Шар цвета хаки

        Если бы Кромешник в тот момент не рассматривал глобус, то не заметил бы, что что-то произошло. Огоньков постоянно становится то больше, то меньше, это естественный ход вещей. Но когда целая горсть исчезает в одно мгновение, как будто от сбоя в системе — такое уже никак нельзя назвать естественным. Может быть, действительно сбой? В таком случае проще было, как ни странно, не проводить диагностику (совершенно ужасное занятие, потому что инструкцию к глобусу он когда-то от большого ума записал на папирусе, и целиком она не сохранилась… а детали он уже давно забыл), а наведаться к Северянину. И не суть, что хозяин Рождества будет не в восторге от визита за неделю до его профессионального праздника. Главное, чтобы к глобусу пропустил. А там уже Кромешник сам разберётся, куда смотреть…         Когда Повелитель Кошмаров вышел на поверхность, первое, что он увидел — сполохи северного сияния в небе. И версия со сбоем сразу стала казаться гораздо менее состоятельной.         На север, через половину континента, над грядой погребённых под снегом островов, над замерзшим океаном — туда, где на никогда не тающих льдах стоит дворец Северянина. Изрядное расстояние, и даже кошмарам требуется немало времени, чтобы его преодолеть. Так что у Кромешника была возможность обдумать варианты, причины и следствия… Для подтверждения нужно было ещё посмотреть на второй глобус.         У ворот он столкнулся с Пасхальным Кроликом, который вместо приветствия возмутился:         — Эй, ты тут что забыл? У нас встреча Хранителей, вообще-то!         — Встречайтесь, — Кромешник пожал плечами. — А у меня вопрос к Северянину. И можешь считать это совпадением. Но, скорее всего, это не так.         — Что? — нахмурился Кролик.         — Узнаешь. Или ты хочешь продолжить препираться, стоя в дверях?         Возможно, Кролик хотел. Узнать Кромешнику не удалось: их обоих одновременно постучали по плечам прядки золотого песка. Песочник, убедившись, что на него обратили внимание, дважды указал направление: Кролику — внутрь, Кромешнику — наружу. Да ещё и попытался подпихнуть их в нужные стороны.         Правда, Повелитель Кошмаров с ним не согласился. И пошёл внутрь.         Надо сказать, то, что Хранители не стали вышвыривать его за порог (хотя вдвоём — могли бы), тоже было показательно…         Когда Пасхальный Кролик сердится, он выглядит забавно: дёргает ушами и фыркает, а шерсть на загривке встаёт дыбом. Однако сейчас Кромешник не собирался это комментировать. И не потому, что тогда может разозлиться Песочник, а злой Хранитель Снов не забавен ни в коей мере. Просто, если он прав, сейчас не время для насмешек: настолько базовая этика, что она доступна даже тёмному духу. А если не прав… восполнить недостаток чёрного юмора в жизни Хранителей никогда не поздно.         Повелитель Кошмаров следовал за двоими Хранителями, не обращая внимания на недовольное бурчание встречных йети (предрождественский аврал кого угодно сделает раздражительным, а видеть его они не были рады никогда) и переступая через эльфов. Пока, наконец, на очередной лестничной площадке они не столкнулись с Северянином.         На лице хозяина Рождества мелькнуло удивление, когда он разглядел сумрачную фигуру позади своих товарищей. Проследив его взгляд, Пасхальный Кролик возмущённо фыркнул:         — Он заявил, что у него к тебе какие-то вопросы. Надо было всё-таки выставить его за дверь!         — Не «вопросы», а «вопрос», Банни. Всего один, — Кромешник обошёл Песочника, игнорируя выразительную пантомиму на тему «ты здесь только потому, что мы решили не устраивать драку у дверей дома нашего друга», и остановился перед Северянином. — Могу я взглянуть на глобус, Николас?         Северянин, помрачнев, коротко кивнул:         — Проходи. Дорогу знаешь, — и, пропустив его мимо, обратился к своим товарищам: — Я рад, что вы откликнулись так быстро. Туф ещё нет, как и Джека. Однако пойдёмте… на самом деле, взглянуть на глобус нужно нам всем. Пожалуй, появление Кромешника — последнее подтверждение того, что это не ошибка и не сбой.         — «Можешь считать это совпадением», — тихо пробурчал себе под нос Кролик. — Вот откуда он узнал?..         Они отстали от Повелителя Кошмаров всего на несколько минут (Северянин по дороге успел раздать своим помощникам кучу заданий, из них два «важных», одно «очень важное» и одно «нужно было сделать ещё вчера!»). Дежурящий при глобусе йети встретил их невразумительной, но очень возмущённой тирадой.         — Брось, Фил, он всегда себя так ведёт, — отмахнулся Северянин, успокаивающе похлопав йети по плечу. — А воспитывать уже поздно, знаешь ли.         Кромешник, заложив руки за спину, стоял в нескольких шагах от пульта, и, насколько было видно, ничего возмутительного уже не делал. Просто, запрокинув голову, рассматривал причудливый узор огоньков на пяти континентах. Он, несомненно, заметил появление Хранителей, но не обернулся.         — Вена. Прекрасный город, до сих пор хранящий дух старины, — Кромешник заговорил странным, почти лиричным тоном. — Вы когда-нибудь были в венских кофейнях? Каждая — особый микромир. Запах цветущей сирени, свежей выпечки, и, конечно, кофе. Мелодии вальсов — в двадцать первом веке всё те же, что в девятнадцатом…         — Что ты несёшь? — Кролик наморщил нос, не понимая, то ли хвататься за бумеранг, то ли просто покрутить пальцем у виска.         — Сегодня, в шесть часов утра по времени Гринвичского меридиана, огонёк Вены погас, — интонации диктора политической инфосводки прозвучали резким диссонансом после первых реплик. — Будто стёртый ластиком… — тёмный, наконец, оглянулся. — Это то, что я думаю?         — Да, — Северянин неотрывно смотрел на глобус, не в силах отвести взгляд от тусклых пятен на месте Вены, Мадрида, Киева, Багдада… — Это…         — …война.         Зубная Фея возникла в оконном проёме пятном угасшей радуги, и её голос дрожал от сдерживаемых слёз.         Кролик, разом растеряв всё своё нахальство, стиснул бумеранг обеими лапами.         Повелитель Кошмаров стоял напротив четвёрки Хранителей и молчал: что бы он ни сказал, это прозвучало бы издевательством.

8.03-7.04.2013