The Road Not Taken

Хлоя резко припарковалась, со всей силы нажав на тормоза. Старые шины взвыли, прокатились по нестриженой траве и бетонному тротуару и чуть не задели почтовый ящик. Она никогда не уделяла должного внимания парковке, предпочитая быструю езду. Такую быструю, насколько можно. Это был её ржавый, трясущийся путь к свободе, пусть и сопровождаемый вредными выбросами углерода, но она любила свою машину. Парковка обычно предвещала возвращение в обыденность и скучную повседневность, за исключением тех моментов, когда рядом была Рэйчел Эмбер. С ней жизнь никогда не была скучной, так или иначе. Больше не была. Она посмотрела на свою красивую девушку и не смогла сдержать ухмылку. Глаза Рэйчел ещё сверкали, на щеках виднелся румянец, полуоткрытые губы ждали поцелуя. И они его получили. Потом следующий и ещё один, страстный, глубокий. Рука Хлои на талии Рэйчел притянула девушку ближе. Она сама виновата – совсем не сопротивлялась и отвечала также жадно, желая большего. Кто-то должен их остановить. Серьёзно. Это необходимо. Прикосновения Хлои становились всё более нетерпеливыми, отчаянными, жаждущими, но блондинка наконец нежно оттолкнула девушку и убрала её руки со своей груди. Хлоя понятия не имела, что зашла так далеко. И когда успела? Капец как странно. Это всё Рэйчел, честно. – Чёрт, Прайс, один раз получила, что хотела, теперь оторваться от меня не можешь, – отшутилась девушка, но её тело оставалось томным и напрягшимся. На самом деле, ей просто хотелось прыгнуть Хлое на колени и попросить взять её ещё раз. – Заткнись, – Хлоя подняла бровь, губы подрагивали в дьявольской улыбке. – Гляньте-ка, кто заговорил! – Хлоя... – дыхание Рэйчел было прерывистым, сладким и горячим. До сих пор. – Нам надо идти. Ты же не для того неслась через весь город, чтобы заняться этим у гаража родителей. – Ладно, – согласилась она. Хлоя вздохнула и с силой стукнула по рулю. Больно, но отрезвляюще. – Я пипец как волнуюсь, – объяснения тут были не нужны. Вновь встретиться с Макс после всех этих месяцев, помня о той сумасшедшей неделе, когда между ними будто пробежал электрический разряд, – пожалуй, последнее, чего ей хотелось. Сейчас, не в целом. Она скучала по старой подруге, но в данный момент их встреча казалось неуместной. И несвоевременной. – Да, я тоже, – пробормотала Рэйчел. Они думали об одном и том же, о нежданной гостье. – Ничего, малыш, – она всегда звала так Хлою, когда это было нужнее всего. Рэйчел отличалась удивительной способностью подсознательно чувствовать тот миг, когда внутренний плюшевый мишка Хлои вставал у руля, круша грубость и уверенность, демонстрируемые ею изо дня в день. – Я с тобой. Отчасти поэтому Хлоя и беспокоилась, но пришлось закусить губу. Макс сейчас здесь, ждёт на кухне, попивая клубничный чай и рассказывая истории о другой, далёкой жизни. Как всегда милая и вежливая, она наверняка уже вовлекла родителей в интересную беседу о неинтересных вещах. Хлое всегда хотелось, чтобы Рэйчел и Макс встретились, но, пожалуй, не сразу после того, как она призналась в том, что целовалась с бывшей лучшей подругой. И не после того, как они только что трахались в кузове так, будто жили последний день. Страшно даже представить, как может повести себя Рэйчел. Сейчас она была белой и пушистой, но её перемены настроения трудно предсказать. Рэйчел прекрасно знала о том, как много Макс значит и, скорей всего, будет значить для синеволосой любви всей её жизни. Она почти забыла о мимолётной слабости Хлои. Главным образом потому, что была повинна в более страшных грехах. Девушка разрывалась между ревностью и любопытством и, разгорячённая своим не до конца исполненным желанием, думала о чём угодно, только не о семейном ужине. Блондинка улыбнулась, вспомнив их первый поцелуй, столь страстный и нешуточный, и последовавшую за ним пытку отчаянно вежливой беседой за столом с её родителями. Она помнила, как дрожали руки Хлои, как та не могла отвести от неё глаз и старалась выдержать испытание общением с помощью неловких шуточек. Всё казалось таким сложным, хотя на самом деле было гораздо проще, чем сейчас. Девушки наконец вышли из машины, открыв ржавые двери и скользнув с заплатанных сидений в ночную прохладу. Хлоя заколебалась, соблазнившись мыслью покурить перед тем, как войти, только это было бы глупо и подозрительно, да и поздно. Всегда можно покурить после... Или лучше сейчас... Чёрт, как же она нервничала. – Малыш, нам пора, – поторопила её Рэйчел, решительно взяв за руку и медленно потянув к входной двери. Предвкушение оказалось сильнее страха, и Хлоя сдалась, войдя в дом следом за своей девушкой. – Мам, Дэвид, мы дома! – крикнула она немного громче, чем нужно. Джойс стояла в своём любимом фартуке в углу кухни и вытирала руки полотенцем после кулинарной битвы. Она окинула девушек взглядом и покачала головой. Хлоя готова была поспорить, что мать избегала её взгляда и вмиг стала как-то скованнее, будто что-то заметила.Только что могло так её смутить? – Где вы были? – спросила Джойс с беспокойством и едва заметной иронией. Почти с насмешкой. – И почему так долго? – Долго? Да вроде нет, – Хлоя глянула на часы и обомлела. Почти полночь. – Прости, мам, потеряли счёт времени. Она повернулась к Рэйчел и поняла, почему мать смотрела на них с подозрением. Волосы спутаны, одежда помята, ремень застёгнут кое-как, а рубашка – то ли не на все пуговицы, то ли не застёгнута вообще. Хлоя застонала от мучительного предчувствия того, что вскоре состоится очередной серьёзный разговор. Рэйчел смущённо покраснела, подумав о том же, но было поздно приводить себя в порядок, так что пришлось прибегнуть к последнему средству – милой невинной улыбке. – Я заметила, – Джойс удостоила их ещё одним предостерегающим взглядом. – Садитесь за стол, ужин готов. К тому же, у вас гостья. Девушки медленно двинулись в гостиную, наполненную запахами домашней еды, семьи и защищённости. Даже камин горел, добавляя мягкого естественного света в приятно освещённую комнату, что делало её ещё более уютной. Там, по одну сторону стола, заваленного фотографиями, семейными альбомами и бесчисленными журналами, сидел Дэвид, а напротив – непринуждённо беседовавшая с ним Макс. Их явно застали за чрезвычайно увлекательной беседой, судя по тому, как отчим Хлои улыбался и кивал, не пропуская ни слова миниатюрной девчушки. Макс не сильно изменилась. Очаровательные веснушки по-прежнему населяли щёки и милый носик, но в глазах было гораздо больше уверенности, силы и самооценки, чем раньше. У неё был усталый вид, но, несмотря на поздний час и долгий путь из Сиэтла, ей неплохо удавалось его скрывать. Тихая, вежливая, милая и забавная Макс улыбнулась при виде Хлои, встала и коротко извинилась перед Дэвидом за прерванный разговор. – Безумная Макс! – оставив свою девушку позади, Хлоя прыгнула к Макс и обняла её так крепко, как только могла. – Блин, ты реально приехала! – Хлоя! Я тоже рада тебя видеть, – спокойным, ровным голосом ответила Макс и радостно обняла подругу, не желая отпускать. – Думала, всю ночь придётся тебя ждать. – Прости, мы просто... увлеклись... – Хлоя обернулась к Рэйчел, одарив её самой красивой улыбкой, которую кто-либо когда-либо видел, и невольно потянулась за её рукой. Джойс и Дэвид обменялись многозначительными взглядами. Он слегка нахмурился, а она вновь покачала головой. – Надеюсь, я не нарушила ваши планы или типа того, – Макс с любопытством смотрела на Рэйчел, которая терпеливо ждала, когда её представят, и отчаянно сжала протянутую руку Хлои. – Где мои манеры?! – Хлоя резко дёрнула Рэйчел за руку с чрезмерной поспешностью и энтузиазмом, так что та едва не споткнулась, но каким-то чудесным образом умудрилась не уронить достоинства, грациозно сохранив равновесие. Ситуация с пугающей быстротой грозила стать неловкой. Не то чтобы им с любимой такое было в новинку, но она надеялась на скорое изменение событий. Хлоя ничего не заметила, глядя на двух девушек, олицетворявших её прошлое и будущее, которые наконец встретились лицом к лицу. Её глаза бегали между Рэйчел и Макс, как при просмотре теннисного матча. Она ждала реакции, но это была её игра, и это ей нужно подавать. – Макс, позволь представить тебе… – Хлоя заколебалась, не зная, какое выбрать описание. Ей ещё никому не приходилось представлять Рэйчел, которую и так все знали и любили. Наоборот, это её частенько выводили в свет. Хлоя замялась и запаниковала, её голубовато-бледное лицо залилось румянцем. – Моя…моя… любовь всей моей жизни… Рэйчел… эээ… Эмбер. Какая же она идиотка. Это Хлоя Прайс страдальчески осознавала. Она была уверена, что наказание за "эээ Эмбер" не заставит себя ждать. Чёрт, мама её убьёт, Дэвид её прикончит, но это не идёт ни в какое сравнение с тем, что с ней сделает Рэйчел. Это волновало её даже больше, чем первое публичное проявление чувств. Девушка даже не задумывалась об этом – оно разумелось само собой. – Привет, Макс, – Рэйчел звучала гораздо естественней, чем Хлоя ожидала. – Я о тебе наслышана. – А я с нетерпением жду услышать о тебе, – улыбнулась Макс, когда Рэйчел обняла её. Гостья, наверно, ждала рукопожатия, но после такого представления оно выглядело бы совсем уж неловким. Обе, скептичные и настороженные, на какое-то время застыли, но лёд между ними всё же растаял. – Мне надо столько тебе рассказать! – выпалила Хлоя и тут же себя одёрнула, прекрасно понимая, что это прозвучало неуместно. В конце концов, озвучивать непристойности в кругу семьи – её конёк. Она буквально почувствовала вздох Рэйчел, которая скорее забавлялась, чем сердилась. – Так, девочки, давайте ужинать, пока всё не остыло! – Джойс как всегда спасла ситуацию. Все наконец уселись за стол, готовые к поздней трапезе. Мама Хлои не разочаровала, приготовив картофельное пюре с зелёным горошком, вафли и жареную курицу. Опустошение тарелок не заняло много времени, особенно у Хлои и Дэвида, которые затем успели попросить добавки, чтоб расправиться и с ней. Разговор за едой не был оживлённым. Джойс прекрасно готовила, и в семье было принято не отвлекать друг друга от столь приятных на вкус и запах блюд, так и соблазнявших скорее съесть их. Хотя Макс было адресовано много вопросов, заданных в основном из вежливости, и на все она отвечала с изяществом. Обсуждали её родителей, чету Колфилдов, Джойс интересовалась их новой работой и планами на будущее, а рассказ о достопримечательностях Сиэтла дал Рэйчел возможность поделиться воспоминаниями о своей поездке в "Изумрудный город" много лет назад.Тему фотографии и нужного для неё оборудования, очевидно, уже обсудили ранее, и Хлоя вздохнула с облегчением, осознав, что избежала эмоциональных описаний линз, штативов и всего, что так или иначе относится к съёмке. Не то чтобы ей не хотелось об этом слышать, просто никто не разделял энтузиазма Макс, которая быстро становилась единственным человеком в компании, понимавшим, о чём идёт речь. Когда на стол приземлился знаменитый вишнёвый пирог, Джойс взглянула на Макс и прошептала так громко, что все слышали: –Расскажи им главную новость, Максин! – Какую новость? – Хлоя уже приканчивала половину своего куска, и чуть не подавилась. Рэйчел попыталась её успокоить, поглаживая по ноге, но это лишь усугубило ситуацию. Хлоя закашлялась и буквально сражалась за следующий вдох. Может, это было началом того наказания, которое она предчувствовала. – Я получила стипендию академии Блэквелл, – смущённо сказала Макс. Она никогда не распространялась о своих успехах, хоть их и было у неё с лихвой. – Там начинается новый курс фотографии с классными опытными учителями, и меня зачислили! – она смотрела на знакомые лица, не скрывая безграничного удовольствия. – Я возвращаюсь в Аркадию Бэй! Рэйчел застыла. Хлоя перестала жевать. Джойс радостно захлопала в ладоши, как мать футболиста, впервые пришедшая на игру, Дэвид, не отрываясь от тарелки, пробормотал что-то ободряющее.Он единственный не прекратил орудовать вилкой. – Класс! Потрясно! Поздравляю, Максимус! – наконец выдала Хлоя. Изо рта полетели крошки: девушка всё же пыталась совладать с огромным куском пирога, так что слова можно было понять с трудом. – Когда приступаешь? – Осенью, Хлоя. Учёба обычно начинается осенью. Я просто приехала заполнить оставшиеся бумаги, посмотреть общежитие, ну и… всякое такое, – она интригующе зарделась. Рэйчел вопросительно улыбнулась ей, но Макс предпочла не продолжать. – Просто адски круто! Может, вместе окажемся на каких-то уроках! – энтузиазм Хлои предательски бил через край. Рэйчел со вздохом покачала головой. У её девушки была дурацкая привычка сразу, без всякой подготовки вываливать все важные новости, особенно от волнения или неуверенности. Не то чтобы это было так страшно, но ей всё же хотелось уберечь Джойс от сердечного приступа. К тому же, это было не совсем вежливо по отношению к Макс, которая вмиг перестала быть в центре внимания. – Что? – Джойс выпрямилась, не веря своим ушам. – Потом расскажу, – Хлоя запила пирог водой, чтобы говорить членораздельно. Ей удалось выговорить два слова даже с по-прежнему набитым ртом. Досадно, но мечта о том, чтобы родители не возражали против алкоголя для совершеннолетних на семейных ужинах, оставалась мечтой. – Вы что, вернётесь в школу? – Макс тоже была удивлена, но гораздо менее шокирована. Интересная мысль. Приятная и воодушевляющая. – Да, мы… – вилка со звоном упала на пол, Хлоя сжала руку Рэйчел, оставляя на ней влажный след. Не прекращая жевать, она устремила на девушку полный любви взгляд. – Мы решили вместе закончить школу. Нельзя же бежать от этой шняги всю жизнь, а? В комнате, прежде наполненной звоном приборов, воцарилась тишина. Единственным звуком было потрескивание огня, пожирающего в камине ветки. Даже Дэвид перестал есть. – Это ты её уговорила? – Джойс смотрела на Рэйчел округлившимися, широко раскрытыми глазами. Ей думалось, это либо очередная шутка или розыгрыш, призванный одурачить всю семью, либо попытка впечатлить или отвлечь гостью. Доверять словам Хлои в такой ситуации казалось неразумным. Рэйчел, из уважения молчавшая за ужином, склонила голову и слегка улыбнулась: "Пожалуй, без меня тут не обошлось". Если ставка делалась на то, что обстановка разрядится, то она не сыграла. Тишина стала звенящей, атмосфера – ещё напряжённее. Хлоя вновь покраснела, когда задалась вопросом, проследила ли мама связь между тем, как они ухмылялись и запыхались, войдя в дом, и озвученной новостью об учёбе. Если да, может, её не убьют собственные родители? Или, по крайней мере, смерть её будет не так мучительна. Ей был очень нужен ещё кусок пирога. Сахар просто необходим. Вишнёвый пирог буквально спасал ей жизнь. – Ну что ж, – Макс решила, что пора вмешаться. Впрочем, ненадолго. – Большое спасибо за ваше гостеприимство, но уже очень поздно, а мне ещё нужно добраться до гостиницы. – Гостиницы?! Максин! Ты бы нас предупредила! – как и ожидалось, возмутилась Джойс, вставая, чтобы помешать гостье уйти. Хоть это и был жест вежливости, но из искренних побуждений. – Мы бы положили тебя на диван, какие проблемы? – Всё равно там никто не спит, – пробубнил Дэвид, проигрывая битву с последним куском пирога. Теперь уже Рэйчел залилась краской. Она заправила за ухо прядь волос, попытавшись принять самый невинный вид, что обычно срабатывало, но не в этот раз.Да уж, виновна по всем статьям. Девушка сосредоточилась на стакане воды, из которого стала пить долгими глотками. – Всё в порядке, Джойс. И вообще, я же хотела сделать вам сюрприз! – Макс обняла мать Хлои и покачала головой. – В следующий раз предупрежу, обещаю! Кстати, может, посоветуете такси? Я рассчитывала на Uber, но он как-то непопулярен в Аркадии Бэй… – Как и всё современное. – Я тебя отвезу, – предложил Дэвид, с трудом поднимаясь со стула. Он съел добрую половину всех блюд и едва мог идти. – Не волнуйся. – Спасибо, было бы чудесно! Макс, видимо, ожидала, что её подбросит Хлоя, но быстро скрыла своё разочарование. Бывшая подруга молчала, избегая взгляда в глаза. Это должно было настораживать, но и Макс, и Рэйчел догадывались, в чём дело. Прошлое и настоящее Хлои Прайс смотрели друг на друга, и когда их взгляды пересеклись, необходимость в словах отпала. Рэйчел мило улыбнулась, но в глубине души опасалась. Возвращение Макс в жизнь Хлои, в их жизнь было большим вопросительным знаком. – Макс, подожди! Я провожу тебя до машины! – наконец заявила синеволосая неловкость и проследовала за подругой и отчимом к двери. Ей пришлось отпустить руку Рэйчел, которую она отчаянно сжимала почти всё это время. Ладонь блондинки вдруг ощутила пустоту. – Приятно было познакомиться, – она схватилась за возможность обнять Макс на прощание. Она уже не была такой напряжённой, ей удалось расслабиться. Девушка улыбнулась в ответ и не размыкала объятий чуть дольше, чем предполагалось. – Мне тоже! Надо как-нибудь затусить. – Затусим! – в этом Рэйчел не сомневалась, но уже относилась к этому спокойнее. Возможно, она и впрямь проникнется к Макс, или хотя бы попытается. Все страхи и тревоги, надёжно скрытые глубоко внутри, постепенно исчезали. По крайней мере, в данный момент. Хлоя быстро чмокнула её в губы, и они ушли. Дверь громко хлопнула, и двор заполнили смех и звук удаляющихся шагов. Оставшись одна, Рэйчел убрала со стола, загрузила посудомоечную машину и убрала остатки еды в холодильник. Джойс не появлялась после того, как пожелала Макс доброй ночи. Блондинка не была готова к очередным пререканиям и хотела, чтоб её девушка вернулась как можно скорее. Рэйчел не знала, захочет ли мать Хлои что-нибудь с ней обсудить, но осторожность не помешает. Управившись с делами, Рэйчел вышла покурить на задний двор. Девушка была благодарна за то, что никто её так и не потревожил. Она осторожно закрыла дверь и привалилась к стене. Теперь она стояла в темноте в компании собственных мыслей. Ночь была нежаркой, особенно в столь поздний час, но Рэйчел не возражала против прохладного ветра. Позади был насыщенный день, выкованный в огне, спорах и страсти. Было приятно ощутить, как свежо объятие Аркадии Бэй. – Рэйчел? – раздался голос у задней двери. – Можно с тобой поговорить? – Да, Джойс, конечно, – она схватилась за ручку и потянула изо всех сил. Дверь нуждалась в починке: открыть её было не так-то просто. Рэйчел отошла назад, чтобы не стоять в проёме. – Хочешь чего-нибудь выпить? – мама Хлои всегда думала обо всех и обо всём. Рэйчел закусила дрожавшую губу и покачала головой: "Нет, спасибо". Женщина сделала шаг в темноту, держа стакан с яблочным соком. Дверь с глухим жутким звуком скользнула вправо. Рэйчел слегка заволновалась. Мама Хлои встала рядом и смотрела на звёзды, медленно попивая свой безалкогольный порок. Вот она, орегонская летняя ночь во всей красе, и ни одно облако не портит прекрасный вид. Они не разговаривали, не обменялись ни словом. Немногочисленные звуки слышались лишь благодаря пению сверчков, глоткам сока и вдыханию дыма. Подобная атмосфера должна была тяготить, но тишину эту наполняли тепло, домашний уют и спокойствие. – Твой отец сегодня звонил,– наконец заговорила Джойс, даже не глядя на Рэйчел. – Да, Хлоя мне сказала. Я уже ему перезвонила. Но спасибо за информацию. – Рада, что вы всё уладили, – это прозвучало как приглашение к очередному обсуждению темы, которую Рэйчел ненавидела больше всего. – Что-то вроде того, – неловко подытожила она. Джойс была неглупа. Она знала, что ничего они не уладили, но, к счастью, не стала давить. Отношения Рэйчел с семьёй были странными, если не сказать больше, и пусть мама Хлои не знала подробностей, она понимала, как тяжело приходится девушке. Такая молодая, но такая одинокая, полагающаяся лишь на преданность её дочери. Самая знаменитая официантка "Двух китов" прокашлялась и отпила ещё сока. Она никогда не предполагала, что когда-нибудь ей придётся завести такой разговор, и теперь думала, с чего начать. – Когда Хлоя была маленькой, ей нравилось играть на улице. Для неё это был просто рай. В доме её было не удержать даже в проливной дождь, – улыбнулась Джойс своим воспоминаниям, витавших в опустевшем и забытом дворе. – Они с Макс любили играть в пиратов, – вставила Рэйчел скорей чтобы доказать, что не разучилась говорить, чем сказать что-нибудь содержательное. – Это было гораздо позже. Как ты знаешь, Макс была у нас частым гостем, но я говорю о времени, когда Хлое было всего несколько лет от роду. Она была такой милашкой, постоянно затевала очередную хитрость или шалость, всегда была готова к неприятностям или приключениям. Такая фантазёрка! Несмотря на все усилия Уильяма, всегда умудрялась испачкаться. У неё была любимая футболка с рисунком маленькой бабочки, и она не хотела носить ничего другого. В итоге нам приходилось каждый раз покупать ей новую, точно такую же, потому что стоило дать ей обновку, она сразу её рвала. Она плакала, клянчила и требовала, хоть мы и понимали, что новая футболка придёт в негодность ещё быстрее предыдущей. Уильям смеялся, когда как-то раз я потеряла терпение и закричала: "Сколько ещё футболок с бабочками тебе надо, милая? Может, сменишь хоть раз пластинку?". Я столько их выбросила, что сбилась со счёта. Вдруг она засмущалась и стала такой серьёзной, представь, в четыре-то года! И пообещала, что не испортит ту, что была на ней надета, что будет осторожной, ведь ей не хочется, чтобы бабочки оказывались в мусорке. Представляешь? Она сдержала своё слово. У меня до сих пор где-то лежит эта футболка, совсем как новенькая. Хлоя всегда вела себя беспечно ровно до тех пор, пока кто-нибудь не просил её перестать. Рэйчел слушала, затаив дыхание и почти позабыв о том, как сильно ждала возвращения Хлои ещё пару минут назад. Она могла слушать такие истории ночь напролёт, и они ей бы не наскучили. Девушка просто таяла, представляя, как маленькая озорная Хлоя бегает по двору в своей любимой футболке с бабочкой. Джойс глубоко вздохнула и наконец посмотрела на Рэйчел. – Значит, вы правда хотите вернуться в школу? – спросила она в этот раз напрямую, без обиняков с бабочками. Прямолинейность была ей несвойственна, но Рэйчел знала, как это важно для неё. Это решение, ещё даже не конкретный план, вселило в мать Хлои большие надежды. – Да, я попросила Хлою закончить школу вместе со мной. Ей понравилась эта идея. Ну, я так думаю. – Разговор о возвращении к учёбе шёл лучше, чем она ожидала. Может, Хлоя уже подумывала получить аттестат раньше, а может, просто соблазнилась горячей взяткой, которой подкупила её Рэйчел. Хотя эти подробности Джойс не расскажешь. – Как тебе это удалось, милая? Я испробовала всё, что было в моих силах, но ничего не вышло, – в её голосе слышалось больше усталости, чем любопытства. Джойс никак не могла поверить этой новости, но знала, как сильно её дочь привязана к... ну, назовём её подругой. Пока. Рэйчел колебалась между глупой и игривой шуткой, но сдалась и решила сказать правду. Живём только раз, Эмбер. Как ни крути, ты уже стала частью семьи. Не выгонят же они тебя. По крайней мере, этой ночью. – Просто сказала ей, что нам надо подумать о будущем, – робко призналась Рэйчел. Это было не совсем то, что она на самом деле хотела сказать, но тема была непростой. Понятие будущего теперь было сложным, с какой стороны ни посмотри. Ей хотелось сказать "о НАШЕМ будущем", но её внутренняя трусиха отмела этот вариант. Джойс повернулась к девушке. Её взгляд будто видел Рэйчел насквозь, проникая в самую душу и пытаясь найти хоть какие-нибудь скрытые мотивы, но их там не было. Это пугало, но одновременно приносило облегчение. Воцарилась мёртвая тишина. – Ты настроена серьёзно, – это не был вопрос, но Рэйчел ощутила необходимость ответить. Хотя фраза прозвучала неоднозначно. Джойс могла иметь в виду как школу, так и свою дочь: оба вопроса были важны, подходили ситуации, и ответ на них был бы один и тот же. – Всё так, Джойс, – всё ведь просто. Нет. Мать Хлои достала из кармана фартука сигарету. Она редко курила, только в моменты тревоги или глубоких раздумий. Рэйчел предложила зажигалку, женщина не отказалась. Неужели грядёт тот самый разговор? Это что, в самом деле происходит? Какой долгий путь они прошли… Раньше были наивными и глупыми влюблёнными подростками, а теперь вот это вот всё. – Думаешь, она доучится? – учёба, по-видимому, была большей интригой. Рэйчел стало чуть легче. – Очень надеюсь. У неё очень... эм... пылкий интерес, – девушка прикусила язык. Чёрт, очередная двусмысленность. Хлоя, куда ты, блин,запропастилась? – Я заметила, – судя по интонации, Джойс подумала не об учёбе. Рэйчел чувствовала, как горят щёки и потеют ладони. Она даже не представляла, что когда-нибудь окажется в такой ситуации. – Ты полна сюрпризов, Рэйчел. Всегда была милой девочкой, но жару задавала будь здоров. Помню вас в шестнадцать лет... – Джойс будто читала её мысли, и это пугало. – Пара хулиганок, вечно что-то затевали. Но ты очень изменилась. И ты, и Хлоя... – её южный акцент звучал так успокаивающе, мягко и ободряюще. – Я знаю, как вы близки. И снова пауза, которую Рэйчел должна заполнить. Будто у неё был выбор. – Очень близки, – было трудно отрицать очевидное, но ей очень уж не хотелось развивать эту тему. Но такого ответа не могло быть достаточно. Не в этот раз. Джойс выжидающе курила, на лице отражались серьёзность и напряжение. Ей не нужно было ни расспрашивать, ни торопить девушку. Она просто создала необходимость ответа. Атмосферу, требовавшую объяснений. Рэйчел сделала сначала один глубокий вдох, потом другой, чтобы быть уверенной в том, что не испустит дух посреди фразы. – Я очень сильно её люблю... – только и смогла вымолвить Рэйчел, прежде чем её голос дрогнул, и она затихла, не зная, сказала ли то, что следовало, или всё испортила. Выражение лица Джойс постепенно смягчилось. Она кивнула, выбросила окурок в нестриженую траву, а затем сделала то, чего Рэйчел никак не ожидала: подошла и крепко обняла её. Сердце девушки чуть не разбилось. Конечно же, в самом хорошем смысле. Она ощутила то, чего была лишена уже несколько лет. Материнскую любовь. – Я знаю, – сказала Джойс, не отпуская Рэйчел и нежно её баюкая. – Знаю, милая. Объятия разомкнулись так неожиданно, что Рэйчел даже не успела ответить, подготовить речь о том, как она благодарна и как сильно будет стараться стать лучше и помогать Хлое. Джойс уже была у двери, медленно заходя в комнату. – И ещё, Рэйчел. Пусть ваши шалости будут в рамках приличия, хорошо? – просьба Джойс прозвучала по-матерински строго. – Хорошо, Джойс. Мы... мы постараемся.

***

 Хлое хотелось лаять и кусаться, когда Дэвид вылез из своего любимого маслкара и поднял капот. Она так и знала, что эта груда металла не заведётся. Двигатель сухо кашлял какое-то время, пока не решил окончательно сдаться. Она, чёрт возьми, ему говорила, она ведь предупреждала, но нет! Из-за его упрямства вся эта ситуация стала ещё более неловкой. – Это займёт максимум 10 минут, – усач оглядел гараж, включил свет и достал ящик с инструментами. Зная его, можно было предположить, что ему понадобится минимум полчаса. – Ничего, Дэвид, я подожду. Не волнуйся. Спасибо за помощь, – вежливо откликнулась Макс. Она так и стояла возле входной двери, будто в самом деле рассматривала ночёвку как план "б". Теоретически, Хлоя не против. Практически, она ждёт-не дождётся возвращения в объятия Рэйчел. Логически, она устала разрываться и не знает, что делать. – Помощь нужна? – она с жалостью смотрела на Дэвида. Хриплый голос, ещё не оправившийся после того, как пришлось не раз поперхнуться вишнёвым пирогом, звучал совсем не мило, хотя в этот раз она искренне пыталась проявить участие. Но его не требовалось – связь Дэвида с внешним миром была уже потеряна. Он, как типичный автомеханик, не замечал ничего, что хоть отдалённо не связано было с починкой. Мужчина нетерпеливо ворчал, целиком сосредоточившись на внутренностях машины. Хлоя повернулась к Макс и беспомощно развела руками. – Прости за такую лажу, Макс. Скоро вновь будем на колёсах. Надеюсь, у тебя не запланировано безумной вечеринке в гостинице, – пошутила она, но ухмылка подруги не дала ей продолжить. – Всё окей, – Макс застегнула толстовку и потёрла руку, – я подожду. – Не возражаете против чудесной прогулки по дерьморайону? – синеволосая девушка потянулась за сигаретой. Затяжка после хорошего ужина – то же, что после хорошего секса. – Покажу тебе полное отсутствие изменений и всё такое. – Почему бы и нет, чёрт возьми, – согласилась та, и обе отправились вниз по дороге. Прохладная темная ночь напоминала о старых добрых временах, когда они гуляли и болтали обо всём на свете, мечтали и прикалывались. Когда жизнь не казалась такой горько-сладкой, а худший вариант развития событий представлял собой спор с теряющей терпение матерью. – Очень надеюсь, что не доставила тебе неудобств... Тебе и всем остальным. Таким сюрпризом, – Макс ещё было как-то неловко. Ужин не прошёл так гладко,как она рассчитывала. Девушка чувствовала себя лишней, пусть её всегда и привечали как члена семьи, а не просто гостью. Чувствовала себя в чём-то виноватой и была не в своей тарелке, что было видно по походке – напряжённой и скованной. – Было адски неожиданно, но сюрприз-то приятный. Прости, если вела себя как скотина, – Хлоя тоже чувствовала дистанцию между ними. И чувство это было знакомым. Оно напоминало ей одну ситуацию, когда они забыли о своих обещаниях и не могли вспомнить, какими были и каково им было. Девушки не общались несколько лет, но угадать настроение того, кого знаешь всю жизнь, не так уж сложно. Обе понимали, чьё присутствие сделало обстановку за ужином столь неловкой да и вообще всё усложнило этим вечером. Макс не осмеливалась так рано поднимать эту тему, а Хлоя даже не рассматривала такую возможность. – Рада, что вы с Рэйчел... всё уладили, – пробормотала миниатюрная девушка, устремив всё внимание на свои ноги. Она скучала по синеволосой подруге, но было по-прежнему странно проводить время вместе, будто ничего не случилось. – Уладили, – кивнула Хлоя. – Всё просто... адски изменилось к лучшему. – В разговорах с Макс слово "адски" постоянно срывалось с языка. Может, это подсознательное напоминание о том, что она принадлежит Рэйчел? Незримый вербальный поводок? – Приятно слышать, – Макс сунула руки в карманы. – Вы просто созданы друг для друга. Это точно. – Спасибо. Всё так. Ей от меня не отделаться, чёрт возьми. Без вариантов. – Хлоя... – Макс резко остановилась и посмотрела на девушку, а потом заговорила быстро, но спокойно, почти шёпотом, время от времени поглядывая на Дэвида. – Я хотела поговорить... о том, что произошло. Несколько месяцев назад, когда я приехала, и ты растерялась, и... – Ты про утренние поцелуйчики? Тебя не в чем винить, я, блин, целуюсь лучше всех на западном побережье. – Да, можно сказать и так. В общем... Оставь это Рэйчел, Хлоя. Просто хотела как следует всё прояснить. Я возвращаюсь и не хочу, чтобы между нами оставались какие-то глупые недомолвки. – Порядок, Максимус Прайм. Всё ясно. У тебя своя жизнь и своя девушка, у меня свои. Что было, то было. Повеселились и забыли, идёт? – Хлоя пыталась изобразить задорный пофигизм, но на самом деле просто не знала, что сказать. С ней такое было в первый и, она надеялась, в последний раз. Ясно, что Макс права, надо забыть всю эту хрень, только она чувствовала и какую-то беспомощность, и то, что её застали врасплох. – Я рассказала Стеф, она не сердится. Может, будет смотреть на тебя немного иначе, – Макс всё так же следила, точно ли Дэвид их не слышит. – Это капец как стрёмно прозвучало, Макс! – смех Хлои эхом раскатился по пустой улице. – Стоп, ты сказала Стеф? Ты мутишь со СТЕФ? Стеф из Блэквелла? Стеф Гингрич?! – С ней самой, единственной и неповторимой, – теперь в голосе Макс было больше уверенности, даже гордости. – Она говорила, вы пересекались, когда ты ещё училась. И про Рэйчел ей было, что рассказать. – Не сомневаюсь, – Хлоя покачала головой. Долбаный мир тесен. Звучит как клише из ссаной гейской драмы. Все друг друга знают. – Аркадия Бэй небольшая, в конце концов. – Слишком, блядь, небольшая, – констатация фактов была проверенной тактикой в долгих странных разговорах. Хлоя училась у лучших. Дэвид что-то крикнул и махнул им рукой. Он наконец управился: девушки слышали шум двигателя. Хлоя закатила глаза. Она надеялась, что им не придётся потом останавливаться посреди дороги, чтобы что-то чинить. Она раздавила ещё тлеющую сигарету подошвой и помахала отчиму в ответ в знак того, что они его видели. Эти мужики со своими машинами просто образец упрямства. Подруги развернулись и пошли обратно. – Я тоже сказала Рэйчел. Ну, знаешь, честность и вся фигня. – Хлоя решила ответить на добрый жест. – Это не доставило ей особого удовольствия, но она была не в том положении, чтобы вести переговоры. – Какие переговоры? – моргнула Макс. Было видно, что она немного испугалась. Рэйчел нередко производила на окружающих подобный эффект. – О нашей мучительной смерти, я полагаю. Сгорели бы в огне, зная моего маленького дракончика. Но у нас уже всё адски хорошо. Серьёзно, – заверить подругу в том, что на личном фронте всё почти идеально, было важно для Хлои. Она не преувеличивала – это было самое дорогое, что у неё есть, но от этих оправданий она чувствовала себя странно. – Сегодня все это заметили, – понимающе подмигнула Макс. Хлоя зарычала, театрально запрокинув голову. – Ой, брось, не стесняйся, – усмехнулась Макс, ткнув её локтем. – Было капец как смешно, особенно твои щенячьи глазки. Твоя мама, наверно, не могла взять в толк, какого чёрта тебе достался десерт раньше ужина. – Я убью тебя, Максимус. Ты, нахрен, покойница, – Хлоя была искренне рада тому, что в темноте никто не видит, как она покраснела. И что её так смущает? Она взрослый человек, состоящий в серьёзных отношениях, и ей можно наслаждаться десертом хоть перед ужином, хоть после. Макс вдруг остановилась. Сперва просто запнулась, затем замедлила шаг и наклонилась, держась за нос обеими руками. Девушка застонала и всхлипнула. Хлоя нахмурилась и подбежала к ней. – Ты в порядке? Может, чем помочь? – она держала Макс за плечи, чтобы та не упала. – Всё нормально... Опять кровь из носа, ничего страшного, – миниатюрная девушка искала, за что бы подержаться, и Хлоя была её единственной опорой. Она привалилась к подруге, пытаясь не грохнуться в обморок посреди улицы. – Кровь из носа? Твою мать, ты охренеть какая бледная! – девушка обняла подругу. Макс еле держалась на ногах, голова кружилась, ноги подкашивались. На серой толстовке показались капли крови. – Всё нормально, просто помоги дойти до машины, ладно? – будто в забытьи пробормотала она. – Точно не хочешь остаться на ночь? Мама о тебе позаботится... – Хлоя пыталась дотащить до машины едва не теряющую сознание девушку, которая облокотилась на неё всем весом. Дэвид с беспокойством смотрел на них, но, разумеется, так и не поднял задницу. Это было к лучшему, но Хлоя чуть не крякнула от разочарования. Опытные ветераны, что с них взять? – Стеф за мной присмотрит, – приступ прошёл, и Макс медленно выпрямилась. Она тяжело дышала, до сих пор потирая нос, и вытирала кровь с губ и щёк. – Я чуть не обделалась, Макс. Тебе к врачу надо, чёрт подери! – Хлоя не ослабляла хватку и держала подругу за плечо. – Это бывает. Просто... много нервничаю в последнее время, – не вдавалась в подробности Макс, которая могла думать только о том, как бы добраться до кровати и уснуть рядом со своей девушкой. И её нельзя было в этом винить. Они наконец подошли к машине. Дэвид подскочил, чтобы помочь, и буквально донёс Макс до своего драгоценного форда мустанг. Хлоя чувствовала, как внутри зашевелилось чувство вины. Ей надо было самой отвезти подругу, но уже было поздно менять решение. – Береги себя, ладно? – Всё хорошо, правда, – Макс уже устроилась на кожаном сидении и строчила сообщение за сообщением, видимо, для Стеф. Если нет, Хлоя на полном серьёзе позвонит ей и потребует, чтобы та позаботилась о Макс. Видеть её в таком состоянии было тяжело, но она не могла сделать ничего, кроме как наблюдать за ней через автомобильное окно. – Позвони завтра? – чуть не взмолилась Хлоя. – Конечно позвоню, – слабо улыбнулась Макс, и железный конь Дэвида тронулся. Хлоя похлопала по дверце в знак объятия на прощание. Отчим промолчал, хотя неизменно проявлял недовольство, когда она трогала его ненаглядную машину. Девушка смотрела им вслед, пока машина не скрылась в темноте, и немного постояла, не в силах отделаться от странного ощущения, будто только что стала свидетельницей чего-то из ряда вон выходящего или сверхъестественного. Хлоя вздохнула, пожала плечами и пошла к дому.

***

Дома Рэйчел она не нашла – та стояла одна на заднем дворе. Хлоя отодвинула проклятую дверь, издавшую мерзкий скрип, и подошла, едва не подбежала к своей девушке. Каким же облегчением было вновь оказаться рядом, чувствовать запах её духов, видеть своё отражение в её глазах. – Эй, красотка, ты здесь одна? – шутливо окликнула её Хлоя, но Рэйчел была не в настроении. Девушка напряглась, но уже привыкла молниеносно переключаться с юмора на другие виды эмоций. Она, блин, любила это, сама на это подписалась, твою мать. – Обними меня? – тихо попросила Рэйчел. Дрожащий голос выражал столько переживаний, что Хлоя забеспокоилась ещё больше. Она, разумеется, подчинилась, заключив Рэйчел в идеальные, оберегающие объятия. Поцеловала её волосы, – чёрт, она это обожала, – поцеловала лоб и стала нежно покачивать. Рэйчел отчаянно в этом нуждалась и тихонько ахнула, когда Хлоя обхватила её руками. – Просто держи меня, Хлоя, – раздался сдавленный шёпот, – просто держи, чёрт возьми.

***

Было так приятно обнимать друг друга, лежа ночью в постели, под умиротворяющий шум радио. Они заслужили этот отдых, мечтая о нём весь день, весь вечер и половину ночи. Рэйчел была неразговорчива и с тех пор, как вышла из душа, просто хотела понежиться рядом с Хлоей. Та не возражала и теперь медленно гладила волосы Рэйчел, ощущая приятную тяжесть её головы на своей груди. Они могли заснуть в любой момент, на что Хлоя и рассчитывала, ведь усталость после трудного дня давала о себе знать, но стоило ей закрыть глаза, как Рэйчел решила поговорить. В последний момент, как, впрочем, и всегда. – Как прошёл разговор с Макс? – Да вроде нормально. Её девушка уже учится в Блэквелле, так что у неё был тайный план к ней присоединиться. Будут теперь шалить в своей комнате в общаге. – Её девушка там учится? – пробудилось знаменитое любопытство Рэйчел. Теперь она будет выпытывать все подробности. – Ага. Та самая, которую ты мучила из-за интересной инфы обо мне несколько лет назад… – Да ладно, Стеф Гингрич? Это успех, – Рэйчел не могла сдержать улыбку. Как же хорошо было просто лежать, ощущая тепло, покой, защищённость. – Да, Стеф супер, так что Макс повезло. Хотя она будет на коротком поводке, никакой бесшабашной студенческой жизни. – Твой поводок ещё короче. – Что тут скажешь? Мне нравится, что ты тянешь за него время от времени. Если это был очередной намёк, Рэйчел пропустила его мимо ушей. Странно, обычно она не упускала ни единого шанса подразнить или спровоцировать. Позади был долгий день, и обе устали. – Я говорила с твоей мамой, – неожиданное признание заставило Хлою поднять голову. – Вот как? Что она хотела? – Она, очевидно, в восторге от новости об учёбе и не в таком восторге от нас, но… – Рэйчел гладила грудь и шею девушку самыми нежными движениями кончиков пальцев. Неосознанно. Ей просто хотелось проявить нежность, ей нужно было. – Стоп, что? – голубые глаза широко раскрылись от резкого осознания. – Я, блин, сказала твоей маме, что… – Рэйчел вздохнула, зная, как Хлоя несдержанна, вот и сейчас наверняка заворочается или даже вскочит с кровати. Её удобная и столь долго желанная поза была под угрозой. Ну почему нельзя было влюбиться в того, кто будет спокойно лежать и слушать? – Что мы с тобой жесть как лесбиянимся? – конечно же, очередная шутка. Да как это вообще возможно? Какого хрена Хлоя вечно обращает всё в шутку? Рэйчел знала, какого, но это так раздражало, особенно сейчас. – Да что ты заладила с этим лесбийством, твою мать! Я сказала ей, что люблю тебя, – прошипела она. Девушка не разозлилась по-настоящему, но успокаивающие объятия были ей нужнее, чем острые ощущения. – Правда? – сердце Хлое подпрыгнуло. Она не могла с уверенностью сказать, близок ли сердечный приступ, но сон как рукой сняло. – Правда. И я чуть не обосралась, – Рэйчел слышала, как стучит сердце её девушки, и лишь сильнее прижалась к ней, прячась от всего на свете, от холода и любых проблем. – Ох, чтоб меня… Вау. Рэйч… Она испугалась? Или тебе досталось? – Нет, мне показалось, она была очень милой и понимающей. Просто попросила нас не трахаться на столе перед завтраком, иначе ей будет неловко жарить бекон, и всё такое. Рэйчел очень хотелось закончить этот разговор и она демонстративно зевнула, пытаясь найти убежище где-то между телом Хлои, её подушкой, шеей, где-нибудь, где её не настигнет пронизывающий взгляд голубых глаз. Её девушка ответила не сразу, предпочитая просто держать её в объятиях. Вы отлично справляетесь, Хлоя Прайс. Продолжайте в том же духе, спасибо, всегда ваша, Рэйчел. – Серьёзно? – раздался наитупейший вопрос, но Хлоя была слишком растеряна, чтобы ответить что-то вразумительное. Честно говоря, ей просто хотелось услышать голос Рэйчел, растянуть этот момент. – Нет, но смысл примерно тот же. И хватит лыбиться, это не смешно, – Рэйчел даже не надо было смотреть на неё, она слишком хорошо знала свою прекрасную импульсивную бабочку. – Жесть, поверить не могу, Рэйч. Обязательно надо было говорить это сегодня же вечером? – У меня не было выбора, – Хлоя почувствовала, как девушка пожала плечами. – Чушь. –Окей, выбор был, я могла соврать, но не захотела. Довольна? – лежавшая рядом девушка вдруг заворочалась, и Хлоя предположила, что та начинает злиться. –Пиздец как, – гордо ответила она. –Ты правда рада? – Даже не представляешь, насколько, – её всё ещё распирало от гордости. – Да почему? –Рэйчел наконец подняла голову, легла подбородком Хлое на грудь и посмотрела на неё. – Она всё равно знала, что мы вместе. Ты это особо не скрывала, да и я тоже. Ты меня целовала каждый день, мы держались за руки… Не говоря уже о твоей сегодняшней ухмылочке а-ля "я только что потрахалась". Они знают уже несколько месяцев, если не лет. Хлоя, всё такая же довольная и более чем благодарная за своё существование, не стала комментировать то, как вечером выглядела стоявшая на пороге Рэйчел. У неё-то была ухмылочкаа-ля "гляньте-ка, меня так классно трахнули в кузове, что я забыла, как застёгивается ширинка", но зачем говорить ей об этом сейчас, если можно потом подкалывать целую вечность. – Потому что одно дело, когда ты говоришь это мне, и адски другое, когда кому-то ещё, например, моей маме. Значит, ты это серьёзно, – просто объяснила она. – Какая неожиданность, Хлоя. – Её девушка вновь положила голову ей на грудь. Какое же приятное чувство. – Да, я серьёзна. Но доказать это тебе нереально. Я говорила об этом миллион раз, и ты до сих пор "правда? ты уверена?". Теперь тебе надо доучиться, чёрт подери. Я не затем терпела всю эту херню весь день, чтобы ты опять вылетела. Через год будешь переживать насчёт экзаменов, и… – она натянула на голову одеяло, чтобы скрыться окончательно. – Эй, ты что, плачешь? – Нет, – глухо отозвалась Рэйчел. Голос надломился, дыхание участилось. – Давай вместе поплачем? – Заткнись. – Рэйчел… В тёмной комнате стало тихо. Одеяло пахло жасмином. – Солнце… Тишина сгустилась, но теперь ощущалась немного иначе. – Солнце? Ты что, наслушалась каких-то дурацких песен? – одеяло коварно шевельнулось. Раз. – Бывает, – голос Хлои был угрожающе спокойным. Таким спокойным, что легко мог сокрушить всю самоуверенность Рэйчел Эмбер. Она никогда не чувствовала себя такой беззащитной. И не знала, почему её единственной реакцией обычно была растерянная злость. Ещё эти солёные капли из глаз, типа слёз, но она же не плачет. Опять, чёрт возьми. – Ну, не припомню… – она колебалась, пытаясь найти удачный остроумный ответ, но ничего не лезло в голову. Совсем ничего. –Когда я наблюдаю, как ты спишь… – улыбнулась Хлоя, сунув руку под одеяло и продолжая гладить волосы Рэйчел в такт собственным словам, – бывает, проснусь рано утром или поздно ночью, чтобы просто на тебя посмотреть. Могу целовать тебя так, как никогда не целую днём. Перебирать пряди твоих волос, повторять контур бровей, проводить по твоим идеальным губам, слушать твоё дыхание… – Прекрати, – это было уже слишком. – Ты же этого не хочешь. – Нет, хочу, дурочка, – Рэйчел снова тихонько всхлипывала. Этот едва слышный разговор шёл в очень опасном направлении, которое страшило её всё больше. – Помолчи, солнце, и просто позволь мне любить тебя, ладно? Ты достойна лучших проявлений любви, и я готова их обеспечить, – Хлоя психологически обезоруживала девушку каждым своим словом. – Хлоя, пожалуйста… Ты хоть знаешь, что ты со мной делаешь? – Прекрасно знаю. – Вот как? –смущённая Рэйчел – это лучшее зрелище на свете. – Крушу твой воображаемый щит. – Зачем? Это всё, что у меня осталось. Рэйчел поперхнулась слезами, отчаянно силясь спрятать, скрыть свою сущность, как ей удавалось многие годы.Ничто прежде не делало её такой беззащитной, ничто так не обнажало душу, ничто не было столь же трогательным. Она уже четыре года держала этот щит, пусть подпуская к себе Хлою, но никогда не давая ему разбиться на куски. – Затем, что мне нужна ты настоящая. И всегда была нужна. Привычное "отвали" застряло где-то в горле и не могло сорваться с дрожащих губ. Почему Хлоя просто не может заткнуться и спать, как нормальные люди? Или целоваться, как обычная влюблённая девушка, как все парочки подростков? Почему Хлоя любит её так сильно? – У тебя она есть, – прошептала Рэйчел, по-прежнему уткнувшись в простыни и руки Хлои. – Знаю, солнце, знаю. Ты у меня есть. – Хлоя? – светловолосая голова приподнялась, ореховые глаза смотрели прямо на неё. – Да? – Когда-нибудь, когда мы… закончим школу, ну и… переедем, и всё такое… – Ну? – Я, мать твою, женюсь на тебе, – и вновь спряталась в простынях. –Тебе реально кранты.