Останется лишь пепел...

Зал Памяти был освещён мягким светом факелов. Огонь отражался в кубках, медалях и других наградах студентов школы разных лет. Эта галерея сохранила в себе память о многих поколениях дурмстрангцев. Чемпионы прошли вглубь зала и остановились в нерешительности. Данбар, шедший следом, хмыкнул. — В первую очередь, хочу поздравить всех вас с оказанной вам честью, — зазвучал вкрадчивый голос декана Фламма, — а во вторую — посочувствовать. На ваши плечи свалилась непомерно тяжёлая ноша. Эван Данбар внимательно осмотрел каждого из чемпионов, подолгу задерживая взгляд. — Но эта ноша каждому из вас по силам! — из-за спины мужчины вышла декан Гласиаса — Аида Ройсс. Профессор Данбар недовольно покосился на коллегу. — Как все вы знаете — Турнир будет включать в себя три испытания, с первым из них вы столкнётесь в конце февраля. — Снова заговорил волшебник. — Но перед этим состоится бал-открытие Турнира Трёх Волшебников. Это будет официальное мероприятие, на которое соберутся гости из Министерств. Этот бал будете открывать вы — чемпионы. Надеюсь, каждый уже обзавёлся парой на это мероприятие, а если нет — значит, самое время — Речь профессора Ройсс была наполнена её собственным энтузиазмом, волшебница была в предвкушении торжества. Данбар лишь снисходительно улыбнулся словам своей коллеги. — Вас будут пытаться вывести из себя и всячески провоцировать во время всего Турнира. Весь преподавательский состав нашей школы во главе с директором предприняли все меры, чтобы во время Турнира здесь не появлялись журналисты из жёлтых газетёнок. Но и вы должны помнить, что каждый из вас теперь лицо своей школы. — Мы искренне желаем вам удачи, ребята. Это будет тяжело, но я уверена — вы справитесь. Профессор Ройсс не сдержалась и обняла каждого из чемпионов, Данбар лишь что-то фыркнул, но, под строгим взглядом Ройсс, кивнул студентам. *** Алек вылетел из зала Памяти стрелой. Неужели директор пойдёт на всё, чтобы его сын стал чемпионом? Что если в Турнире должен участвовать кто-то другой? Но разве могла магия кубка позволить произнести не то имя? Юноша хотел поскорее найти друзей, чтобы поделиться своим ужасным открытием. На пути ему то и дело попадались студенты, как из Дурмстранга, так и из других школ. Каждый считал своим долгом поздравить Алека. Тот же старался отвечать как можно более дружелюбно, хотя внутри всё кипело от негодования и нетерпения. «Как вы будете на меня смотреть, когда узнаете кто мой отец? Когда узнаете, на что пошёл Теодор Нотт, чтобы протащить сыночка на Турнир?» Алек не заметил, как налетел на какого-то нерасторопного студента. Этим студентом оказался Марк. Милош, шедший рядом с Марком, весело рассмеялся, тот же этого веселья не разделял. Брат потирал ушибленное место, злобно сверля взглядом Александра. — У тебя уже звёздная болезнь? — прошипел подросток. –Блики от короны мешают под ноги смотреть? Алек ничего не ответил, только подхватил Марка и Милоша под руки и потащил в старый класс трансфигурации. — Что случилось, Алек? — серьезно спросил Милош, когда за друзьями закрылась дверь. — Мне кажется, Нотт подтасовал результаты. — Как это? — Вот так. Я точно помню, что писал обычными чёрными чернилами своё имя. Вы и сами видели мой пергамент. Только вот в руках у директора был листок, на котором синими чернилами было написано имя «Александр». Я видел. Это был не мой почерк. Милош потрясенно покачал головой. — Этого не может быть. Магия кубка Огня очень могущественна, профессор не мог обмануть его, назвав твоё имя вместо… — Есть ещё кое-что, — Алек не дал Милошу договорить. — Я услышал, как Нотт сказал мистеру Поттеру «на пару слов». Я думаю, стоит посмотреть пергамент. — Дважды повторять не пришлось. — Я принесу, ждите здесь. Алек согласно кивнул, и Марк направился к выходу из класса. В коридоре было пусто, Марк быстрым шагом шёл к башне. Юноша хранил пергамент в потайном ящике своей тумбы. Соседа в комнате не было, поэтому парень без труда вытащил пергамент с пером. Он быстро просмотрел новые записи и не увидел ничего не обычного, но всё же спрятал пергамент за пазуху и вышел из комнаты. Ему казалось, он понял причину, почему на пергаменте были другие чернила и надеялся, что его догадка окажется верной. В открытом коридоре было всё так же пусто, и Марк, поплотнее запахнувшись в тёплую мантию, отправился в Преподавательскую башню, через которую можно было быстро добраться до старого класса трансфигурации. Открыв дверь в башню преподавателей, Марк столкнулся с Дариной. — Марк! Ты мне нужен срочно! Девушка выглядела очень взволнованной и немного растрепанной. Казалось, её кто-то очень сильно напугал. Марк огляделся вокруг, но, не заметив ничего не обычного, вернул взгляд к девушке. — Дарина, что случилось? — Ты видел где-нибудь Алека? Мне очень нужно с ним поговорить. — Я… эм… я не знаю, где он. — Скороговоркой проговорил Марк, чувствуя, как начинает краснеть. Дарина сузила глаза. — Не ври мне! Где Алек? Что с ним? — девушка выглядела, как настоящая фурия. Марк нервно сглотнул. — Что… что ты хочешь ему сказать? — Это касается только его. — Уверенно ответила Дарина. — Не думаю, что есть что-то, что Алек мне не говорит. Поэтому можешь рассказать мне, я ему передам. Дарина насупилась, обдумывая слова Марка. — Я кое-что услышала. Марк громко фыркнул, об Алеке говорили много, и часто это было нечто не очень хорошее. — Это говорил директор с Гарри Поттером. — Вспылила Дарина, видя пренебрежительный взгляд подростка. Марк сразу напрягся. Что могла услышать Дарина? Что все-таки обсуждал директор с Поттером? Юноша закусил губу, раздумывая, стоит ли посвящать Дарину в дела брата. Но в пергаменте не было никакого важного разговора, касающегося кубка Огня или Алека, а девушка могла услышать то, что им сейчас нужно. — Пойдём, — коротко сказал Марк, приняв решение, на свой страх и риск. Он шёл очень быстро, сомневаясь, что поступает правильно. Алек даже Милошу не сразу всё рассказал, стоит ли сейчас говорить об этом Дарине? Но ведь они должны знать, о чём говорили Нотт и Поттер. Дарина еле успевала за молодым человеком. Перевести дух девушка смогла лишь, когда они подошли к старому классу. Марк положил ладонь на ручку двери и сжал её, девушка удивлённо посмотрела на подростка. Алек сидит в заброшенном классе трансфигурации? Что же происходит? Марк, тяжело вздохнув, решительно открыл дверь и вошёл в класс. Алек и Милош, увидев подростка, поднялись ему навстречу, но резко остановились, увидев, что тот не один. Дарина растерянно переводила взгляд с одного друга на другого. Она сложила руки на груди и нахмурилась, понимая, что парни что-то от неё скрывают. — В пергаменте ничего нет. А Дарина знает что-то. Она сказала, что услышала разговор Нотта с Поттером. — Оправдывался Марк под хмурым взглядом старшего брата. — Что здесь происходит? — тихо, но очень твердо спросила Дарина. — Дарина, милая, я всё тебе объясню, — Алек сложил руки в молитве, — только, ради Мерлина, скажи, что ты слышала. Алек уже ни один раз думал, что нужно рассказать Дарине о своей «проблеме», только никак не мог решиться. Кроме Марка, Дарины и Милоша друзей у парня не было, но почему-то тот всё же не хотел впутывать в эту историю подругу. Алек не знал, как она себя поведёт. Они дружат с Дариной не так долго, как с Милошем, и Алек боялся, что подруга отвернётся от него, узнав, что он сын Пожирателя смерти. Девушка сильнее нахмурилась. Теперь она точно была уверена, что чего-то не знает о своих друзьях. Немного подумав, девушка заговорила: — Я не знаю, зачем я спряталась в нишу, когда в коридор вышли директор и мистер Поттер. Просто девушки редко ходят в Открытом коридоре. В общем, это не важно. — Девушка неопределнно махнула рукой. — Мистер Поттер, казалось, не понимал, что происходит, а профессор Нотт был очень взволнован. Он все время тряс рукой, в которой держал кусочек пергамента и говорил, что кубок Огня не обмануть и рано или поздно всё откроется. Девушка в пылу своего рассказа не заметила, как друзья встревоженно переглянулись. Алек готов был услышать худшее, но сердце парня сжималось от страха, зная, на что пошёл его отец. — Мистер Поттер сказал, что это решение Гермионы, твоей мамы, Алек, — Дарина подняла глаза на старшего Крама. — Он говорил, что у них связаны руки Непреложным обетом, на что профессор сказал: «Это я связан обетом, а не ты Поттер! Ты можешь ему хотя бы намекнуть». Мистер Поттер покачал головой и ответил, что мисс Грейнджер ему не простит этого. Мистер Нотт говорил, что она сама должна всё сказать, потому что, когда все узнают — это будет катастрофа и она потеряет их обоих. Я не совсем понимаю, что это всё значит, но потом мистер Поттер спросил: «Почему ты думаешь, что все непременно узнают?». Профессор протянул ему пергамент, который сжимал и снова сказал, что кубок не обманешь. У мистера Поттера было такое лицо, будто он живого Мерлина увидел. Он что-то прошептал, а профессор Нотт утвердительно кивнул и сказал: «Именно. Потому что это настоящая фамилия Александра. Кубок нельзя обмануть!» Девушка шумно выдохнула, закончив свой рассказ. Она подняла глаза на ребят и увидела на их лицах облегчение, вместо ожидаемого удивления или даже ужаса. Дарина недоверчиво посмотрела на Алека. — Что это всё значит? Алек, объясни мне, что это значит? — девушка была явно напугана своим открытием. — Всё, что ты услышала, Дарина, это правда. Моя фамилия не Крам, — Алек помедлил, думая, стоит ли шокировать подругу ещё больше, но он понимал, что больше обманывать её нельзя. — Моя фамилия, судя по всему, Нотт. Тишину, царившую в классе, нарушил изумлённый вздох девушки. Дарина замотала головой, не веря в то, что сейчас услышала. — Значит, — девушка подняла глаза и обвела взглядом всех друзей, — вы все знали. А я… а мне… Мерлин! — Дарина, я всё тебе расскажу, пожалуйста, прости. — Взмолился Алек, подходя к девушке. Волшебница вскочила и отошла от юноши на несколько шагов. Она показывала указательным пальцем на Алека, что-то шепча, а её глаза наполнялись слезами. — Не подходи ко мне! Вы всё знали и обманывали меня! Я же твой друг! Алек, как ты мог?! — девушка подлетела к другу и начала бить его кулачками в грудь. Александр не сопротивлялся — он знал, что заслужил. Внезапно девушка отпрянула от юноши и перевела взгляд на Милоша. Дарина подошла к Стойковичу, тыкая в широкую грудь парня тонким пальчиком. — Ты! Ты всё знал! Я поверить не могу! Я думала мы друзья! — Дарина, послушай, это всё очень сложно, — Алек сохранял надежду успокоить девушку. — Милош узнал об этом совсем недавно. Пойми это позор! Позор для меня, для моей матери! Дарина, я сын Пожирателя смерти! Прошлое преследует нашу семью! Алек сам не заметил, как повысил голос. Девушка остановилась и, не мигая, смотрела на Александра. Она подняла руку, прося его остановиться. — Это всё неважно, Алек. Неважно, чей ты сын, неважно, что было в прошлом. Важно то, что ты обманул меня, а настоящие друзья так не поступают. — Прости, тысячу раз прости! –попросил Алек с мольбой в голосе, но Дарина лишь покачала головой. — Я… мне нужно это всё осмыслить. Даже не думайте ходить за мной. А ты, — девушка повернулась к Милошу, который был очень расстерян, — можешь искать себе пару на бал. Я с тобой не пойду. — Дарина!.. — Милош хотел подойти к девушке, но та его остановила и, продолжая качать головой, выбежала из кабинета. — Это… что теперь делать? — Алек в растерянности смотрел на брата и друга. — Она отойдёт, — марчно отозвался Милош, — ей нужно время. Думаю, никто бы не обрадовался, если бы узнал, что друзья за спиной хранят какую-то тайну. — Я боялся ей сказать. Боялся её реакции. Такой реакции. — Алек закрыл лицо ладонями, потирая глаза. — Для чемпиона Дурмстранга, ты слишком много боишься. — Наконец, подал голос Марк. Подросток никогда прежде не видел, чтобы девушки так проявляли эмоции. Марк всегда считал, что все девчонки тихие робкие и сдержанные, а сегодня он увидел настоящую фурию. О да, он считал, что Дарина Воронцова была очень похожа на фурию. Алек оторвал ладони от лица и вопросительно посмотрел на брата. — Ну, из этого всего, — Марк неопределенно махнул рукой, — мы точно знаем, что ты чемпион. Всё честно. Только Алека сейчас это открытие совсем не радовало. Не такой ценой. — А ещё — вам нужно искать девчонок на бал, — с долей веселья сказал Марк. Алек подумал о том, что неплохо было бы запустить в брата какое-нибудь проклятье серьезности. *** Однокурсники возвращались в свою башню в молчании. Каждый думал о произошедшем сегодня. Алек винил себя, что сразу не рассказал друзьям правду о своем рождении и пытался придумать, как помириться с Дариной. Милош тоже думал, как поговорить с подругой. Совсем не хотелось, чтобы девушка, которая ему так сильно нравится, считала его лжецом. Так же Милош осознавал, что друг начнет загружать себя новыми и новыми проблемами. Сербу показалось, что он услышал нечто необычное из рассказа Дарины, он так же помнил тот странный разговор в кабинете Нотта, что прочитали парни несколькими днями ранее. Он не хотел делиться своими мыслями с Алеком, чтобы не волновать его ещё больше. Возможно, что Милошу только показалось. Парень решил, что стоит поговорить об этом с Марком. Серб снова посмотрел на друга, тот выглядел мрачнее тучи. — Эй, Алек! Перестань хмуриться, на твоей милой мордашке могут появиться морщины, — Милош пытался пошутить, но друг никак не отреагировал. Серб вздохнул и закатил глаза. Парни так же молча вошли в башню. Там было много желающих поздравить Алека, тот лишь натянул фальшивую улыбку и принимал поздравления. Парень умел собраться, когда это было нужно, каким бы разбитым он не был. — Алек, а тебе ведь нужна партнёрша на бал, — на самом деле Милош вспомнил, что сам остался без пары. — Угу, завтра приглашу кого-нибудь. — Алек облегченно опустился на кровать, как только они, наконец, вошли в комнату. — Кого-нибудь? — Милош явно не ожидал такого безразличия. — Ну, да, — Алек лишь пожал плечами. Парню не хотелось показывать, как сильно задел его отказ Вероники. — А ты что будешь делать? — Попытаюсь помириться с Дариной, хотя слабо верится, что она так быстро нас простит. — Милош грустно вздохнул, снимая косоворотку. — Не простит — пойду один. Она прекрасно знает, что мне больше никто не нужен. Алек задумался о чём-то, а потом спросил: — А если она придёт с кем-нибудь? Милош нахмурился. — Будет больно. Алек отвернулся к стене. Почему-то накатила апатия, даже переодеваться ко сну не хотелось. — Мерлин, Алек! Прекрати! У нас, что дементор за окном?! — Милошу совсем не нравилось состояние друга, хотя он его прекрасно понимал. Алек ничего не ответил, но всё же встал, чтобы переодеться. — Дарина произнесла такую фразу: «она потеряет их обоих», она сказала, что эта фраза принадлежала Нотту. — Внезапно заговорил Александр, — он же не мог говорить о себе в третьем лице? — Я тоже это заметил, — тихо отозвался Милош. — Мерлин, как это всё сложно. — Простонал Алек. — Знаешь, друг, возможно, стоит оставить пока всё как есть. Просто живи. Когда придёт время, правда откроется. Алек посмотрел на друга долгим изучающим взглядом, а потом просто кивнул, соглашаясь. — Ты прав, мой друг. Ты, как всегда, прав. *** Провалявшись всю ночь без сна, с утра Стойкович не мог разлепить глаза, когда пришло время вставать. Милош до последнего отмахивался от Алека, когда тот пытался разбудить друга, в итоге юноша проспал и опоздал на завтрак. Когда серб наконец добрался до Великого чертога, ему пришлось наблюдать любопытную картину. Весь зал, а в частности стол студентов Шармбатона был взбудоражен каким-то событием. Девушки окружили кого-то из подруг и что-то с жаром обсуждали. Ещё больше Милош удивился, когда увидел, что от того стола к нему направляется Александр, криво усмехаясь. Милош удивленно поднял брови вместо вопроса. — Теперь у меня есть пара на бал, — как ни в чём не бывало пожал плечами Алек, отвечая на немой вопрос друга и усаживаясь за стол. — Что это значит? — спросил серб, садясь рядом. — Это значит, что я пригласил девушку на бал, и она сказала «да», — объяснил Алек. Милош закатил глаза. — А как же Хвосторога? — Её семью не устраивают полукровки. — Хорошо скрывая горечь, ответил Алек и принялся за завтрак. — И кого же ты пригласил? — Милош знал, как болезненно переживал Алек свою «нечистокровность». — Эмилию Моро, — сообщил Алек, словно нечто обыденное, — она сидела ближе всех. Милош застыл с открытым ртом. Юноша, конечно, привык к таким скачкам в поведении друга, но такого явно не ожидал. — Ты пригласил одну из самых красивых девушек в этом зале на бал, она согласилась, а ты говоришь об этом, словно забросил квоффл в пустое кольцо. Алек снова пожал плечами, он не считал, что сделал что-то из ряда вон выходящее. Про себя же он отметил, что пригласить Эмилию было довольно легко, особенно вспоминая, как он не мог решиться на этот шаг по отношению к Веронике. — Теперь тебе будут завидовать ещё больше, друг, — Милош наконец-то пришёл в себя. — Готовься к новой волне сплетен. — Всегда готов, — Алек отсалютовал другу кубком с молоком. — Рождённый летать, сплетен не слушает, — усмехнулся Милош. Алек только покачал головой на новую пословицу друга. Милош снова криво усмехнулся, а потом бросил печальный взгляд в сторону столов Венери. Дарина почувствовала, что на неё смотрят, и подняла глаза, после чего тут же демонстративно отвернулась к подруге. — Прости за это, — раздался тихий голос Алека. Он, конечно, винил себя в том, что Дарина была обижена. — Это не твоя вина, Алек, — возразил Стойкович, — тебя можно понять, не каждый захочет делиться таким даже с друзьями. Я ведь тоже даже не думал о том, чтобы предложить тебе открыться Дарине. — Но она была права — настоящие друзья делятся всем. Милош ничего не ответил, для него было слишком трудно разрываться между друзьями. Он мог понять каждого из них, и каждый был по-своему прав. Великий чертог потихоньку начинал пустеть, студенты расходились по кабинетам, чтобы приготовиться к занятиям. Мимо стола восьмого курса Гласиаса пропорхала стайка студенток Шармбатона. Эмилия мило улыбнулась и помахала Александру, тот ответил не менее обаятельной улыбкой, после которой подруги Моро захихикали, а она сама покрылась лёгким румянцем. Алек же не без удовольствия отметил про себя, как старательно отводила глаза Вероника. — Мда, — задумчиво протянул Милош. Алек вопросительно взглянул на друга. — Всё складывается, как нельзя лучше — ты умён, талантлив, спортсмен, чемпион, с тобой на бал идёт шикарная девушка… — А ещё я асоциален, закрыт, сын Пожирателя, полукровка, и предпочёл бы пойти на бал с совершенно другой девушкой, — перебил друга Алек. — О, перестань заниматься самоуничижением, — закатил глаза Милош. — И без тебя достаточно желающих закидать тебя грязью, вставай в очередь. Александр негромко рассмеялся. Милош же подавил зевоту, он только сейчас вспомнил, что вообще-то не выспался. — Пойдем, у Грабовски на уроке выспишься, — Алек похлопал друга по плечу, вставая из-за стола. Милош поднялся, и устало поплёлся за Алеком. *** Дополнительные занятия выматывали настолько, что вечером Алек не шёл, а просто плёлся в башню. Но, несмотря на своё настроение, старался улыбаться ребятам, которые всё ещё поздравляли своего чемпиона. Когда его в очередной раз кто-то окликнул, парень приложил максимум усилий, чтобы не сорваться на того несчастного, кто в очередной раз хотел с ним поговорить. Парень обернулся с вымученной улыбкой на лице. — Привет, Александр, — к юноше, скромно улыбаясь, спешила Эмилия Моро. Алек с тоской помянул про себя Мерлина, тратить время и силы на беседу с этой девчонкой не хотелось ни капли. — Здравствуй, Эмилия. — Я думала… может ты, может мы… — девушка неуверенно замялась, заметив помрачневший взгляд юноши, но всё же продолжила, — может мы погуляем? Нам же нужно будет на балу о чём-то разговаривать, почему бы не узнать друг друга получше? Девушка была очень красива и уверена в себе, не чета зашуганным скромняшкам Дурмстранга. С Эмилией можно было сравнить разве что Дарину. Но Алеку совершенно не хотелось гулять, а тем более разговаривать с Моро. Он ведь пригласил её только, чтобы было с кем открывать бал. Юноша быстро начал продумывать ходы для отступления. — Эмилия, я бы очень хотел с тобой погулять, но сегодня я устал, — Алеку стало совестно отказывать девушке, но от своего решения он отступать не спешил. — Ох, прости мне мою бестактность, ты ведь готовишься к Турниру, — девушка выглядела очень расстроенной, и Алек не знал от чего больше — от его отказа или от того, что она сама была бы не прочь уставать от подготовки к Турниру. — Может быть после ужина? — Алек уже проклинал себя за вырвавшиеся слова, ведь думал он «может быть никогда?». Но девушка просияла, услышав предложение Александра. Значит, всё-таки расстроилась из-за отказа? — Я двумя руками «за»! — с улыбкой ответила она. — Тогда увидимся в Великом чертоге. — Алек тоже улыбнулся, хотя хотелось биться головой о стену. Вместо того, чтобы пытаться добиться расположения Вероники, он приглашает прогуляться Эмилию Моро. Девушка быстро подошла к парню и обняла его, чем повергла последнего в шок. — До вечера, — полушёпотом сказала девушка и, смущенно улыбаясь, оставила парня одного в коридоре. Алек со свистом выдохнул и продолжил путь к своей башне. *** Алек не нашёл Милоша ни в гостиной, ни в комнате. Время близилось к ужину, а друг всё не появлялся. Александр был слишком занят домашним заданием и своими мыслями, чтобы беспокоиться о том, куда пропал его друг, но всё же время от времени выходил из комнаты, чтобы проверить, не появился ли тот в гостиной. Крам уже собрался идти на ужин, когда в комнату вошёл расстроенный и растрепанный Милош. — Даже не спрашивай, — отмахнулся от озадаченного друга Стойкович. Алек нахмурился и сложил руки на груди. — И всё же, где ты был? — Я пытался поговорить с Дариной, — Милош устало потёр лицо руками, после чего запустил пальцы в волосы, растрепав их окончательно. — Я так понимаю, не особенно удачно, — Алек нахмурился ещё больше. Чувство вины, противно разъедавшее всё внутри, стало только сильнее. Он ведь даже не попытался сегодня поговорить с подругой. Милош устало кивнул. — Я попробую поговорить с ней перед ужином, — отозвался Алек. — Не думаю, что у тебя что-то получится. Она делает вид, будто меня вообще нет. Я три часа проторчал под дверью их башни. Алек вздохнул и опустил голову. — Прости меня, Милош. Я виноват в этой ссоре, я должен всё исправить. — Милош закатил глаза. — Мы все виноваты, Алек. Перестань винить себя. Иди на ужин. Мне не хочется есть. Алек поднял голову и удивленно вскинул брови. — Милош Стойкович не хочет есть? Кхм. Вот теперь я точно чувствую себя виноватым. Пошли. Возражений не принимается. Алек схватил друга локоть и потащил за собой, хотя тот не особо и сопротивлялся. — Если Магомед не идёт к горе, значит, его туда отведут! –не принимая возражений, заявил Александр, копируя манеру друга издеваться над пословицами. Милош усмехнулся, но на ужин всё-таки пошёл. Великий чертог потихоньку заполнялся студентами, которые спешили на ужин. Шармбатон уже в полном составе сидел за своим столом. Девушки и парни о чем-то весело болтали. Алек сразу поймал на себе взгляд Эмилии, когда вошёл в зал. Нет, он искал глазами вовсе не её, но заметив внимание к себе, вежливо улыбнулся. От Алека не укрылся взгляд Вероники, которая тут же отвела глаза. Юноша усмехнулся, поставив себе маленькую заметочку, что девушка всё же заинтересована им, не смотря на его происхождение. Дарина не пришла на ужин. Милош угрюмо ковырялся в тарелке с пюре, точно так же как и Алек. Но последний всё же был очень голоден, поэтому делал это с большим энтузиазмом. — Может, пойдём уже? — кисло предложил Милош, бросив ложку на стол. Алек уже хотел согласиться, но вспомнил, что обещал Эмилии погулять и поморщился. — Я обещал погулять с Эмилией. — Раздражённо отозвался Алек. Милош удивился, но ничего не сказал. Друг просто кивнул и встал. — Увидимся в комнате, — сказал Милош и направился к выходу из чертога. Алек с грустью посмотрел другу вслед. Ноющее чувство вины в груди продолжало расти. Александр отложил приборы и посмотрел в сторону стола Шармбатона. Моро явно давно закончила ужинать и ждала юношу. Алек поднялся и направился в сторону девушки. С каждым шагом приближаясь к столу французов, юноша всё больше ощущал всеобщее внимание, от которого хотелось скрыться как можно скорее. Но Алек сохранял самообладание и спокойно шёл по Великому чертогу. Остановившись возле места, где сидела Эмилия, Алек вежливо кивнул, здороваясь с остальными студентами. Моро легко и грациозно поднялась из-за стола и улыбнулась юноше. Алек подал ей руку, которую та с радостью приняла. Юноша сделал ещё одну заметочку, заметив, что Вероника проводила взглядом пару, покидавшую Великий чертог. Можно было засчитать эту прогулку за попытку вызвать ревность у Вероники Шассер. Попытку, которая увенчалась успехом. Алек не мог скрыть самодовольную улыбку, когда они с Эмилией вышли из зала. Возможно, девушка приняла её на свой счёт, так как сама улыбалась почти так же. Прогулку по тёмным коридорам Дурмстранга едва ли можно было назвать романтичной, но Александру это и не нужно было. Не с этой девушкой. Он не спешил начать разговор, а Эмилия, казалось, была смущена. — Александр, — робко начала девушка. — Алек. –Юноша сразу поправил девушку. — Ты не любишь, когда тебя называют полным именем? — удивилась та. — Не особо. Имя мне выбрала мама, — Алек усмехнулся, — в честь Александра Македонского. Ей хочется, чтобы её сын был великим и много добился. Эмилия улыбнулась и заговорила: — Мне кажется, в свои семнадцать он уже многого добился. Твоя мама не прогадала с именем. — Да-да, только вот Македонский беспробудно пил и умер в тридцать два. — Алек заметил, что разговаривать с этой девушкой было намного проще, чем он думал. — Ох, ты просто смотришь с негативной стороны. У каждого есть свои пороки. Александр усмехнулся, он был абсолютно согласен. На некоторое время девушка и юноша снова погрузились в тишину. — Я тоже не люблю своё полное имя. — Снова заговорила Эмилия. — Меня называют Лия, но только семья и некоторые друзья. — Почему же тебе не нравится твоё имя? Тоже есть какая-нибудь великая пьяница Эмилия? Девушка засмеялась. У неё был очень красивый мелодичный смех. Совсем как у Гермионы. — Нет, но один из вариантов перевода моего имени — соперница. Так и вышло. Я всю жизнь соперничаю со своей родной сестрой. Она очень хорошая, красивая, прилежная. В глазах родителей я всегда буду второй. Девушка загрустила от собственных мыслей, её аккуратные бровки сошлись на переносице. Алеку почему-то захотелось убрать с её лица это выражение, Эмилии совсем не шло грустить. — Насколько мне известно, с латыни твоё имя переводится, как «сильная», «старательная». Не только я здесь смотрю с негативной стороны. Девушка мягко улыбнулась. Было видно, что ей стало приятно от слов Алека. — Спасибо. — Коротко ответила она. — Ты изучаешь латынь? — Да, мне много чего учить приходится, чтобы не ходить вечно в тени славы своих родителей. Алек решил, что зря упомянул родителей. Эту тему поднимать совсем не хотелось, учитывая кто на самом деле его отец. — Твои родители — замечательные люди. — С мечтательной улыбкой сказала девушка. — Твоя мама… я восхищена ей. Она является самым ярким примером, что все волшебники равны! — с жаром проговорила девушка, а затем с горечью добавила: в частности, из-за этой моей позиции, мне никогда не подняться в глазах родителей. — Ты чистокровна. — Алек не спрашивал, его окружали в основном чистокровные волшебники, большая часть которых искренне считала, что ему, его матери и брату не место среди них. — Да, — тихо отозвалась девушка. Алек понял, что она так же не желает развивать эту тему, но ему не давал покоя один вопрос. — Что же скажет твоя семья, узнав, с кем ты будешь на балу? На лице девушки расцвела хитрая улыбка, а в глазах зажёгся огонёк. — Сестра умрёт от зависти, мама скажет, что ты очень красив и галантен, а папа ничего не скажет. Алек не ожидал такого ответа, ему было очень приятно слышать лестные слова в свой адрес от такой девушки. Он внимательно посмотрел на неё, стараясь понять, что она шутит, но Эмилия была серьезна. Юноша удивлённо поднял левую бровь, на что Эмилия снова засмеялась. — Знаешь ли, та война заставила многих аристократов засунуть свои языки… — девушка не договорила, густо покраснев. Взгляд Алека был не просто удивленным, он выражал искреннее изумление. Впервые юноша взглянул на Моро не просто как на красивую куклу, а как на человека со своей стойкой позицией, которую та готова отстаивать до последнего. — Не думал, что ты знаешь такие выражения. — Наконец, нашёл, что сказать Александр. — Извини, я обычно так не выражаюсь, — девушка покраснела ещё сильнее, продолжая разглядывать носки своих туфель. — Всё хорошо. — Алек откровенно веселился, — ты сейчас взлетела в моих глазах на несколько пунктов вверх. Эмилия улыбнулась и подняла глаза, но румянец продолжал заливать её щеки. — То есть тебе нравятся девушки, которые выражаются, как сапожники? — Ну, до сапожников тебе далековато, — юноша продолжал смеяться. — Ты не ответил на вопрос, — заметила Моро, сузив глаза. — Я не знаю, какие мне нравятся девушки. — Просто ответил Алек, пожав плечами. — Надеюсь, ты не… — Мерлин, нет! — Алек снова засмеялся, — просто у нас здесь нет времени на романтические отношения. Да и это запрещено. — В Дурмстранге нельзя встречаться? — изумилась девушка. — Нет, — Алек покачал головой. — За это могут исключить одного из влюбленных, поэтому никто не рискует. — Это… ужасно, — полушепотом произнесла девушка, а потом с ужасом посмотрела на Алека, — а тебе ничего не будет из-за того, что мы тут гуляем? Парня позабавила такая реакция девушки, но ему было приятно, что она переживала за него. — Нет, у нас же просто дружеская прогулка. — А, ну да. — Быстро согласилась Моро, тщательно скрывая досаду. Но Алек всё же это заметил. Про себя же он подумал, что согласен был бы на исключение совершенно из-за другой девушки. Мысли о Веронике заставили почувствовать себя паршиво. Он отгонял от себя неприятное чувство своей же фразой о том, что это просто дружеская прогулка. — Может, ты проводишь меня до наших комнат. Я всё ещё немного путаюсь в ваших коридорах. — Неуверенно попросила Эмилия. Алек, согласившись, кивнул. Оставшийся путь они провели в тишине. Алек смог получше рассмотреть свою спутницу, изредка бросая на неё взгляды. Девушка была в темно-красном платье до колен, сверху на ней была надета черная мантия. Она была высокой для девушки, но всё же ниже Алека. Эмилия обладала стройной фигурой, милым лицом с красивыми карими глазами и пухлыми губами, а длинные темные слегка вьющиеся волосы спускались по плечам почти до поясницы. Алек даже отметил, что причёска девушки выглядела иначе, чем днём — волосы были перевиты несколькими тонкими косичками, но оставались распущенными, хотя днём они были собраны в косу. Она хотела выглядеть для него привлекательнее? До юноши начал доходить смысл вопроса девушки об отчислении. Она определенно хотела выглядеть ещё красивее для него. Отчего-то эта мысль очень понравилась Алеку. — Знаешь, я думал ты другая, — Алек сам удивился, услышав свой голос. — Глупая накрашенная кукла? — девушка поморщилась, — все так думают. А ещё я бессердечная стерва с манией величия, поэтому хочу быть лучше других. — Но ведь не зря ты «соперница», — вспомнил Алек. Уж он-то знал, каким беспощадным может быть общество, и как легко вешать на людей ярлыки. Эмилия улыбнулась, посмотрев юноше прямо в глаза. Стоя у дверей в комнаты студентов Шармбатона, они не знали, как себя вести и как прощаться. Алек решил, что неплохо бы следовать этикету и вести себя, как галантный кавалер, каким обязательно будет на балу. Юноша протянул открытую ладонь девушке, в которую та вложила свою изящную ручку. — Спасибо за вечер, Эмилия, — Алек улыбнулся, едва касая губами нежной кожи на девичьей ладони. — Называй меня Лия, Алек, — девушка нежно улыбнулась, когда Алек отпустил её руку, после чего скрылась за дверью. Александр направился в сторону башни своего факультета, сердце его было переполнено самыми противоречивыми чувствами. *** Гермиона Грейнджер решила воспользоваться своим положением министра магии ради сыновей: она раздала всем задания и за день до бала отправилась в Дурмстранг, чтобы провести время с Алеком и Марком. Теодор Нотт любезно согласился предоставить порт-ключ для мисс Грейнджер на тридцать первое января. Гермиона решила сделать сюрприз своим мальчикам и ничего не сказала о том, что прибудет раньше. Алек совершенно не ожидал увидеть маму в одном из коридоров, беседующую с Флёр Уизли-Делакур. Он невольно подслушал часть разговора двух волшебниц. — Флёр, перестань, прошу. Всё давно перегорело, не стоит ворошить прошлое. Я знаю, ты сразу всё поняла тогда, но он сделал свой выбор, — Гермиона покачала головой. — Но, Гермиона, если Тео догадался… — Это его совершенно не касается. — Мисс Грейнджер довольно резко перебила блондинку. — Как ты вообще узнала о Тео? Он не мог сказать тебе. Неужели Гарри? Миссис Уизли-Делакур отрицательно покачала головой, но не успела ответить. Гермиона заметила сына, и ему пришлось подать голос. — Кхм, мама? — удивленно спросил Алек, раздосадованно подумав, что не услышал что-то важное. Он даже забыл о правилах приличия и не поздоровался с директором Шармбатона. — Алек, как давно ты тут? — Гермиона нахмурилась. — Знаешь, у меня тот же вопрос, — усмехнулся Александр. — Не волнуйся, у меня нет привычки подслушивать. Алек задвинул подальше мысль о том, что именно это он и делал сейчас. — Простите мне мою бестактность, миссис Уизли-Делакур. — Алек учтиво кивнул волшебнице, она ответила доброй улыбкой. — Я был настолько удивлён встретить маму в стенах школы сегодня, что даже не поздоровался с Вами. — Всё в порядке, мой милый мальчик. — Заверила его женщина, — Я, пожалуй, пойду. Гермиона, я хочу, чтобы ты услышала меня. И не только меня. Гермиона нахмурилась и отрицательно покачала головой, чем вызвала печальный вздох у француженки. Мать и сын проводили взглядом удаляющуюся женскую фигуру. Гермиона повернулась к сыну, выражение её лица быстро изменилось. — Я хотела сделать вам с Марком сюрприз, — теплая улыбка тронула губы Гермионы, — вот и приехала раньше. Алек заключил маму в объятия, он был очень рад такому сюрпризу. Накануне юноша вновь пытался сложить все пазлы в одну картину, но так и не пришёл ни к чему, решив отложить разгадку этой тайны на потом, а этот разговор снова перемешал всё в голове Алека. Но он пообещал друзьям посвятить всё своё время Турниру, но маме он не обещал, что не будет пытаться узнать, кто его отец. — Думаю, Марк будет безумно счастлив, — наконец, отстранившись от мамы, произнёс Алек, Гермиона улыбалась. — Давай найдём его, занятия у Марка закончились ещё пару часов назад. — У вас больше уроков? — удивилась Гермиона. Она была уверена, что время занятий у всех курсов одинаковое. — Нет, у меня был факультатив по тёмным искусствам. — Не знала, что ты углублённо изучаешь этот предмет. — Гермиона явно не одобрила, что сын увлекается такой дисциплиной, но Алек лишь пожал плечами. — Мама, это та же ЗОТИ, как в вашем Хогвартсе, просто мы рассматриваем более широкий круг заклинаний и проклятий с разных сторон. Из нас не делают новых Волан-де-Мортов, ты прекрасно это знаешь. Гермиону ответ сына не сильно успокоил. Она знала, что все школьные программы проверены и заверены министерством, но ей не нравилось, что сын посещает ещё и дополнительные занятия. — Мама, у меня много факультативов, — Алек вновь предпринял попытку успокоить мать, — профессор Нотт настоял, чтобы перед Турниром я больше налегал на учёбу. Для Алека не осталось не замеченным, как Гермиона нахмурилась, когда сын произнёс имя отца, а сделал он это преднамеренно, чтобы оценить реакцию мамы. Гермиону можно было читать, как открытую книгу, так же как и Марка. — Хорошо, думаю, профессор Нотт прав, — Гермиона все-таки оставалась напряженной, — тебе пригодится много знаний перед Турниром Трех Волшебников. — Пойдём же, — Алек предложил маме руку, которую она с радостью приняла, — не могу дождаться момента, когда увижу довольное лицо Марка. Гермиона все-таки расслабилась и рассмеялась. Алек отметил, что очень скучал по заразительному смеху мамы.