Ты — моя главная история

      «— Твоё любопытство однажды тебя погубит, Элизабет, — осудительно качая головой говорил мне шериф Келлер два года назад, когда я незаконно пробралась на частную собственность в поисках разгадки очередного преступления.       Он был прав — я понимала это ещё тогда. Но упрямство не позволяло признать этого.       Что ж, шериф Келлер, вы были правы. Довольны? Теперь я это признаю. Впрочем, вы вряд ли об этом узнаете… Только если мне действительно повезёт выбраться живой из передряги, в которую я сама же и влезла.       А всему виной — этот обольстительный черноволосый Змей».

(с) Заметки Бетти Купер

      — Шериф Келлер, — устало вздыхая, произносит Джеллибин, — в тысячный раз повторяю: ни я, ни Джагхед никак не связаны с этим дурацким убийством!       Мужчина в строгой форме, с шестигранной звездой шерифа города, поблескивающей на груди, хмурится и мрачно взирает на неё, всем своим видом выражая недоверие. Джонс бросает на него встречные, не менее «доброжелательные» взгляды.       — Хорошо, — наконец сурово произносит мужчина. — Я бы действительно мог поверить тебе, вот только, Джеллибин, — он сделал явный акцент на её имени, после чего невозмутимо продолжил, — ты так и не предоставила отчет о том, что работала в ночь убийства.       Джелли обреченно закрыла глаза. В свободное время она подрабатывала в маленьком музыкальном магазине, но проблема заключалась в том, что в ночь убийства её там действительно не было. И владелец, — мистер Гэррис, — наотрез отказался помогать ей и выгораживать перед шерифом. Дело было плохо.       — Шериф Келлер, — отчаянно произнесла она, — вы правда верите, что я способна убить огромного мужика по кличке, — на секундочку! — Верзила?! — Джонс уже начинала злиться от бессилия.       — Поверь мне, Джеллибин, — обманчиво мягко произнёс Том Келлер, — я и не таких убийц на своём веку повидал. И учитывая вашу с братом богатую историю… И историю вашего отца… У меня есть веский повод подозрев…       Он не договорил — рация, закреплённая на поясе, издала тихое шипение, уведомляя о связи с другим полицейским.       — Что там?       — Убийство. На границе города. Срочно выезжайте, шериф.       Келлер выругался сквозь зубы и так цепко перехватил рацию, что Джеллибин даже на секунду подумала — он её просто сломает. Но нет. Крикнув: «Сейчас же выезжаю!» шериф схватился с места и поспешно выскочил из кабинета. Ошеломлённая девушка подскочила вслед за ним.       Уже выбегая, она с размаху врезалась в какого-то, отдалённо показавшегося знакомым, парня. Когда он перевёл взгляд от опустевшего коридора на её лицо, пересекаясь взглядами, Джелли вспомнила приятеля Купер, намедни заглянувшего к ним в бар.

***

      Это было тошнотворное, мерзкое зрелище, от которого всё внутри сжималось, а по телу пробегал крайне неприятный холод. Изуродованное тело одного из «Змеев Саутсайда» кто-то пригвоздил к гигантскому кленовому дереву ножами. Убийца как будто насмехался — силуэт жертвы почти идеально повторял библейское распятие.       «Чёртов маньяк, — затравленно думал Джагхед, отчаянно борясь с подступающей паникой. — Он знает, что убивает невинных. Он сам демонстрирует, что его жертвы — невиновны».       Рука, в которой он крепко сжимал свой телефон, предательски дрожала. Парень очень надеялся, что Бетти Купер, которая прямо сейчас стояла рядом, этого не заметит.       Вокруг собралось очень много людей. Так уж было устроено в Ривердэйле — маленьком городке, где постоянно происходило что-то устрашающее, — обычные горожане узнают обо всем гораздо раньше полиции. Вот и сейчас к моменту, когда машина шерифа, оглушая всех звуком сирен, подъехала к месту преступления, кровавые снимки уже успели разлететься по социальным сетям и личным перепискам.       Джагхед тоже поднял телефон, включая камеру, но фокусируясь вовсе не на убитом, а на оставленном послании. Он вообще старался избегать лица с навсегда застывшей гримасой, в которой в безумном симбиозе смешались агония, страх и отчаяние. Знакомого лица. Этого веселого, отзывчивого парня со странным прозвищем Хог Ай он знал лишь мельком.       И всё же Джагхед чувствовал свою вину. От этого было особенно мерзко и особенно страшно заглядывать в пустые, стеклянные глаза совсем молодого парня.       Над головой убитого Змея новый «Ангел Смерти» оставил послание, без всякого сомнения написанное кровью. Его-то и фотографировал Джагхед, мысленно чертыхаясь и проклиная себя — руки предательски дрожали и все снимки выходили размытыми. Он чувствовал нарастающую внутри панику и из последних сил пытался подавить её.       Но как бы сильно он ни надеялся — кровавые буквы, как будто не написанные на коре дерева, а вырезанные в его собственной коже, никуда не пропадали.

«Отдайте мне виновного. Иначе я убью каждое змеиное отродье, пока сам его не найду».

      Бетти Купер, стоящая рядом с ним, вскрикнула, когда медики начали снимать безжизненное тело и их взглядам предстала его изуродованная спина. Не совладав с эмоциями, она испуганно приблизилась к Джагхеду, прижимаясь к нему. Парень вздрогнул, но не отпрянул — странным образом ему стало спокойнее от её близости. Джонс даже слегка приобнял девушку, ободряюще поглаживая её по плечам.       Стараясь отвлечься от страшной картины, Джагхед осмотрелся вокруг. Вот рыжеволосый парень, крепко прижимающий к себе изысканно одетую девушку с черными волосами — они стоят всего лишь в нескольких метрах от них. Позади них — взрослый мужчина, отдалённо схожий чертами лица с рыжим. Гораздо дальше, почти вплотную к месту преступления, нахально расположилась Элис Купер, бесцеремонно фотографирующая убитого со всех ракурсов. Джагхед продолжил разглядывать толпу, встречая знакомые и совершенно новые для себя лица.       Он застыл, заприметив неразлучную змеиную троицу — Свит Пи, Шерил Блоссом и Тони Топаз. Они стояли дальше всех, хмуро наблюдая за происходящим. Свит Пи, похоже, почувствовал его взгляд — он обернулся и с удивлением заметил своего Короля в компании Бетти Купер. Затем что-то тихо, но возбужденно прошептал своим спутницам — и вот взгляды двух девушек тоже устремились в их сторону.       Джагхед мысленно выругался. Вся эта история принимала крайне неприятный оборот.       Он опустил взгляд на дрожащую, — то ли от холода, то ли от страха, — Бетти Купер. Золотые кудри волос переливались на солнце, резко контрастируя с черной кожаной курткой, к которой она сейчас прижималась. Грустный взгляд светлых глаз был устремлён в сторону убитого. Она выглядела такой чистой и невинной, что Джагхед невольно почувствовал пробуждающееся внутри тепло по отношению к ней. Это странное чувство, когда вдруг становится уютно и очень спокойно, когда страх уходит куда-то на второй план, оставляя лишь умиротворение…       Это странное чувство было чем-то новым — или очень забытым старым.       Парень с большой неохотой выбрался из нежной, но цепкой хватки Бетти.       — Я отойду ненадолго, хорошо? — Мягко спросил он, удивляясь такому приливу доброты по отношению к кому-либо с фамилией Купер.       «Надо бы отделаться от неё, — твёрдо решил Джонс, — дружба с Куперами ни к чему хорошему не приводит».       — Да, конечно, — отозвалась Бетти, как будто выходя из транса. Она качнула головой, отгоняя скверные мысли, и отпустила парня.       Джагхед поспешил в гущу леса — туда, где никого не было и где он мог спокойно поговорить. Он даже и не подозревал, что маленькая, тихая тень неотступно следует за ним.

***

      Бетти удивлённо и с ноткой постепенно пробуждающегося интереса наблюдала за уходящим Джагхедом. Всё произошедшее этим безумным вечером никак не укладывалось в её голове… Что значит это странное послание? Кто этот «виновный», которого так старательно ищет убийца?       И почему она всё никак не может перестать подозревать парня в странной серой шапке?       Бетти с большим трудом заставила себя вновь посмотреть на убитого.       «Мог ли это сделать Джагхед? — Задумалась она. — Едва ли. Мы ведь были вместе в кафе. Разве что…» — она заметила свою маму, прямо сейчас устроившую настоящий допрос шерифу Келлеру. Бедняга Том выглядел очень несчастно, не зная, куда деть себя от каверзных вопросов Элис Купер.       С тех пор как весь город узнал истинное лицо Чёрного Капюшона, Элис с головой ушла в работу, пытаясь таким способом забыться.       «Узнаю потом у мамы время убийства», — твёрдо решила Купер, окончательно возвращая своё хладнокровие и уверенность. У неё была новая загадка — что может быть лучше? Воодушевлённая, она вернулась взглядом в сторону, где только что скрылся Джагхед Джонс. Зачем он ушёл? Может, боится? Может, хочет сбежать? Или предупредить кого-то?       Был только один способ это выяснить. И Бетти Купер решительно сделала шаг в том же направлении, что и Змеиный Король до неё.       Девушка быстро догнала парня и продолжила тихонько красться вслед за ним, стараясь оставаться в тени и производить как можно меньше шума. Несколько раз она случайно задевала сухие ветки, которые с тихим звуком трескались и заставляли Джагхеда останавливаться и настороженно озираться. К счастью, он так и не заметил её.       Но сам факт того, что он боиться преследования вновь пробуждал в ней мрачное предчувствие. И, одновременно вместе с этим, где-то в глубине души тихонько ныла надежда: «пусть, пусть он окажется просто парнем со странностями. Пожалуйста, пусть он будет невиновен...».       Впрочем, эта глупая надежда быстро развалилась вдребезги — когда Джагхед, наконец, ушёл достаточно глубоко в лес, далеко от места преступления. Здесь было тихо, умиротворённо и совершенно безлюдно. Бетти пробралась поближе, прячась за густым кустарником. Её блузка уже успела вымазаться в нескольких местах, а обнаженные до колена ноги саднили из-за мелких царапин.       Но всё это было совершенно неважно. Не сейчас.       Джагхед достал из кармана кожанки телефон и набрал чей-то номер. Буквально через пару секунд послышался его тихий, слегка хрипловатый голос:       — Джеллибин, ты в порядке? Где ты?       Ему что-то ответили, но что именно — Бетти слышать уже не могла.       — Не смей. Не едь сюда…       — …мы в полном дерьме, Джелли, — его голос звучал обреченно и очень устало.       Бетти навострила слух, боясь пропустить что-либо важное. Спохватившись и одёрнув себя за глупость, она спешно достала и включила диктофон. «Хорошая журналистка всегда записывает всё мало-мальски важное. Никогда не знаешь, чьи слова превратятся в сенсацию» — учила мама и Бетти старательно внимала ей.       — Нужно что-то предпринять. И срочно. Если Змеи узнают, что мы…       Бетти сделала ещё пару шагов ближе, совершенно не отдавая этому отчёт. Она была слишком увлечена. Сейчас. Вот сейчас он проговорится.       — Джеллибин, послушай меня! — Громко крикнул Джагхед, сжимая свободную руку в кулак так сильно, что на секунду Бетти смогла разглядеть каждую вену на ней. — На этот раз он оставил записку для всех…       — Да, именно так! — Снова крикнул Джонс. — А значит Змеи, и шериф, и эти чертовы Куперы скоро поймут что к чему…       — ...да, ты права, сестрёнка. Нужно проверить того парня и если это действительно он…       Последовала короткая пауза — наверное, девушка по ту сторону телефона что-то спросила, отчего на губах Джагхеда заиграла холодная, не предвещающая ничего хорошего, улыбка, а глаза опасно заблестели.       Бетти уже не могла дышать от напряжения и страха быть обнаруженной. Она чувствовала, как бешено колотится сердце и, хотя это было совершенно невозможно, боялась, что Джагхед услышит этот стук.       — ...в таком случае, — холодно ответил Джагхед своей сестре, — я убью его.       Он произнёс это спокойно. Почти обыденно. Только лёд в голосе и говорил о былой ярости. И эта непринужденность заставила Бетти поверить — он действительно это сделает.       Купер совсем забыла, как дышать. Она просто стояла, замерев в нелепом положении, и отчаянно думала — что делать теперь? Без сомнений, нужно бежать к шерифу, показать ему запись…       Она вспомнила про диктофон, который так сильно сейчас сжимала в онемевшей руке. Бетти выключила запись, как раз в тот момент, когда Джагхед попрощался с сестрой и спрятал телефон. Он собирался уходить, а Бетти — выждать в своём укрытии, пока он не скроется из виду…       План почти удался.       Джагхед уже уходил, когда Купер вдруг почувствовала холодное липкое прикосновение к обнажённой лодыжке. В немом ужасе она опустила взгляд вниз и, позабыв обо всём на свете, испуганно взвизгнула, увидев змею. Совсем маленькая, с поблёскивающей на солнце изумрудной зеленью чешуёй, она медленно обвивала её ногу и тихонько шипела.       Уже спустя секунду Бетти очнулась и закрыла рот рукой, но было поздно — Джонс уже остановился и обернулся.       — Кто здесь? — Настороженно окликнул он.       Бетти старалась. Всеми силами старалась сдерживать себя, но змея никак не желала уползать и все сильнее обвивала её ногу. В конце концов Купер сдалась и тихо вскрикнул, выбежала из своего укрытия, избавляясь от мерзкой змеи.       Джагхед увидел её сразу же.       — Купер! — Закричал он вне себя от гнева.       Элизабет испуганно застыла, во все глаза смотря на Джонса и отчаянно размышляя, что делать дальше.       — Я-я-я… — растерянно промямлила она, особо и не надеясь, что парень поверит в её нелепые отмазки, — просто беспокоилась о тебе…       Джагхед нахмурился, пристально разглядывая её. Он сделал несколько шагов навстречу, сокращая дистанцию между ними. В его взгляде всё ещё читались эти устрашающие ледяные нотки, которые заставляли сердце Бетти сжиматься от страха.       — Не ври мне, Купер, — холодно произнёс Джонс, мигом теряя всю схожесть с тем парнем, к которому она прижималась каких-то двадцать минут назад. — Что ты слышала?       — Ты о чем? — Самым невинным тоном поинтересовалась Бетти, отходя на несколько шагов назад. Молясь, чтобы он не заметил, она осторожно достала перцовый баллончик, который всегда носила при себе — он лежал в боковом кармане рюкзака, ожидая своего часа.       — Плохо врёшь, Купер, — мрачно ответил Джагхед, кивая на диктофон, который она всё ещё со всей силы сжимала в правой руке.       Бетти выругалась сквозь зубы. Как можно было забыть такую глупость?!       Впрочем, уже было поздно.       Несколько долгих секунд, длившихся целую вечность, они глупо смотрели друг на друга, застыв на своих местах. А потом одновременно сорвались: Бетти — прочь от этого Змея, как можно дальше, туда, где безопасно; Джагхед — вслед за ней.       Погоня длилась совсем недолго — какие-то несчастные пару секунд. Парень двигался гораздо быстрее и вскоре сумел догнать её. Сразу перехватил тоненькое тело в талии, навалившись всем весом, и они оба покатились по холодной сырой земле, цепляясь за ветки, шишки и камни. Бетти вскрикнула, почувствовав резкую жгучую боль в районе лодыжки. Но даже этот тихий звук Джагхед прервал почти сразу — грубо закрыл её рот рукой так крепко, что Элизабет даже не могла дышать.       — Заткнись, Купер, — горячо прошептал он, склоняясь совсем близко к ней. Элизабет задрожала, чувствуя его горячее, почти обжигающее дыхание на своей шее. Её расширившиеся от страха глаза несчастно смотрели в холодные, безразлично-серые глаза Джонса. — Будь послушной девочкой и я тебя не обижу, — уже спокойнее произнёс он.       «Вот ещё!» — решительно подумала девушка, к которой постепенно возвращалось самообладание. Ну нет, она так просто не сдастся. Бетти Купер бывала и в ситуациях похуже.       Она до боли в пальцах сжала баллончик и, резко оттолкнув от себя Джонса, брызнула ему прямо в лицо. Джагхед успел среагировать в последний момент и попытался увернуться, но обжигающая жидкость всё равно попала ему в глаза.       Он закричал и отпрянул, закрывая лицо руками.       Бетти оттолкнула его от себя и попыталась вскочить, но острая боль с новой силой пронзила ушибленную ногу, заставляя её вновь нелепо распластаться на холодной земле. Девушка, подобно маленькому испуганному зверьку, которого в ловушку загнал хищник, оглянулась по сторонам. Она успела уже тысячу раз проклясть себя за глупость — вместо того, чтобы побежать к месту преступления, где сейчас была дюжина полицейских, она в пылу горячки выбрала противоположное направление.       Теперь они были ещё глубже в лесу, совсем близко от могучего потока реки Свитуотер. И ни одной души вокруг.       — Купер! — Почти прорычал Джагхед, наконец приходя в себя. Он угрожающе навис над ней, а в руке после молниеносного движения блеснуло острое лезвие ножа.       — Н-не смей! — Запнувшись, крикнула Элизабет, угрожающе поднимая перцовый баллончик. Она прекрасно осознавала, что во второй раз это вряд ли сработает, но… что ей ещё оставалось? — Не подходи ко мне, Джагхед! — Стараясь придать как можно больше уверенности своему голосу, произнесла Бетти. — Я предупредила маму о том, что пойду за тобой… И если я не вернусь…       Джагхед иронично склонил голову, всем видом выказывая насмешку над её словами. Покрасневшие глаза придавали ему до жути пугающий вид.       — Прекрати этот дешёвый спектакль, Купер, — отозвался он, решительно подходя к девушке и склоняясь над ней. Голос звучал хрипло, приглушённо — Джагхед всё ещё страдал от боли, хотя и пытался это скрыть.       Он перевёл взгляд на злосчастный баллончик, прямо сейчас направленный в его лицо. Прежде, чем Бетти успела что-либо сообразить, Джагхед перехватил её руку и вырвал единственное оружие. Всё, что смогла Бетти — испуганно ахнуть.       Его болезненно-красные, полузакрытые глаза, которые прямо сейчас были устремлены прямо на неё, действовали гипнотизирующе — Бетти не могла двигаться, не могла говорить, даже дышать удавалось с большим трудом.       Джагхед приблизился, сокращая между ними дистанцию до опасного минимума. Разумом Бетти осознавала — нужно отпрянуть, оттолкнуть, ударить.       Сделать хоть что-нибудь.       Но тело предательски застыло, подобно скульптуре, позволяя ей лишь одно — смотреть-смотреть в его одурманенные болью и злостью глаза и…       ...тонуть?       — Ты не умеешь врать, Бетти, — почти ласково прошептал он, смахивая упавшую ей на лицо золотую прядь самим кончиком ножа. Он устало вздохнул, успокаиваясь и приходя в себя. — И что мне теперь с тобой делать, Купер?       «Если кто-то спросит, откуда началась наша с Купер совместная история — я отвечу: «здесь».       В этом холодном, чужом лесу, только что осквернённом убийством. С этих глупых, случайно подслушанных слов. С этой проклятой записи на диктофон.       Именно здесь пересеклись наши истории и именно отсюда каждая новая глава моей жизни стала начинаться с «Бетти» и заканчиваться на «Купер».

(с) отрывок из романа Джагхеда Джонса