Останется лишь пепел...

Темнота окружала со всех сторон, деревья в лесу едва были видны в этой темноте. Просто какое-то чудо, что девушка еще не врезалась. Ветер завывал в кронах старых дубов, от холода по телу бежали мурашки. — Вероника, — позвал слабый хриплый голос. Девушка обернулась. В полуметре над землей, висел Алек, которого за шею держал огромный человек, но человеческого в нем было мало, это был настоящий монстр. — Алек, — в ужасе закричала девушка. От страха она не могла даже пошевелиться, лишь судорожно сжимая палочку в руках. — Вероника, помоги мне. Алек хватал воздух ртом и цеплялся руками за когтистую лапу оборотня. Когти оставляли кровавые раны на шее юноши. Оборотень хрипло рассмеялся, этот ужасный смех отражался в каждом уголке темного леса. Вероника направила палочку на оборотня, но тот закрылся своим пленником, прижимая его спиной к своей груди и сильнее вдавливая когти в шею. — Выбирай, девчонка! — захрипел монстр, этот голос девушка могла узнать из тысячи. Фенрир. — Не надо, пожалуйста, — по щекам девушки текли слезы, она не знала, что делать, девушка боялась использовать заклинание, ведь она могла попасть в Алека, — отпусти его, я сделаю… всё, что угодно сделаю. Фенрир оскалился. Он сильнее сжал руку на шее Алека, юноша безуспешно пытался разжать когтистые пальцы. — Выбирай, — снова прохрипел оборотень, — я сломаю шею этому юнцу, но если ты хочешь его спасти, умрет твой братец, а потом я и до мамаши твоей доберусь. Только теперь Вероника увидела, что за Фенриром без сознания лежал Антуан. Девушка в ужасе закрыла лицо руками, роняя палочку. — Пожалуйста, пожалуйста, оставь нас, — она упала на колени, моля чудовище о пощаде, — разве тебе мало, того что ты сделал? Пожалуйста… Фенрир расхохотался. От этого смеха шел мороз по коже. — Мало! Мне мало! Мне всегда будет мало! — взревел Сивый, — я приказал тебе выбирать! Или твоё жалкое семейство, или этот полукровка! Девушка беззвучно плакала, до крови кусая губы, не в силах прийти в себя от ужаса. — Выбирай! Или я убью их всех! А ты будешь жить, зная, что все погибли из-за тебя! Это твоё наказание! — За что? Я ничего не сделала! За что? Пожалуйста. Пожалуйста, не надо. Отпусти их! Оборотень сильнее сжал пальцы, по ним потекла густая кровь. Не понятно, как Алек ещё был жив, в такой хватке. — Ты знаешь, за что! Ну же! Кто будет жить? Антуан? Или этот мальчишка? — Фенрир немного расслабил руку, Алек жадно хватал воздух. — Я сегодня великодушен, ты можешь спасти одного. Девушка словно в тумане переводила взгляд с брата на Александра. — Рони, прошу, — совсем слабый хрип сорвался с губ Крама. — Кто будет жить? — вновь взревел Фенрир. -Это неправда, это всё неправда, — девушка качала головой, пытаясь придумать, что сделать. Она нащупала под ногами палочку и сжала её сильнее, — это неправда. — Неправда? –взревел Фенрир, — неправда, говоришь? Оборотень свободной рукой сильно ударил Алека по скуле, оставляя глубокие кровавые следы от когтей. Юноша не мог кричать, из горла вырвался лишь сдавленный хрип. — Кто будет жить, девчонка? — снова зарычал Сивый. Девушка запустила руки в волосы, содрогаясь в рыданиях. Её тихий шепот, был едва слышен, но оборотню этого было достаточно. Он довольно рассмеялся. Вероника не могла поднять взгляд. Послышался противный хруст костей и звук удара. Фенрир ушёл, но его жуткий смех был слышен повсюду. Пересилив себя, Вероника подняла глаза и не смогла сдержать прерывистый вздох. Юноша лежал в неестественной позе, раскинув руки. Голова его была повернута в сторону девушки, изо рта текла кровь, а остекленевшие серые глаза смотрели на неё. Громко всхлипнув, Вероника подползла к телу юноши и упала ему на грудь. — Прости, я должна. Прости, — Рони шептала, обнимая парня, — прости. Прости меня, Алек. *** Она боялась за него — это было первой мыслью. Боялась, что кто-то причинит ему боль, но в итоге сделала это сама. Вероника дала ему умереть. Дала погибнуть в руках монстра. Выбор был слишком трудный, но девушка никогда бы не отказалась от своих родных, от своего брата. Все были в ужасе, никто не ожидал, что будет так страшно, но толпа жаждала зрелище и получила его. — Слишком жестоко, — поморщился Поттер, он сам был на месте сегодняшних чемпионов, он все понимал. Трибуны, выставленные рядом с Сумрачными пещерами, бушевали, люди кричали то ли от ужаса, то ли от восторга. — Ладно, это же всё неправда, — махнул рукой Марк. Парень крутился рядом, рассматривая оборудование, с которым сейчас разбирался мистер Поттер. — Неправда, — эхом повторил Александр. Марк будто не видел или не хотел видеть, в каком состоянии находиться Алек. Его больше волновала техническая часть испытания — как был устроен экран, что было в этих датчиках. За брата он переживал, но верил, что Алек справиться со всеми испытаниями. Их последняя догадка оказалась верной — задание проходило, как церемония посвящения студентов Дурмстранга. Алек уже тысячу раз пожалел, что решил посмотреть, как проходит испытание его девушка. Мог ли он теперь её так назвать? Но не это ли ответ на все его сомнения? В трудной, тяжелой ситуации она выбрала не его. Алек тяжело вздохнул и закрыл глаза. — Эти датчики — усовершенствованные разработки маглов, — пояснял Гарри Поттер, доставая устройство. — Я все ещё не совсем понимаю, как это работает, — Марк буквально заглядывал в рот Поттеру. — Это похоже на заклинание легилименции. Поскольку всё, что там происходит — лишь плод воображения чемпионов. — Марк, что ты вообще тут делаешь? — Алек поморщился, когда к коже прилепили один датчик. — Тебя поддерживаю вообще-то, — заявил Марк. Алек только фыркнул и снова поморщился, второе устройство так же прилипло к виску. — Замудренная штука, — протянул Марк, потрогав датчик. — Не то слово, — усмехнулся Поттер. Марк обнял Александра, пожелав удачи, и вышел из шатра чемпионов прежде, чем его выпроводили оттуда. Алек так и не понял, как брат пробрался к ним. Полчаса назад прошла жеребьевка, которую проводили сами судьи — Флер Уизли-Делакур, Теодор Нотт, Невилл Лонгботтом и, к ужасу Александра, Павел Лаврентьев. Тот самый чиновник, которого Александр осенью избил. Полчаса назад Алека волновало то, что этот Лаврентьев может снять ему баллы, отомстив за ноябрьский инцидент. Но сейчас до этого не было никакого дела. В голове крутился один вопрос: «Как она могла?». На этот вопрос Александр мог ответить и сам — семья дороже. Кого выбрал бы он — Рони или Марка? Алек покачал головой, лучше самому умереть, чем лишать кого-то из любимых жизни. По жребию Александр шёл вторым. Мистер Поттер не хотел отпускать его смотреть за испытанием Вероники, аргументируя тем, что Алеку самому нужно было подготовиться. Александр жалел, что не послушал Поттера, но понимал — лучше увидеть самому, чем слушать сплетни, которые вмиг разлетятся по школе. Юноша поморщился. Об их отношениях сейчас узнали все. Но есть ли смысл сохранять эти отношения, после увиденного. Если в самый страшный момент она пожертвовала им. Было сложно о чём-либо думать вообще. А впереди его ждало собственное испытание. — Алек, — тихо начал Поттер, — прошу, соберись. Организаторы Турнира всегда подбирают сложные, тяжелые задания. — Лучше столкнуться с драконом, чем увидеть такое, — Алек вздохнул. — Я не хочу, чтобы все видели мой самый страшный кошмар. Я и сам не хочу его снова видеть. Гарри Поттер положил руку на плечо юноши, выражая свою поддержку. — Помни, что это всё неправда. Эти ваши пещеры — самая изощренная пытка, но я верю, ты справишься. — Мама там? — Александр смотрел прямо перед собой невидящим взглядом. — Да, — тихо вздохнул Поттер. — Пожалуйста, извинитесь перед ней за меня. А лучше сделайте так, чтобы она ничего не видела. Не хочу заставлять её переживать это снова. Тем более, чтобы она видела это моими глазами. — Ты думаешь, что будет тот день? — волшебник всё понимал. — Я уверен, — Алек ни секунды не сомневался в своем ответе. Этот кошмар преследует его всю жизнь, и с каждым разом становится лишь страшнее. — Помни, что ты ни в чём не виноват. Ты не мог тогда что-то изменить. — Я знаю. Но я не хочу, чтобы люди видели меня слабым. Особенно мама. — Ты не слабый, Алек, — возразил мистер Поттер, — тебя задели осколки нашей войны, и ты оказался в силах выдержать это. Твой отец гордился бы тобой. Алек усмехнулся. Слышать такое от человека, который знает, кто его отец, было странно. Но Александр понял, что мистер Поттер имел ввиду Виктора, и был ему за это очень благодарен. Полог шатра распахнулся, и в проеме показалась Вероника. Её вели под руки Антуан и какой-то парень из Шармбатона. Вероника была белее снега, глаза девушки стали красными от слёз, руки дрожали. Она замерла, когда столкнулась взглядом с Алеком. Юноша почувствовал, как стало тяжело на душе. Он не мог оторвать взгляд от девушки, хотя очень этого хотел. Не видеть её глаз, полных слёз и раскаяния. — Прости, — на выдохе произнесла Вероника. Алек кивнул и вышел из шатра. Мистер Поттер вышел следом. — Что тебя связывает с этой девушкой? — спросил волшебник, догоняя юношу. — Уже не знаю, — Алек шёл в сторону пещеры, у которой его встречал Теодор Нотт с другими судьями. Судьи были взволнованы, возможно, никто из них не ожидал, каким тяжелым станет первое задание. — Это ужасно, ужасно, — шептала миссис Уизли-Делакур профессору Лонгботтому. Тот кивал, соглашаясь с волшебницей. Господин Лаврентьев презрительно фыркнул. — Это тяжелейший Турнир, на нём даже погибали! Эти дети знали, на что шли, опуская свои имена в кубок. Алек почувствовал, как чешутся руки продолжить близкое знакомство посоха с носом этого выскочки. — Александр, — Нотт слегка улыбнулся своему студенту, — сегодня будет несколько сложнее, чем на церемонии. Мы не будем сильно сдерживать магию этого места, но если мы увидим, что ты не справляешься, испытание будет остановлено. С собой можешь взять только палочку. — Не стоит останавливать, профессор, я справлюсь, — самоуверенно заявил Алек, хотя внутри у него всё холодело от одного взгляда на вход в пещеру. За спиной директора снова раздалось фырканье. — На Турнир кто-то приехал на лошади? — невинно поинтересовался юноша. Алек не смог удержаться и не съязвить, хотя прекрасно понимал, что это может быть чревато последствиями. Глаза профессора Нотта сверкнули недобрым огоньком, губы сжались в тонкую полоску, он едва заметно покачал головой. — Ох, простите, господин Лаврентьев, не узнал Вас, — Алек понимал, что ему просто нужно выплеснуть на кого-то своё раздражение, так же он понимал всю нерациональность своего поступка, но всё же не остановился. — Прекрасно выглядите. Чиновник покраснел от злости, нахохлившись и собираясь высказать своё негодование чемпиону. — Следите за выражениями, юноша! — прошипел судья. — Прошу, простите меня. Я Вас просто не заметил за директором, — извиняться в такой манере было чистое удовольствие. Лаврентьев явно комплексовал из-за своего роста, так как его старомодные ботинки были на небольшом каблуке. Однако, даже каблук не мог исправить положения. Остальные судьи были явно удивлены словесной перепалкой их коллеги и чемпиона Дурмстранга. — Удачи на испытании, — с максимальной желчью в голосе пожелал чиновник. — Благодарю, — широко и нагло улыбнулся Александр. — Алек, — позвал его мистер Поттер, который стоял всё это время за спиной юноши. — Помни, что я сказал тебе. Алек кивнул и, на этот раз, искренне улыбнулся. Нотт похлопал его по плечу и Алек пошёл к входу в пещеру, сопровождаемый участливыми взглядами директора Шармбатона и декана Гриффиндора. *** В пещере было темно. Где-то капала вода, действуя на нервы, которые и без того были напряжены до предела. Алек шёл, выставив руки вперед, чтобы не натолкнуться на что-нибудь. В этой непроглядной темноте пробираться приходилось наощупь. — Ну и когда же всё начнётся? — немного нервно вслух спросил Алек. Пройдя ещё пару метров, он услышал смех, а после этого увидел вдалеке свет. — Алек! — позвал его весёлый детский голос, который показался юноше до боли знакомым, — Алек, смотри, как я могу! Свет уже заливал всё пространство, потихоньку начали проглядываться знакомые очертания. К горлу подкатил ком. — Как предсказуемо, — прошептал Александр. — Алек, смотри! — снова раздался детский голос. В метре над землёй на детской метле летал маленький Марк. Александр осмотрелся. Юноша снова почувствовал себя маленьким и беззащитным, но палочка по-прежнему была зажата в его руке. Маленький уютный сад семейства Грейнджеров сегодня был защищён маглоотталкивающими чарами. Гермиона не хотела, чтобы кто-то увидел парящих над землей детей. Марк смеялся, пытаясь сделать несложный вираж. — Осторожнее! — Алек испугался за брата, который чуть не свалился с метлы. Марк только продолжал заливисто смеяться. — Я буду лучшим ловцом! Как папа! Алек, правда, здорово? — продолжал беззаботный мальчишка. — Мальчики! –со стороны дома раздался встревоженный голос Гермионы. Совсем молодая мама выбежала из дома и крепко обняла Алека, подзывая к себе Марка. Ребенок неохотно опустился на землю и подошёл к маме и брату. — Мальчики, вы должны сейчас улететь. Алек, садись на метлу. Марк, держись за брата. Крепко держись! — Гермиона давала наставления детям, временами оборачиваясь на дом. — Алек, ты помнишь, где живет мистер Поттер? Я отправила ему патронуса, Джинни будет ждать вас! Я люблю вас! Очень сильно! Немедленно улетайте. Алек едва сдерживал слёзы, он прекрасно помнил, что будет дальше. Гермиона спешно накладывала на детей дезиллюминационные чары. Из дома раздались голоса мужчин и звуки борьбы. — Береги брата, Алек! Улетайте! — закричала мама и побежала в сторону дома. Алек слез с метлы. Всё было так же, как тогда. — Марк, ты полетишь один. Давай, докажи маме, что ты прекрасно управляешься с метлой. Тогда они подарят тебе свою, и тебе не придется постоянно просить метлу у меня. Алек не видел брата из-за чар, которые наложила мама. — Алек, что происходит? Мне страшно, — раздался испуганный голос мальчишки. — Не бойся, Марк, — Алек нашел руками брата и обнял, он не мог заверить его, что всё будет хорошо, ведь этого совершенно точно не будет. — Лети, покажи всем, какой у Виктора Крама растет сын! Алек почувствовал, как брат отрывается от земли и отпустил его. На негнущихся ногах Александр побежал назад. Он снова был маленьким мальчиком, не способным что-то изменить. Он услышал голос мамы, которая выкрикивала заклинания. Алек все помнил. Пожирателей было больше. Отец не справлялся, они уже нашли дедушку и бабушку, которых Гермиона не успела спрятать. Алек спрятался за дверью на кухне и чего-то ждал. Его трясло, совсем как тогда. — Это неправда, — прошептал Алек, вспоминая, что сейчас всего лишь идет испытание. — Я должен что-то сделать. — Гразнокровая дрянь! Мы не дадим вам спокойной жизни! Вы все сдохните в мучениях! Империо! — кричал хриплый мужской голос. Звуки борьбы и ударов не прекращались ни на секунду. — Не-е-ет! — это кричала мама. Внутри всё похолодело от страха. — Это неправда, — снова прошептал Алек, не в силах сдвинуться с места. — Давай, мерзкий предатель крови, пытай свою ненаглядную жёнушку. — Раздался хохот нескольких мужчин, а потом «Круцио!» и снова крики. Мужчины в черных мантиях продолжали смеяться, смех был слегка приглушён из-за масок на их лицах, но от этого становилось лишь страшнее. — Виктор, пожалуйста, — мама плакала и молила отца прекратить пытку. — Сопротивляйся, милый. Новый взрыв хохота и снова крики. Мальчик прятался за дверью, которая вела из кухни в столовую. Сейчас он заметил, в какой момент с него спали чары. Маму пытали. — А теперь тащи сюда этих маглов! — приказал один голос. — Попрощайся с мамочкой и папочкой, грязнокровка! Виктор, убей их! — Я должен что-то сделать! Ну же! Они не должны умереть, не должны, — Алек забился в угол, не находя в себе сил подняться. — Нет! Не надо! Пожалуйста! — мама всё ещё кричала, хотя голос охрип, казалось, что это не она. «Авада Кедавра!» — эхом раздалось по всему дому, потом еще раз это же заклятье, и крик. Алек уже не был уверен, что это его мама. Крики смешались с хохотом, мальчик затаил дыхание. Он должен как-то это прекратить, он ведь провалит задание. Это только задание. — Морсмордре! — Ты что делаешь, кретин? Мы ещё не закончили! Юноша знал, что будет после этих слов. Он вскочил с места, повторяя себе, что это только задание. Весь дрожа от страха, мальчик показался в дверном проеме. Пожиратели его не заметили сразу. — Убей уже этих уродов! И уходим отсюда! — Экспелиармус! — выкрикнул Алек, направив палочку на мужчину, который убил его отца. Страшное заклятие не успевает сорваться с губ удивленного Пожирателя смерти. Не теряя времени, он успевает оглушить того, кто держал Гермиону. Она выхватывает у волшебника палочку и атакует оставшихся, стараясь не задеть мужа. Маленький Алек встает рядом с ней. Мужчины не ожидали от ребенка таких действий, поэтому не успели отреагировать должным образом. В это время в дом врывается мистер Поттер со своими людьми. «Как раз вовремя», — горько подумал Александр. Трое Пожирателей трансгрессировали сразу же, оставляя своих поверженных товарищей. Александр видит отца, грудь разрывает от боли и мальчик, смахивая слезы, бежит к Виктору. — Папа, — Алек крепко обнимает его, — папа, папочка. Прости, прости меня. Я не спас тебя в жизни, я не спас. Виктор улыбается, притягивая мальчонку к себе. — Всё хорошо, сынок, ты молодец, я горжусь тобой, — прошептал мужчина. Алек почувствовал, что отец будто растворяется в воздухе. Он поднял глаза и увидел, что силуэт Виктора становится прозрачным, расплывчатым. — Нет, — Алек закричал, пытаясь удержать папу ещё хотя бы на пару секунд, — нет, пожалуйста. Но Алек уже хватал руками лишь воздух. Тяжело опустившись на колени, юноша не смог сдержать слез. Темнота снова собиралась вокруг него, словно опутывая своими холодными щупальцами. Алек знал, что испытание ещё не закончилось, страхов должно быть несколько, но подниматься совсем не хотелось. Юноша осознал, что сидит на холодном каменном полу, когда услышал шаги. — Как же ты жалок, Алек, — знакомый голос раздался над самым ухом. По телу пошли мурашки. Этот человек не может так говорить о нем. — Милош, — хрипло позвал Алек, поднимая голову. Глаза горели от слез, а горло болело от недавних криков. — Снова жалеешь себя? — друг выглядел иначе, чем в жизни: его губы растянулись в злой мерзкой улыбке. — Это не ты, — в этот раз Александр не позволял себе растеряться и забывать, что сейчас идет испытание. — О, это я. Тот я, которого ты заслуживаешь, жалкий полукровка, — Милош засмеялся, совсем как те Пожиратели смерти. От этого смеха по коже пробежал холодок. — Это неправда. Ты мой друг, ты не можешь быть таким. Алек поднялся. Он совсем не представлял, как бороться с этим страхом. — Я-то может и друг, а вот ты мне? Разве ты друг? Ты никогда ни о ком кроме себя не думаешь! Если у тебя что-то случается, мы уходим на второй план. Милош показал рукой в сторону, там стояли Марк и Дарина. Они так же не были похожи на самих себя. Будто их злые копии. Они втроем встали вокруг Алека, начиная ходить вокруг него. — Ты лишь жалкий выродок, не нужный ни матери, ни отцу, ни нам! — звонким голосом проговорила Дарина, её лицо исказила гримаса презрения. Алек изумленно смотрел на девушку. — Ты не достоин называть себя Крамом! — подхватил Марк, с другой стороны. Алек повернулся к брату, эти слова подействовали, как удар в спину. Алек покачал головой, не веря своим ушам. — Ублюдок мерзкого Пожирателя смерти, — раздался другой голос. Алек огляделся, вокруг него собиралось всё больше и больше людей, среди которых были однокурсники, учителя, студенты из других школ. Юноша покачал головой, пятясь спиной от этих голосов, но кольцо, в котором он оказался, не давало ему выйти. — Ты лишь ошибка, Алек! — снова подхватил Милош, — никому не нужная ошибка! Алек почувствовал, как становится тяжело дышать. Он сильнее покачал головой, стараясь выбросить из нее все эти слова. — Нет, нет! Это всё неправда! Это неправда! Это испытание! Алек с криком, растолкал толпу. Выбравшись из окружения, он побежал. Юноша бежал долго, пока не заметил, что огромный зал, в котором он был раньше, превратился в дубовую рощу. Сердце неприятно защемило — это их с Рони место. Алек не представлял, что будет дальше, но понимал — это связано с Вероникой. — Алек, — голос Рони звучал отовсюду, эхом отражаясь между деревьями. Девушки не было видно. Алек вновь и вновь оглядывался, в надежде увидеть Веронику. — Алек, прости меня, — наконец, Рони вышла из-за огромного дуба. — Рони, — с горечью выдохнул Алек. Девушка подошла ближе и положила руку ему на грудь. — Я должна, Алек, — прошептала девушка. Александр почувствовал резкую боль в районе сердца. С ужасом опустив глаза, юноша увидел, что Вероника острыми, как бритва, ногтями разорвала его грудную клетку, вырывая сердце. Алек медленно опустился на колени. Он пытался что-то сказать, но из горла вылетал только хрип вместе с алой кровью. Она стекала по подбородку и капала на белый снег. Александр не понимал, почему он ещё жив, но адская боль, сменилась чувством пустоты. Алек не мог пошевелиться, смотря на свою девушку. Она сжимала в руке его сердце, с которого капала кровь. Сердце продолжало биться в её ладони. — Прости, — девушка начала уходить, но пройдя пару шагов, остановилась. Она бросила сердце Алека на снег и, не оборачиваясь, сказала: оно мне не нужно. Еще один хриплый выдох вырвался из груди юноши, и он упал. Над ним качались голые ветки дубов, убаюканные ветром. Перед лицом стали проноситься знакомые лица. «В пещере можно умереть от своих страхов» — пронеслось в голове Алека. Вокруг него начали появляться образы людей, юноша даже нашел в себе силы усмехнуться — «жизнь проходит перед глазами». Он ловил взгляды людей, направленные на него, пока один из этих взглядов не задержался дольше других. — Лия, — прошептал юноша, — Лия, помоги. Алек чувствовал, что теряет сознание. Внезапно его снова пронзила адская боль в груди. Парень резко вдохнул от неожиданности и открыл глаза. Над ним плакала девушка, лицо её закрывали длинные черные волосы. Её руки были в крови, белое теплое платье тоже было измазано кровью. — Пожалуйста, живи, пожалуйста, Алек, — юноша улыбнулся. Она спасла его, она услышала. Алек прошептал слабое «спасибо» и погрузился в темноту. Сердце уже не болело. Вокруг снова темно, очень темно. Кажется, что темноту можно схватить, потянуть на себя и сбросить, как старое пыльное покрывало. Но это только кажется. Волшебник попытался воспользоваться «люмосом», но заклинание не сработало. Тьма никогда не пугала его. Но что может прятаться в этой темноте? Александр зажмурил глаза, спасаясь от тьмы вокруг, в своей собственной тьме. Как глупо. Юноша даже усмехнулся. Он пытался идти, вытянув руки вперед в поисках опоры. Вдруг в тишине раздались тяжелые шаги. Вместе с шагами к нему приближался маленький огонёк. Алек сглотнул ком, подступивший к горлу. Что на этот раз? Сил бояться не было. Сил не было ни на что. Юноша опустил руки, но крепче сжал палочку, ожидая, что его ждёт. — Александр, — знакомый голос звучал непривычно грубо, пробирая до костей. Нет, страх не прошёл. — Профессор Нотт, — холодно ответил юноша. Это лицо Алек узнал бы из тысяч других, но сейчас Теодор Нотт сам на себя не был похож. — Как же ты жалок! На тебя противно смотреть, — волшебник практически выплёвывал слова, презрительно осматривая юношу. Мужчина поднял палочку, направляя её на парня, тот защищаясь, выставил свою вперед. — Что Вам нужно?! — Алек срывался на крик. Хотелось убежать далеко-далеко, чтобы не видеть этих злых потемневших глаз, которые, казалось, оставляют ожоги на коже. Мужчина громко рассмеялся, по телу бежали мурашки от этого жуткого звука. Алек не должен был показать свой страх, но при этом всё отступал назад. — Мне от тебя ничего не нужно! Ни от тебя, ни от твоей грязнокровой мамаши! — Мужчина занёс палочку, Алек понял, что последует за этим движением и приготовился бежать. — Круцио! Алек не успел увернуться, внезапная сильная боль пронзила его. Он услышал крик и не сразу понял, что это его голос. Он слышал смех и крик, ему казалось, что кричит его мама. Вдруг он увидел перед собой её глаза, они были красные от слёз. Алек лишь чувствовал боль и видел её измученное лицо и больше ничего, губы мамы беззвучно шептали его имя. Боль закончилась так же внезапно, как и началась. В панике юноша пытался отползти от своего мучителя. Тело не слушалось, а перед глазами стояло её лицо, но желание выжить и победить было сильнее. Под жуткий смех директора Алек поднялся на ноги. Он заметил, что из странного темного помещения они переместились на опушку Темного леса перед Дурмстрангом. Школа осталась за спиной директора, Алек был вынужден отступать в лес. Теодор Нотт снова нападал на студента, тому пришлось пятиться, не оборачиваясь назад. — Инкарцеро! — выкрикнул мужчина, Александр успел спрятаться за дерево, верёвки не задели его. — Жалкий ублюдок! Ты не нужен никому! Ты не имеешь права на жизнь! — мужчина кричал так, что на шее его надувались вены, а глаза стали совсем чёрным. — Сектумсемпра! — Протего! — Александр выставил щит, защищаясь от заклятья. — Мальчишка научился огрызаться? — новый взрыв смеха. — Ты жалкий полукровка! Мерзкий ублюдок! Ты и твоя грязнокровая мать никто, вы отбросы волшебного мира! Вы мараете всё своей грязной кровью! Авада… — Экспеллиармус! Диффиндо! — со злостью выкрикнул Александр. Палочка директора улетела куда-то между деревьями, на снег упало несколько капель крови — на щеке Нотта появился длинный глубокий порез. — Петрификус Тоталус! — Александр быстро преодолел расстояние между ними и буквально прошипел в лицо своему директору: никто не смеет так говорить про мою мать! — он сам не узнал свой голос, тот звучал каким-то глухим, безжизненным и до жути колючим. Мужчина смотрел на Алека взглядом полным презрения и отвращения. Юноша провёл пальцами по порезу, поднёс руку к своему лицу, рассматривая красную жидкость на ней. — У нас она такая же. Красная. — Зло выдавил из себя Алек. Потом резко рассек заклинанием свою ладонь и поднёс к лицу Теодора. — Видишь?! Такая же! Внезапно всё вокруг начало мутнеть, Алек почувствовал слабость, ноги и руки стали словно ватными, а голова наливалась свинцом. Последнее, что понял Алек, это то, что он падает. Алек буквально выпал из выхода пещеры. Его подхватили под руки Милош и Марк. Юноша с благодарностью посмотрел на друга и брата. Они помогли чемпиону подняться и пойти в сторону шатра, но Алек поднял глаза и увидел маму, которую поддерживал мистер Поттер. Гермиона была в ужасе, её глаза были наполнены слезами, а тушь размалась по лицу. Алек вымученно улыбнулся. — Мама, — прошептал он и упал в обморок.