Welcome to my cage, little lover

Джейкоб хотел бы иметь более вескую причину почему он тут, и создает армию для "Врат Эдема", но единственным аргументом оставалось лишь то, что ему некуда возвращаться. Джозеф с легкостью отметал все его сомнения, стоило ему приехать в горы Уайттейл, но только Сид покидал старшего брата, все начиналось заново, закольцовывая солдата в мыслях. И он уже почти спятил, среди толпы деревенских мужиков. Да, они несомненно были молодцами - прошли подготовку, доказали свою верность, но, как люди, они оставались такими же пустышками. Мужчина до сих пор помнит тот день, когда на их территорию приехали чужаки, какой-то мужчина, жену и сына которого якобы похитил Джон. Отчаяние от бессилия в его глазах проглядывалось так же ясно, как солнце в безоблачный день, но вот его дочь, которую он привез с собой, была полна решимости. Её уверенный, всёпрожигающий взгляд не источал гнев, не источал гордость, она просто смотрела, без страха. Изучала, запоминала, Джейкоб смотрел на неё и видел в ней что-то себе родное. Однако, после пыток Джона, когда её привезли к старшему Сиду, рыжебородый видел изменения. Она всё также обеспокоенно оглядывала клетки с еле живыми заключенными и, кажется, сама уже не беспокоилась о собственной шкуре. То, что наполняло её взор дикостью, вдруг пропало, теперь, если при встрече она вела себя более раздражающе, сейчас же, старалась быть более покладистой. - Твоего отца увезли отсюда, - присаживаясь рядом с её клеткой, проговаривает Сид, - Он отправился к Вере. - С ним всё хорошо? - по паузе поняв, что можно говорить, вопрошает девушка, - Он будет в порядке? Взгляд голубых глаз мужчины мечется по её лицу, пытаясь увидеть фальшь в её эмоциях, но не находит. Джейкоб опирается руками о железные прутья клетки, на что девушка боязливо отползла назад. Сид едва разглядел странные шрамы на её коже и мог бы предположить, что их оставил Джон, но было видно, что они были отнюдь не свежими. Девичий взгляд внимательно следит за мужчиной, без страха и злости, она просто ждет. - Зачем ты поехала сюда, еще и с отцом? - как-то осуждающе говорит рыжеволосый. Она молчит, но Сид старший словно читает её мысли, движения её тела выдают. Она тут непричем, её сагитировал родитель, который был еще более не готов ко всему этому, нежели девушка. Стыдливо опустив взгляд, она старается не показать того, что начинает замерзать. Немудрено, начинало темнеть, а ночи в Монтане холодные. - По правде говоря, этот мужчина мне не отец, - неожиданно изрекает она, её губы трогает усталая улыбка, - Он мой сосед, попросил помочь, я не смогла отказать, тем более, что сама по гроб жизни ему должна. - Должна? - не выдержав интриги хрипит Джейкоб, присаживаясь на корточки. Она не отвечает, лишь коротко кивает, горько усмехаясь.

***

Джейкоб наблюдает за тем, как льнут к рукам [и] судьи, и это рождает в его душе столь грешную гордость. Эта девушка вообще очень легко могла толкнуть Сида на грех, ей хватало лишь взгляда на мужчину. Она не делает ничего особенного, но солдат млеет, стоит ему едва уловить шлейф её запаха. [и] стала для него некой отдушенной, подаренной самим Богом. Ему было не важно, верит она или нет, главное, чтобы этого не знал Джозеф. Джейкоб и сам до сих пор метался в неуверенности, но теперь у него был смысл, то, ради чего он всё это делал. Лишь бы защитить девушку от любой угрозы. Иногда ему чертовски не хватало её внимания, хотя их отношения нельзя было назвать любовью: они даже не обнимались толком. Джейкоб слишком строг, даже если в мечтах он укладывал [ф] на лопатки, в жизни он мог позволить себе тепло поболтать с девчушкой, и идти продолжать свою работу. Нельзя же забывать о работе! - [И], а ну отойди оттуда немедленно! - испуганно кричит старенькая мадам, работающая в резиденции Джейкоба поварихой, - Ты совсем сдурела, а вдруг они тебя покусают?! Девушка смеется, но послушно уходит прочь от волков, забирая с собой уже пустую кастрюлю. - Чем на этот раз их подкармливала? - усмехается Джейкоб, опираясь о дверцу машины. - А вот, секрет! - она мягко хихикает, останавливаясь рядом с солдатом, - Если скажу, то Марта точно услышит, у неё тут везде уши. - Воруешь запасы? - строго поинтересовался Сид, скрещивая руки на груди. - Тогда об этом бы уже все знали! - крепче хватая кастрюльку за ручки, шутит она, а на чуть загорелом (от работы на улице) лице появился румянец, - Я пойду, у меня еще полно работы. Хорошего дня, Джейкоб. Мужчина провожает её взглядом, ничего не говоря. Наблюдая за удаляющимся в коридоре силуэте, Сид как-то тяжело вздыхает, внутри него возникает спор, который он не может прекратить. Пытается просто перенаправить свой мыслительный процесс в другую сторону, и принимается открывать крышку капота машины, лишь бы переключится. Но даже ковыряясь в многочисленных трубках и винтиках, Джейкоб не может выкинуть из головы образ [и], по десять раз прокручивая в голове их небольшой диалог. Это начинает порядком злить Джейкоба, от чего его рука срывается, при откручивании очередной гайки. Солдат срывается вперед и сильно ранит руку, не плачевно, но большая рана слишком саднит. С силой захлопнув капот, Сид кидает разводной ключ в руки одного из помощников, оставляя данную работу на него, удаляется в глубь здания. Судьба вновь сталкивает их у душевых, Джейкоб украдкой замечает, как девушка заходит в женскую душевую, и не зная, как ему поступить, вновь начинает внутреннюю борьбу с собственными желаниями. Пожалуй, такого сильного влечения к человеку он не испытывал, даже когда первый раз влюбился. Сид-старший не был популярен у женщин, но и не был новичком в сердечных делах, однако, трезво оценивал свои возможности. Ему казалось, что не такого человека видит рядом с собой [и]: сломанного, изуродованного, старого и черствого. Однако, он всё равно идет в этот злополучный душ, решив плыть по течению. Будь, что будет, он идет ва банк, ведь уже невозможно терпеть собственные мысли. Щелчок, и душевая заперта на ключ. Шума воды еще нет, но Сид отчетливо слышит шлепанье босых ножек [и] по кафелю. Она напевает какую-то знакомую мелодию себе под нос, даже не замечая осторожных, но звучных шагов берцов Джейкоба. Прижавшись к одному из шкафчиков, мужчина наблюдает из укрытия, как девушка спускает вниз лямки бюстгальтера, как стягивает с бледной попки трусики. Внизу живота возбужденно горит, и Джейкоб чувствует, как его член наливается кровью, и что в штанах становится невыносимо тесно. - Ох, неужели я снова забыла шампунь? - осматривая свои вещи тараторит [и], и Джейкоб почти что разочарованно стонет, предчувствуя конец чего-то многообещающего, - Вот он где. Джейкоб позволяет себе показаться только когда девушка оказывается под струями воды, совершенно не слыша его. Он скидывает берцы, за ними свою форму и в конце нижнее белье. Уже смело заходя в кабинку, Сид знал, чем это может кончится, но ему до невозможности хотелось внимания [и], не такое, как он привык получать, а совсем иное. Особенное внимание. - Д-джейкоб! - ей стоило осознать, что позади кто-то стоит, как мужчина обхватил девичий силуэт руками, бесстыдно проводя одной по бедру, а второй поднимаясь выше к её юной груди. Из приоткрытых губ [и] доносится стон, и член мужчины возбужденно подрагивает в такт её голосу, ударяясь о влажные ягодицы. Лицо [ф] уже пунцовое от смущения, но на удивление Сида та льнет к нему, позволяя бесстыдно лапать себя в любом месте. - Только ты, - шепчет она, надеясь, что за шумом воды рыжеволосый не услышит, - Я хочу, чтобы только ты касался меня, Джейкоб. Но его чуткий слух улавливает каждое слово, и заставляет его с звериным рыком впиться в её шею губами, больно покусывая, оставляя на коже заметные следы. Руки Джейкоба игриво мнут особо нежные места. Но даже когда девушка болезненно стонет, мужчина продолжает мучить её кожу, не в силах насытиться. Он с рычанием поддается вперед, чувственно припадая губами к затылку [и], прижимаясь горячей и пульсирующей плотью к девичьим ягодицам. Он чувствует, как возбужденно дрожат её ноги, а когда грубые пальцы спускаются вниз к разгоряченному лону, [ф] почти падает, хватаясь руками за трубы. Джейкоб даже сквозь шум воды слышит её тяжелое дыхание и видит, как вздымается её грудь. - Д-джейкоб, - [и] разворачивается лицом к Сиду, стыдливо пряча взгляд, - Я тебе нравлюсь? Его губы изгибаются в усмешке, и, кажется, щеки девушки багровеют окончательно. - А? - лукаво щуриться рыжеволосый, бесстыдно обхватывая её талию рукой, - Глупый вопрос, тебе не кажется? Он шепчет это ей на ушко, обдавая и без того чувствительную кожу дыханием. Сид поцелуями опускается вниз, до самого пупка, горячим языком проводя по коже. Под струями горячей воды становится так холодно, и единственный теплый объект для [и] - это мужчина, губы которого припадают к эпицентру её возбуждения. Пары касаний языка к бусинке клитора хватает, чтобы дыхание сперло напрочь. Она закидывает голову назад, едва ли сдержав стон. - Это слишком, я.. Не могу, - рвано лепечет [и], её голос возбуждает. Член Джейкоба ноет, делая мужчину нетерпеливым. Сид поднимается, вновь возвышаясь над девушкой, когда ту бьет дрожь, оргазм вот-вот должен был накрыть её, но Сид не позволил кончить. - Не могу больше терпеть, - Джейкоб подхватывает хрупкое тело, удерживая руками за маленькую задницу, давая её возможность спиной опереться о стену, - Прости, если сделаю тебе слишком больно. Член врывается в юное тело, заставив [и] изогнуться в руках Сида, от накатившего её оргазма, стенки влагалища плотно обхватили мужской орган, вырвав из груди солдата рычание. Внутри [и] прекрасно, и Джейкоба не волнует, что он, на удивление, у неё не первый. Он вбивается в тело [ф] с жадностью и звериной жестокостью, совсем забыв о том, что надо и ей доставить удовольствие. Когда оргазм охватывает его, Сид сжимает девушку в своих руках, зажимая между собой и стеной. Девчушка чувствует его учащенное дыхание над своим ухом, и как теплая жидкость стекает по ноге вниз, растворяясь в каплях душевой воды. [и] смотрит на Джейкоба чуть затуманенным, грустным взглядом. Нежная ладонь проходится по щеке солдата, на мгновение грязные воспоминания, о которых она хотела забыть захлестывают её. - В чем дело? - хрипло интересуется Джейкоб, поворачивая кран и закрывая воду. Её состояние разочаровывает его, Сид чувствует себя паршиво, словно бы ему отказали. На губах [и] появляется улыбка, она всем телом льнет к Джейкобу, ощущая по отношению к нему прилив необузданной нежности. Рядом с ним становилось так безопасно, даже когда призраки прошлого хотели напомнить о себе. Сейчас уже это не имело значения. - Спасибо, - она припадает губами к его, коротко целуя, - Джейкоб, могу ли я рассчитывать на что-то большее, по отношению к тебе? - Ты действительно такая дурочка, [и], - запуская руки в её влажные волосы констатирует солдат, - Ну, можешь перетаскивать вещи в мои покои. - А ты мне поможешь? - сияет она, укладывая подбородок на его грудь. - Ну нет, дорогуша, - он хохочет, - Избавь меня от этого, мне есть чем заняться. Она морщится, стараясь унять смех, и рыжеволосый, целует её напоследок, выходя из кабинки. - Мне нужно идти. - Вечером увидимся? - с надеждой спрашивает она, опираясь о край душа и наблюдая, как Сид, с обычно-хмурым выражением лица, надевает свою форму. - Да, увидимся, - мужчина одаривает [и] короткой улыбкой, от которой она млеет, а затем удаляется прочь. Работа сама себя не сделает.