли Синхе, и они начали молчать уже трое, таки наверняка есть. Ли Хунбин пришел, как и сказала его жена, через полчаса и очень удивился, когда увидел в своем доме двух прокуроров и не сказать, что приятных. Даже Сокджин сегодня был не в настроении подлизываться. Прокуроры взяли у него отпечатки, проверили все документы, даже послушали историю его жизни. Ли Хунбин действительно существует. — Ладно, и кто скажет судье эту «замечательную» идею? — без особого энтузиазма спросил Юнги. Джин ничего не ответил, повернулся и ушел. — Да что с ним такое… — Юнги хмыкнул и направился к своей машине, через несколько часов он уже стоял перед большими дубовыми дверями в кабинет Бен Шихёка. — Судья, — Мин вошел в кабинет и поклонился. — О, Юнги, Вы уже? Так быстро? — начальник выглядел удивленным. — Да, мы с прокурором Кимом проверили всё и… — Шихёк сглотнул и напряг глаза. — Он жив. — Оо, вы бы видели глаза судьи. — Но как? Я лично проверял. — Без понятия. Мы закрываем дело? — НЕТ, — крикнул судья, а на лице такая злоба и ненависть, сам Люцифер бы позавидовал. — Мы не можем, уже все знают о том, что мы открыли дело, сам мэр города ждет результатов, я не могу сказать, что облажался, — сказал Бен. — Моя карьера закончится, как только я начну предложения.       Мин никогда не видел своего начальника и друга в таком состоянии. Никогда, а они не раз уже и напивались в зюзю (а мы помним, что раз с кем-то напиваемся, это или высшая степень доверия, или глупости), и говорили по душам, да и вообще, в жизни всякое бывает, но НИКОГДА и, если честно, Юнги секунду испуганно смотрел на это и не знал, что делать. Вот, у судьи покатилась слеза, а у прокурора аж рот открылся от испуга. «Что бы на моем месте сделал Тэхён? Тэхён? А почему он? Да потому, что он наиболее открытый человек, которого ты знаешь. Так, не отвлекаемся. Кхм, он бы обнял», — Юнги поморщился и таки стал медленно подходить к начальнику. «Давай, Юнги, ещё пару шагов, ты сможешь», — он делает ещё несколько шагов и обнимает. Трудно сказать, кто был удивлен больше. — Эээ, Юнги, спасибо, — судья вцепился в его пиджак и задрожал в рыданиях. После минутных обнимашек, на больше Юнги бы не стало, он посмотрел в первую очередь на друга и искренне посочувствовал. «Мне жаль, но я никогда не дам Чимина в обиду, он важнее для меня, чем твоя карьера и, если вообще по-честному, то и жизнь. Только он, и его брат, с тем странным парнем и Сону. Йоп твою же…? Неужели, вот как чувствует себя человек, который имеет семью», — Мин неосознанно улыбнулся. — Мы будем продолжать рыть, — сказал прокурор и не соврал, ведь рыть они будут, а вот ЧТО, это уже второй вопрос. ~~~ — Тэхён-и, иди есть, — позвал Гук стоя у плиты. — Лечу… — послышался крик на пол планеты, Чон закатил глаза и улыбнулся. Через несколько минут на кухню влетел почему-то взлохмаченный Пак, и как всегда с ослепительно-квадратной улыбкой на лице. — Ммм, а что у нас будет на обед? И о чём ты должен со мной поговорить, что никак не можешь собраться? — у шатена лопатка из рук выпала, он медленно повернулся и внимательно посмотрел на своего пока еще парня. — Откуда ты? — Случайно проходил мимо кухни. Тебе надо знать, что Чимин не соврал, я сильный и я не люблю ложь. Ну, так что у нас на обед? — улыбнулся Тэ. Чонгук трудно вздохнул, выключил газ, подошел к младшему Паку, сел напротив него и взял его руки в свои. — Кхм… Я, во-первых, что ты должен знать, я люблю тебя, — медленно, но уверенно Чон начал рассказывать свою историю, как ему было дома, почему он бежал, как оказался в Сеуле и чем начал заниматься. — Тот разговор с Чимин-хёном в клинике, я рассказал ему, что Намджун не только его связной. Джун нашел меня на улице. Дал кров, пищу и работу. Тэхён-и, я киллер. Я убил много людей и у меня не было такого принципа, как у Чимин-хёна. Я убивал всех за кого заплатили. А ещё у меня была миссия: приблизиться к брату Холодного убийцы и заставить его доверять себе и влюбить, — у Тэхёна потекли одинокие слёзы, сердце сковывали цепями и стягивали, всё больше и больше выжимая всю любовь к этому человеку. — И у меня это получилось, — Пак встал со стула и наклонился, где-то на периферии он слышал, как Чон кричит что-то ему, как пытается удержать. — Достаточно, — холодным тоном сказал парень, голос был таким чужим. Тэ повернулся и посмотрел в глаза человеку, которому доверял, которого любил, которого впустил в свою жизнь, в жизнь брата, в свое сердце. Первый человек, которому он открылся и взамен… маленькие кусочки на полу: его сердце и боль, которая распространяется по всему телу, как яд. — Дай угадаю, ты скажешь, что полюбил меня на самом деле, что ты этого сам не ожидал и я твой смысл жизни. — Чонгук смотрел на него и видел, как мост, который он построил к этому неземному и красивому парню разрушается на глазах, как кирпич за кирпичиком, он уничтожается и отнимает у Гука надежду и смысл на жизнь. — Но это действительно так. Я знаю, ты мне сейчас не поверишь. И знаю, что тебе нужно время. Я сейчас пойду, а ты останься, — удар прилетел с правой стороны и Чон почувствовал, как его затягивает тьма и на секунду подумал, что это не так уж и плохо, сколько он провалялся там на земле, он не знает. Разбудил его Чимин, который бил по лицу дрожащими руками. — Он ушел? — испуганно спросил старший Пак. Шатен опустил голову и кивнул. Сверкающие кристаллики его боли скатывались по лицу и он даже не пытался их стереть. А зачем? Если сейчас будут ещё и ещё; он очень давно не плакал. Не было за кем и за чем, теперь есть. Как чувствует себя человек, который потерял любовь всей жизни и смысл? Первая стадия — это боль, которая, как лавина выжигает из тебя всё живое: душу, и вторая стадия — это пустота. После лавины боли и осознания не остается ничего — пустота. Пак это всё видел в глазах напротив и не мог ничего сделать, потому что сейчас где-то ходит такой же Тэхён. Киллер берет телефон и через несколько минут в квартиру забегает напуганная Сону. — Помоги ему, а я за Тэхёном, — девушка кивнула и направилась к парню, который до сих пор сидел на полу в кухне. Но не успела подойти, как он попал. — Нет, я иду его искать, — Хладнокровный убийца подошел к парню и поставил руку ему на плечо. — Чонгук-и, всё будет хорошо. Слышишь? Он тебя любит, он простил меня. Простит и тебя. — Чонгук как в лихорадке мотал головой. — Ты не видел его глаз. Он никогда меня не простит. — Чонгук, — строгим голосом сказал Пак. — Оставайся здесь и успокойся, — договорить ему не дал кулак Гука. Доля секунды и Чимин лежит на том же месте, где всего несколько минут назад лежал Чонгук. Сону завизжала и отбежала в сторону, когда Чон, как угорелый несся из квартиры на поиски самого сокровенного в своей жизни, возможного и самой жизни. — Чимин, ты как? — девушка помогла встать киллеру. — Гораздо лучше этих двоих, — потирая щеку, сказал парень. — У них всё будет хорошо? — Должно быть, ведь они не выживут друг без друга. — Даже завидно, — Чимин непонимающе уставился на Сону. — Что? И у тебя, и у Тэ есть человек, ради которого вам хочется жить и без которого не можете, а я? Айщ, ладно. — У меня есть соджу, — сказал Чимин и обнял девушку. — И у тебя есть мы, пока что, а потом будет кто-то особенный, ведь ты, Сону, особенная, — шатенка тепло улыбнулась и еще крепче обняла человека, благодаря которому она сейчас дышала. — Я никогда тебе не отдам долг. — Можешь сейчас. Давай выпьем, — девушка рассмеялась и кивнула.