Сердцебиение

      Слайз и Люциста сидели за столом в апартаментах в пентхаусе, находящемся недалеко от казино «Бордо», которым и владела демонесса.         — Дорогая, какой это по счёту бокал вина? — галантно поинтересовался Слайз с пьяной улыбкой и поправил авторучку за ухом.         — М-м-м, шесто-ой? — промурлыкала Люциста, пальцами шагая до секретаря, а потом — до его галстука — и потянула за него, притягивая мужчину к себе. — А ты против, котик?         — Какой я тебе котик? — хмыкнул ящер. — Ты меня вообще видела?         — Ты самый милый иксар, которого я видела, — подмигнула спутница.         — Ты знаешь из какого я племени, хотя это секретная информация, — отметил Слайз. — Недурно. Скольких ты завалила, чтобы это узнать?         — Пусть это останется нашей маленькой тайной. Ты не лезешь в мои источники — я не лезу в твои. Просто порадуйся тому, какая я догадливая и при этом пьяная, такая беззащитная, что прямо ух…         — Беззащитная? Ну, конечно, — закатил глаза секретарь. — Самое забавное, что завтра утром ты встанешь как ни в чём не бывало, а я — с разбитой головой. Я давно столько не пил. Как в тебя только умещается? — шутливо поинтересовался он.        Люциста всё ещё держала его за галстук.         — Это тоже тайна, — подмигнула она. — Правда, и для меня самой. Не знаю. Может, это оттого, что я так долго не пила, а тут вдруг сорвалась. В заведении, куда меня сплавил в своё время отец, не принято выпивать, так что я очень долго вела трезвый образ жизни.        Слайз любовался её вишнёвыми глазами.         — Понимаю. Я сам прошёл довольно суровую школу. Самое страшное в моей жизни — обряд инициации, когда тебя с палкой выпинывают из деревни, чтобы ты принёс добычу и доказал, что ты будущий кормилец семьи. Думаю, ты примерно представляешь, какие твари водятся в джунглях Тартара, и потому знаешь, что палка там — посох суицидника. Мне было тринадцать, когда я прикончил загатавра. Это такая здоровенная страшная тварь с сознанием. Она гипнотизирует и приманивает к себе. Слава древним, что я был не один. Но вернулся один. Мой товарищ пал в этой неравной битве: он отвлекал монстра, пока я подходил к твари с задней стороны, чтобы метко ударить её промеж лопаток своим жалким колышком. Пацана сожрали прямо на моих глазах. Он трепыхался, когда загатавр копался в его ещё тёплых кишках.         — Ты такой романтик, Слайз, — оценила демонесса. — Психологические травмы — вишенка на торте сегодняшнего вечера прямо-таки.         — Этого нет даже в секретных документах. Это воспоминание лично для тебя, — хмыкнул секретарь.         — Я польщена, — Люциста накрыла большую чешуйчатую ладонь Слайза своей. — Можно я не буду следовать твоему примеру? Не хочу копаться в дерьме, когда мне так хорошо.         — Как пожелаешь, — добродушно разрешил секретарь и переплёл пальцы. — Знаешь, когда ты меня так держишь, все эти воспоминания кажутся такими далёкими и нереальными. Да и сама ты… Такая нереальная. Я долго не мог забыть то, что между нами было, когда тебе понадобилась информация от меня.         — Я делала это не столько ради информации, сколько ради себя, — Люциста подмигнула ящеру и отпустила галстук, откинувшись на стуле назад. — Хочешь повторить?         — Ты это говоришь потому, что пьяна, или потому, что тебе не о чем рассказать своим подружкам? — с лёгкими нотками ехидства произнёс Слайз.         — Подружкам? Серьёзно? — Люциста скорчила гримасу отвращения. — Давно ты меня видел в компании дамочек моего типажа, собравшихся выпить под вечер и посмотреть ранние фильмы с Мэттью Макконахи? — она хмыкнула. — Пусть я и пьяна, это не значит, что я позволяю чувствам затмевать разум. Я хорошо подумала, прежде чем предложить тебе то, чего ты так стесняешься. Кстати, удивительно, что ты вообще на это способен, — Люциста скинула босоножку с ноги и, двигая пальцами, стала продвигать её по штанине Слайза вверх.        Ящер едва ощутимо вздрогнул, и, казалось, по его коже пробежали мурашки. Если бы не чешуя, был бы виден его румянец.         — Это то, что я думаю? — осведомился он.         — А о чём ты думаешь, котик? — ласково спросила демонесса.        Слайз напрягся и опустил голову, крепче сжав пальцы молодой женщины.         — Ты играешь с огнём.        — Ещё вина? — Люциста кивнула на початую бутылку и невинно улыбнулась, поигрывая с лямкой своего платья.        Секретарь с жадностью смотрел на притягательное плечо женщины с этой мягкой, гладкой кожей и щурил глаза, чувствуя, как пальцы ног Люцисты касаются его постепенно напрягающегося паха.         — Прекрати, — бросил он.        — Что, прости? — промурлыкала Моргенштерн.         — Я не такой, как все остальные твои партнёры. Я всё равно тебе ничего не скажу.         — Глупый, глупый Слайз… — Люциста улыбалась и не могла наглядеться на стушевавшегося ящера. — Ты думаешь, что мне что-то нужно от тебя? Бедняжка, воспитанный этим суровым и меркантильным миром… Нет. Мне ничего от тебя не надо.         — Тогда убери ногу, — процедил сквозь зубы секретарь.         — Почему это? — с вызовом спросила демонесса.         — Потому что ещё секунда, и ты окажешься на этом столе. Голая.         — Правда? — она подняла брови. — Ради этого стоит тебя подразнить, милый.         — Шерифу Сайласу ты те же песни пела?        Люциста встала со стула, устав от одних только заигрываний, и села к Слайзу на колени. Тот прищурился, ожидая, что Люциста почувствует его твёрдую реакцию на это, но она ничего не сказала. Лишь улыбнулась и погладила его по щекам, чтобы потом переместить ладони на воротник рубашки и поднять его — снять галстук и с его помощью притянуть за шею к себе.         — Сайлас — подонок, и я жалею, что когда-то заигрывала с ним. Кто бы чего ни говорил, между нами ничего не было. Не ревнуй, Слайзик. Ты мой единственный и неповторимый.         — Ты говоришь смущающие вещи, — ящер зажмурился и уткнулся носом в ключицу, от которой так замечательно пахло фруктами.         — Ты каждый раз будешь заново смущаться моих действий? — хмыкнула демонесса.         — Я буду смущаться столько, сколько посчитаю нужным, — пытаясь придать голосу твёрдости, произнёс Слайз.         — Конечно, конечно, — Моргенштерн ловко расстегнула ширинку брюк и нащупала пульсирующий член. — Помнится, перед первым разом мне казалось, что он тоже покрыт чешуёй. Тогда я думала: как же иксар занимаются этим, если и там тоже чешуя? Но меня ожидало приятное удивление.         — Лю, прекрати.         — Иначе что?         — Я тебя укушу.         — Кусай.        Слайз послушался и прикусил кожу на шее Люцисты. Женщина напряглась и прижала к себе секретаря сильнее.         — Ну вот, неплохое начало, — оценила демонесса.        Секретарь понял, что единственный способ заткнуть Люцисту и прекратить поток смущающих речей — поцелуй. И поцеловал её. Женщина осталась довольна — она улыбнулась сквозь поцелуй, чуть приоткрыв рот. Получилось довольно чувственно и влажно, их сердца забились сильнее. Хотя сердце того же Слайза ставило рекорды ещё в самом начале. Ящер был охоч до тугих мальчишечьих анусов, а вот с женщинами у него было совсем мало опыта, и потому он боялся опозориться.        Слайз резко вскинул брови, когда Люциста соскользнула с его коленей и губами прижалась к головке чувствительного члена, высвободившегося из чешуйчатого мешочка, который до этого скрывал его. Анатомия у антропоморфных ящеров казалась Люцисте весьма занимательной — она с любопытством вбирала член в рот и прислушивалась к реакции смущенного ящера.        Секретарь хотел сказать, чтобы она прекратила, но его мыслись совсем смешались в голове. Он вздрагивал от удовольствия, но не стонал — у него была чертовски большая выдержка и твёрдый самоконтроль. Правда, самоконтроль не самая твёрдая сейчас вещь. Люциста прилагала для этого все усилия. Когда потекла смазка, она вытащила из-за кобуры на ноге презерватив и ловко натянула его на пенис. Хватило секунды, чтобы женщина оказалась на члене ящера. Тот не выдержал и выдохнул ей в грудь, спустив платье с плеч.         — Лю… — прошептал он и с жадностью втянул аромат её кожи.         — Спокойно… чемпион, не перевозбудись, а то конец сказке наступит очень… быстро, — кусая губы от удовольствия, прошептала Люциста.        Она двигалась на его члене, упираясь ногами в пол. Надо было, пожалуй, скинуть и вторую босоножку, чтобы было удобнее, но да поздно об этом думать. Люциста немного откинулась и упёрлась руками в колени ящера, активно двигая бёдрами. Слайз неистово покрывал её грудь и шею поцелуями, с каждой минутой пьянея от женщины всё больше.        Неожиданно зазвонил телефон, и Люциста подняла трубку. Это был Молох.         — Здравствуй, Мо, — бодро поздоровалась с ним демонесса.         — И тебе того же, Люциста, — вкрадчиво ответил главнокомандующий. — Мне стоит знать, чем вы заняты, если трубку взяла ты?         — Вы удивительно проницательны… господин главнокомандующий, — закрывая глаза, ответила Люциста, отдаваясь поцелуям Слайза, которого уже было за уши не оттянуть.         — Передай Слайзу, чтобы завтра утром не забыл документы, которые я ему отдал.         — Непременно… передам, — Люциста позволила себе краткий вздох.         — И пусть потом не показывает мне свою довольную рожу до обеда, — насмешливо произнёс Молох, щедрый на отгулы.         — Ты просто зайка, — оценила Моргенштерн. — Передай от меня… привет… Люциану.         — Да не вопрос, — хмыкнул Молох. — В следующий раз можешь не брать трубку в такой компрометирующей ситуации. До связи, — и отключился.         — Всё слышал? — выдохнула демонесса, задрожав всем телом.        Слайз глухо угукнул и толкнулся в Люцисту особенно сильно.        Это был замечательный вечер вторника. Гораздо лучше бутылки вина и фильма с молодым Мэттью Макконахи, как отметила про себя Люциста Моргенштерн. В её личном рейтинге это будет десять из десяти. Побольше бы таких вечеров, когда после него замазываешь тональником засосы и стираешь вовремя не снятое запачканное платье.