Stars of California

Мы творим иногда столько дерьма, даже не осознавая. Чонгук быстро доехал до клуба, не обращая внимания на красный сигнал светофора и камеры на перекрестках. У него было чувство, что, если он не поторопится, не успеет напиться. То есть, немного выпить. Так он утешал себя в дороге. Но забыл об обещании самому себе, как только зашёл внутрь. Музыка била по ушам и гулко раздавалась в груди, казалось, сердце стучит в её бешеном ритме. Алкоголь бил в голову ежесекундно, травка подкрепляла этот эффект. Чонгук напился по самое не хочу и теперь, лёжа на коленях какой-то девушки, курит косяк в VIP-зоне. - Детка, позови Юнги сюда и принеси мне чего-нибудь выпить. - Зайчик, может тебе уже хватит? - Я сам решу, когда мне хватит. И не называй меня так. Она хмыкнула и неосторожно встала. Парень зашипел, но больше никак недовольства не показал. В конце концов, он возможно видит её в первый и последний раз, зачем тратить на неё свои нервы, которые и так ни к черту. Юнги пришёл спустя некоторое время недовольный: - Мелкий, я тебе не девочка по вызову. - Хён, пожалей меня, - неожиданно сообщил Чонгук. - Что случилось опять? - он присел рядом с младшим, который упер локти в колени и опустил голову. - Я, похоже, не нравлюсь Хаён. - Ты о чем вообще? - Я поцеловал её сегодня. - И? - А она сказала: «Я подумаю». - И? - Да что ты, блять, заладил? И я хочу, чтобы ты побухал вместе со мной. - Мелкий, прости, но сегодня я не могу. Куча работы. - Друг называется... - Чонгук, ты же знаешь, что, если я занят, я действительно занят. Давай я напишу Чимину. - Напиши. Мне он не ответил. Юнги вышел в служебное помещение, где было потише, и долго не выходил. Чонгук уже забыл про него и снова погрузился в мысли. Виски не смог выбить из мозгов ни Хаён, ни поцелуй. Юнги вернулся. - Чимин сказал, что как раз собирался сегодня ко мне заглянуть. Сказал, у него для тебя подарочек. - Какой? - А я откуда знаю? Ладно, не умри только с горя, окей? - Обойдешься, я не слабак. Юнги похлопал по плечу друга и спешно ушёл к себе в кабинет. Чонгуку принесла виски та самая девушка. - Наконец-то. Где тебя носило? - Чонгук, я не твоя служанка. Иди нахуй со своими запросами, понятно? Поебись сегодня с кем-нибудь другим. - Ну и уёбывай! - грубо сказал он ей вслед, - Блять... Он снова опустошил стакан, горло обожгло. Чонгук не планировал убиваться из-за Хаён. Но его мозг решил иначе, раз подкидывал воспоминания о ней снова и снова. В прострации он провел бог знает сколько, но Пак наконец пришёл. И не один. - Чонгук-и! А я к тебе с подарками! - Здарова, Чим, - они пожали руки, Чон оглядел девушек за спиной друга, - Нахуя ты их притащил? - тихо спросил он. - Я подумал, что было бы неплохо устроить групповушку, они профессионалы в этом деле. - Ладно, моя светленькая? - Всё как всегда, Чонгук-и. Ты ведь не изменяешь себе? - Нет, конечно. - улыбнулся Чон. Девушки - кукольной внешности американки - корейского, конечно, не понимали, так что шептаться, было излишне. Пальцем Чонгук подозвал ту, что блондинка, мило улыбнулся, садя её себе на колени, и начал бессмысленный разговор. Он узнал, что её зовут Джессика и ей 21, сам он соврал, что ему 23. В принципе, эта информация ему никак не пригодится, но вот ей точно придётся запомнить его имя, чтобы выстанывать чуть позже. Чимин быстро захмелел и разговорился: - Чонгук-и, тебя отшили значит? - Юнги-хён проболтался? - Ага. Это реально так? - Нет, она сказала, что подумает, - Чонгук скривил рот, - Да похуй на неё. Давай отдохнём сейчас, я заебался думать о ней. - Наш Чонгук-и влюбился? - засмеялся Чимин. - Чим, тебя давно не били? - Ладно-ладно, отстану, но это только потому, что у меня завтра фотосессия. Они перекидывались изредка шутками на английском и смеялись вместе с девушками. Далее Пак предложил перейти к «самому интересному», но у Чонгука на часах показывало уже четыре утра и он отказался. - Я знаю, что ты справишься и за двоих, Чим. - Чонгук-и, ты кидалово! - надул и так пухлые губы Чимин. - Да-да... Они попрощались, и Чонгук взял такси, ибо был не в состоянии даже нормально ходить, не запинаясь об каждый угол. Он заплатил водителю 100$ одной купюрой, чтобы тот ещё два часа катал его по городу. Он трезвел и смотрел на мигаюшие за окном витрины и вывески. Пытался вслушиваться в музыку по радио и ни о чем не думать. В шесть утра он завалися в свою кровать, не раздеваясь, и уснул крепко. Снов он не видел. В десять утра Хаён выползла на воздух. Её дробил холод, она никак не могла согреть ледяные конечности. От мерзлоты весь сон отбило, и она села на кровати, спустив ноги на тёплый пол, протёрла глаза. «Чонгук, прости...» - думала она, укладывая вещи в чемодан. Она не может, не может снова позволить себе влюбиться. Flashback Холодный ветер пронизыввл улицы заснеженного Сеула, жители города тихо ругались под свои заалевшие носы, кутали руки в перчатки, а лица в шарфы. Но Хаён светилась изнутри. Она никогда не была так счастлива, глаза горели, улыбка почти не покидала её лица, она почти прописалась в квартире Тэхёна. Приходила каждый день с утра и выходила из его машины около своего дома поздним вечером. Маме она сказала спустя две недели, когда они смотрели передачу по телевизору, сидя на диване в гостиной. - Ты чуть ли не прыгаешь. Что случилось? Выкладывай, - с поддельной строгостью, улыбаясь, спросила мать. - Ну, у меня это, ну, парень появился... - Что?! - охнула женщина. - Только не сердись! Он правда хороший и... - Кто же этот счастливчик? - растянула губы в улыбке мама Хаён. - Ты не злишься? - Почему я должна? Глупости! Давай, расскажи мне о нем. - Это Тэхён, тот самый механик, ему вот 22 года недавно исполнилось. Он очень хороший, добрый, мам, он заботится обо мне и... - Он не слишком взрослый для тебя? - нухмурилась она, стискивая ладони Хаён. - На самом деле, он еще такой ребёнок, совсем не ведёт себя как взрослый. - Я не об этом, а о, ну, ты понимаешь... - Мам! - Хаён покраснела, но поспешила её успокоить: - Мы... Мы не торопимся с этим и... Он меня очень уважает. - Ты в нем уверена? - Мы были и остаёмся хорошими друзьями. Я в нем уверена на все сто. - Что ж, хорошо, я доверяю тебе. Может, пригласишь Тэхёна к нам поужинать в эту пятницу? - Правда?! - обрадовалась девушка. - Конечно, я буду рада с ним поболтать. - Сейчас я позвоню ему, подожди. Женщина кивнула и продолжила смотреть шоу, пока Хаён искала телефон в своей комнате. Вскоре она слушала муторные гудки, но Тэхён быстро ответил: - Привет, Хаён-а! - радостно заговорил парень в трубку, - Всё хорошо? - Тэхён... Я все рассказала маме. - Правда? Как она отреагировала? Все плохо, да? - Нет-нет, она была очень рада. Я звоню, чтобы позвать тебя на ужин в эту пятницу. Мама хочет с тобой поближе познакомиться. - Что-о? Я так рад, Хаён-а! Во сколько мне приехать на ужин? - довольно и радостно поинтересовался он. - Думаю, в шесть. Только не наряжайся, хорошо? - Мне прийти прямо в рабочем комбинезоне? - засмеялся Ким. - Ты меня понял. Ладно, я пойду. До пятницы, буду ждать, - она улыбнулась в трубку, но Тэхён почувствовал по интонации её искрящуюся нежную улыбку. - Обязательно приеду. Пока, Хаён-а. Казалось, им не хватает «люблю» в конце телефонного разговора, но они только не давно сошлись. И действительно не торопятся. Вечером пятницы ужин прошёл на ура. Мама Хаён гостеприимно встретила парня дочери и все время налетала с вопросами. Но Тэхён проверку на прочность прошёл, и женщине он очень понравился. «Вы такой милый юноша, берегите мою дочь» - сказала она тогда, на что Тэхён смущённо улыбнулся. Девушка проводила Кима поцелуем и пообещала приехать на следующий день. Они почти не ссорились и в тихом счастье Хаён провела с Тэхёном год. В марте они праздновали её совершеннолетие: 18 лет. Им были чужды корейские законы, они следовали западным. Мама отпустила Хаён к «подругам» на ночь. Весь день Ли провела в школе, переводные контрольные нужно было написать. Вечером, немного выжатая, она приехала к Тэхёну. Тот встретил её так тепло, как он один умеет. - С днем рождения, Хаён-а! - сказал он, сжимая её в объятиях, а потом чмокнул в губы, - Я приготовил тебе подарок. Хаён огляделась и увидела накрытый столик. - Ты хотела, чтобы мы отпраздновали это вдвоём, так что вот. - Тэ, это... - Знаю-знаю, я самый лучший. Садись, - похлопал он по дивану рядом с собой. Они разговаривали, пили вино и потихоньку пьянели. На фоне играли любимые джазовые пластинки Тэхёна. Атмосфера с приглушённым светом казалась им романтичной. Когда разговоры утихли, они легли в обнимку на диван. Хаён не знала, что её сподвигло, может алкоголь, может чувства, а может все вместе, но она приподнялась на локте и посмотрела в мутные глаза Кима. - Тэхён, я люблю тебя. - Я тоже, Хаён-а. Она начала целовать его багровые от вина губы. Медленно. Словно в замедленной съёмке. Потом Тэхён перехватил инициативу, подмял девушку под себя и пробрался языком в её рот. Поцелуй набирал обороты, из канительных движения стали страстными. Тэхён бродил по телу Хаён руками. Она отстранилась: - Тэ, пойдём в твою комнату? Он без слов поднялся на ноги и, как принцессу, подхватил девушку. Ким без труда донёс её по лестнице до своей обители, мягко поставил на пол и спросил, обхватывая её лицо ладонями: - Хаён-а, я могу подождать, если ты не уверена... - Мне уже 18, Тэхён. - Да, но вдруг ты ещё не готова и... - Я готова, - она положила руки на его шею, - Ким Тэхён, я хочу тебя. Сейчас. Она впилась в его губы, умело работая языком. Тэхёну дали зелёный свет, он очень долго этого ждал и теперь он насладится ею полностью. В ту ночь Хаён выстанывала его имя. Кто же знал, что спустя каких-то четыре месяца этот самый Ким Тэхён бесследно исчезнет. Он ушёл так, словно его и не было. Хаён не знала, почему, зачем. Не могла узнать. Телефон не доступен, друзья тоже не в курсе. Она похоронила любовь в сердце и закрыла его на замок. End flashback. Чонгук вскрыл отмычкой доселе запечатанное, и это пугало Хаён. Пугало до ужаса. Больше она не верила никому так же, как когда-то доверяла Тэхёну. Она пыталась выкинуть его из головы, она уже возненавидела его десять раз, но тот не покидал её изо дня в день на протяжении 2,5 лет. Ли не горела желанием влюбляться во второй раз, она решила убежать от своих чувств. Чемодан туго, но застегнулся. Она спешно умылась и, не проверяя, дома ли Чонгук, потащила свои вещи к выходу. Шум в гостиной разбудил Чона, он глянул на часы: 10:48. «Хаён встала?» - промелькнуло у него в голове. Он вышел из комнаты и увидел лишь, как чемодан скрывается в прихожей. Он быстро перебирал ногами по теплом полу, но его бросило в холод, когда он увидел, как Хаён надевает кроссовки, а рядом её чемодан. Этот самый холод током прошёлся по телу, и в сердце заклокотала злоба. Так же. Его мама ушла точно так же. - Ты куда собралась? - его голос был заспанным и хриплым, но ему было плевать абсолютно. Она подняла голову и уставилась на него. - Чонгук, я... Должна уйти... Так будет лучше... - прерывисто говорила Ли, глотая слезы. - Лучше? - он еле сдерживал рвущиеся наружу крик и ярость. - Да... - А попрощаться? Хотела улизнуть, будто тебя здесь и не было? - Прости, что... - Не нужны мне твои извинения! - её жалкий вид ещё больше разбередил старую рану, и он не выдержал, - А как же поблагодарить за моё радушие? Просто сказать «спасибо» оказалось так трудно? Знаешь, что, Хаён? Катись отсюда! Выметайся из моей квартиры, раз тебе так тут хуёво! Проваливай! Она не поднимала взгляда, лишь открыла дверь и тихо вышла, таща за собой чемодан. Дверь осталась открытой, Чонгук рывком подошёл и схватился за ручку. Он уже хотел со всей силы хлопнуть ею, но услышал удар чего-то об бетонный пол. Чон вышел в тапочках на лестничную площадку, съедаемый любопытством. Рядом с лифтом лежала Хаён. Её тело содрогалось в конвульсиях, а в глазах было лишь одно - боль. Он секунду был в шоке, а затем, испугавшись, подбежал к Ли, приподнял её дрожащую голову. Он паниковал. Быстро пробегаясь по памяти, он вспомнил наставление врача о том, что при судорогах срочно вызывать скорую помощь. Чонгук побежал в квартиру за телефоном. - Алло! Скорая! Срочно приезжайте по ххх адресу! У моей девушки судороги после ЧПТ! Как в бреду он побежал обратно к Хаён. Она все ещё содрогалась и часто дышала, глаза были также открыты, словно стеклянные, в них застыли крупные слёзы, нижняя губа с силой зажата между зубами. Он присел на ледяной бетон и положил её голову себе на колени, шепча много успокаивающих глупостей. Но судороги продолжались. Она молчала, закусив губу, слезы не лились из её глаз, а застыли в них, размывая лицо Чона над ней. Он не помнит, как приехали врачи, как он садился в скорую рядом с каталкой и Хаён. Не помнит, как сел на скамейку в реанимации. Он наконец очнулся, когда надпись «Идёт операция» перестала гореть алым цветом и потухла. Вышел уставший после ночной смены немолодой врач. - Вы молодой человек Ли Хаён? - Да, да, что с ней? - Не переживайте, с ней всё в порядке, - степенно начал он, - мы провели небольшой осмотр и вкололи ей сильное снотворное, ближайшие сутки она не очнется. Уверяю вас, это лишь последствия травмы головы, опасность миновала, хотя судороги могу повториться, но это маловероятно. Мы положим её под наблюдение на три дня. Вы можете идти домой, незачем тут сидеть. До свидания. Чонгук развернулся и, всё так же шаркая по плитке тапочками, пошёл к выходу, вызвал такси. Уже в автомобиле он полностью осознал произошедшее и провел по лицу рукой. «Господи, я так испугался. Ли Хаён, вечно ты меня пугаешь!» - про себя упрекнул он девушку. У Чона не было планов, он решил, что весь день проведёт дома, оправляясь от шока. Был момент, когда он подумал, что она умрёт.