Шоколад с корицей

      Мрак – то единственное слово, которое идеально описывает положение дел в хижине рыбака, который еще недавно беспечно радовался жизни, а сейчас кормит червей в земле. Небольшой по размерам домик, расположенный у побережья реки, сегодня был особенно вместительным – около четырех человек в темных мантиях скрылись за дверью, не нарушая тишины в округе. Из трубы перестал валить дым, окна потеряли свой прежний блеск жизни. Пространство возле хижины словно замерло. — В Визжащей и то удобнее, — ворчливо отозвался Долохов, опустившись на диван. Сегодня расположение его духа было не особо радостным, что вполне оправдывалось заданием, которое поручил Темный Лорд. И на кой черт ему понадобилась эта Лестрейндж? — Радуйся тому, что есть. Темный Лорд не может пока что обеспечивать нас влиянием, но скоро это изменится, — с нотками недовольства изрек один из мужчин в черной мантии, не спеша снимать накидку. — Более того, уют сейчас должен заботить нас меньше всего. У тебя уже есть план, как незаметно вызволить Беллатрису из Азкабана? — Есть пара идей. Завтра она уже будет на свободе, однако у меня есть пара вопросов – если мы освобождаем Лестрейндж, почему бы не освободить и остальных? — чуть нахмурив брови, Долохов взглянул на собеседника. — Если мы освободим и их, то пропажа может быстро обнаружиться. Да и иллюзию проще поддерживать, когда объект один, — третьей присутствующей была женщина с голосом, схожим с шипящей змеей. Каждый в этом помещении был готов поклясться, что ее глаза поблескивали ядовито-зеленым цветом, а зрачки определенно были змеиными. — Ну, а ты, Северус, что скажешь? — кивнув в сторону двери, в тени которой скрывался еще один силуэт, поинтересовался Долохов. — Стоит прислушиваться к приказам Темного Лорда без лишних вопросов. Если он приказал освободить только Беллатрису, значит нужно освободить только ее, — этому голосу сложно было ответить что-то поперек – его интонация придавала безапелляционности произнесенному. Особенно сейчас, когда каждый в комнате знал, что значило освобождение Беллатрисы для истории Пожирателей. Изменения. — Что ж, раз все уверены в целесообразности приказа, предлагаю приступить к выполнению, — поднявшись, Долохов прошел к пустующему камину. Взмах палочки деформировал кирпичные стенки, сделав камин более высоким для удобства перемещений. Один за другим Пожиратели покинули хижину, оставив в ней пустоту и тревогу намечающихся бед.

***

      Поверхность двери сейчас казалась особенно твердой, неровностями впиваясь в нежную кожу запястий, пока щека едва касалась до неё. По теплому дыханию у шеи, что волной мурашек распространялось по всему телу, было ясно – Драко раздражен. Недостаточно, чтобы совершить нечто опрометчивое, но достаточно, чтобы перейти в следующую стадию – гнева. Элен стояла неподвижно, прикрыв глаза и вслушиваясь в звуки за дверью, которые постепенно отдалялись на второй план. Кончиком носа парень коснулся шеи особы, сделав глубокий вдох и после ослабив хватку на запястьях девушки. Он готовился к разговору. К ответам, которые могут оказаться последним, что будет произнесено из ее уст в его адрес. Она ждала, когда он будет готов к ответам, которые он может не услышать или понять неправильно. — Эл, — давящее молчание достигло своего апогея и было прервано. Сдавленно и неуверенно. Девушка была готова поклясться, что слышит дрожь в родном голосе. — Я хочу только правды. Даже если она принесет боль. Можешь гарантировать мне это? — Только правда и никакой лжи, — тихо произнесла Элен, приоткрыв глаза и смотря в пустоту шкафчика со стеклянными дверцами. Взгляду больше не на чем было остановиться – только на пустых полках. — Даже не попроси ты об этом, отвечала бы честно. — Хорошо, — Драко вновь глубоко вдохнул, подняв голову и повернув Эл к себе лицом. Запястья он так и не отпустил, продолжив прижимать к двери. Ему казалось, что так надежнее и так слизеринка не сбежит от него. — Где ты была этой ночью? — В спальнях Гриффиндора, — решив придерживаться тактики спокойствия, она не стала сопротивляться, найдя новое отвлечение. Из-за отсутствия полноценного освещения, Элен приходилось наслаждаться малым – контурами собеседника в свете зимнего утра. Он сейчас был подобен зверьку – напуганному и растерянному. — С Поттером? — внутреннее спокойствие Драко сильно покачнулось, отчего голос дрогнул, сойдя на неожиданно хриплые и капризные нотки. Казалось, ревность вот-вот была готова съесть остатки здравого рассудка юноши, позволив злобе и обиде заменить их. — Предлагаю сесть на кровать и обсудить произошедшее. Я расскажу всю историю, иначе в твоей голове будут лишь фрагменты, а не полная картина, — видя пограничное состояние блондина, девушка начала подбирать слова, дабы предложение не прозвучало словно приказ или условие, при котором она согласна продолжать разговор. Малфой с промедлением разжал запястья слизеринки, позволяя наконец той опустить их и почувствовать покалывание в кончиках пальцев. Пристальный взгляд впился в девушку, словно ожидая попытки побега, но ее не произошло – Элен прошла к кровати и села на ее край, парой хлопков по одеялу предлагая парню сесть рядом. — Отвечу сразу на основной вопрос, который тебя беспокоит – между мной и кем-либо из Гриффиндора ничего не было. Ни поцелуев, ни жаркой ночи или еще чего. Единственное, что тебе определенно не понравится – Гарри донес меня до кровати, — она говорила строго, внимательно следя за Драко и его реакцией. Юноша явно нервничал, пусть и старался не подавать виду. С одной стороны, Снегг было приятно подобное поведение, Малфой явно боялся потерять ее, но с другой стороны… Это крайне неприятно ожидать, что любимый человек вот-вот может сорваться и причинить боль. Сумка, что всё это время висела на плече особы, оказалась уложена на кровать, а из нее были выужены конспекты, которые она успела сделать в библиотеке. Драко всё же сел рядом, взяв тетрадь и начав ее листать – свежие записи было сложно рассмотреть в темноте, именно поэтому блондин достал палочку и заклинанием осветил листы. Вчитавшись в один из абзацев, оценивающим взглядом скользнув по объему конспекта, он виновато взглянул на девушку, осознав свою ошибку. — Вчера мы задержались в библиотеке, и в процессе я уснула. Видимо, Гарри решил, что к гриффиндорцу у порога этих спален отнесутся не шибко дружелюбно, поэтому предпочел отнести в спальни своего факультета. Нарушив, между прочим, правила. Я удивлена, что картина пропустила в гостиные, в противном случае – ночевать мне на полу, — Эл слабо улыбнулась, когда Драко поднял виноватый взгляд на нее. Дискомфорт, который юноша сейчас испытывал, было сложно представить, посему девушка с пониманием и смирением отнеслась к произошедшему. — Тебя положили в гостиной или в женских спальнях? — наконец решил поинтересоваться Малфой, вернув в руки девушки тетрадь с записями. На лице брюнетки отразилось смущение. — А это самая интересная часть – проснулась я в спальне старшекурсников, — предсказывая возмущение Драко, девушка поспешила продолжить фразу, особо не подумав о неприязни к Уизли. — Но на спальном месте Фреда. Поэтому могу ручаться за то, что меня никто не тронул. Даже если бы захотел. Уголки губ Малфоя дрогнули, а в голубых глазах вновь возникло напряжение. Было сложно предположить, какие мысли зароились в голове слизеринца – был ли это план о расправе с Уизли? Или с Поттером? А может юноша осознал грубость собственного поведения? Или паранойя заиграла тревогой внутри? — Как бы не было сложно поверить, Элен, но я тебе верю. Если узнаю, что Фред или кто-то еще прикасался к тебе – не носить ему более головы на своих плечах, — после недолгой паузы, произнес Драко, притянув девушку за талию к себе и приподняв голову той за подбородок. — Ему придется очень несладко, поверь. Невзирая на спад моего влияния и власти на факультете, смогу устроить какому-нибудь гриффиндорцу проблемы. Слова парня звучали убедительно, приятным бальзамом разливаясь по самым потаенным уголкам души особы и принося удовольствие, которое не каждая способна принять, укрыв ворохом из тревожных мыслей о безопасности другого человека. Но сейчас Элен было это безразлично – ее губы соприкасались с манящими губами Драко, от которого исходил тонкий аромат корицы. — Ты поцелуешь или мне брать инициативу в свои руки? — шепотом и с издевкой спросила брюнетка, чувствуя, как губы едва цепляются чужих губ. Небольшого промедления было достаточно, чтобы Элен усмехнулась и, дразня, скользнула кончиком языка по нижней губе Малфоя. Взгляд голубых глаз тут же сменился после прикосновения – теперь это были не глаза испуганного и провинившегося зверька, теперь это был взгляд юноши, готового вот-вот потерять самоконтроль. Рука Драко увереннее обвила девичью талию, вынуждая хрупкое тело прижаться к его и тяжко выдохнуть в губы. К несчастью, увлеченность поцелуем сыграла против них злую шутку – дверь, что всё это время была не заперта, послужила плохим хранителем тайн. Медленно и коварно прикрывшись, она с тихим щелчком закрылась, а за ней послышалась пара удаляющихся шагов. Сомнений нет – кто-то стал свидетелем их тайны.

***

      Урок трансфигурации проходил довольно безобидно и обыденно: Минерва что-то усердно объясняла ученикам, пока те с отсутствующим видом пытались вникнуть в происходящее. Кому-то это действительно удавалось, и они выходили из состояния полного оцепенения, а кому-то оставалось надеяться на то, что теорию не придётся сдавать сегодня. За второй партой среднего ряда расположились Драко и Элен, что значительно опоздали на первую пару по зельям. Ну, как опоздали? Вовсе не пришли. Северус был невероятно зол такой странной пропаже пары, но под руку вовремя попал Поттер, с которого в три шкуры спросили за презентацию. Благо, юноше было что показать - не совсем аккуратно составленные конспекты спасли его от кары. Почетную третью парту первого ряда занял Теодор и неожиданно севшая рядом Пэнси. Подобная компания явно не приходилась парню по душе, но Паркинсон подсела после звонка, а устраивать конфликт на уроке Минервы было чревато балами факультета. Поэтому Нотт сидел с особенно недовольным лицом, буравя взглядом преподавателя. Однако Пэнси была не единственной причиной внутреннего напряжения и раздражения. Элен и Драко. Ни один из них не дал ответа на вопрос о причине их отсутствия. Краем глаз Тео удалось заметить единственное розоватое пятно на шее подруги, которое, в спешке, пара не потрудилась скрыть. Это было ударом ниже пояса - внезапно в парне проснулось то чувство, которое всё это время он упорно игнорировал. Ревность. Противная и склизкая она растекалась внутри, поглощая последние запасы терпения юноши. Была ли это ревность друга? Или парня? Теодор не знал. Он не мог признать простого ответа, который крылся все это время на поверхности. — Посмотри, как эти голубки мило сидят. Раньше между ними можно было посадить еще одного человека, а сейчас… Навряд ли они позволят кому-то сесть между ними, — слова Паркинсон пришлись как нельзя кстати. К сожалению, но именно их Тео не пропустил мимо ушей, позволив, словно змеиному яду, распространиться по телу. — Интересно, откуда у Элен это примечательное пятно на шее? М? Только сейчас Нотт начал присматриваться к деталям, о которых говорила девушка. Внутри еще тлела надежда, что Пэнс просто решила в очередной раз поиздеваться и сегодня нелегкая участь пала на него, но, увы, слова ее были издевкой лишь частично. На шее подруги действительно красовалось пятно, похожее на засос. Тео довольно долго общался с Малфоем и частенько видел последствия ночей с Пэнси, чтобы отличать виды следов на теле по их происхождению. — Хорошо, я тебя понял, Пэнс. Если ты завидуешь чужому счастью, то это твои проблемы, прошу меня не посвящать в это. Да и для слезных рассказов у тебя есть Блейз. Кстати, где он? Редко вижу его на занятиях, — окинув взглядом присутствующих, тихо поинтересовался парень, не обнаружив Забини среди учеников. После случая с той ученицей Когтеврана Блейз частенько начал пропадать, однако учителя будто не замечали пропажи, что делало ситуацию более таинственной. — Тео, это сейчас не имеет никакого значения, — теплая ладонь легла на руку Тео, заставляя его отвлечься от рассматривания слизеринцев. — Твое счастье и дружба рушатся прямо на глазах. Искренне сочувствую тебе, но надежда еще есть. Посмотри на них. Взгляд Нотта вновь скользнул к Драко и Элен, которые, с виду, внимательно слушали Минерву. Эл время-от-времени что-то записывала в тетрадь, пока Малфой, сидя плечом-к-плечу с девушкой, опустил правую руку под парту. Именно эта деталь показалась Тео странной – чтобы его друг и не конспектировал слова учителей? Нет, Драко, конечно, был далек от понятия «хороший человек», однако он любил аккуратность и точность, что делало его прилежным учеником. И чем он занимается? — Ставлю дюжину галлеонов, что сейчас его рука касается обнаженного бедра твоей верной подруги. А может и не только бедра, — тон заговорщика у Пэнси был коронным. Она умело им распоряжалась, незаметно для слушателя выводя темную сторону на поверхность. Девушка могла сама того не осознавать, но она являлась хорошим психологом и манипулятором. — Представь, пальцы Драко сжимают бедро твоей Элен, оставляя на коже свои следы. Кто знает, как далеко они зашли сегодня, ибо не похоже, что скандальная ситуация с Гриффиндором рассорила их. Скорее, наоборот. Далеко ли зашло их сближение? Теодор чувствовал, как струнка за стрункой его терпение лопается. Взяв учебники и свои вещи, прямо во время урока он пересел на свободное место, поравнявшись с парой, из-за которой внутри него разошелся целый тайфун эмоций. Сейчас ему был безразличен удивленный взгляд преподавателя и насмешливые со стороны слизеринцев – Паркинсон была права. Их крепкая дружба дала трещину.

***

      После занятий ученики Слизерина были собраны в Большом Зале для проведения инструктажа, касательно Святочного Бала. Северус Снегг, стоя в центре, просвещал учеников своего факультета о стандартных правилах на балу, пригрозил наказаниями, в случае, если кто из учеников Слизерина опорочит честь факультета. Когда же инструктаж дошел до самого важного – танцев – на лице брюнета появилось недовольство. Присутствующие инстинктивно напряглись, следя за деканом. — Элен, подойдите сюда, — приказным тоном изрек Северус, смотря на дочь, которая стояла в компании Драко и Тео. Ему льстило, что Эл смогла уладить явный конфликт с Малфоем, однако его тревожил один аспект – причастность Люциуса к Пожирателям. Что если Элен решит стать следом за Драко Пожирателем смерти? Слизеринка уверенным шагом подошла к отцу, пока только подозревая, к чему готовиться. И танцы были далеко не худшим, о чем она подумала. В этом списке были и унижения на публике, и раскрытие их дочерне-отцовской связи. Элен успела себя здорово испугать. Более того – пронзительный взгляд темных глаз располагал явно не к беседе двух друзей. — Вальс – основная ваша проблема. Конечно, большинству, в виду порядочного воспитания, это особых неприятностей не доставит, однако те, кто понятия не имеют о том, что такое манеры и вальс, будут вынуждены затратить свободное время на танцы. А теперь, Элен, — обращаясь уже к дочери, начал Северус, — положите одну свою руку мне на плечо, а вторую – вложите в мою руку. Со всех сторон в зале послышались короткие и тихие смешки, выдающие отношение учеников к происходящему – танец с Северусом был не то честью, не то наказанием. Однако для Эл это было лишь очередным соблюдением традиций и манер. Мысленно перебирая проклятия, она выполнила просьбу отца, мягко положив ладонь ему на плечо, а вторую – вложив в уже вытянутую руку декана. Когда рука отца легла на талию и заиграла музыка, они начали танец. Попутно Северус рассказывал ученикам об основных движениях вальса, заостряя их внимание на ключевых моментах, хотя его мысли были заняты далеко не этим. Краем глаз он успел заприметить розоватый засос на шее дочери, красовавшийся у воротника рубашки. Видимо, отношения Драко и Элен были куда ближе, чем он мог представить. Когда танец закончился, пара поклонилась друг другу и Элен вернулась к Драко и Тео, стараясь сохранить невозмутимость на лице. Малфой с завистью следил за тем, как Элен и Северус танцуют, понимая, что Святочный Бал им придется провести порознь, дабы не разглашать свои отношения. Хотя, есть ли смысл их скрывать дальше? Наверняка кто-то уже обратил внимание на следы, появившиеся на их телах одновременно, и на физическую близость, однако пока что ни одна живая душа и слова против не сказала. Декан еще недолго распинался о нарядах и поиске пары – по угрюмому выражению лица было понятно, насколько бал был ему интересен и важен. Отпустив учеников, он попросил Элен задержаться, что вызвало удивление на лицах ее спутников. Кивнув парням, девушка слабо улыбнулась и направилась с отцом в сторону его кабинета.

***

      Если что-то и менялось, то явно не пыль на полках с колбами. Рассматривая стеллаж, Элен пальцем провела по деревянной поверхности, собрав с той мелкие частицы. У нее было немного времени для раздумий, пока Северус удалился за чашкой бодрящего кофе. Голова девушки целиком и полностью принадлежала лишь одному – разговору о матери. Ей хотелось узнать, как они с отцом сошлись, какова история их отношений и что произошло. Невзирая на то, что оба были Пожирателями, чья идеология расходилась с видением мира Элен, они оставались ее родителями и самыми близкими людьми. Юная волшебница еще не наводила справок о личности Беллатрисы, не пыталась расспросить о ней Драко, ибо знала, что это бесполезно – парень был слишком мал, чтобы что-то о ней помнить, а информации о такой личности, как Беллатриса, явно нигде нет. По крайней мере, так казалось Элен. Девушка и представить не могла, кем является ее мать, и что достаточно заглянуть в архивы «Ежедневного пророка», чтобы понять, что Беллатриса была безумной фанатичкой. Дверь кабинета открылась, и в помещение вошел Северус с двумя кружками в руках – от одной приятно веяло горечью кофе, а от второй – пряным запахом корицы. Поставив сосуды с напитками на стол, он призвал дочь сесть напротив, устроившись на своем стуле. Девушке показалось странным, что отец упорно пытается не смотреть на нее, но заранее определить, что могло бы послужить тому причиной – не смогла. Да и это всяко ничего не изменило бы – бежать некуда. — Элен, я хотел обсудить с тобой кое-что очень важное, — решившись, Северус нарушил тишину, сложив руки на столе в замок. — Девушка ты разумная, но, когда дело доходит до отношений и чувств, любая может, м, потерять голову. Тем более рядом с таким юношей как Драко. Сказать, что девушка была потрясена таким необычным выбором темы – ничего не сказать. Даже разговор с Гермионой об отношениях казался более реальным, нежели с отцом. Чуть смутившись, Элен подвинула кружку с горячим шоколадом ближе к себе и продолжила слушать речь отца. — Когда мы танцевали, заметил розовое пятно на твоей шее. Можно узнать, как оно появилось? — взгляд Северуса мгновенно стал серьезным и собранным, остановившись на глазах девушки, которая тут же замялась и смутилась. Рассказать отцу про утреннюю процедуру примирения? Нет, должен быть другой способ. — Мы с Драко…, — выдержав небольшую паузу, она глубоко вдохнула и продолжила. — Это получилось случайно. Драко решил немного подурачиться, в итоге присосался к моей шее. В итоге, когда я его отстранила, осталось пятно. Северус был удивлен такому ответу и, тихо кашлянув в кулак, кивнул, приняв ложь за чистую монету. Пожалуй, проверять дочь при помощи легилименции не хотелось. Да и возможностей во время тренировок будет достаточно. Решив сменить тему, преподаватель Зельеварения не нашел более подходящего, нежели разговор об окклюменции. — Мы недавно говорили об окклюменции. У меня есть свободные часы для этого, но достаточно поздно. Если тебя не смутят возможные слухи и недовольное ворчание Филча, то можем начать завтра, — взяв в руки кружку с кофе, произнес мужчина и отпил немного бодрящей жидкости. — Думаю, что о репутации далеко не мне стоит заботиться, — тихо хохотнув, Элен взглянула на отца с улыбкой. Неужели он решил поддержать ее в борьбе с Волан-де-Мортом? — Завтра… Да, лучше дня, не найдешь. Чем скорее начнем, тем лучше. — Хорошо, тогда завтра, часов в девять, встретимся здесь, — бросив беглый взгляд в сторону бумаг, Северус словно что-то мысленно оценил и вернул взгляд на Элен. — Как проходит подготовка к уроку? Поттер сильно отлынивает от заданий? — Поттер, — девушка призадумалась, вспомнив о происшествии минувшей ночи. — Нет, он молодец. Вчера с ним засиделись в библиотеке, набрали материала для урока. А что? Боишься, что с уроком будет что-то не то? — Ничуть не боюсь, ибо даже если этот мальчишка отлынивает, ты не позволишь ситуации выйти из-под контроля. Просто не хотелось бы, чтобы ты в одиночку выполняла это задание, провинились ведь оба, — притянув к себе кипу бумаг, Северус занялся ее заполнением. Конец пера только и успевал вилять за отточенными движениями державшей его руки. Бросив беглый взгляд на лист, Элен удалось рассмотреть лишь имя Чжоу и просьбу к ее родителям не обращаться в Министерство Магии за проверкой. Удивившись работе отца, она подняла на него вопросительный взгляд, но, рассмотрев в его лице явную усталость, решила приберечь вопросы о бумагах на потом. Разговор о матери Эл решила отложить до лучших времен, более того, тренировки окклюменции гарантировали больше совместного времяпровождения с Северусом. Откинувшись на спинку стула, она продолжила пить горячий шоколад, погрузившись в мысли и наслаждаясь той идиллией и тишиной, которая воцарилась в кабинете Зельеварения. Воспоминания вновь зароились в голове особы, отдаваясь тусклыми оттенками осени перед глазами.

***

      Полки старой библиотеки были заполнены книгами и покрыты слоем доисторической пыли. Нередкие тонкие нити паутины, что так же были облачены в пыль, свисали с потолка, рискуя обрушить сгустки мелких частиц на того, кто ненароком оборвет хрупкие путы. Это было обычной маггловской библиотекой, в которой едва ли волшебники могли найти что-то полезное или привлекательное, однако были и исключения. Между рядов неплотно уставленных стеллажей пробежала пара детей, поднимая за собой пыль, что прежде покоилась на полу, и создавая в воздухе удушающие облака. Единственное, что можно было мельком заприметить, была светлая макушка, которая гонялась за темной. Элен отчаянно перебирала ногами и заливалась смехом, зная, что убежать от такого прыткого и ловкого мальчишки у нее не получится. Драко же был возмущен и, раскрасневшись, пытался нагнать юркую девчонку, которая только и петляла между рядами, пытаясь то ли закружить бедному парню голову, то ли улучить момент и спрятаться за одним из стеллажей. Поймав наконец Элен за руку, юный Малфой остановился, глубоко вдыхая воздух через нос. Оба успели вспотеть, но это того стоило, ведь через долю секунды помещение вновь наполнилось детским и заливистым смехом. — Драко, видел бы ты сейчас себя, такой смешной, — сквозь смех произнесла девочка, утирая рукавом свободной руки слезы, выступившие от смеха. Редко ей удавалось почувствовать себя настоящим ребенком, именно поэтому она отдавалась таким моментам целиком, не жалея ничьих сил. — Что смешного? — тут же поутих Драко, с интересом и неким возмущением взглянув на собеседницу. Пока он не мог определить были ее слова оскорблением или косвенным комплиментом. — Твоя краснота на фоне светлых волос очень выделяется, — продолжила юная Снегг, уже тихо хихикая и постепенно успокаиваясь. — Это и выглядит смешно. Раскрасневшись еще больше от возмущения, Драко был готов проучить девчонку парочкой безобидных заклинаний, но, потянувшись к палочке, передумал, нахмурившись. Если отец узнает, что он позволил такой мелочи вывести его из себя, то наказания не избежать. Он и без этого сильно рискует, ведя себя беспечно с этой девицей. Глубоко вдохнув и выдохнув, блондин усмирил внутренний гнев и отпустил руку Элен. — И ты даже не скажешь ничего в ответ? — удивилась брюнетка, круглыми глазами смотря на Драко, который внезапно стал спокойным. Лишь румянец на щеках выдавал его прежнее озорство. — Зачем что-то говорить, если всё и так очевидно – ты влюбилась в меня, — гордо хмыкнул мальчишка, решив попытаться вывести подругу из себя. Лучше способа ему в голову не пришло, как обвинить Элен в чувствах. — Что? — смущенно спросила брюнетка, чувствуя, как щеки начинают гореть. — Да провалиться мне на месте, если влюблюсь в такого зануду, как ты, Драко. Вновь пыль поднялась в воздух, а на полу начали появляться новые следы от детских ног – Элен рванула с места, прикрывая ладонями горящие щеки. Выбежав из библиотеки, девочка пробежала через читательский зал и, найдя взглядом две высокие фигуры, направилась к ним. В отличии от юной Снегг, Драко замедлил бег, сойдя на шаг, когда увидел отцов. Люциус только одним видом внушал в юного Малфоя страх, который мальчишка не мог объяснить. И Элен заметила резкую перемену в поведении друга. Жаль, что тогда ей не хватало жизненного опыта и знаний, чтобы объяснить эту метаморфозу.

***

      Этим вечером в комнате двух слизеринцев воцарилось гробовое молчание, которое было редким гостем в этих стенах. Ни один из юношей не сидел за учебниками, упорно готовясь к зачёту, назначенному на завтра, не читал умные книжки, чтобы восполнить пробелы в познании мира, и, главное, не практиковал в тайне заклинания. Это был тот самый вечер, когда друзья обычно что-то обсуждали, но парни сидели на своих кроватях, молча смотря в противоположную стену. Как правило, разговор начинал Тео, однако сегодня он был подозрительно тихим и хмурым. Драко заметил, что на уроке трансфигурации к Теодору села Пэнс, посему причина его хмурости была примерно ясна, но без подробностей. А они, скорее всего, существенны. — Я видел, что на трансфигурации к тебе села Пэнс. Опять пыталась доказать твою ненужность нашему коллективу? — взглянув на Нотта, поинтересовался парень и принялся следить за реакцией собеседника. Вначале тот поморщился, но, словно что-то взвесив в голове, обреченно вздохнул. — Можно и так сказать, — свесив ноги с кровати, Теодор повернулся лицом к Драко и взглянул на него. — Но дело далеко не в этом, пусть оно и косвенно связано с ненужностью. Меня беспокоит Элен. Вы же переспали сегодня, да? Нотт надеялся услышать отчетливое "нет" из уст блондина, однако поведение Драко заставило его ещё больше усомниться в их дружбе. — Нет,— коротко ответил парень. — Однако напрашивается вопрос: с чего ты решил, что у нас было что-то серьезнее поцелуев? В ответ Теодор понимающе кивнул и перевел взгляд в сторону письменного стола. Он взвешивал и обдумывал, насколько его дальнейшие слова могут испортить дружбу с Драко и помочь в вопросе с Элен. Пэнси разбередила то, о чем и так знал Нотт, но старался скрывать ради дружбы. Он не был готов к тому, что может потерять все шансы с Элен так быстро. Да, он пытался свести их с Драко, но это было тогда, когда он думал, что готов пожертвовать своим шансом на счастье с этой девушкой, ради счастья двух близких людей. Сейчас ситуация приняла иной оборот - ревность и боль терзали юношу, разрывая его изнутри на мелкие кусочки. — Ясно, — с горечью в голосе произнес Тео, взглянув в глаза собеседника и явно не поверив другу. — Пэнси надоумила, заострив мое внимание на шее Элен. Скажи ей, что для таких случаев неплохо бы пользоваться иллюзиями. — Твое-то какое дело? — Драко неожиданно вспылил, пристально смотря на друга, тон голоса которого ему не пришелся по нраву. — Прекрасно понимаю, что она твоя подруга и ты за нее волнуешься, но Элен девочка уже достаточно взрослая, чтобы принимать решения касательно своей жизни. Или ты к ней проникся чувствами, никак не связанными с дружбой? В таком случае я абсолютно тебя не понимаю. Нотт поднялся с постели, с вызовом смотря на блондина. Теперь они были по разную сторону баррикад и каждый был волен делать то, что хотел, чтобы достичь своей цели. — Дело далеко не во мне, Драко, а в тебе. Ты бросишь ее, как только она надоест и причинишь ей этим боль, ибо в отличии от тебя, она искренне любит. Но что такое "искренность" для того, кого всю жизнь учили жить из-под отцовской палки, давя искусственную улыбку и приторные речи? — чуть оскалившись, произнес Тео. В его глазах мелькали искорки злобы и презрения. — Вот теперь, Нотт, притормози, иначе нашей дружбе точно конец, — предупредил Драко, поднявшись следом за другом и готовясь отстаивать честь семьи. Конфликт, который постепенно образовывался между двумя друзьями, решил вырваться наружу. — Стыдно стало за жизнь, на которую обрекли чопорные родители и их взгляды? — усмехнувшись, парень скрестил руки на груди. Он нашел уязвимое место, на которое можно воздействовать. — Если бы не твой отец, возможно, вырос бы уравновешенным ребенком со здоровыми взглядами на жизнь и отсутствием комплекса неполноценности. Ты постоянно окружаешь себя девушками, только чтобы восполнить внимание, которого недодали родители. Пэнс перестала тебя интересовать и тебе захотелось новой "любви", как только надоест Элен... Драко не стал повышать голос на Тео, не стал поднимать на него руку или палочку, раскидываясь самыми опасными проклятиями. Шагнув к Нотту, блондин угрожающе взглянул на него. Невзирая на небольшую разницу в росте, казалось словно Малфой смотрел на Тео сверху-вниз, отчего последнему хотелось невольно поежиться под взглядом друга. — Убирайся, — сквозь зубы произнес Малфой, явно даже не раздумывая над тем, где будет ночевать его сосед по комнате эту ночь. Его больше беспокоил тот аспект, что Нотт проявил свой нрав из-за Элен – Тео может здорово подпортить им отношения. Как только дверь с громким хлопком закрылась, Малфой опустился обратно на кровать, ухнув головой на подушку. Оставалось только ждать результата этой ссоры. По предположениям блондина, организатор конфликта направился как раз на поиски Элен.