The Road Not Taken

Наступило 22 июля – день её рождения. 2 пропущенных звонка, 27 уведомлений, 8 текстовых сообщений. Как ни странно, Рэйчел проснулась в прекрасном настроении. Но оно тут же переменилось, стоило лишь заметить, что вторая половина кровати – пустая и остывшая. Рэйчел почти всегда вставала первой, но ночь выдалась непростой, и сон, должно быть, сморил её только с рассветом. Но её вины тут не было, она просто принимала ранние поздравления и переадресовывала одной прекрасной девушке. Которая куда-то запропастилась, исчезла как утренний бриз, рассеялась как страшный сон. Странно. Стоит провести расследование и выяснить, как Хлое удалось встать до полудня и не разбудить её хлопаньем дверьми шкафа. Рэйчел не нравилось лежать меж простыней и одеял в одиночестве, она привыкла просыпаться рядом с Хлоей, даже когда та раздражала её тихим храпом или мерным сопением. Девушка уже забыла, каково это – спать одной в своей кровати, и не желала об этом вспоминать. Чёрт, какая же она собственница. Последние три недели пролетели довольно быстро. Хлоя проводила время в гараже со своим маленьким проектом, неизменно оказываясь в машинном масле, краске и поту. Её приключения стоили ей нескольких порезов, доли ругательств и двух скандалов с Дэвидом, включавших сломанные вещи. Рэйчел поддерживала это безумие, пусть и не была уверена, ради чего Хлоя так упорствует. Она любит чинить машины, окей, но ведь есть столько других мест и возможностей для этого хобби без лишнего стресса. С другой стороны, починка рухляди приносила семье дополнительный доход, небольшой конечно, но достаточный для покупки очередного травмированного жеребца, смехотворно дорогих инструментов и запчастей, пива, сигарет и всяких мелочей. Рэйчел тоже этим пользовалась, так что приходилось помалкивать. Хотя она скучала по своей девушке, несмотря на возможность побыть одной или наконец пообщаться с забытыми приятелями. Ей удалось пару раз встретиться со Стеф и впервые за много месяцев связаться с несколькими учениками Блэквелла, чтобы подготовиться к возвращению в общество. Хлоя не могла принять участие в этих мероприятиях ввиду отсутствия времени, и Рэйчел сначала начала жаловаться, потом ворчать, и в конце концов рассердилась. Она уже говорила о том, как стала одержима своей синеволосой красавицей? Рэйчел решила ещё поваляться в кровати, копаясь в телефоне и давно заброшенных соцсетях. Какие-то малознакомые люди желали ей всего, что она хотела, слали картинки с милыми котятками и щеночками, яркими воздушными шариками и виртуальными безглютеновыми тортами, а самые близкие друзья и враги присылали сообщения. Что ж, посмотрим. Разумеется, Стеф о ней не забыла. В сообщении были намёки на большой сюрприз, смайлы с улыбочкой и подмигиваниями. Интересно. Шаблонное поздравление-формальность от Макс: вероятно, на данном этапе это дань вежливости. Они всё ещё плохо знали друг друга. Вспомнила о ней и Виктория: должно быть, готовится к новому сезону сериала "Драма и соперничество в Блэквелле". Два сообщения от Нейтана Прескотта. Первым было милое "Сдохни, тварь, сдохни", а вторым – "Извини, хорошего тебе дня". Ему действительно нужна помощь. А вот и Хлоя. Дурашка. "Люблю тебя, солнце". Рэйчел ответила, что тоже её любит, несмотря на то, что вот-вот сообщит ей об этом лично. Хочется в это верить. Чёрт, как же она ей дорога. Было сообщение и от Фрэнка. Его она удалила не читая и задумалась, стоит ли говорить об этом Хлое. Было приятно не поднимать тему изменницы и её бывшего вот уже какое-то время. Им обеим становилось легче, Хлое становилось легче. Всё было так хорошо, так в чём смысл? Зачем портить себе настроение в такой день? Он так и будет пытаться выйти на связь, по крайней мере, пока не найдёт новую девушку, хотя Рэйчел слабо в это верилось. Она что-то не замечала у его трейлера очереди из желающих. Один пропущенный звонок отца и один от практически чужой ей бабушки. Вот и всё. Ей вспомнились времена былой славы, когда каждый год в этот день она просто тонула в подарках, открытках, цветах и сообщениях. Популярность не приносила счастья и удовольствия, зато вызывала какую-то странную зависимость. К чёрту её. До Рэйчел донёсся звук быстрых шагов. Наконец-то. Хлоя ворвалась в комнату и, увидев, что её девушка уже проснулась, встала как вкопанная. Лицо расплылось в лучезарной улыбке, озарив всё вокруг. Рэйчел засопела и смущённо отвела глаза. Этим летом она преодолела немало страхов и по-новому взглянула на некоторые вещи. Например, на Хлою. Её девушка была невероятно сексуальной и восхитительной, но что самое главное – не имела об этом ни малейшего понятия. Она уже не была той стеснительной 16-летней девушкой, которую Рэйчел заманила с собой в поезд, пусть порой и вела себя именно так. Но она больше не милая дурында, это факт. Хлоя стала уверенной, нереально красивой, потрясающей женщиной, которая вызывала у Рэйчел страх и возбуждение каждый раз, когда та смотрела на неё. Страх от того, как крепнет её собственнический инстинкт: ей ведь придётся делить внимание её сокровища со всей школой, от учеников до учителей. Ну а возбуждение... Да блин, просто посмотрите на неё! – Гляньте, что кот на хвосте принёс, – Рэйчел потянулась и спрятала робость за ленивой ухмылкой, рассыпая по подушкам спутанную золотую гриву. – Мой кот давно мёртв. С днём рождения тебя! – только Хлоя могла невзначай озвучить две этих фразы практически без паузы. Сегодня привычное нахальство было приправлено воодушевлением. Рэйчел ожидало кое-что поистине особенное, просто сногсшибательное. В данный момент, да и, наверное, по жизни, у Хлои было лишь одно желание, и оно только что стало явью, стоило ей войти в комнату и захлопнуть дверь. А Рэйчел гадала, всегда ли она осознавала, как Хлоя прекрасна? Чёрт подери, она просто диву давалась, особенно теперь, после стольких лет. – Оригинально, довольно мрачно и как всегда впечатляюще, – Рэйчел пригласила девушку на кровать, невероятно соблазнительно поманив пальцем. Хлоя судорожно вдохнула сквозь сжатые зубы, тут же перестав улыбаться, и приняла приглашение. Медленный страстный поцелуй разжёг в ней желание большего. Как обычно. – Какие планы на сегодня? – Это тебя надо спросить, твой же день рождения, – Рэйчел пахла так же, как прошлой ночью. – Но у меня есть для тебя пара сюрпризов. Поцелуй слишком затянулся. Хлоя прикусила нижнюю губу девушки и слегка её оттянула, а затем с силой впилась в губы Рэйчел, просто чтобы получить плату в виде тихого стона. Им всё и кончилось, отчего Хлоя сама чуть не кончила, ключевое слово "чуть", твою мать, всё шло не так, как она планировала. – Каких сюрпризов? – любопытство её любимой брало верх над предвкушением. Воздух стал чуть менее горячим – Хлое удалось наконец выбраться из объятий и встать. Она была не прочь провести в них весь день, а то и целую вечность, но тщательно подготовленный план ждал своего осуществления. – Сюрприз на то и сюрприз, Рэйч, ты, наверное, не знаешь, в чём суть. Это что-то такое, чего ты не ожидаешь. Но сперва тебе нужно адски довериться мне. По-настоящему довериться, потому что сейчас я... – Хлоя знала, это сведёт её с ума, – я завяжу тебе глаза. Улыбка Рэйчел лишь усугубила ситуацию. Она тихо заурчала, пряча смущённую неуверенность за соблазняющим взглядом. Склонив голову, она стала похожа на кошку, которая загнала мышку в угол и готовится разорвать. Разница только в том, что рвать она будет одежду Хлои. В основном. – Ещё будут подробности? – Окей, начнём, – Хлоя прокашлялась и достала из кармана джинсов простую чёрную ленту. – Когда оденешься и будешь готова, я, блин, завяжу тебе глаза и поведу вниз по лестнице, – твёрдо заявила она, показав, как всё продумано. Рэйчел моргнула: Хлоя не шутит. Она держит эту чёрную повязку с ярой решимостью лишить её зрения. Идея была занятная, но исполнение несколько смущало. – А сюрприз хоть предполагает, что ленту потом развяжут? – если Хлоя надеялась застать Рэйчел врасплох, она ох как просчиталась. – Ннну да. Через какое-то время, – синеволосое чудо пожало плечами и облизало потрескавшиеся губы. Ей стоило ожидать, что утро заведёт их дальше приветственного поцелуя. Они уже отмечали дни рождения Рэйчел, и воспоминания о них всегда вызывали приятную дрожь. А вообще... Да блин, просто посмотрите на неё. – А если я не соглашусь? – Рэйчел смотрела на губы девушки. Это не к добру. Хлоя буквально ощущала на себе укусы и поцелуи. – Придётся, иначе прочие... мммм... мероприятия не состоятся, – было невероятно сложно удержаться от искушения. Итак, Хлоя подготовила нечто внушительное, что-то такое, чем она гордится. Это не так уж удивительно, но тот факт, что вся семья до сих пор дома в столь позднее утро, вызывал у Рэйчел приятные подозрения, но одновременно заставлял нервничать. Она наклонила голову набок, гадая, что ждёт её внизу. Любопытство ещё боролось с возбуждением, и оказавшаяся в центре сражения девушка должна была выбрать чью-то сторону. – Но то мероприятие, о котором думаю я, более чем осуществимо, – блондинка чуть ли не до крови закусила губу. – Рэйч, неужели тебе всегда надо… – Хлоя покачала головой, каясь в таком же соблазне. Её поверхностное, неровное дыхание держало в себе невырвавшийся из груди стон. Рэйчел поползла к ней, даже не пытаясь скрыть отсутствия белья, и встала на колени прямо напротив своей девушки. Искушая, соблазняя и мурча. В прямом смысле мурча. Её пальцы коснулись живота Хлои и стали играть с пряжкой ремня, готовясь вот-вот её расстегнуть. Девушка одним сильным движением рванула Хлою к себе, без слов говоря, как сильно хочет её. Здесь. Сейчас. Всегда. С губ Хлои слетел тихий стон. Пусть она его не заметила, не услышала, пытаясь сопротивляться, но невольно сдалась. В общем-то, она сдалась уже три года назад. – У меня день рождения. Если точнее, последний день, когда я ещё считаюсь подростком. Так что дай мне… – Рэйчел отвела взгляд от ремня и взглянула ей в глаза, задирая белую майку, оголяя кожу, – повеселиться. – Повеселишься. Надеюсь, – Хлоя была полна решимости встать в позу, не поддаваться, остановить её, убрать её руки со своей талии, но вместо этого запустила пальцы в нечёсаные волосы Рэйчел, притягивая её ближе с подсознательным побуждением. – Зависит от того, чего ты хочешь… – девушка судорожно вздохнула, всё ещё не оставляя надежд придерживаться плана. – Тебя, – за скромным любящим поцелуем последовал другой, а затем ещё и ещё. В живот и ниже. Тёплые губы со вкусом минувшей ночи и танцующий вокруг пупка язык обещали исполнить совсем другой танец, когда спустятся ниже. Ещё один стон и Хлоя прижала её к себе, сильно, сильнее, властно и требовательно. Возбуждённая Рэйчел ответила рычанием. Хлоя уже ничего не видела перед собой, вокруг были лишь смазанные образы и горячее дыхание, обдававшее её кожу. Слово "контроль" казалось каким-то иностранным термином, значение которого забылось. Раздался звук расстёгиваемой ширинки, и это на миг её отрезвило. – Я тут, чего ещё? – усмехнулась Хлоя, глядя, как голова блондинки опускается ниже. Потянуть её за волосы задумывалось в качестве безмолвного предупреждения, но идея лишь усугубила ситуацию. Рэйчел подвинулась вперёд, отчаянно целуя, проводя языком по коже, стала слегка царапать бока и потянулась к резинке трусов. Этого хватило, чтобы лишить Хлою способности ясно мыслить. А ей, чёрт возьми, нужно было вести себя сегодня по-взрослому ответственно. Твою мать. – Я же сказала – тебя, – пробормотала Рэйчел, сбитая с толку тем, что не может остановиться, проигрывает этот бой и сходит с ума от желания обладать своей девушкой снова. – Понижаешь планку? – Хлоя смотрела на неё сверху вниз, затем провела по щеке, взяла за подбородок и подняла её голову, отрывая от поцелуев. Она взглянула в горящие глаза Рэйчел, изо всех сил стараясь принять спокойный, холодный и сосредоточенный вид. Притвориться, будто ей не хочется продолжения, было практически нереально, но у неё была на то не одна причина. За всю свою жизнь Рэйчел Эмбер не доводилось сталкиваться со столь жаркой притягательностью. Ореховые глаза сверкали так же, как прошлой ночью. Быстрое, неровное дыхание оставляло на коже Хлои невидимые ожоги. Пальцы держались за застёгнутый ремень как за спасительную соломинку. Попытки Хлои сделать вид, что она не хочет свою девушку, лишь сильнее распаляли Рэйчел Эмбер. Кто бы мог подумать, что сопротивление бывает таким привлекательным. – Наоборот, – голос Рэйчел был слабым, надломленным и заметно охрипшим, – она никогда не была так высока. Какое-то мгновение они смотрели друг на друга, застыли, терзаемые истинной, всепоглощающей страстью. Одно движение, один жест, один поцелуй – и они забудут обо всём на свете. Синеволосое желание убрало руки Рэйчел со своей талии, наклонилось поцеловать её и отступило на пару шагов в целях безопасности. Тяжело дыша, она застегнула ширинку, как того требовали обязательства. Это слишком важное утро, нельзя вновь раствориться в её объятиях. Хлоя судорожно вдохнула, чтобы в голове прояснилось. Её родители и Рэйчел с завязанными глазами. Какого хрена ей вообще взбрело в голову, будто это окажется неплохим сочетанием? Рэйчел изогнула бровь в милом недоумении. И осталось жутко неудовлетворённой. Значит, вот какие сегодня правила игры? – Так, прими душ, лучше даже холодный, одевайся и я поведу тебя вниз, – Хлоя скрепя сердце отвела глаза, не в силах и дальше смотреть на девушку. Довольно унизительное начало дня, но другого выбора нет. По крайней мере, сегодня. Остаётся надеяться, что Рэйчел оценит это позже. – Вот теперь мы говорим на одном языке, Прайс, – донеслось до неё, прежде чем она успела запереть голодную кошку в спальне. Кошку, которая никак не могла взять себя в лапы. – Никогда не прекращай.

***

Хлоя обнаружила Дэвида в гостиной – тот вытирал руки одним из любимых кухонных полотенец Джойс. Ему явно влетит, особенно если на полотенце останется хоть одно пятно. Но Дэвида явно это не волновало: на его губах играла гордая, исключительно самодовольная ухмылка. Он понимающе ткнул Хлою локтем, и она могла поклясться, что гордость его была разделена на двоих. Гордость за плод их труда, их самое значимое творение. Во многих отношениях – новое начало. – Всё готово? – спросила она, стукнув кулаком по выставленному кулаку Дэвида. Девушка ещё не успела отдышаться и надеялась, что это можно списать на радостное волнение. По крайней мере, в глазах Дэвида. Отчим ободряюще похлопал её по руке и подмигнул. Хлоя была готова его убить, но планировать преступление не было времени. – Остались последние штрихи. Волнуешься? – Охренеть как, – Хлоя потрясла головой, слишком возбуждённая, чтобы перестать метаться взад-вперёд, но затем резко остановилась и взглянула на Дэвида. – Я… так и не сказала, как тебе благодарна, – промямлила она, страшась собственной несообразительности. Последние несколько недель были непростыми для них обоих, и он временами выходил из себя, но ни разу не жаловался. Их общие приготовления показали Хлое, каким классным он может быть, стоит лишь относиться к нему добрее. Но стоило повести себя нагло и вызывающе, его нрав делал разворот на 180 градусов, вновь превращая его в фашистчима, сурового сержанта и самого большого говнюка во вселенной. Девушка постепенно училась правилам игры, но давалось это непросто. – Было приятно с тобой работать, солдат, – быстро кивнул Дэвид, как заправский солдафон. – Молодец, заслужила. Хлое в голову пришла куча армейских шуток, но она решила хоть раз от них отмахнуться. Она была искренне благодарна: без его помощи сюрприз вряд ли можно было подготовить. – Только вот насчёт денег... – робко пробормотала Хлоя прям как ребёнок, который просит на мороженое. – Это влетело нам в копеечку. – Да не особенно. У нас уже был кое-какой запас, помнишь? Отплатишь в ходе следующего проекта. Упорной работой, – Дэвид улыбнулся. Это была его первая искренняя улыбка. И это, чёрт подери, пугало. – Да, сэр, – Хлоя отдала честь, и он рассмеялся. Армейские подколы не так уж и плохи, в конце концов. – Так точно, сэр! – повторила она, но эффект был уже не тот. Дэвид смотрел на неё так, будто напряжённо о чём-то думал. А затем сделал шаг навстречу и развёл руки в ожидании объятий. Хлоя не могла. Не сейчас. Не сегодня. Она покачала головой, губы на миг скривились в извиняющемся выражении. Дэвид всё понял, отступил и показал известный жест – два пальца к глазам и в её сторону. – Я за тобой слежу, Хлоя, – и теперь это звучало почти обнадёживающе.

***

Рэйчел ещё не вышла из душа, так что у Хлои оставалось минут пять. Или около часа, как пойдёт, но если душ всё-таки холодный, надо поторопиться. Она проверила, всё ли готово, глубоко вдохнула, выдохнула и побежала наверх, к Джойс. Почему она должна всё организовывать и пасти всю семью, как стадо овец? Взрослые ведь должны знать, как вести себя на такой важной церемонии, правда? – Мам, у нас почти всё готово, ты идёшь? Джойс, которая взяла выходной только потому, что дочь дня три умоляла её об этом, встала с кровати и взглянула в эти голубые, счастливые щенячьи глаза. – Хлоя, можно тебя на два слова? – мягко, но требовательно спросила она. – Ну что ещё? – Хлоя закатила глаза, но учтиво прикрыла дверь и подошла к матери. Она чувствовала приближение неприятного серьёзного разговора. Так всегда и случается в те моменты, когда она с радостью ждёт лучших моментов своей жизни. Всегда. То ли она такая неудачница, то ли у мамы такое чувство юмора. – Веди себя хорошо, – усмехнулась Джойс и спокойно, но твёрдо добавила: – Я знаю о вас с Рэйчел, и очень рада за тебя. За вас обеих. – Неужели это надо обсуждать именно сейчас, ну мам! – движения Хлои выдавали всё её рвение. Она не могла спокойно стоять, сидеть, даже ходить. Девушка изнывала от нетерпения и едва ли была в состоянии слушать, но матери нужно было высказаться. Даже если слова её покажутся резкими и неожиданными. – Может и нет, но мне всё равно нужно это сказать, – Джойс перешла в наступление. – Я просто хочу, чтобы ты всё взвесила, Хлоя. Я знаю, что ты делаешь, что вы обе делаете, но вы слишком торопитесь. Три месяца назад почти не разговаривали, а теперь всё опять на полную катушку. Рада за тебя… и за Рэйчел, но, быть может, всё-таки стоит немного притормозить? Притормозить они могли с той же вероятностью, с какой могло бы произойти извержение вулкана посреди мирной Аркадии Бэй. Это было бы просто невыносимой пыткой. Джойс понимала, что выбрала неподходящее время и место, не говоря уже о том, что Хлоя готова была сойти с ума, но ей нужно было поделиться. И быть откровенной. Женщина ожидала взрыв гнева, обиды и раздражения, но Хлоя лишь нервно потёрла руки. Ей в голову приходило нечто подобное, подкармливая страхи и сомнения, но теперь было слишком поздно. Она внимательно слушала. Джойс безрадостно улыбнулась. – Почему, мам? – Хлоя развернулась, избегая её взгляда. – Разве не стоит ловить удачу за хвост? Джойс обняла дочь, чтобы успокоить, поддержать, защитить. Год за годом она не оставляла попыток и надежд понять её, помочь и утешить. На этом пути хватало неудач и ошибок, но мать с него не сворачивала. – Я не хочу, чтоб тебе причинили боль, Хлоя. Просто не хочу, чтобы ты страдала, если что-то пойдёт не так. Не думаю, что так случится, просто говорю. Хлоя сделала шаг, глаза её засверкали. Она соскучилась по матери, её прямоте, честности и безоговорочном доверии, которые уже не раз теряла. Их связь не была потеряна, но серьёзно пострадала. Джойс хотелось быть рядом, предусматривая самые неблагоприятные варианты развития событий, надеясь на лучшее, но готовясь к худшему. Ведь на то и нужны матери. – Не случится, мам. Я ей доверяю, – и Хлоя не лукавила. Она верила своей девушке всеми фибрами души, доверила ей всё, что имела. Опрометчиво? Возможно, но Хлоя не умела дозировать любовь, она дарила всю себя, целиком и полностью. И на данный момент это был лучший выбор в её жизни. – Хотела бы и я ей доверять... – вздохнула Джойс. – В общем, будь осторожна. Осторожна? С Рэйчел? О какой осторожности может идти речь, когда играешь с огнём, дразнишь его, пытаешься приручить, гасишь и разжигаешь вновь? В их отношениях присутствовало всё, кроме осторожности. Страсть? Есть. Любовь? Чёрт, ещё бы. Честность? Будем надеяться. Осторожность? Ну нахрен. Хлою порой терзали сомнения, которые питали бессмертные страхи. Она обуздала этих жутких монстров, томящихся в глубине души, но ощутила бы себя полностью обнажённой, если бы кто-то их уничтожил. Иногда стоило поддаться неуверенности, только чтобы светловолосое чудо заверило её в их светлом будущем, в ещё не написанном блестящем сценарии их судьбы. Сомнения хороши, когда они в меру. Нужно было нарушить неловкую тишину, а у Хлои был для этого лишь один способ. Вместо нормальной человеческой реакции или шага навстречу она решила отколоть шутку. – Мы предельно осторожны, мам, – на лице вновь мелькнула дьявольская ухмылка. – Можешь не волноваться, что нас в этом доме станет пятеро. – Хлоя! – Джойс закатила глаза. Дверь её спальни захлопнулась за любимой несносной дочерью. Она очень, очень надеялась, что Рэйчел останется единственной любовью, спутницей жизни и лучшей подругой Хлои. Просто ради блага её дочери.

***

– Ещё шажочек, – заботливый тон Хлои и твёрдо лежавшая на талии Рэйчел рука неоценимо способствовали успеху непростого мероприятия. Ей завязали глаза в их комнате, что должно было обеспечить безопасность, ведь вся эта процедура была чертовски горяча, но спуск по лестнице был настоящей пыткой. Не будь Хлоя столь сильной и внимательной, обе они уже летели бы лицом в пол, выиграв в номинации "сюрприз года". Девушки шаг за шагом преодолели лестницу и вышли на улицу – по крайней мере, Рэйчел так показалось. Она прожила в этом доме уже три месяца, а наведывалась сюда больше трёх лет, и всегда думала, что расстояние от комнаты Хлои до входной двери можно измерить несколькими большими прыжками. Теперь резиденция семьи Прайс-Мэдсен напоминала ей мрачный особняк с длинными извилистыми коридорами, в которых можно навеки заплутать в поисках выхода. – Мы пришли? – Рэйчел уже ощущала дуновение нежного утреннего ветерка и шум неоживлённых, нагретых лучами солнца дорог Аркадии Бэй где-то вдали. Дождя, к счастью, не было, но земля ещё пахла бурей и электричеством. – Аккуратно, тут порог, – Хлоя сжала её руку и мягко направила. – Вот так, хорошая девочка. – А теперь пришли? – смеха ради повторила она, ни в коем разе не жалуясь. – Никогда бы не подумала, что ты будешь так рваться её снять, – прыснула Хлоя, хотя саму её волнение и энтузиазм переполняли её даже сильней, чем предполагала Рэйчел. Что же этот голубоглазый дьявол задумал? Остаётся надеяться, что её не посадят на мокрую траву, а то она только что надела новые белые штаны. – Поверь, не рвусь. Живое воображение Рэйчел рисовало ей картины возможного использования этой повязки. Вариантов было с лихвой, и большинство из них требовали возвращения в спальню или уединения в ином безлюдном месте. Фантазия у неё была бурная, так что в списке возможных мест присутствовали не совсем безопасные и не совсем обычные. Девушка улыбнулась собственным мыслям. Хлоя тоже хихикала, крепко её держа. – Хватит двусмысленных шуточек, родители рядом. Она отпустила руку и талию Рэйчел, встала за её спиной и развязала чёртову ленту. Девушка зажмурилась от вспышки утреннего света. Она потрясла головой и огляделась, как заключённая, которую вывели на первую прогулку. Рядом стояли Джойс и Дэвид: он – с гордой улыбкой, она – со строгой сдержанностью. Хлоя быстро вернулась в поле зрения, как раз загородив свою девушку от неприятного солнца. – Нууууу… Как тебе? Что именно? Рэйчел растерянно огляделась. Смотреть, если честно, было не на что. Неужели это один из известных розыгрышей Хлои? Да нет, Дэвид бы не был таким довольным, а Джойс не стала бы менять график, чтоб над ней посмеяться. Справа от неё стояла чертовски классная винтажная спортивная машина, но… Постойте. Сердце Рэйчел ухнуло вниз, а потом подпрыгнуло к самому горлу. Неужели она… Неужели они… Ей пришлось сделать шаг назад. Хлоя просто кивнула, ответив на немой вопрос. Колени Рэйчел задрожали, ей нужно сесть. Срочно. Она потянулась к Хлое, ища поддержки, и та любезно подала руку. – Скажи, что это шутка. – Неа, – Хлоя гордо похлопала красного "мустанга" 1971 года, списанного в утиль, а затем возвращённого к жизни прославленным альянсом Прайс-Мэдсен в ходе ожесточённой битвы при проклятом гараже 2013 года. Когда они её притащили, машина была настоящей рухлядью. Рэйчел помнила, как безнадёжно она выглядела, но теперь стояла перед ней почти как новенькая. Она осмелилась прикоснуться к отполированному, выкрашенному красной краской металлу, провести рукой, повторив очертания капота, понимая, каким трудом, потом и кровью удалось восстановить эти идеальные линии. Она взглянула на наблюдавшую за ней Хлою, всё ещё не веря, превратившись в один дрожащий вопросительный знак. У её родителей было всё, тогда как Мэдсены жили по средствам, но всё равно хотели сделать ей такой подарок? Как? Почему? Она этого не заслужила, это факт. Всё, точка. Дело не в скромности, просто это и правда слишком. Рэйчел знала подарку цену, но не в денежном эквиваленте, а в количестве бессонных ночей, расстройств, ссор и терпения, что потребовались для его подготовки. Она была всему свидетелем, помнила свои жалобы на то, что Хлоя ложится в постель слишком поздно и так выматывается, что сил ей хватает только на храп. Дэвид чуть было не пошёл на попятную от усталости после ряда ночей, проведённых то за работой над двигателем и рулевым колесом, то за охраной территории Блэквелла. Это ради неё они так старались? Никто ещё не приносил таких жертв и не проявлял такой заботы. А она всё это время стенала, чёрт возьми. – С днём рождения, Рэйчел, – Хлоя раскрыла руки для объятий, которые так нужны были имениннице. Рэйчел приняла предложение, до сих пор не в силах найти дар речи, глядя на Дэвида, Джойс, Хлою, снова на Дэвида, на машину. Блин. Хлоя с чувством прижала её к себе, и Рэйчел слышала, с какой силой и гордостью бьётся её сердце. – Как вы вообще... – Дэвид нашёл брошенную, побитую тачку, и мы вместе над ней работали, как ты помнишь, – Хлоя равнодушно пожала плечами, хотя на деле её настрой был прямо противоположным. – Нужно было подлатать двигатель, адски тщательно отчистить всю ржавчину, я уж молчу про приборную панель, новые швы и прочую хрень. Хотя хуже всего было дело с трансмиссией, мне от неё кошмары будут сниться всю мою грёбаную жизнь. В целом всё было не в таком плохом состоянии, кто-то просто толком не заботился об этой малышке и бросил гнить на свалке. А мы её выходили. Для тебя. И так как ты ни разу не притащила свою задницу в гараж, нам удалось сделать сюрприз. Так что... ну, в общем, это от нас от всех. В знак начала твоей новой жизни. Рэйчел Эмбер, королева общения и хороших манер, была совершенна растеряна. Она просто стояла с открытым ртом, то поднимала, то отводила взгляд и практически не касалась своего подарка. Все технические детали как всегда прошли мимо, но она ценила все старания или оценит позже. В данный момент Рэйчел не могла вспомнить, каково это – на что-либо реагировать. Вся семья с удовлетворением наблюдала на застигнутой врасплох и оттого невероятно милой девушкой. Кто-то должен вмешаться, твою-то мать. – Мы гордимся тобой, Рэйчел, – Дэвид вызвался её обнять, и Хлоя с удовольствием уступила ему дорогу. Они обменялись довольными взглядами. Рэйчел не могла вымолвить ничего, кроме "спасибо", – простой формальности, которая смутно всплыла в памяти и которую она не раз повторяла, когда получала в подарок всякие безделушки из тех, что никто не хочет ни дарить, ни получать. Но этого мало. Мягко говоря. Джойс тоже ждала её с распростёртыми объятиями. – Ты молодец, милая. С днём рождения, – она обняла Рэйчел крепко, как следует, и отпустила не сразу. Может, она воспринимала этот подарок как награду? За то, что завязала или за то, что вернулась к Хлое? А может, дело было в школе. Ей надо прекращать всё анализировать. – Я... я не знаю, что сказать, – с окончанием череды тёплых объятий все ожидали услышать от Рэйчел что-то ещё. – Не могу подобрать слова, чтобы выразить, что я чувствую и как я вам благодарна, просто... спасибо вам. Ей не следовало принимать такой подарок, но отказ от него был равносилен оскорблению. Выхода не было. Хлоя, чтоб тебя. Все залились приятным, семейным, объединяющим смехом, и так как она чувствовала себя частью этой семьи, то сразу же к ним присоединилась. Её так переполняли эмоции, что она толком не запомнила, как Джойс попрощалась и села в машину, готовясь отправиться на работу. Затем Дэвид добавил что-то важное и приятное и последовал за женой, чтобы отвезти её в закусочную. Осталась Хлоя. – Можно теперь тебя поцеловать? – Рэйчел уже не спрашивала, она молила. – Нет уж, знаю я, какие поцелуи у тебя на уме. А я не готова творить такое на глазах у родителей, сорри. – А хотя бы обнять? – Рэйчел склонила голову и втянула носом воздух. В ответ её обхватили голубые руки. Окружающий мир вновь обрёл смысл, начал возвращаться к привычным очертаниям. – Может, опять завяжешь мне глаза, чтоб никто не видел, как я плачу, чёрт возьми? – она терпеть не могла плакать, блин, надо держаться. Хлоя не размыкала объятий и укачивала свою девушку, весьма озадаченная и безумно счастливая. Что ж, если ей хотелось довести её до слёз, ей это удалось. Поздравляю, Прайс, твоя взяла. И твой выигрыш – всё, что угодно, и даже больше. – Я думала, ты захочешь прокатиться, – предложение это имело эффект разорвавшейся бомбы. Туман в глазах Рэйчел постепенно рассеивался, но вокруг по-прежнему всё кружилось. Хлоя потрясла связкой ключей. Разумеется, она выбрала брелок в виде долбаного пламени. Её идеальная возлюбленная – само совершенство. Рэйчел едва не начала надеяться, чтоб в авто что-то забарахлило. Просто чтобы появился повод отпустить шутку или где-нибудь спрятаться. Требовалось оправдание тому, что она не сможет отплатить Хлое, отплатить всем им. Никогда. – Прокатиться? Сейчас? У меня ноги дрожат, – пробормотала она, уткнувшись в майку Хлои. Ту самую, которую она чуть не разорвала сотни лет назад, точней, этим утром. – Для этого предусмотрено водительское сидение. Мимо проехали Дэвид и Джойс, крикнув что-то на прощание, пожелав хорошего дня и безопасной поездки. Рэйчел попыталась ответить, но была так нерасторопна, что смогла лишь неуклюже помахать. Придётся компенсировать это позже. Как-нибудь. Непременно. Хлоя подвела её к машине, открыла дверь, впустив внутрь, зашла с другой стороны и приземлилась на переднее сиденье. Рэйчел положила руки на руль, постепенно привыкая к новой обстановке. Над ней потрудились на славу. Ни следа ржавчины, всё подлатано и подкрашено, обновлено и отполировано. Авто пахло как новое, но девушке будто слышались отголоски его прошлого: свалка, непростые времена, запах дома. Старомодные часы, лёгкие сиденья, да что там, даже ремни… всё было так красиво. С ума сойти. Её чёртово сердце разбито любовью и нежностью. – Обалдеть. Ты так старалась, малыш. А я вела себя как стерва, –Рэйчел опустила глаза, не зная, как ещё обозвать свой эгоизм. Она вновь и вновь повторяла всё ту же ошибку: хотела всего и сразу, не в силах набраться терпения и выдержки. Несмотря на все усилия, в итоге она где-то лажала. Как, впрочем, и в этот раз. – Не говори так о моей женщине. Она прекрасный человек. Рэйчел рассмеялась, из глаз снова брызнули слёзы – это всё грёбаное торнадо её эмоций. Доставка слёз, не пиццы. Проклятье. Почему она всегда реагирует на нежность как глупый дикий ребёнок, росший в стае волков, вместо того, чтобы проявить в ответ заботу и участие? – Почему ты сделала мне такой подарок? – спросила она, увлечённо разглядывая приборную панель, к которой её синеволосая хулиганка не проявляла ни малейшего интереса. – Почему? – Хлоя, казалось, удивилась вопросу. – Да, почему? – взгляд Рэйчел хаотично блуждал по салону, а затем резко остановился на Хлое. Её девушка закусила губу. Да, этот взгляд стоит всех чёртовых звёзд. – Ну, скоро начнётся учёба, и ты вновь станешь королевой сраного Блэквелла, так что стоит вернуться с шиком. К тому же, тебе всё равно нужна своя машина, потому что меня задолбали споры о том, кто возьмёт пикап, и о том, почему ты должна меня ждать, – разумное объяснение, но Рэйчел знала, что за ним кроется нечто большее. Гораздо большее. – Ты знаешь, о чём я. Хлоя какое-то время молчала, ёрзая на сиденье, будто бы привыкая к новому, тем более, не водительскому креслу, но на самом деле пытаясь подобрать слова для настоящего объяснения, искреннего ответа. Рэйчел набралась терпения, пусть во взгляде её и плясали искорки. Она имеет право знать. – Была одна девушка, которая стала моим ангелом. А потом она просрала свои крылья, творя всякую херню. И я решила вернуть их ей, – она сдалась, слишком взволнованная и неподготовленная. – Тебе. Я долго держала тебя в клетке. Ты ненавидишь от кого-то зависеть, теперь это не проблема. Эта малышка – символ свободы, ты можешь ехать, куда захочешь, видеться с кем-нибудь… – Свободы? Чего ты хочешь от меня? (прим.пер.: реплика из "Бури", для них далее – курсив) Все неизменно стремятся к ней, жаждут свободы и беспечности, но теперь это звучало мрачно и непривлекательно. Рэйчел не хотела вновь стать свободной, такой, какой была прежде. В сердце кольнуло напоминание об опасениях. Всегда собранная и самоуверенная, она будто получила удар под дых, увидев подарок в новом свете – в качестве приглашения уйти. Но ей не хотелось уходить. Ни сейчас, ни когда-либо впредь. Дорога слишком пустынна, если едешь по ней один, даже на таком классном алом жеребце. Нахер ангелов и их крылья. – Ну, надеюсь, ты всегда будешь возвращаться. Так что это к вопросу о доверии. Если понимаешь, о чём я, – рискнула пояснить её смущённая девушка. Хлое хотелось ей доверять. Настолько сильно, что она готова была пожертвовать чем угодно, отдать всё, что у неё есть, даже прыгнуть с грёбаного моста, наплевав на свою жизнь, чтобы только доказать им обеим верность принятого решения. – Хлоя… Всё было тщательно продумано. Присутствие родителей, вся эта затея с повязкой. Чистейшая, грамотная манипуляция. Наживка, леска и грузило. Хлоя понимала, что в других обстоятельствах её девушка вряд ли примет такой подарок. Дэвид и Джойс на её стороне – это заставило Рэйчел занять водительское кресло, взяться за руль и дать по газам. У Хлои был пример для подражания, и на сей раз она превзошла своего учителя. – И да, я знаю, как ты ненавидишь водить мой пикап, – добавила она в поисках повода разрядить обстановку. Надо праздновать, твою мать, а Рэйчел сидит и тает от удовольствия, хрен пойми почему. Это просто её четыре колеса, ё-маё, ничего особенного. Они есть у каждого подростка Аркадии Бэй, что в этом такого? – Я люблю твой пикап, – вздохнула Рэйчел, радуясь смене темы. – Но вообще, ты права, я предпочитаю пассажирское сиденье. Или кровать. С пикапом было связано немало чувственных воспоминаний, в каждом дюйме ржавого металла отпечатались слова и прикосновения. Хлоя никогда не избавится от этой рухляди, даже если обзаведётся чем-то посолиднее. Пришло время для новой запоминающейся поездки. – Мы поедем куда-нибудь или так и будем сидеть болтать в припаркованной тачке? – улыбнулась Хлоя. – Ты же помнишь, что она на ходу? Рэйчел медленно кивнула и повернула ключ зажигания. Алый зверь замурчал, затем громко зарычал, доказав, что лучшие в мире вещи не происходят в тишине. Машина завибрировала, готовясь к рывку, от которого её отделяло всего ничего. Девушка аккуратно нажала на газ, гадая, как приручить этого тигра, который последовал её приказу и начал неторопливо красться по асфальту. Они поехали вниз по улице, держась скорости 15 миль в час и наслаждаясь солнечным днём в машине с откидным верхом. Хлоя взглянула на свою непривычно осторожную и сосредоточенную девушку. В её руках опасный зверь, это ей было ой как известно. Почти такой же опасный, как сама Рэйчел. – Нравится машинка? – не удержалась Хлоя. – Я в неё влюблена, малыш. Просто не ожидала такого подарка. Хлоя немного расслабилась. Наконец-то. Она откинулась на сиденье, прощаясь с тревогами, чтобы ловить момент. "Понижение планки всё же даёт свои плоды". Двигатель гневно взвыл. Жеребец рванулся вперёд, разогнавшись до тридцати, сорока миль буквально за секунду. Они оставили позади унылые переулки сонной, застывшей во времени округи и прыгнули на главную дорогу, едва не проигнорировав знак "стоп". Машина слегка вильнула влево, Рэйчел крутанула руль, выровняв колеса. – Она никогда не была низкой, – девушка покачала головой. – Ты просто не перестаёшь меня удивлять. Каждый раз мне кажется, будто я готова к следующему шагу, а ты преподносишь мне что-нибудь адски невероятное... – скорость дошла до пятидесяти. Какой-то парень восхищённо смотрел им вслед, когда машина пронеслась мимо. Такое в Аркадии Бэй нечасто увидишь, это факт. – И если тебе вдруг интересно, это лучший в мире подарок. Просто хочу, чтоб ты знала… – пятьдесят пять, – ты можешь мне доверять. У правого переднего колеса что-то стукнуло. Наверно, подвеска. Хлоя раз пять говорила Дэвиду проверить грёбаное шасси, и вот, на тебе. Надо было просто рогом упереться, мистер Правильный, чтоб тебя. Тут она вспомнила, о чём только что говорила Рэйчел. – Я знаю, – пробормотала Хлоя, опуская глаза. Рэйчел проехала торговый центр, заправку, банк и утопила педаль тормоза, чтобы повернуть к выезду на автомагистраль. Шины взвизгнули, оставив на асфальте тёмные отметины. К счастью, в это время дня на межштатной дороге почти не было машин. – Не знаешь, а только надеешься, по глазам вижу, – шестьдесят. – Ты хочешь мне доверять, но не доверяешь. Пока, – семьдесят, и она выбесила водилу грузовика попыткой перестроиться. – Думаешь, я планирую убить тебя, – Рэйчел вновь резко перестроилась. Кто-то посигналил. – Убить нас. Пикап она так никогда не водила. – Не хочу, чтоб ты чувствовала себя обязанной, – Хлоя сглотнула, так крепко схватившись за ручку, что побелели костяшки пальцев. Ещё один рывок – и позади остались два внедорожника. Они выехали на транзитную полосу, и несколько громких гудков слились в один протяжный гул. Раздался визг шин. – Я не чувствую себя верной, обязанной или какой-то ещё лишь из-за машины, – восемьдесят. Рэйчел взглянула ей в глаза. – Я хочу на тебе жениться. Двигатель зарычал, и авто сделало новый рывок. Восемьдесят пять. – Что? Рэйч, ты, блядь, серьёзно? – Хлоя буквально слышала вой сирен патрульных машин, пустившихся за ними в погоню. Это ей только кажется, никто не собирается их останавливать. Пока. Когда деревья за окном слились в одну зелёную полосу, она закрыла глаза. – Ты что, так привязалась к моей бедной панк-жопе? Рэйчел слегка сбавила скорость, уходя от ответа. Тормоза скрипнули, из-под колёс едва не брызнули искры. Машина взяла краткую передышку, сбавив скорость до шестидесяти пяти. Теперь можно продолжить разговор. – Ну, и к жопе тоже. Я имею в виду… раз ты хочешь… – взвизгнули шины, – то как-нибудь, – ещё раз, – организуем, – очередной резкий поворот. – Не пугайся. Пока, – она посмотрела на Хлою и перевела взгляд на дорогу. Спидометр вновь преодолел цифру семьдесят. – Знаю, всё развивается слишком быстро. Реабилитация, школа, моя дебильная семейка, не говоря уже о придурке из трейлера, – восемьдесят. Они со свистом промчались мимо белой "хонды". – Я побывала в аду и вернулась, чтоб остаться с тобой, и больше не отступлю. Ни теперь, ни в будущем, – в трансмиссии что-то щёлкнуло, и Хлоя молилась, чтобы это не оказалось тем, о чём она думала. Восемьдесят пять. – И я просто не представляю, как тебе это доказать. Ты доказываешь свою любовь каждый день, на каждом шагу, а я… у меня просто нет никаких вариантов, – какой-то козёл в голубом "шевроле" выкрикнул пару ругательств. Они показали ему средний палец, вырываясь вперёд. Быстро, ещё быстрее. – Рэйч… Девяносто. Это выходило за рамки дозволенного. Хлоя забыла, как дышать. – Дай мне просто любить тебя, твою мать, – Рэйчел разом пересекла три полосы и вырулила к пляжу, на сей раз не сбавляя скорость. – Не провоцируй, не предполагай, не ожидай худшего, – она с силой ударила по грёбаному рулю, на левой руке наверняка останется синяк. – Я никуда не денусь! – она задержала взгляд на своей девушке, но затем вновь сосредоточилась на дороге, вжимая в пол педаль газа. – Дай просто любить тебя, Хлоя, чёрт возьми! Сто миль в час. – Я стараюсь, – она чувствовала в своей руке руку спокойной и уверенной Рэйчел. Уж слишком уверенной. Дорога подходила к концу, и они неумолимо летели навстречу белой полосе пляжа. Ещё секунда – и их либо поглотят волны, либо ударит о металлический забор. Сто десять. Они сейчас разобьются нахрен. А затем машина остановилась. – Это радует, – услышала она, когда Рэйчел выключила нагревшийся двигатель. Жеребец начал медленно проваливаться в сон, пытаясь остыть после адски экстремального тест-драйва. Хлоя не сразу узнала место – была слишком взбудоражена поездкой. Но оно всё же всплыло в памяти, ведь они не раз парковались здесь, на безлюдном пляже, чтобы просто побыть вдвоём. Особенно когда всё только начиналось, когда всё было таким неловким и романтичным, и им только предстояло изведать, какой сильной может быть страсть. Рэйчел специально приехала сюда, или это просто случайность? – Теперь ты понимаешь, почему мне пришлось развязать повязку, – шутки с подтекстом всегда были хорошей оборонительной тактикой. – Чтобы я видела, куда ехать? – Рэйчел смотрела на неё с таким обожанием, которое демонстрировала нечасто. Оно, бывало, проскальзывало в уголке улыбки, в простом подмигивании, но она не позволяла себе расслабиться и выражать его так открыто, как сейчас. Старые страхи Хлои быть выставленной на посмешище, остаться лишь позорным секретом светловолосой принцессы так никуда и не делись, пусть Рэйчел и прожигала их своим полным восхищения взглядом. Хлоя втянула носом воздух и похлопала потной ладонью по дверце, силясь звучать так беззаботно, как позволял её севший голос. – Эта малышка идеально тебе подходит. Утверждение было таким очевидным, что Рэйчел, как и ожидалось, не ответила, продолжая необычайно пристально смотреть на девушку. Тишину нарушали лишь едва слышные звуки остывающего двигателя. – Любишь ты играть с огнём, Хлоя. Буквально вручила пироману коробок спичек, – наконец вымолвила блондинка, не отводя изучающего взгляда. – Мне нравится рисковать, иначе меня бы здесь не было. – Рисковать, говоришь? – в глазах Рэйчел полыхнуло пламя. Она отстегнула ремень с той же стремительностью, с которой совсем недавно мчалась её машина, грациозно перекинула ногу через подлокотник и завершила сей танец, усевшись Хлое на колени. – Эй, ты что делаешь! – усмехнулась девушка. Она это предвидела. – Поаккуратнее, я руку порезала, пока красила эти двери. Рука была вознаграждена поцелуем, каждый палец был им награждён. – Выкована в огне и крови. Это по мне, – голос Рэйчел был угрожающе тихим. – Иди ко мне, я тебя отблагодарю. Как положено. Она целовала медленно, страстно и вместе с тем нежно, закрывая собой Хлою, прижимаясь ближе, взъерошивая синие волосы. Это было и ожидаемо, и несколько странно, как нечто изменившееся в лучшую сторону. – Надеюсь, маму с Дэвидом ты отблагодаришь по-другому, – простонала девушка, ощущая поцелуи на своей шее. – Извращенка. Мне надо отметить этот день. С тобой. Не было никаких извращений, отчаяния и безумия, в отличие от недавнего утра. Были лишь нежность и забота, страстные, но осторожные. Даже в меру внимательные. Хлою лишили майки одним неторопливым движением. Она не стеснялась, очарованная новым оттенком прикосновений к своей коже. И вот её ремень вновь расстёгнут, уже второй раз за день, но теперь у них нет причин останавливаться. И что ж ответишь ты мне на мою мольбу? – Ох, ебать, Рэйчел, – она даже не скрывала, как сильно жаждет её. – Как раз собираюсь, – это обнадёживало. – Где там твоя повязка? Было не так-то просто достать её из заднего кармана джинсов, но Хлое как-то удалось. – Вот. – Ты мне доверяешь? – сегодня всё было завязано на доверии. Хлоя медленно кивнула, не отводя взгляд. Рэйчел закусила губу. Досадно, что придётся закрыть ей глаза, лишить зрительного контакта, к которому она так стремилась, но это пойдёт на пользу. Разочарование от невозможности читать свою девушку по честным глазам как открытую книгу быстро прошло, стоило лишь увидеть на Хлое повязку. Она оказалась в её власти, дрожа под каждым прикосновением, каждым порханием пальцев, не зная, что будет дальше, но надеясь на определенный исход. Власть. Как часто она ей пользовалась. Хлоя ожидала чего-то грубого и безудержного, взрыва накопленных эмоций, резкого, быстрого заезда. Так обычно вела себя Рэйчел – расстроенная, гневная, яростная, готовая действовать напрямую, взять её жёстко, ещё жёстче, забыться в наслаждении. Хлоя обычно не возражала, но теперь всё было... иначе. Совсем иначе. Никто её не дразнил. Хлое казалось, будто всё происходит в замедленной съёмке. Никакой спешки, никакой резкости. Если Рэйчел у руля – ожидай неожиданных поворотов. Поддразниваний, резких остановок, сладкой пытки, быстрых укусов. Чего-то такого, что застанет её врасплох, покажет, в чьей она власти, обнажит слабость, заставит на миг растеряться. Только не в этот раз. Она могла полагаться лишь на слух и ощущения. Дыхание её девушки обжигало, заставляя сердце биться всё чаще. Бёдра сидевшей на ней девушки соблазняли неторопливым движением. Стон, возбуждённое дыхание и ох, чёрт, прикосновение, Рэйчел была уже там. Нежно. Медленно. Всё ещё не дразня. Что это – реальная перемена или сиюминутный каприз? Что случилось с нетерпеливым пламенем? – Ты же знаешь, вокруг – никого, – шепнула Рэйчел прямо ей в ухо. – Можешь кричать, сколько хочешь, – очередное мурлыканье. Поцелуй, пауза для ещё нескольких слов. – Я заставлю тебя кричать. Хлоя царапала спину Рэйчел, ощущая её внутри, ожидая, что та вот-вот потеряет самообладание, но нет, не в этот раз. Потерявшая зрение, но не потерянная, она потянулась за поцелуем и получила его даже без мольбы. Рэйчел была здесь, с ней, для всех её нужд и желаний. Не пытаясь доминировать, не пытаясь показать, кто владеет ситуацией, а выражая лишь любовь и терпение, угадывая каждое желание, прислушиваясь. Ей уже давно не доводилось прислушиваться. В моей ты власти и тебя не отпущу я. Рэйчел была рядом, когда Хлоя кончила, блин, так быстро, как подросток во время первого раза. Она крепко держала свою девушку, не мешая и не пуская, пока та кричала. И такого крика Рэйчел не слышала давно, чтоб тебя. – Рэйчел… – Да? – очередной нежный поцелуй, соприкосновение носов и тел. Рэйчел уже ослабила хватку, но всё равно не желала отпускать. Смиренный вздох – и повязка снята. Мир вновь предстал во всей своей необычайной красе. Хлоя с благоговением посмотрела на девушку и провела по её щеке, чтобы убедиться, что всё это не чёртов сон. Но чувство юмора взяло верх над нежностью, и губы расплылись в хвастливой ухмылке. – Это ведь ты сегодня именинница? – А ты мой подарок, разве нет? Но раз ты сама об этом заикнулась… – и тут она просто сняла рубашку. – Рэйч, – Хлоя не сводила с неё глаз. Неудивительно, особенно с учётом того, что девушка была наполовину обнажённой. Теперь поцелуи вернулись с оттенком приглашения и просьбы. Кое-кто этим утром остался ни с чем, терпел целых несколько часов и, как ни странно, до сих пор ничего не требовал. Это было... странно и прекрасно. Ведь обычно она была адски требовательна. – Ммм? – Не возражаешь? – Хлоя держала в руке повязку. – Я уж думала, ты так и не спросишь, – Рэйчел засмущалась. Осознание этого осенило Хлою, удивило, заставило недоумённо моргнуть. Девушка склонила голову, чтобы было легче завязать ей глаза. Они не первый раз пробовали такую игру. Отношения с Рэйчел Эмбер длились уже три года, в конце концов. Однако прежде подобные эксперименты быстро превращались в пятьдесят оттенков Хлои, переходя в её беспомощность и мольбы. Она даже не помнила, пробовали ли они поменяться ролями, но даже если да, воспоминания об этом застилали похоть и страсть. Рэйчел застенчиво улыбнулась, даже не понимая, почему так сильно стесняется. Она чувствовала как Хлоя обнимает её, проникает внутрь, приближая пик её наслаждения, находясь при этом в самой неудобной позе из всех возможных, подходящей для примитивного романтического кино, но не реальной жизни, ну и чёрт с ним. – Я люблю тебя, – прошептала Рэйчел. Ей нравилось шептать, чувствуя внутри пальцы своей девушки. – Ты нужна мне, – в больше чем одном смысле. В миллионе смыслов. Она двигала бёдрами медленно, в одном темпе, не спешила и не провоцировала, проявляя невиданное спокойствие и позволяя Хлое контролировать каждую мелочь. Ни жалоб, ни вопросов, ни гнева, ни раздражения, только безудержная страсть, прерывистые стоны, судорожные вдохи. Она просто хотела принадлежать ей. Хлоя пристально смотрела на свою девушку. Рэйчел была совсем близко, так близко, что её ногти оставляли следы на спине и плечах, и Хлоя боролась с соблазном сорвать повязку, чтобы только взглянуть в эти глаза, увидеть пылающий в них огонь, но держалась. А затем довела её до оргазма. Ответ был чертовски громким, долгим и упоминал её имя. Вот тебе, Тихий океан. – С днём рождения меня, – выдохнула Рэйчел. Хлоя молчала, просто держа девушку в объятиях, поглаживая её руки, утопая в её аромате и волосах. Страсть понемногу утихала. Они даже не поцеловались, просто сидели в новеньком кожаном сидении стильной алой винтажной машины, убаюкивая друг друга, учась науке отпускать и возвращаться. Их губы соприкоснулись, и повязка вновь оказалась в кармане Хлои. Она сохранит её на будущее, вдруг пригодится, мечтать-то не вредно. В их распоряжении ещё целый день, равно как и доверие. Они будто вернулись к самому началу своих отношений, когда только начинали узнавать друг друга, а потом привыкли, пользуясь известными уловками и приёмами ради удовлетворения и поддержания агрессивного пламени. Обе они были по-своему собственницами, оттого успели забыть, как важно не прекращать исследовать и узнавать что-то новое вместо того, чтобы пребывать в нахальной уверенности, будто все карты уже раскрыты и секретов больше не существует. Этот день доказал девушкам, как сильно они ошибались, и обеим было чертовски приятно осознать свою неправоту. Можно ли быть стеснительным и смелым одновременно? Когда Рэйчел наконец вернулась на водительское сидение, оделась и решила немного причесаться, она взглянула на свою возлюбленную и не смогла сдержать улыбку. Хлоя ухмылялась, сидя во всей своей утренней красе, с обдуваемыми ветром синими прядями и отсутствием грёбаной майки. Чёрт, она великолепна. Почему Рэйчел не замечала этого раньше? Почему воспринимала Хлою как должное? – Кабриолет, солнечный день, красивая спутница. Чувствую себя калифорнийским подростком, – подмигнула Хлоя, убирая волосы с потного лба. Дурочка. Вот уж безнадёжная мечтательница. Но вместе с тем – ещё один подарок вселенной для Рэйчел Эмбер. Пиратское сокровище, чёрт возьми. Кто знал, что на орегонском берегу сокрыто такое богатство? – Калифорнийский подросток в твоём распоряжении, – подняла бровь Рэйчел. – Всё ещё подросток, прошу заметить. Её девушка не в силах была пошевелиться, нежась от удовольствия, в глазах будто сверкали звёзды. Но Рэйчел слишком хорошо её знала – этот миг не будет долгим, как бы им того ни хотелось. Хлоя вот-вот выдаст какую-нибудь шуточку или провокацию, и чёрта с два, ждать почти не пришлось. – Мне очень интересно продолжить исследования Калифорнии, – снова самодовольная ухмылка. Так вот какой у нас сегодня сценарий? – Калифорнии или её молодёжи? – Всего вместе, – это уже смело. – Поосторожнее, я уже ревную, – в этом была только доля шутки. Может, как раз поэтому они до сих пор не уехали из Аркадии Бэй. Рэйчел не хотелось делить своё сокровище с кем-то ещё. Хлоя вернула ей свободу, но она бы предпочла золотую клетку. Собственница хренова... но её можно понять. – Ревнуешь? – Хлоя игриво вскинула брови. Рэйчел посмотрела на неё, протянула потерянную майку и задумалась. Обо всех парнях и девушках, которые каждый день бросают на Хлою оценивающие взгляды, хотя та даже не реагирует или не замечает. Обо всех заигрывающих улыбках, на которые её девушка не обращает внимания, даже не представляя, сколько людей считает её привлекательной. Девушка задумалась обо всём грёбаном мире, который они обе хотят исследовать и который очарован Хлоей Прайс, и тихо шепнула: "Даже не представляешь, как". И в этот раз Хлоя наконец ей поверила. Схватила майку и быстро натянула на себя, силясь скрыть румянец... Как вдруг в глазах её мелькнула паника. – Солнце, нам пора ехать! – Куда? – Обратно! За следующим сюрпризом! Я же сказала, он не один, помнишь? – Хлоя стала шарить в поисках телефона, испугавшись, что оставила его дома, но быстро нашла, вздохнула с облегчением и стала проверять сообщения. Смущение всегда проходило, стоило лишь себя чем-то занять, и Хлоя надеялась, что так произойдёт и сейчас. Она не знала, как реагировать, как поверить этой новой Рэйчел Эмбер, проявлявшей невиданное терпение вместо того, чтобы нахрен её испепелить. Хотя ей нравилось это пламя. И очень. – Намекнёшь, что там за следующий сюрприз? – спросила Рэйчел, заводя машину. Низкий звук урчания двигателя успокаивал и раззадоривал одновременно, сливаясь с шумом обрушивающихся на берег волн. Она никогда не сможет покинуть эту машину. И эту девушку. – Повязка для него не понадобится, – Хлоя что-то быстро печатала в телефоне. Она посмотрела на часы, опять на дисплей телефона, смахнула несколько сообщений, печатала, удаляла, подтверждала. Её лень как рукой сняло, надо было работать над следующим мероприятием. Блин, пропущенный вызов, чёрт, и с этим надо разобраться. – Жаль. А наручники? – Ими я займусь позже, – это было скорей отговоркой для отвлечения внимания, чем обещанием, но Рэйчел взяла её на заметку. – Чтоб тебя, Прайс, я... – Рэйчел включила задний ход и стала медленно выезжать с пляжа, – я так тебя люблю.

***

Они вернулись в пустой дом. Дэвид и Джойс работали и, скорее всего, останутся допоздна. Они понимали, что начнутся празднования, хорошо знали девушек, пару раз слышали их, потому предпочитали подольше не возвращаться домой, дабы не узреть никаких интимных подробностей. Весьма мило с их стороны, но Рэйчел было неловко думать над тем, как много им известно об их с Хлоей сексуальной жизни. Очевидно, слишком много. Однако на вечер у Хлои были свои планы. Она занималась приготовлениями, сделав пару звонков и прячась в гараже, чтобы Рэйчел ничего не слышала. Она и не старалась, решив на время усмирить своё любопытство. Когда всё, по-видимому, было улажено, они заказали пиццу – так велела традиция дня рождения. Хлоя увлечённо делилась техническими подробностями своего последнего автодостижения, рисуя на заляпанных кетчупом салфетках какие-то каракули и сложные схемы, делая пометки и стирая их, чтобы сделать объяснения доходчивей. Рэйчел вникала, хотя бы частично понимая, о чём идёт речь, и наслаждалась потоком слов и гордости. Почему они однажды сбились с пути? Как вышло, что они были так близки к расставанию? Рэйчел не могла вспомнить, не хотела вспоминать. Она хотела слушать о грёбаном двигателе и проблемах с трансмиссией всю оставшуюся жизнь. Трансмиссия – это важно, вот что она усвоила. За окном уже смеркалось, а Хлоя никогда особенно не следила за временем, так что от резкого стука в дверь у неё чуть не случился инфаркт. Она вскочила со стула, потом села и снова встала. – Гости! – громко объявила она. – Не хочешь переодеться? – промурчала она, пребывая в замешательстве от пролетевшего времени. – Если ты не пригласила английскую королеву, то нет, – покачала головой Рэйчел, поправляя фланелевую рубашку. Она сомневалась, что увидит кого-то, кого понадобится впечатлить основательным макияжем или кожей со шнуровкой. Не то чтобы она против, но было уже слишком поздно, а подготовка к впечатляющему образу требует времени. – Может, какие-то королевы и зайдут, – Хлоя жестом пригласила сопроводить её до двери. Рэйчел встала и взяла девушку за руку, чувствуя предвкушение и толику разочарования от того, что придётся делить свой вечер и свою Хлою с кем-то ещё. Чёрт, пора прекратить это безумие, пока оно не зашло слишком далеко. – Не Виктория Чейз, надеюсь? – рассмеялась она. – Да, я попросила весь клуб "Циклон" спалить наш дом и испортить тебе праздник. Это и был мой секретный план. – Коварная. Её девушка постоянно испытывала сложности с открытием и закрытием дверей, как в прямом, так и в переносном смысле, так что Стеф с Макс едва не ввалились внутрь. Хлоя заметила, что парочка держится за руки, и игриво усмехнулась. Ей впервые удалось увидеть их вместе, и зрелище было очаровательным. Особенно Стеф – заботливая защитница. – С днём рождения, Рэйчел! – именинница оказалась в объятиях прямо на пороге, сперва знакомой из Блэквелла, затем – девушки, которую она едва знала, но о которой была порядком наслышана. – Девчонки! – на сей раз Рэйчел не потеряла дара речи, а Хлоя не чудила в присутствии родителей. – Рада вас видеть! Стеф, ты притащила с собой Макс исключительно за компанию? – Не только, – Стеф была чрезвычайно серьёзна и решила не озвучивать очевидных причин. Вечеринка в честь дня рождения была, вероятно, лишь поводом пригласить свою девушку в этот запретный город. Она обернулась к Хлое. – Доставку задержали, но она уже в процессе. С тебя причитается, между прочим. – Знаю, с меня и так дохера причиталось. Спасибо. Рэйчел закатила глаза при упоминании очередного секрета, дала гостям пройти и закрыла за ними дверь, на этот раз без эксцессов. Хлоя потащила Стеф на кухню, атакуя детальными расспросами о ламповых усилителях на 400 ватт. Предполагалось, что разговоры о технике отпугнут несведущих, но Рэйчел не проведёшь – дело наверняка было в торте. – У меня есть для тебя подарок. Совершенно особенный, – в спокойном голосе Макс тем не менее слышалось напряжение. Рэйчел развернулась и с удивлением увидела, что Макс так и осталась стоять в коридоре. Именинница вежливо улыбнулась, минуя стадию "да что ты, не стоило" – всем известный способ выбесить гостей. Речь шла о чём-то важном и попытка отказаться, пусть и притворная, прозвучит неуместно. Рэйчел не так хорошо знала Макс, но понимала, что не стоит затевать эту игру. – Что ж, я вся внимание. Макс махнула рукой, пригласив блондинку следовать за ней, и прошла в гостиную. В этом доме ей был знакома каждая стена, каждый шаг и уголок. Рэйчел вдруг подумалось, что эта миниатюрная девушка знает это место гораздо лучше неё, что вызывало странные, не очень приятные чувства. Блондинка двинулась следом, не до конца уверенная в том, кто же из них выступает в роли гостьи. Они сидели на диване друг напротив друга. Макс достала из сумки небольшой подарок, завёрнутый в обычную белую бумагу, и аккуратно положила на стол. Она сомневалась, стоит ли развернуть его самой или вручить Рэйчел, но простой жест именинницы подтолкнул её к первому варианту. Макс аккуратно развернула упаковку и молча протянула подарок Рэйчел. Он оказался полароидным фото, удачно вставленным в деревянную рамку. Фото казалось слегка потрёпанным, будто кто-то носил его в заднем кармане. Оно как-то терялось на общем фоне в окружении пустого пространства, но это выглядело даже стильно, рамка будет отлично смотреться на стене. Интересно, что это было фото другого фото – застывшего во времени момента, который Рэйчел прекрасно помнила. Она видела себя, только тремя годами младше, с довольной улыбкой приобнявшую Хлою на их первой селфи с панк-концерта в 2010-м. Рэйчел так и не распечатала эту фотографию, она всегда оставалась цифровой, в виде затерянного на фейсбуке поста, обычной фотки на мобильный. Теперь же, сфотографированная и вставленная в рамку, она выглядела иначе, как-то изысканно, почти волшебно. – Так красиво и символично... Спасибо, Макс. Давно не видела это фото, – Рэйчел разглядывала подарок, погружаясь в горько-сладкие воспоминания. – Хлоя посвятила тебя во все тайны, да? Макс лишь улыбнулась. У сфотографированного снимка было совсем другое настроение, не такое безумное, и ассоциация была скорее с ностальгическим воспоминанием, чем с ярким моментом зарождавшихся отношений. Рэйчел смотрела на своё изображение, узнавая юное неистовство, гордость и дерзость, вспоминая новый, не запятнанный ошибками мир, свободу от тайн и неприглядной правды. То недолгое время, когда она была влюблена и жила полной жизнью, а все загадки ещё прятались где-то глубоко, не высовывая своих уродливых голов. Хлоя же выглядела такой смущённой, удивлённой, но не рассерженной, вот её полные нежности глаза, а вот неуверенный вопрос, застывший в уголке её едва заметной улыбки. – Конфетка*, – пробормотала Рэйчел, всё больше погружаясь в воспоминания о той особенной ночи и днях, наступивших после. – Что? – Так стали называть Хлою в школе, когда я запостила эту фотку, и та вызвала настоящий ажиотаж, – объяснила девушка. Макс удивлённо сдвинула брови. Было приятно удивить её небольшой сокровенной деталью, о которой та даже не представляла. Рэйчел покачала головой. – Чёрт, я была по уши влюблена. – А сейчас? – тихо спросила Макс, слишком уж пристально за ней наблюдая. Предполагалось, что это простой, игривый вопрос, но Рэйчел ощутила давление и напряжение. Она собиралась ответить, но её вдруг прервали. – А сейчас влюблена ещё больше. Как и я, – Хлоя отметила своё появление поцелуем, не заставив гостей долго ждать, после чего с изумлением взглянула на фото. – Чтоб меня, задумка что надо! Как ты его достала? – У меня свои способы, – ответ сопровождала характерная застенчивая, но уверенная улыбка Макс. Девушка не поднимала глаз, робко избегая вида проявлений нежности между двумя влюблёнными. Дело в чувстве вины, последствиях того дурацкого "слабо", что случилось пару месяцев назад, или в простой скромности интроверта? – Откопала такое сокровище как истинный пират, а? Сдаётся мне, твой способ зовут Стеф, – Хлоя либо не замечала возникшего напряжения, либо решила не обращать на него внимания. Она бухнулась на диван рядом с Рэйчел, положив руку ей на плечи и притянув поближе к себе. Властно и оберегающе. Отлично. – Возможно, – Макс пожала плечами, так и не глядя на Хлою, покраснела, затем вдруг обрела серьёзный вид и взглянула на прижавшуюся друг к другу парочку. – Я хотела подарить вам что-нибудь, что символизировало бы новое начало для вас обеих. Дорогу, с которой уже не сойти. Это прозвучало так зловеще, что Рэйчел почувствовала, как встают дыбом волосы. Она бережно провела по рамке кончиками пальцев, чтобы не разрушить волшебное очарование фотографии, внимательно разглядывая ещё один прекрасный и удивительный подарок на день рождения. – Пути назад и впрямь нет. Атмосфера буквально разбилась вдребезги, когда раздался топот, а затем громкий стук в дверь. Стеф, наблюдавшая за девушками из угла кухни, была ближе всех ко входу в дом, но Хлоя вдруг оказалась у неё за спиной. – Чёрт, парни, вы охренеть как припозднились! – Мои извинения, долгая смена, – в коридор прошёл Дрю Норт, загородив собой весь свет и заняв всё пространство. Он всегда отличался внушительными габаритами и неустанно трудился над наращиванием мускулов, неудивительно, что он становился всё больше. Парень держал в руках ящик пива, будто тот совсем ничего не весил. – Примчался, как смог. – Он правда старался, – Майки выглянул из-за спины брата, благодаря которому всегда оставался в тени. Рэйчел быстро встала с дивана и подошла поприветствовать мальчишек, после чего твёрдо пресекла их попытки ретироваться. – Останьтесь, у нас есть торт. И пиво, – её улыбки было достаточно, чтобы убедить братьев Норт. По крайней мере, на какое-то время. И вот бутылки открыты, места заняты, в воздух взвилась пара тонких струек дыма. Дом наполнили смех, звон стаканов, шум болтовни, воспоминания, ненапряжная атмосфера. Обычный вечер в компании тех, кому не всё равно. Хотя бы настолько, чтобы поприсутствовать. Торт был подан, банальные песни спеты, одежда Хлои естественно заляпана при попытке есть руками. Обычное дело. Все разумеется обязаны были увидеть машину, навестить нового четырёхколёсного члена семьи, так что все прошли к гаражу, говоря Рэйчел, как ей повезло, что, конечно, было правдой. Майки был в шоке, Стеф – сдержанно впечатлена, Дрю – так взбудоражен, будто это было его собственное авто, а Хлоя – просто чертовски горда. Макс прикоснулась к алому зверю, сосредоточилась в решимости выудить что-то из памяти, услышать отголосок прошлого, но сдалась и учтиво поздравила именинницу. Рэйчел пообещала всем пробную поездку, а её девушка столь многозначительно на неё посмотрела, что гости воздержались от комментариев. Затем все вернулись домой. Вызывавший всеобщий интерес Дрю поделился своей непримечательной историей об исключении из колледжа и смене нескольких дерьмовых работ ради содержания отца и брата. Он работал на заправке, силясь скопить хоть на какие-то курсы, но о Блэквелле речи уже не шло. Печальный опыт полученной травмы и выздоровления преподал ему урок, и парень работал не покладая рук, не желая больше прибегать к другим способам заработка, пусть и имея такую возможность. При упоминании Фрэнка Рэйчел напряглась, Хлоя стиснула зубы, но никто, к счастью, этого не заметил. Дрю уже стукнуло 21, и он не жаловался на жизнь, хотя крах его надежд явно не прошёл бесследно. Тот, кому прочили будущее звезды спорта, вынужден был жить обычной жизнью, похоронив мечту. Рэйчел внимательно слушала его рассказ, сидя в объятиях Хлои и держа в руках бутылку пива. В голове кружился целый рой мыслей. Она помнила, каким целеустремлённым и уверенным он был, как дразнил других и похвалялся грядущим богатством. Один из самых популярных и выдающихся спортсменов превратился в среднестатистического молодого человека в рабочей одежде, который волнуется о счетах за свет, а не о следующем тачдауне. Её тоже ждёт подобное будущее? Или так случится со всеми присутствующими? А главное – так ли уж она против? Майки, до сих пор остающийся учащимся колледжа, попивал своё нелегальное пиво и помалкивал, не особо стремясь присоединиться к беседе. На вопрос о своих планах он ответил исключительно об окончании школы. Стеф заняла его обсуждением Dungeons and Dragons, отчего младший Норт, не привыкший к столь активному общению, немного расслабился. Откровенно говоря, этот вечер едва ли мог сравниться с вечеринками, к которым привыкла Рэйчел Эмбер, но её это нисколько не волновало – она наслаждалась каждым мгновением. Когда эльфы, драконы и планы на новую кампанию стали чуть ли не центральной темой, Дрю поставил пустую бутылку и поднялся. – Простите, юные леди, но нам правда пора. Мне с утра на работу, надо бы выспаться. Майки безропотно последовал за братом, и после полагавшихся возражений и пожеланий оба ушли. Пусть парни и не были красноречивыми ораторами, без их дыхания и доли тестостерона комната несколько опустела. Стоило Рэйчел закрыть за ними дверь, рассыпаясь в благодарностях и обещая ещё как-нибудь потусить, у неё зазвонил телефон. Она с тяжким вздохом взглянула на экран. Хлоя заметила в её глазах раздражение и тоже вздохнула. – Отвлечёшь гостей на пару минут? Надо перезвонить. – Ты знаешь, что не обязана, – Хлоя нахмурилась и приблизилась, чтобы украсть поцелуй. Она понимала, что это вовсе не так, но ей совсем не хотелось, чтобы Рэйчел расстраивалась. По крайней мере, сегодня. Эти телефонные звонки всегда были болезненными, нелёгкими и ни к чему хорошему не вели. – Знаю, малыш, – и снова тяжёлый вздох. – Пойду в нашу комнату. Рэйчел должна была со всей ответственностью соблюсти эту обязанность. Вовсе не горела желанием, но не могла больше откладывать. Она поднялась по лестнице и заперлась в спальне, заглушая приятный звон смеха и дружескую болтовню, чтобы позвонить тому, с кем не особенно хотела разговаривать. Отцу. – Привет, пап, – он почти тут же взял трубку, ожидая её звонка. Позади было несколько трудных месяцев, и они были не в лучших отношениях, но он оставался её отцом, её папой. Всё тем же человеком, что заботился о ней большую часть её жизни, порой не так, как следовало, порой поступая неправильно, и точка. Теперь он ждал. – С днём рождения, Рэйчел, – было слышно, что он дома, видимо, в новом особняке в Лонг Бич, в непосредственной близости от океана и жуткого трафика Лос-Анджелеса. Его слова эхом отзывались в просторных коридорах, наверняка отделанных камнем и мрамором в дурацком и фирменном калифорнийском стиле. – Спасибо, – девушка завернулась в одно из лежавших на кровати одеял, которое всё ещё пахло Хлоей. – И спасибо, что принял моё предложение. Она не могла обойти эту тему, ведь требование её исчислялось в тысячах долларов, а ответом на него были лишь две буквы с точкой: "Ок.". – Считай это… подарком ко дню рождения, – тон мужчины быстро превратился из нервного и фальшивого в более ожидающий и до раздражения понимающий. – Я рад, что ты решила закончить образование, и очень заинтересован в твоём дальнейшем выборе карьеры. И меня вполне устроили те условия, на которых мы сошлись. Это мудрое решение, пусть тобой и руководят эмоции. К слову о деньгах, я уже сделал первый перевод. Сегодня можешь ни в чём себе не отказывать. Деньги. Есть ли в мире что-то менее ценное? Рэйчел закрыла глаза и потянулась за сигаретой, вспоминая образ красной машины, ленивую голубую улыбку, восхитительный топлесс и белый песчаный пляж. Она даже не помнила, почему деньги были так важны. Чёрт возьми, Эмбер, ты всё больше влюбляешься в Хлою Прайс, идёшь на рекорд. – О, не откажу. Спасибо, пап, – она зажгла сигарету и вдохнула. Прекрасно. Финансовые вопросы обсудили, пришло время для милых праздничных расспросов. Ещё одна причина курить в ходе общения с родителями. Если у неё когда-нибудь обнаружат рак лёгких, виноваты будут они. – Как твои дела? – извечное невинное начало. – Всё отлично. Я не принимаю и прекрасно себя чувствую. Если он спрашивает о наркотиках, ответ должен его удовлетворить. Она как сейчас помнила, с каким отвращением он смотрел на неё, узнав о зависимости, о Фрэнке и его сомнительных дружках, когда ей предъявили фотографии, на которых она представала в недвусмысленных обстоятельствах в окружении этих людей. Рэйчел скорее бы умерла, но не показала их Хлое. Ещё одна глубокая затяжка, затем быстрая. В памяти всплыли грохот захлопнувшейся двери, позор, разочарование, резкие слова, летящие в неё деньги за молчание, пустота, потерянность, одиночество, мольбы о спасении. И спасение пришло, чёрт возьми. Её спасли во многих смыслах, а её отец отмахивался от малейшего упоминания о человеке, совершившем это чудо. Ад пуст. Все бесы теперь в Лонг Бич. – Как Мэдсены с тобой обходятся? Дым танцевал между девушкой и дверью, прокладывая серый извилистый путь, которым она проследует, когда все слова будут сказаны. Она спустится по лестнице, будет смеяться, улыбаться и пить дальше, окружённая любовью и защитой. Уже скоро. Рэйчел вдохновлялась этой мыслью, выдыхая очередную дорожную карту из дыма и надежд. – Мэдсены? Как с семьёй, – не зная, обидит ли его этот ответ, и сомневаясь в том, хочется ли ей его обидеть, она быстро добавила: – Они заботились обо мне и очень помогли в преодолении трудностей, – блин, слишком официозно. Вдох. Дым. Кончик сигареты вспыхнул. – Рад слышать, надеюсь скоро смогу поблагодарить их лично. Рэйчел… – мужчина вздохнул. Она почувствовала, что у него на уме есть что-то ещё, кроме простых пожеланий и кредиток. – Мне бы очень хотелось, чтобы ты погостила у нас в ближайшем будущем. Как я уже говорил, тут для тебя всегда есть место, несмотря на все наши прошлые ссоры и недопонимания. Мы с мамой очень по тебе скучаем. Да неужели. Он ведь уже заводил этот разговор, и ей пришлось сказать больше, чем следовало. Её отец использовал примерно те же слова и выражения, может, он записал где-то этот шаблон, чтобы не забыть, как формулировать просьбу. Как достучаться до неразумной дочери, часть один, первое издание, отпечатано в Аркадии Бэй, 2013 год. Рэйчел вновь хотела отказаться. Это больше не её дом, но она не в силах заставить себя разрушить все отцовские надежды на счастливый конец. Вернее, его версию счастливого конца, у неё имелась своя. И тебя не отпущу я. Не дам тебе я в одиночку двигаться вперёд. – Я подумаю. Я тоже скучаю. Девушка буквально слышала, как отец кивнул, как всегда кивал в те моменты, когда она была озабочена и неуверенна, так близка к тому, чтобы подчиниться его требованиям и правилам. – Если не хочешь ехать одна, можешь взять кого-нибудь с собой, – это что-то новенькое. И щедрое. Рэйчел чуть не прожгла одеяло, в сердцах подскочив на кровати. – Ты имеешь в виду Хлою? – решительное заявление превратилось в застенчивый, жаждущий шёпот. Ей порой было трудно выражать свои мысли. Тишина. Он не мог этого сказать. Не мог произнести её имени. До сих пор. Рэйчел знала, он винит её девушку во всём, что случилось, и не мог заблуждаться сильней. Она по уши вляпалась, это так, но тогда она была вдали от Хлои и в безумной беспечности искала новых ощущений. Он никак не мог понять, что причины скрывались в её собственной глупости. – Я имею в виду любого, кого ты пожелаешь взять с собой, – наконец ответил отец, отыскав золотую середину. Золотую для себя. Рэйчел грустно улыбнулась. – Спасибо, – искренне поблагодарила она. Настолько искренне, насколько могла. – Это много для меня значит. Для обоих этого было уже более чем достаточно. Ещё одна настойчивая просьба или жалоба, ещё один упрёк, и они как всегда рассердятся друг на друга. Сегодня её день, и он отнёсся к этому с уважением. Было приятно, что отец проявил его хоть к чему-то. – Хорошего вечера, милая. Ещё раз с днём рождения. Вот и всё. На сей раз без страха и накала страстей. Рэйчел, конечно, могла ждать большего, но мост уже строился, связь налаживалась. Ей нужно научиться сопротивляться, останавливать отца на полпути, давать ему понять, где именно она хочет быть. Каким-то образом. Рэйчел открыла дверь, готовая спуститься вниз и вновь окунуться в вечеринку, в кои-то веки не испортив себе настроение. Её родители уже на пути к признанию или, по крайней мере, к терпимости. Быть может, они никогда полностью не примут Хлою, но ей не хотелось подпитывать их большие надежды недосказанностью. Придёт время, и они всё поймут. Возможно. Когда-нибудь. Не сразу.

***

Хлоя проводила взглядом поднимавшуюся по лестнице Рэйчел. Обе знали, что её ждёт: очередной сраный звонок мудаку отцу, папашке-фашисту. Чёрт, тяжело придумать прозвище без оглядки на отчима. Когда девушка скрылась во тьме второго этажа, синеволосое беспокойство развернулась и прошла в гостиную, готовясь откалывать тупые шутки и раствориться в болтовне. Её встретили шёпот и нежные объятия: парочка пыталась свить себе личное гнёздышко на людях. Они с Рэйчел тоже не раз играли в эту игру. Макс уже сидела у Стеф на коленях, смущённо улыбаясь, обе время от времени обменивались поцелуями. Хлоя на минутку задумалась, когда подруга успела заменить кресло своей девушкой, но в присутствии Рэйчел у неё вечно терялась связь с реальностью. Стараясь не мешать, она помешала телячьим нежностям милой парочки, бухнувшись на диван и схватив пивную бутылку. – Сорян, Рэйч надо позвонить родителям. – Всё нормально? Слышала, там не всё гладко, – Макс хотела было вернуться в кресло, но Стеф крепко её держала. Хлоя сделала вид, что не заметила. – То так, то сяк. Радует, что они хотя бы не в городе, но сама знаешь, как бывает. У этих чопорных засранцев всё та же долбаная песня: вернись и будь примерной девочкой под нашей опекой, – она запустила пальцы в синие волосы, сделав долгий глоток. Было как-то нелепо сидеть, развалившись на диване как ленивый медведь, пока эти двое ютятся в кресле. Ну, их проблемы. – Только через твой труп, а? – Макс смотрела на неё, медленно поглаживая Стеф по руке в этом ободряющем жесте, который так нравился бесячим парочкам. – В точку, Максимус Прайм! Пусть засунут свои родительские чаяния себе в задницу и бегут в официальном калифорнийском марафоне за звание самых мудацких мудаков штата. Или страны, – она вдруг поняла, как сильно хочет выговориться о проблемах. Тупость. Это нехорошо ни по отношению к ним, ни по отношению к Рэйчел. Та всегда относилась к таким проблемам с уважением. – Бля, простите, ребят. Не стоит так о них. – Ничего, – голос Макс успокаивал и звучал понимающе. Она подвинулась, потянувшись к руке Хлои, но расстояние не позволило, да и слезать с коленей Стеф совсем не хотелось. Та притянула Макс ближе, расслабившись и явно наслаждаясь не самой удобной позой. – Сдаётся мне, вы обе непрочь отвлечься от реальности, – подмигнула Стеф, тактично сменив тему. – Мы тут подумали, может нам всем как-нибудь сыграть в DND? Майки будет рад встретить воскресшую Каламастию и пообщаться на задротском уровне. – Ты хотела сказать "на гейском"?” – Хлоя рассмеялась и почесала руку, оглядываясь в поисках пачки сигарет. – Не, было бы круто, обязательно надо воскресить эту сучку. Она адски безбашенная. Как думаете, кем играла бы Рэйчел? Какой перс ей подойдёт? – она ощутила на себе пытливый взгляд Стеф. Ах да, вопрос требовал пояснений. – Мне достался эльф-варвар, ты своё дело знаешь. Майки играет за какую-то магическую дрисню, Макс – рейнджер, который вечно ищет следы, а моей девушке ты кого приготовила? Стеф призадумалась, водрузив подбородок на плечо Макс, будто это помогало ей собраться с мыслями. Если бы на их месте были Хлоя и Рэйчел, им бы ничего уже не помогло, но у каждой парочки свои правила, верно? – Опасный вопрос, – наконец ответила она. – Может, она недоступная принцесса драконов, жаждущая вернуть себе трон? – Эта тема слишком ей подходит, плюс, она нынче очень избитая, – хмыкнула Хлоя, с удовольствием подмечая, что все влюблённые чем-то похожи. Отстойная идея, даже с учётом пива и позднего времени. Стеф могла придумать что-нибудь получше. Её подруге стало неловко, и она заёрзала на коленях Стеф. – Я не так хорошо её знаю. Зомби? – Зомби? – Хлоя нахмурилась. – Забавно. Но раз меня воскресят, мы будем адски клеевой парочкой. Они познакомились средь могил, заключили союз двух долбаных трупов и трахались на грёбаных небесах. Макс побледнела и дотронулась до носа, будто ожидая резкого кровотечения, затем залилась краской и попыталась спрятаться где-то между своей толстовкой и шеей Стеф. Внезапная смена цветов ужасала и умиляла одновременно. Хлоя прищурилась. Макс, видимо, отреагировала на слово "трахались", но люди ведь трахаются, да и она явно не отстаёт, так что стесняться тут нечего. – Ты должна быть кем-то другим, а не вести себя, как обычно, – Стеф заключила Макс в ещё более крепкие объятия. Служить и защищать, чёрта с два. – В этом вся суть. – Стеф, гей-Гэндальф, – снова хмыкнула Хлоя, теперь с долей иронии. Ей не хватало взгляда со стороны, этих мудрых и ободряющих слов, потому она сделала мысленную заметку о том, что со Стеф стоит потусить, особенно пока та не съехалась с Макс. Через пару недель собраться вместе будет значительно сложнее. – У меня много имён и много секретов, – Стеф от пива потянуло на философию. Того и гляди процитирует Шекспира или что-нибудь на латинском. Чёртовы интеллектуалы. – Это да. И много способностей, – Макс как всегда была готова поддержать. Девушки смотрели друг другу в глаза с идиотскими улыбками. Хлоя покачала головой. – Вы просто адски милые. Расскажите, как вы вообще начали встречаться и всё такое. Макс, ты мне так нихера и не рассказала, слишком занята была стенаниями от тоски по Стеф, чтоб тебя! Стеф улыбнулась ещё шире, особенно в конце фразы, и чмокнула Макс, которая насупилась, вспомнив об обстоятельствах, при которых впервые упомянула о своих отношениях. Вгоняющее в краску воспоминание о том беззаботном утре ещё долго будет преследовать её, а может и Хлою тоже. Ей до сих пор было интересно, как Рэйчел отреагировала на признание о случившемся, но вряд ли наберётся смелости прямо спросить об этом подругу. – Я же сказала, что у меня есть девушка, – почти шёпотом вымолвила она. Синеволосая зависимость наконец нашла новую пачку сигарет и закурила. – Ты не сказала, что твоя девушка... – Хлоя выдохнула облако дыма, – знаменитый советник кругов чёртова Блэквелла. Давааай, моя панкова жопа сгорает от любопытства. Где была ваша первая свиданка? – В галерее, – тут же отозвалась Стеф. – Ну ясен пень, и с чего я взяла, что в спальне Стеф. – Там было второе, – смущённо добавила Макс. Хлоя закашлялась и чуть не свалилась с дивана. Проклятая мебель должна была быть безопасной, но теперь девушка никак не могла занять прежнее положение. Она залила своё замешательство ещё одним затяжным глотком пива. Макс развеселились, в глазах её вспыхивали искры пиратского удовольствия. Люди ведь трахаются, Хлоя, и ты явно не отстаёшь, так что стесняться тут нечего. – Мда, пора мне заткнуться, – раздалось на удивление тихое синеволосое бормотание. После чего она была спасена, как раз в тот момент, когда Стеф чуть не умерла со смеху. Хлоя почувствовала, как ей на плечо легла ладонь Рэйчел, ощутила запах её духов и её присутствие. Ощущения усилились, когда её девушка села рядом и, привалившись к ней, забрала сигарету. Обстановка перестала быть столь неловкой, и мир стал целым, облачённым в белую футболку и красную фланелевую рубашку. – Прошу прощения, были семейные дела. У вас пиво осталось? – Рэйчел не выглядела расстроенной, но не стала давать Хлое никаких намёков и не ответила на вопросительный взгляд синих глаз. Пришло время алкоголя и обнимашек. Может, она поделится подробностями позже, наедине, освободившись от компании и одежды. Рэйчел не любила говорить о семье и никогда не распространялась о проблемах, оставляя их за закрытыми дверями. Так её воспитали. Но её девушка забывала, что ей не хочется это озвучивать. Рэйчел больно было объяснять это даже Хлое, но она ведь была ей семьёй, так? – Пиво? У меня есть пойло получше! – Хлоя сунула руку за диван и нашарила коричневый пакет с логотипом автозаправки, из которого выудила бутылку "Джек Дэниэлса". Дрю Норт, чертяка! – Чёрт, Прайс, ты и впрямь решила меня напоить! – Рэйчел театрально вздохнула как лучшая актриса года и потащилась в кухню за льдом и стаканами. Пришла пора прибухнуть.

***

Родителям надо учить детей не мешать пиво с виски, особенно после торта. Даже небольшое количество такого коктейля может быть предательски опасным, особенно в компании, да ещё с единственной ванной комнатой. Четверо девушек не понаслышке это знали, но ходили по тонкому льду, забыв о советах взрослых. Они ещё не зашли так далеко, но некоторые из них оказались в рискованном положении. Алкоголь смыл все преграды, видимые и негласные, и вечеринка, пусть со скромным числом гостей, вышла на новый уровень. Музыка громыхала, дым клубился в воздухе, а бутылка опустела в рекордное время. Хлоя придумала какую-то дурацкую игру, чтоб заставить гостей смотреть "Бегущего по лезвию" и активней налечь на виски, но Рэйчел не возражала, тайком подливая воды в их стаканы. Макс никогда не отличалась умением пить и не думала, что её девушка им обладает. Стеф отважно пыталась не отставать от Хлои Прайс, но в какой-то момент образумилась и сдалась, не продержавшись и пятнадцати минут. Она заслуживала благодарности за то, что прислушалась к голосу разума, но бутылочка пива временами появлялась в её руках, несмотря на угрозу. "Бегущий" тянулся непривычно долго, и Макс была не прочь размять ноги. Её тревога неустанно возвращалась, а мир продолжал едва заметно кружиться из-за действия коричневой жидкости, изобретённой настоящим дьяволом из Кентукки. Ей уже хватит, правда. – Стеф, ты не прогуляешься со мной? – Я с тобой схожу, – Рэйчел казалась на удивление трезвой и уже вставала с места, даже не рассматривая возможность отказа. Именно так Макс её и представляла, так её все описывали. Если Рэйчел Эмбер чего-то хочет, она это получит. Стеф неуверенно взглянула на свою девушку, но Макс лишь кивнула, будто говоря: всё хорошо, не волнуйся, детка, наслаждайтесь с Хлоей фильмом, можете посмотреть его пять раз подряд, если хотите. Ночная прогулка с Рэйчел не совсем вписывалась в её планы и ожидания, но отказывать имениннице было невежливо. А Макс не могла вести себя невежливо. Она даже не знала, как это. Парочки обменялись поцелуями на прощание. Один был милым и нежным, второй – страстным, томным и огненным. Девушки вышли из дома, закрыв за собой дверь и оставив возлюбленных у телевизора. Они шли тем же маршрутом, каким прогуливались Макс с Хлоей несколько недель назад в ходе их скомканной, не особо содержательной беседы. Звёзды, тишина, ночной ветерок – всё оставалось прежним. Мир повторялся из раза в раз. Чёртова Аркадия Бэй с её рамками, чёртов район, чёртовы дома… но Макс хотя бы знала, куда ведёт эта дорога. Она пристально смотрела на Рэйчел, впервые оказавшись с ней наедине. Даже на тёмной улице было трудно не заметить её естественной красоты, не любоваться её улыбкой, походкой и движениями. Пусть на ней была лишь фланелевая рубашка с парой разошедшихся швов, девушка будто вышагивала по подиуму. Рэйчел Эмбер была просто охренеть как восхитительна, Хлое очень повезло. Чертовски. Несмотря на мнимую беспечность, Рэйчел украдкой следила за Макс. Девушка казалась ещё меньше, чем была на самом деле, и так углубилась в раздумья, что пока не проронила не слова, будто затаив дыхание. – Макс? Мы можем поговорить? – заговорила Рэйчел, не в силах и дальше выносить эту тишину. Она напоминала похороны, а девушка не планировала умирать в ближайшем будущем. Рэйчел весь вечер была терпелива и ни слова не сказала о странных поддразниваниях, вырванных из контекста фразах и не раз звучащей двусмысленности. Она не сердилась, ничего не разбила, но хотела кое-что прояснить. По крайней мере, один вопрос. – Конечно. Неуклюжие шаги по тёмному асфальту. Неуверенные, но ровные. Неторопливые. – Макс, насчёт того письма… – Да, я слушаю, – Макс внимательно изучала свои кроссовки, не глядя на собеседницу, избегая и уклоняясь. Если бы в Рэйчел Эмбер ударила сраная молния, она всё равно не подняла бы глаз. А эта девушка якобы умеет совладать с огнём. – Оно до усрачки меня напугало, – Рэйчел зажгла сигарету. Завтра её голос сядет от такого количества сигарет, ну и хрен с ним. – Может, объяснишь поподробнее? Макс какое-то время молчала, вот так сюрприз – размышляя. Шаг за шагом, мысль за мыслью, она наконец ответила: ¬"Даже не знаю, насколько мне это удастся". Рэйчел медленно кивнула, вдыхая дым. – Не хочу лезть в твои дела и очень ценю твой жест, но если этот Джефферсон так опасен, может, заявить на него? Например, в полицию? – Полиция бывает продажной, Рэйчел, – Макс грустно и как-то неприятно усмехнулась. – Подобными заявлениями можно накликать беду. К тому же, у меня нет доказательств, ничего, что развеяло бы все сомнения. Они решат, что у меня паранойя. Шаг, другой, третий. Макс совсем не нравилось направление. – Если он настолько конченный, должен быть выход, чьи-нибудь показания, что-то, чем мы сможем воспользоваться. – Мы? – гром не грянул, но Макс наконец заглянула в ореховые глаза. – Рэйчел, я же предупредила, чтобы ты в это не лезла. Не приближайся к нему, это не шутки. Ни к нему, ни к Прескоттам… Макс даже не заметила, что они остановились и теперь стоят друг напротив друга. Ей всегда казалось, что Рэйчел должна быть выше, но нет, они были почти одного роста, так что избежать её пронзительного взгляда было совсем непросто. – Стоп, теперь это касается и Прескоттов? – та чуть не поперхнулась дымом. – Ох, чёрт, – простонала Макс, теперь с явным раздражением. Ещё один шаг, ещё один посыл и она перейдёт черту. – Просто держись подальше. Можешь просто стоять в стороне, ни во что ни ввязываясь? Сказать такое Рэйчел, пожалуй, было ошибкой. Нет, это определённо ошибка, и точка. Блондинка нахмурилась и сердито стряхнула пепел. – Макс, если кто-то причиняет людям вред, его нужно остановить. Ты не можешь слать письма каждой, кто оказался в опасности, не можешь просто всех предупреждать, тебе не спасти мир в одиночку. Это так не работает. Он всё-таки учитель, твою мать. – Я над этим работаю, – пробормотала девушка, сомневаясь, стоит ли им идти дальше или лучше повернуть назад. – Работаешь? – А что? – прошипела Макс яростней, чем хотела. – По мне и не скажешь, что я на это способна? Ещё одна затяжка, так же, как вечно делала Хлоя. Долгий вдох, резкая пауза, поглощение и долгий серый выдох. На этот раз в сочетании с покачиванием головы. – Я не это имела в виду. – Я знаю то, что тебе неизвестно. Моя близкая подруга… – Макс отвернулась, её голос дрогнул, ей пришлось взять себя в руки. – Вернее, несколько подруг пострадали от его рук. Скажем так, полиция им не поверила. Всё хуже, чем ты думаешь, Рэйчел, и на данный момент предупреждение – это всё, что я могу предложить, – её способность говорить вновь оказалась под вопросом. Она дотронулась до носа, просто чтобы проверить, удостовериться в том, что Рэйчел не станет свидетельницей кровавой бани и не услышит неловкую просьбу о помощи. Всё было в порядке. Пока. Тишина. Изучающий взгляд ореховых глаз. Никто не сдвинулся с места. – Хорошо, – долгая затяжка и едва заметное пожимание плечами. Прогулка могла продолжиться, но обе развернулись и пошли к дому. Безмолвная недосказанность не планировалась и не обсуждалась. Больше не о чем было говорить, не осталось возможностей для вопросов. Макс глубоко дышала, ей стало легче. Они хоть о чём-то договорились. Всё-таки. Она ещё раз посмотрела на Рэйчел, ещё немного рассерженная и ещё под впечатлением от её общества, её завораживающей красоты. Неудивительно, что Хлоя так сильно в неё влюбилась, продолжала влюбляться и никогда не сможет остановиться. Рэйчел была для неё целым миром, даже чем-то большим, она это понимала и этим руководствовалась в своих планах на жизнь. Принцесса-блондинка любила синеволосую пиратку и была любима в ответ. Макс не нужны были объяснения, карта сокровищ или любые иные доводы, чтобы понять, почему эти двое вместе. Это, чёрт возьми, очевидно, ведь… Да блин, просто посмотрите на неё. – Хлоя не выживет без тебя, – пробормотала она, не до конца уверенная, что Рэйчел её слышит. – Ты ведь это знаешь? – Я никуда от неё не денусь, – прозвучал ответ. Прямой, твёрдый, обоснованный. Ей уже задавали подобный вопрос, и он вызывал только раздражение. И хорошо. Хорошо для Хлои, верно? Девушки всё ускоряли шаг и уже начали торопиться. Рэйчел хотелось поскорей покончить с этим разговором и всеми секретами, ей нужен был хоть один спокойный вечер без погружения в свои самые жуткие предсказания. Но Макс вдруг ни с того ни с сего взорвалась. – Да, я понимаю. Это хорошо, – с каждым шагом, каждым взглядом на Рэйчел она всё больше распалялась. Та не понимала, почему, и не хотела вникать в крывшиеся за этим причины. – Только не дай никому отнять её у тебя. Не рискуй, чёрт возьми. Доверься мне, Рэйчел, – гневная пауза, – на этот счёт. – Доверюсь, – такая же пауза, – на этот счёт. Но если узнаешь что-то ещё, сообщи мне. Я могу помочь. У меня есть возможности. – Может есть, а может и нет, – Макс пожала плечами и съёжилась. Что-то подсказывало ей, что Рэйчел может сотворить какую-то глупость. Что-нибудь бесшабашное – спалить половину Национального парка или что-то типа того. К счастью, они уже почти пришли. – Не волнуйся, буду держать тебя в курсе. Побегу в дом, если ты не против. Стеф, наверно, меня обыскалась. Она чуть ли не бегом припустила к двери, не думая о том, грубая она, вежливая ли, или какой там ещё её хотят видеть. – Что ж, хорошая мысль, – донёсся до Макс голос Рэйчел, когда она уже пересекала порог. – Я сейчас вернусь.

***

Вечер подходил к концу. Фильмов для просмотра и пересмотра не осталось, желудки не вмещали больше выпивки, а в горло уже не лез сигаретный дым. Все устали и, уютно устроившись, пытались растянуть время ещё хоть словом, хоть одним вопросом или дурацкой шуткой, чтобы просто подольше побыть вместе и получше запомнить этот вечер. Пусть временами он казался напряжённым, он удался. Но когда все интересные темы уже обсудили и над всем посмеялись, пришлось вернуться к скучным житейским вопросам. Хотя это было приятно, как всегда бывает в компании друзей. – Жаждете встречи с Блэквеллом и компашкой Виктории Чейз? – Стеф явно начала трезветь. Она проиграла соревнование с Хлоей, но главное – сохранила достоинство. Теперь она обнимала свою уставшую и зевающую девушку и наверняка думала о возвращении в кровать, не планируя никаких увеселений. Школа всегда была безопасной. Хотя Виктория Чейз могла внести свои коррективы. – Не особенно, – Рэйчел держала в руках руку Хлои, переплетая её пальцы со своими, чувствуя её прикосновения, её близость. – Она уже начала трепать мне нервы, тренируется перед началом сраной учёбы. Мне как-то пофиг на популярность. Все уже о ней забыли, и меня это устраивает. Хлоя улыбнулась и сильнее прижалась к ней. – Я бы не была так уверена, – Стеф освободила одну руку и потянулась за стаканом, с недавнего времени налегая на воду. – Все помнят и тебя, и то, что в Блэквелле была только одна королева. Её фамилия золотыми буквами вписана в историю и гласит "Эмбер". – Пока Эмбер, – ухмыльнулась Хлоя и допила пиво. Смысл сказанного дошёл до Рэйчел не сразу: она думала, что речь идёт о Виктории Чейз или обстановке в академии, как вдруг её осенило. Её девушка, этот синеволосый чертёнок, подмигнула, что-то промурлыкала и чмокнула её в ухо, делая вид, что подкол насчёт фамилии – просто пустяк. Но Хлоя чувствовала, что в воздухе повис немой вопрос, ожидание подтверждения, потому театрально вздохнула и закатила глаза, демонстрируя, что вовсе, мать вашу, не пьяна. И да, абсолютно серьёзна. – Не пугайся. Пока, – шепнула она. Океан счастья в глазах Рэйчел заставил девушку забыть обо всём, даже о том, что они не одни. Хлоя снова забылась, убирая светлые волосы со лба любимой и пытаясь выдавить из себя глупую пиратскую улыбку, но вместо неё вышла смущённая и любящая, так похожая на ту первую предназначенную Рэйчел улыбку на рок-концерте трёхлетней давности. Они не могли отвести друг от друга глаз. – Эм, неужели письмо о такой новости затерялись на моей почте? – Стеф всегда была мудрой девушкой, и ей не понадобилось много времени и размышлений, особенно при виде этой парочки. Макс же была растеряннее всех, сперва не в силах обработать информацию в силу усталости, а затем вытаращив глаза. – Блин, серьёзно? Вы хотите пожениться? Это потрясно! – Не будем торопиться, – Хлоя пожала плечами, смущённая подобным заявлением на публике, и ещё крепче приобняла застеснявшуюся девушку. – Может, как-нибудь… организуем. Она избегала пристального взгляда Макс. Рэйчел – наоборот. Она видела, как отстранённая подруга Хлои напряглась и занервничала, разрываясь между тем, чтоб порадоваться вместе со всеми, или углубиться в тревожные мысли. Это было напряжно, непонятно и капец как странно. Но как следует проанализировать ситуацию Рэйчел не удалось – на неё обрушился поцелуй. Пылкий, страстный, не для посторонних глаз, слегка неуклюжий, но чертовски любящий. В этом вся Хлоя: сперва оказывается во власти грусти и смущения, а потом сжигает себя дотла. Рэйчел Эмбер всегда соблюдала приличия и была учтива с друзьями и гостями, но теперь просто растворилась в своей девушке, отвечая ей пламенным жаром. – Чёрт возьми, Прайс, ты на коне. Теперь наш подарок кажется ещё актуальней, – Стеф чуть закашлялась, пряча улыбку. Эти двое всегда были отчаянными, но ей ещё не доводилось видеть их страсть воочию. Не до такой степени. – Точно, Стеф, – Макс нежно её поцеловала, не горя желанием наблюдать за зрелищем. – Точно, – она зевнула и потянулась. – Поздно уже. – Ага, – Стеф смотрела, как Хлоя и Рэйчел забылись в очередном жарком поцелуе. – Пора двигать домой. Не поспоришь.

***

Придётся как-то загладить вину перед гостями позже. Хлое было неловко провожать их до двери, будучи невыносимо возбуждённой и даже не пытаясь это скрыть. Они восприняли это спокойно, откалывали пошлые шутки и смеялись над сладкой парочкой. Макс не отводила от Хлои изучающего взгляда. От этого становилось, мягко говоря, неуютно, и как бы Хлоя ни любила этих двоих, облегчение было первым, что она ощутила, закрыв за ними дверь. Рэйчел, наверно, прибирается в кухне. По идее, сегодня этим должна была заняться Хлоя, но девушки понимали, что добром это не кончится, и Джойс будет крайне недовольна. Главное – уничтожить следы разлитого ликёра, сделав вид, будто ничего противозаконного не случилось. Мэдсены, конечно, всё равно не поверят, но попытка не пытка. Когда Хлоя вернулась, ни на кухне, ни в гостиной никого не было. Её девушка пропадала на заднем дворе, видимо с тем, чтобы выкурить последнюю на сегодня сигарету. Ей нравилось стоять там, поглощая прохладу орегонского лета, скрывшись от окружающей действительности, оставшись наедине со своими мечтами и мыслями. Хлоя, как и ожидалось, вмешалась в этот процесс. – Надеюсь, сюрпризы тебе понравились, – девушка со скрипом открыла раздвижную дверь, присоединилась к стоявшей под звёздным небом Рэйчел и тут же нашла способ практически инстинктивно скользнуть в её объятия. Хлоя допивала последний праздничный бокал. Пусть это была вода с небольшим добавлением алкоголя, напиток всё равно освежал. – Тот ещё денёк. Сюрпризы адски понравились, особенно этот, – она ткнула Хлою в грудь. – Это данность. – Нет. Я больше не буду воспринимать тебя как данность, – усмехнулась Рэйчел, освободилась от объятий и привалилась к стене. – Может, это ошибка, – Хлоя забрала из её пальцев грустную, наполовину выкуренную сигарету, и это даже сошло ей с рук. – Ошибку я узнаю, ты уж поверь, – тихий вздох. – Спасибо за этот день, малыш. Хорошо, что ты пригласила Стеф с Макс, было круто потусить с ними, пока нет родителей. И с мальчишками. Хлоя почему-то почувствовала себя глупо. Может, Рэйчел говорит так из вежливости? Они обе привыкли к безумным тусовкам, танцам и выпивке ночь напролёт в окружении десятков людей, потенциальных или мнимых друзей, врагов и чёрт знает кого ещё. Сегодняшний междусобойчик не идёт ни в какое сравнение, это глупо. Может, Рэйчел хотелось бы пригласить кого-то другого? К примеру… не Макс? – Не за что, – Хлоя шмыгнула носом, виной тому было двигавшееся с Аляски похолодание. – Знаю, ты привыкла к более насыщенным выходам в свет, но мне показалось, у нас был хороший повод просто остаться дома и выпить, – необходимость пояснений тоже казалась глупой. Мягкое прикосновение пальцев Рэйчел к её щеке показало, как неразумно было сомневаться в том, что сюрприз удался на славу. Её девушка была довольна, но, к невероятному удивлению, слишком спокойна. Может, её смутил всплеск их страсти на глазах у друзей? Или дело в том комментарии насчёт её фамилии… – Малыш, всё было идеально, – Рэйчел констатировала факт, развеяв все сомнения одной-единственной фразой и лукаво подмигнула. – Только не набрасывайся на меня на людях. Это не вписывается в рамки и не особо приветствуется. – В пизду рамки, – Хлоя, как водится, пожала плечами. – К тому же, разреши мы им остаться чуть дольше, и они бы занялись тем же самым. В тихом омуте черти водятся, я чувствую, – девушка подмигнула в ответ, вспоминая о нежности и напряжении между Стеф и Макс, что вновь принесло с собой тревогу и заставило потянуть шею, чтобы Рэйчел не видела промелькнувшую по лицу тень. Если именинницу и посещали мрачные мысли, они были точно не об этой парочке. Соблазнительная улыбка заиграла на губах Рэйчел, становясь всё шире, несмотря на попытки отругать их обеих. – Возможно, но я предпочитаю, чтоб меня не прерывали во время таких поцелуев. Тебе хотелось покрасоваться, я понимаю, и я с радостью отозвалась на твоё желание, но не думаю, что ты раскрыла бы дорогим гостям все наши секреты. – Я не такая извращенка, – Хлоя ещё раз шмыгнула носом. Аляска, чтоб тебя. – Да ладно? – Рэйчел нахмурила брови, но улыбка не сходила с её лица. – Странно. Завязать мне глаза в обществе родителей было не моей идеей. Обе захихикали, а затем одновременно затихли, вспоминая, о том, что случилось до и после той ситуации. Прохладный летний воздух вмиг стал чуточку теплее. Хлоя могла поклясться, что несколько звёзд им подмигнули. – Это другое, – рассмеялась она, когда тёплый ветерок провёл по её волосам. – Хотя я бы не отказалась завязать тебе глаза в другой обстановке. – Ты обещала наручники. – Ага, – чёрт, у неё ж есть зажжённая сигарета, можно и затянуться. – Если ты правда хочешь… – Ну, как сказать… – Рэйчел на время призадумалась, пробуя эту идею на кончике языка, изучая возможности, планируя осуществление процедуры. – У Вас есть ордер на арест? Не отходя от стены, она придвинулась ближе в своей хитрой манере совершать невидимые шаги в сторону Хлои. – Эти твои юридические замашки… – девушка закатила глаза. – Зачем он мне? Я же тебе сегодня кое на что намекнула. Последняя фраза была сродни сбросу ядерной бомбы. Тишина снова заключила девушек в свои объятия, но была тёплой, не страшной, наполненная скорее предвкушением и застенчивым счастьем, чем сексуальным возбуждением. Хлоя хмыкнула, не зная, как реагировать, насколько серьёзный вид принять, чего от неё ждут и почему ей вечно нужно разбираться со всем сразу. Понятно, что она хочет прожить с любимой всю жизнь и не представляет себя без неё, преданность не вызывает сомнений, но слово "брак" вгоняло в ступор. Будто это перебор, бег впереди паровоза, вернее, её неслыханного везения. – Намекнула, – она всегда заправляла прядь волос за ухо, когда слишком стеснялась ответить искренне. Рэйчел почти не позволяла миру видеть проявлений своей уязвимости, пусть значение этих жестов было известно лишь Хлое. – Я серьёзно, – синеволосое замешательство взглянуло на неё. – Без шуток, – подтверждение прозвучало быстро, слишком нетерпеливо. Раздался вздох. – Мне до усрачки страшно, но да. Придёт время. Было трудно признаться, что для неё это не пустяк, а настоящее испытание, внутренняя борьба. Она ждала, что Рэйчел нахмурится, отступит, задаст насмешливый вопрос, станет давить на неё, выпытывать прочие страхи и секреты, но нет, не сегодня. Дело в дне её рождения или в том, что она уже поняла, какими дебильными бывают такие беседы? Может, это просто магия дня. В ответ прозвучал неуверенный шёпот. – Почему страшно? – Я никогда не думала, что стану настолько нужна тебе. – Почему? – опять. Хлоя не могла вынести такого напряжения, странного равновесия между нежностью и болезненной тревогой в голосе Рэйчел, потому сделала то, в чём преуспела больше всего. Взорвалась от гнева и нерешительности. – Почему? Это сегодня твой любимый вопрос? Разве не очевидно? Я Хлоя Прайс, а ты грёбаная Рэйчел Эмбер, – получай, прекрасное чудовище. – Пока Эмбер, – Рэйчел гладила девушку по руке, успокаивая и подбадривая. – Когда-нибудь, когда ты перестанешь сверять наши паспорта, дурында, может, поймёшь, почему у меня сносит от тебя крышу. Со временем. И я больше не хочу, чтобы ты жила в страхе и сомнениях. Я здесь, с тобой, ясно? Рэйчел и вправду была с ней и никуда не уходила, но всё развивается слишком быстро, бог ты мой, Джойс была права. В прошлом году отношения трещали оп швам, они спорили, шипели, ругались и трахались как безумные при первой возможности. Потом появился Фрэнк, наркотики, перебор с наркотиками, слишком много бессонных ночей, резких слов, всё это навалилось, а теперь Рэйчел превратилась в идеальную влюблённую, заботливую, умеющую слушать и поддерживать как никогда раньше. Блин, она всегда была любящей и всегда будет любима в ответ, но Хлоя боялась, очень боялась, что это чёртово чудо не будет длиться долго, что всё опять начнет рушиться, а её нужды и страхи будут забыты, растворятся в самоуверенности и требовательности блондинки. А брак… Когда-нибудь, спустя время, если всё будет хорошо, если всё останется на своих местах. Если Рэйчел не бросит её, сев за руль своей новой, блестящей, красной машины. Хлоя почувствовала, как глупо было ставить в известность Макс и Стеф, хвалиться тем, что займёт время. – Ясно. Но всё не так просто, – кивнула она, не желая вдаваться в подробности. – Знаю. Мы всё решим. Вместе, – ещё один ободряющий жест, очередная вдохновляющая улыбка. Неужели это её новая жизнь? Эти слова уже звучали. Звезды вновь им подмигнули, но уже менее игриво. Рэйчел была рядом, гладила её по руке, попивала из её бокала, размышляя о том, где стоит свернуть, как сильно жать на газ, где притормозить и с какой скоростью перестроиться. Нужная дорога совсем рядом, но они ещё не вырулили на неё. Пока. Была ещё одна тема, не дававшая ей покоя, тема, которую нужно затронуть, даже если время и место не очень тому подходят. Давняя заноза, ржавый гвоздь под колёсами, расшатанная пружина, от которых путь становился ещё более ухабистым и тернистым. – Можно кое о чём тебя спросить? – Конечно. В чём дело? Рэйчел забрала назад свою сигарету, затянулась и вернула её Хлое. Она не выглядела сердитой или обеспокоенной и скорее просто интересовалась, а не пыталась разжечь очередную ссору. Хватит с неё драмы, пора покончить с ней, так что легче всего – просто спросить. Так ведь? – Тебе порой супернеловко рядом с Макс, а она становится несколько… напряжённой. Ты пытаешься что-то доказать, она – принять вещи такими, какими они есть, и… Такое чувство, будто что-то не так, у вас какое-то недопонимание, соревнование в том, кто кому сделает больнее, или что-то ещё. Стоит мне волноваться по этому поводу? Хлоя глубоко вдохнула сквозь стиснутые зубы, непроизвольно издав звук, похожий на шипение, переменила позу, оперлась сначала на правую ногу, потом на левую. Она не ждала такого вопроса сегодня, а может быть, никогда, но понимала, чем он вызван. Этим вечером действительно было несколько напряжных моментов, и ситуацию не спасало даже присутствие Стеф. Стоит ли Рэйчел волноваться? – Конечно нет, – Хлоя решительно затрясла головой. – Макс теперь в отношениях, скоро переезжает, и вся фигня. Она даже подарила тебе наше первое фото, так что… – Я в курсе, – Рэйчел прервала ненужный поток фактов и очевидных заявлений. – Мой вопрос не об этом, – добавила она всё тем же ровным, спокойным тоном. На самом деле, Хлоя была в сомнениях и растерянности. Она любит Рэйчел больше жизни, но при виде Макс с кем-то другим становится встревоженной, неуверенной и какой-то потерянной. Будто маленькая деталь уже не подходит к пазлу, будто что-то пропало, будто маленький камешек попал в обувь. Ясно, что идти это не мешает, но с каждым шагом камешек раздражает всё больше. Она с этим пока не разобралась, даже не пыталась, слишком нервничала и парилась по этому поводу. Макс ей больше не подруга, не любовный интерес, не безобидная интрижка. Она вернулась в жизнь Хлои со странными заявлениями и кучей загадок, будто чужой человек, с которым их объединяли детские воспоминания, а не человек, с которым сохранялась особая связь. Общество Макс вызывало некий диссонанс, совсем другие ощущения, нежели в детстве, и даже присущая Хлое беспечность не позволяла ей свыкнуться с этим и жить дальше. – Так к чему ты клонишь? – спросила девушка, прикончив сигарету, изо всех сил стараясь казаться довольной и беззаботной. Рэйчел вздохнула. Она не была уверена, понимает ли Хлоя, что вопрос доверия касается их обеих, что обеим нужно делиться и выговариваться, чтобы всё складывалось, как надо. Даже если эти беседы неприятны и способны пробудить дремлющих демонов и старые страхи. – Просто хочу знать, есть ли у тебя к ней чувства. Ты поняла, какие. Идеальная девушка чересчур идеальна и наблюдательна. Хлоя хмыкнула и покачала головой. На этот вопрос легко ответить. Её загоны насчёт Макс не были величашим страхом Рэйчел Эмбер. – Нет, ни в коем разе. Кое что было, но было тупо "на слабо". Я же говорила. К тому же, она была в твоей одежде, что уже адски о многом говорит. Ничего особенного не случилось, – она беспомощно развела руками. – Ладно, верю, – её руку сжала любящая, спокойная, доверительная рука. – Правда? – Хлоя недоумённо моргнула. Она ожидала допроса, гнева и пламени, бури ревности и тирады о честности. Но Рэйчел просто смотрела на неё, не выпуская из рук пустой бокал, готовясь выслушать любую проблему, которой её девушка захочет поделиться. Она была здесь, рядом, и Хлоя склонила голову, чувствуя себя предательницей. Рэйчел ещё какое-то время не отводила взгляд, поигрывая бокалом, обводя пальцем хрустальный орнамент, взвешивая время и свои сомнения, обуздывая ревность. Здесь скрывается нечто большее, ждущие решения задачи, неведомые тайны и взаимосвязи, но Хлоя любит её, что не раз доказывала. Стоит ли затевать ссору из-за каких-то пустяков? Сомнения хороши, когда они в меру. Верно? Рэйчел вздохнула и направилась к двери. – Разве у меня есть выбор? – спросила она, прежде чем её рука выскользнула из руки возлюбленной. – К тому же, я тебе доверяю, Хлоя. Я доверяю тебе свою жизнь. ______ * Arm candy – очень привлекательная спутница, которую берут вместе с собой на мероприятия, чтобы впечатлить окружающих.