Неправильная любовь или судьба?

В комнате уже царил мягкий полумрак. На кровати мирно посапывали двое. Их тела переплелись так естественно, будто иначе и быть не могло. Альфа раскинулся звездочкой, а на его груди, свернувшись, спал Чимин. Чонгук одной рукой обнимал его за талию, уткнувшись носом в макушку омеги. Они даже не представляли, что может ждать их после пробуждения. Тишину нарушило лёгкое шевеление. Омега начал ворочаться, пытаясь найти удобную позу. Но дело оказалось вовсе не в этом. Открыв глаза, он понял - неприятная тянущая тяжесть внизу живота не даёт ему покоя. Он осторожно приподнялся. Рядом спокойно спал брат, его большая тёплая ладонь всё ещё лежала на талии Чимина. Аккуратно убрав её, омега невольно задержал взгляд на лице альфы. Похоже, у них это семейное - рассматривать друг друга, пока тот спит. Его притягивало в нём всё. Глаза - тёмные, глубокие, как омут, в котором легко утонуть. Чёткие скулы, будто выточенные, казались почти острыми. Аккуратный нос, мягкая линия губ - в нём не было ничего лишнего. Чимин тихо встал и направился в ванную. Умывшись и приведя себя в порядок, он пошёл на кухню. Себе насыпал хлопья, а брату приготовил омлет с беконом. Закончив, омега направился обратно в комнату - будить Чонгука.

***

Что было ночью и как он оказался в кровати брата, Чимин помнил смутно. И, если честно, не собирался ничего спрашивать. Да, любопытство жгло изнутри, хотелось узнать правду… но страх был сильнее. Он не знал, что мог сказать в том состоянии, что выдать. Пусть лучше останется в неведении - так спокойнее. Зайдя в комнату, он снова замер. Чонгук уже проснулся и заправлял кровать. Стоял спиной к омеге, по пояс обнажённый. Широкая спина, плавная линия плеч - всё будто притягивало взгляд. Хотелось подойти, прижаться, обнять и не отпускать. В голову тут же полезли воспоминания-ощущения: как он, кажется, прижимался к этой спине ночью, как спал на этой груди, как тёплые руки бережно обнимали его, а альфа тихо сопел в макушку. От этих мыслей омега вспыхнул до кончиков ушей. Живот снова неприятно потянуло. Боль была слабой, но навязчивой. Чимин списал всё на голод и переживания из-за отъезда родителей. Нужно просто поесть - и всё пройдёт. — Чони, иди умывайся и пойдём быстрее кушать. Чонгук обернулся и улыбнулся своей фирменной «кроличьей» улыбкой. — Хорошо, Мини, скоро спущусь. Он подошёл ближе, мягко обнял омегу за талию, чуть притянул к себе и, попросив сделать кофе, поцеловал в макушку. После чего направился в ванную. Чимин на секунду застыл, не ожидая такой близости. Сердце предательски ускорилось. Но он быстро отмахнулся от лишних мыслей и пошёл на кухню - делать кофе. Спускаясь по лестнице, он услышал голос брата: — А, Чимин… оденься, пожалуйста. А то я за себя не ручаюсь. Снизу донёсся возмущённый писк. Чонгук лишь тихо усмехнулся - ему снова удалось его смутить - и спокойно продолжил свой путь.

***

Чимин так и остался сидеть на лестнице, судорожно натягивая вниз и без того короткую футболку брата. Ткань была мягкой, тёплой, всё ещё хранила его запах - и от этого становилось только хуже. Он мысленно ругал себя за невнимательность. Как можно было забыть, во что он одет? Теперь брат точно будет припоминать это ещё долго. И эту футболку. И его реакцию. Футболка альфы хоть и была большой, прикрывала она лишь самое необходимое. Дальше - оголённые ноги, тонкие и слишком заметные. Чимин покраснел, представив, как именно это выглядело со стороны. — Вот же… — пробормотал он себе под нос, снова одёргивая край ткани. Сердце всё ещё билось неровно. В голове крутились слова Чонгука, его тон, эта лёгкая насмешка. «Я за себя не ручаюсь». От одного воспоминания внутри что-то сжималось. Взяв себя в руки, омега резко поднялся и почти бегом рванул обратно в комнату. Нужно срочно переодеться. И спрятать улику. Потому что, если брат решит забрать свою вещь - он её не отдаст. Чимин прижал футболку к груди на секунду дольше, чем нужно, прежде чем стянуть её через голову. Он аккуратно сложил ткань и спрятал подальше, туда, где Чонгук точно не станет искать. Эта вещь ему ещё пригодится. И мысль об этом почему-то заставила его тихо улыбнуться.

***

Чонгук мог бы вечно любоваться омегой в таком виде. Футболка, открытые ноги, растрёпанные волосы - это было слишком. Но если так продолжится, альфа рискует забыть о самоконтроле. А это сейчас явно не на пользу их отношениям. Чимин ещё не готов. И Чонгук искренне молился всем известным богам, чтобы во время течки мелкого у него не «поехала крыша». Умывшись, альфа спустился на кухню. Его манил запах еды… и запах омеги. Причём второй явно лидировал. — Я точно схожу с ума, — пробормотал он себе под нос. — Дом проветривать не пробовали? Запах будто заполнил всё пространство. Альфе казалось, что он уже не воздухом дышит, а исключительно Чимином. Чимин как раз варил кофе, когда к нему сзади прижалось горячее тело. Подбородок лёг на плечо, нос уткнулся в шею. — Ммм… — довольно протянул Чонгук, делая глубокий вдох. — Аромат утра. Нотки кофе… и омеги. - произнес он почти шепотом второе. Чимин вздрогнул и резко повернул голову. Лица оказались слишком близко. — Ты что делаешь?! — пискнул он, мгновенно краснея. — Дышу, — невинно ответил альфа. — Разве это запрещено? Омега поспешно отвернулся обратно к плите. — Я-я почти закончил. Иди присядь. И оденься наконец. — А может, я не хочу одеваться? — лениво протянул Чонгук, не отодвигаясь ни на сантиметр. — Мне нравится быть вот так близко к тебе. Это меня успокаивает. Он сделал паузу и добавил уже мягче: — Ты меня успокаиваешь. Чимин фыркнул. — А меня - нет. Меня это нервирует. — Серьёзно? Я такой страшный? — Ты такой… слишком, — буркнул омега. — О, спасибо. Запишу это как комплимент. Чимин бросил на него возмущённый взгляд. — Я вообще-то не это имел в виду! — Поздно. Уже горжусь собой. Омега закатил глаза. — Не важно. Тебе не обязательно это знать. Ты же мне не всё рассказываешь. Чонгук слегка прищурился. — Ого. Это у нас намёк? Мне подготовить презентацию с отчётом о своих тайнах? — Желательно в трёх экземплярах, — тут же отозвался Чимин. — С подписями и печатями. — Хорошо. Но тогда и ты сдаёшь отчёт. Особенно про вчерашнюю «случайную» прогулку в моей футболке. — Чонгук! Альфа довольно усмехнулся. — Всё-всё, молчу. Но кофе всё равно сделай покрепче. Мне нужно как-то пережить это утро. — Это тебе нужно его пережить? — пробормотал Чимин, пряча улыбку. И всё же, несмотря на подколы, между ними оставалось то самое тёплое напряжение — только теперь с лёгкой улыбкой на двоих. Кофе уже давно был готов, но они по-прежнему стояли, словно застывшие в этом странном, тягучем моменте. Чимин чувствовал, как напряжение внутри растёт. Он не знал, как аккуратно отстраниться, чтобы не задеть, не обидеть. Но с каждой секундой становилось всё хуже. Дыхание сбивалось. В груди стучало слишком громко. Кожа будто горела изнутри, а внизу живота тянуло всё сильнее - уже не просто неприятно, а болезненно. Запах альфы, смешанный с его собственным, стал почти оглушающим. Слишком густым. Слишком явным. — Чон… — тихо выдохнул он, пытаясь разжать чужие руки на своей талии. Но стоило ему напрячься, как резкая боль пронзила тело. Он вскрикнул - коротко, надрывно. Будто внутри что-то сжалось и разорвалось одновременно. Ноги подкосились, мир поплыл перед глазами. Чонгук моментально отреагировал. — Чимин?! Омега ослаб, тело перестало слушаться. Воздуха не хватало. В ушах зазвенело. Последнее, что он почувствовал - как сильные руки подхватывают его прежде, чем он успевает упасть. Альфа едва успел поймать его, прижав к себе. — Чимин, эй… — голос уже без тени шутки, только паника. Он быстро поднял омегу на руки и почти бегом направился в комнату. Аккуратно уложил на кровать, поправил растрёпанные волосы, провёл ладонью по горячему лбу. — Чёрт… — прошептал он, чувствуя, как внутри всё холодеет. Он уже тянулся к телефону, собираясь звонить папе, спрашивать, что делать, что это может быть, почему запах стал таким сильным, почему тело омеги так реагирует. Но не успел. Чимин резко вдохнул. Его пальцы сжали простыню. Тело вздрогнуло, словно от новой волны боли. И альфа понял - это только начало. Чимин, очнувшись, не отпускал альфу. Пальцы судорожно вцепились в его руку, словно это была единственная опора. Он что-то шептал - сбивчиво, тихо, почти беззвучно - молил о помощи, о близости, о чём-то, что сам до конца не понимал. — Не уходи… — выдох был горячим, неровным. Чонгук чувствовал, как внутри него всё переворачивается. Инстинкты рвались наружу, требовали действовать, притянуть ближе, закрыть собой, заявить права. Но он сдерживался. Изо всех сил. Внутренний альфа почти рычал, не желая уступать. Перед ним - течной омега. Его омега. И это осознание ударило слишком резко. Он догадывался. Где-то глубоко внутри он уже знал. Но сейчас, когда запах стал таким насыщенным, когда связь ощущалась почти физически - сомнений почти не осталось. «Истинный…» От этой мысли Чонгук на мгновение замер. Шок был тихим, внутренним. Мир будто сузился до одного человека, лежащего перед ним. Он всегда боялся, что его чувства неправильные. Запретные. Слишком сложные, чтобы их можно было оправдать. Но если они истинные… Тогда всё иначе. Любовь между истинными не осуждают. Её принимают. Её считают естественной. Почти судьбой. И в этом было что-то нереальное. Почти сказочное. Но сейчас было не до размышлений. Чонгук осторожно опустился рядом, сжал ладонь Чимина в ответ. — Я здесь, — тихо, уверенно. — Я никуда не уйду. Он наклонился ближе, стараясь говорить спокойно, даже если внутри всё горело. — Ты в безопасности. Я рядом. И впервые за всё время он позволил себе не бороться с этим чувством - не отрицать, не прятать. Просто быть рядом. Держать. Поддерживать. Пока омега нуждается в нём больше всего. Присев на край кровати, он нежно поглаживал щеки омеги, его большой палец лениво скользил по линии нижней губы - нежнее, чем шелк, теплее, чем солнце. Чимин не сопротивлялся, послушно приоткрыл ротик, его дыхание дрожало. Нагнувшись, альфа поцеловал его - губы были мягкими, с едва уловимым вкусом чистоты, и это прикосновение сразу перешло границу невинности. Язык альфы нежно проскользнул в ротик омеги, углубляя поцелуй в настоящий танец страсти. Чимин еще не умел целоваться, но его тело ловило каждое движение, повторяя за альфой, отвечая той же пылкостью. Его дрожащие руки цеплялись за плечи, боясь, что это всего лишь сон. Сквозь поцелуй альфа слышал тихие стоны Чимина, и это сбило его с толку. Он опустился поцелуями на шею. Чимин выгибался навстречу, вцепляясь пальцами в его волосы, желая быть ближе. Достигнув ключиц, альфа оставил едва заметный засос - нежную метку, что этот омега принадлежит только ему. Альфа не спешил, нежно снял футболку, обнажив нежную грудь Чимина, словно редкое сокровище. Он целовал и слегка кусал, доводя омегу до предела — наслаждение смешивалось с легкой болью, заставляя его тихонько стонать. Он не останавливался, погружаясь все глубже, каждый прикосновение наполнено нежностью и страстью. Альфа лишь надеялся, что эта ночь поможет им разобраться во всем, сольет сомнения и страхи - потому что они были созданы друг для друга, и ничто не могло это изменить.