Экстра: Учитель и Ученик
3 апреля 2020 г., 11:42
Примечания:
Небольшая часть истории прошлого Нормуда и Джамаля
Надеюсь, вы оцените)
Трек будет один фоном - https://vk.com/club170828261?w=wall-170828261_298
(Трек 1)
Уставшие глаза Нормуда вглядывались в раскалённые искры и угли догорающей хижины. Старое дерево, чей ствол когда-то врос в крышу, с треском обрушилось, взметая столп пепла и искр в воздух. Старый волшебник безмолвно прощался с местом, которое он долго считал своим домом. Жар, что окутывал его лицо, норовил выжечь воздух из его лёгких. Его волосы казались седыми из-за слоя пепла, который припорошил его голову.
И тогда нахлынули воспоминания.
…. Сухая ветка в костре зашипела, и сноп искр взлетел в ночное небо. Нормуд поёрзал, сидя на старом обрушимся когда-то дереве. Даже разросшийся мох не делал кору менее жесткой. Позади мужчины зашуршали листья кустов и сухие сучки под чьими-то шагами. Волшебник не дрогнул, ведь знал и чувствовал, кому принадлежат эти шаги.
— Как всё прошло? Ты довольно быстро, — оторвав взгляд от костра, мужчина обернулся. — Джамаль.
— Это было просто, — усмехнувшись, четырнадцатилетний Джамаль миновал последний куст и зашел в их лагерь, расположенный глубоко в лесу. — Гляди сколько выловил.
Над юным волшебником в невесомости парили водные пузыри, в которых отчаянно крутились ещё живые рыбы. Нормуд недовольно сдвинул брови вместе.
— Сколько раз мне тебе говорить, чтобы ты не пользовался магией тогда, когда этого не нужно? — мужчина вздохнул, тем самым выражая разочарованность в своём протеже.
— Это было необходимо, — равнодушно фыркнул юнец. — Уже темнело и хотелось есть.
Звонкий щелчок пальцев и вся водная магия Джамаля обрушилась прямо ему на голову. Вся рыба с хлюпом рухнула на землю и отчаянно затрепыхалась, когда её лишили живительной воды. Одна из них даже яростно хлестала хвостом юнца на его макушке.
— Эй! Что за дела, старик?! — Джамаль, явно не ожидавший такого поворота, не сразу схватился за неё, а когда решил избавиться от склизкой и холодной бестии, то та ловко вскользнула из его рук, обрызгав юнцу лицо.
— Поделом, — Нормуд вернулся к лицезрению костра, пропустив очередной вздох. — Ты так ничему и не научишься, если будешь халатно относится к магии, — с упрёком твердил мужчина, пока Джамаль собирал рыбу, раскиданную вокруг. Те отчаянно боролись за свою жизнь и не давались юному волшебнику в руки. — Что ты будешь делать, если твои силы иссякнут?
— Когда иссякнут силы — все будут побеждены! — огрызнулся Джамаль. Та рыба, которая была сложена в предназначенную для неё корзину, успела снова выпрыгнуть оттуда.
— Видишь? Стоит тебе не использовать магию, как ты ни на что не годишься, — Нормуд пихнул полено в костре прочной веткой, чтобы пламя разгорелось сильнее, и совсем игнорировал юношу позади него, который распылялся проклятиями в его сторону. — Магия — как щит или меч у солдата, но это не значит, что нужно пользоваться щитом и оружием всегда. Даже воин иногда бросает их, чтобы взять лопать и вскопать поле для будущего урожая.
— Тем мы и отличаемся от людей, что можем себе позволить магией всё и когда хотим! — открыто зарычал Джамаль. Демонстрируя своё недовольство, он плюхнулся рядом ствол дерева и принялся разделывать рыбу.
Мужчина удручённо вздохнул. Тогда он не воспринял капризы ученика всерьёз. Возможно, тогда бы не случилось трагедии и многие жизни можно было спасти. Возможно, ему следовало бы его убить.
Нормуд мотнул головой, возвращаясь в реальность. Лицо продолжало обдавать жаром, а от волос разило горьким дымом пожара. Невольно он наворошил в слое земли и золы длинную кость. Животных здесь не было, а вот людей…
Мрачные мысли привели Нормуда в замешательство. Когда он успел взрастить убийцу, который испытывал радость в геноциде? В какой момент старый волшебник совершил ошибку? В самом начале?
… Выглянув из-за юбки матери, десятилетний Джамаль с любопытством и недоверием поглядывал на Нормуда своими янтарными глазами. Любознательность внутри мальчика боролась наравне с осмотрительностью.
— И так каждый! Эти цветы лезут отовсюду, — с потухшим от усталости глазами, жаловалась женщина на мальчика. — Я не могу больше это контролировать, мне нужна ваша помощь, пожалуйста…
Нормуд задумчиво потёр ещё не поредевшую тогда сединой бороду. Он не сводил с юнца взгляда, но из уважения всё же посмотрел на его мать.
— Я слышала, вы учите детишек правильно использовать магию. Можете ли вы взять и Джамаля? — с мольбой просила она, ища поддержку в его глазах.
— Вы же тоже волшебница?
— Да, но он бесконтрольный.
— Я не против, — через паузу согласно хмыкнул Нормуд и присел к земле, чтобы мальчику не приходилось смотреть на него снизу вверх, — Могу ли я посмотреть на его способности?
Мама подтолкнула Джамаля неуверенного поближе к мужчине, однако он не желал и упирался ногами, всеми силами сопротивляясь этому.
— Ну же, покажи, что ты можешь, — ласково приободряла его мама.
Джамаль недоверчиво поднял глаза на свою мать, словно его только что предали, а затем смело взглянул мужчине в лицо, получая в ответ добрую улыбку. Но страшиться незнакомого дядьку он не собирался, поэтому из чувства собственного достоинства Джамаль грозно, насколько это было возможно для детской ножки топнул, и из-под подошвы, из земли, тут же вырвали зеленые корни. Они разрастались с непосильной скоростью и тянулись к мужчине, словно желали его схватить. Но вдруг перед ними образовалась невидимая преграда — борг, и им пришлось разойтись, огибая защиту, с которой юнец ещё не мог справиться.
Однако мужчина разглядел в мальчике будущий потенциал и задумчиво почесал затылок, прикидывая каким талантливым волшебником он может стать.
— Если в столь юном возрасте он может взращивать растения до таких размеров и более того, указывать направление по своей воле, то что же будет, когда он вырастит? — Нормуд выпрямился и довольно улыбнулся женщине.
Тогда же детский взгляд мальчика был полон энтузиазма и огня. Сейчас же, до его смерти, взгляд Джамаля источал ненависть, а огнём был охвачен былой дом Нормуда. Старый волшебник сам его таким вырастил. Почему он именно сейчас осознал, когда стоял перед пылающей огнём хижиной, что сделал это не из благородства, а из эгоизма?
— Джамаль, — каждое последующее слово вставало у Нормуда комом в горле. — Мне жаль твою маму. Ты не виноват.
— Нет, во всём виноваты люди, — с холодом в голосе, ответил Джамаль. Его глаза с ненавистью смотрели на посох матери с запёкшейся кровью на навершие. Его доставили пару минут назад и положили завернутым в ткань прямо перед ногами юноши.
— Джамаль, сейчас война. Твоя мать защищала тебя и страну, чтобы у тебя было будущее, — со скорбью молвил мужчина, пытаясь облегчить боль своего ученика.
— Заткнись, ясно?! — рявкнул Джамаль и умолк в холодном гневе.
Все звуки поглотила тишина, а время повисло в воздухе.
— Они просто пользовались ею, как щитом и ты считаешь, что она сражалась за моё будущее? — юный волшебник метнул на Нормуда взгляд, полный ярости. — Что это за страна такая, что пользуется нами, волшебниками, просто как мясом?! Скажи мне, старик!
— Джамаль… — взгляд Нормуда, и без того мрачный, сделался ещё тяжелее, а слова застряли в горле. Ему больно было видеть юношу таким потерянным, разбитым и полным гнева.
— А знаешь, плевать, — прорычал тот и отвернулся. — Пусть они все попередохнут, а я им помогу. Пусть знают, что волшебники не какой-то сброд. — он перешагнул посох покойной матери и направился к двери. — Они ещё узнают нашу силу. Мою силу.
Жуткое предчувствие охватило Нормуда тогда, но он не стал догонять юношу, чтобы помочь освободиться от гнева. Тогда мужчина посчитал, что ему нужно время побыть наедине с собой, но кто же знал к каким последствиям это приведёт.
Джамаль ушёл, хлопнул дверью и наступила тишина. Звенящая и невыносимая, а вместе с ней, съедавшая мужчину тревога.
Нормуд вздохнул с печалью на сердце. Слишком поздно об этом всём вспоминать. Джамаль теперь мёртв, как и он сам внутри. Но эта смерть не принесла ему облегчения. Только горечь и пепел во рту.
Мужчина оглянулся и тусклым взглядом зацепился за розоволосую девушку. Совсем юную, но очень целеустремлённую. Он не надеется, но хотел бы, чтобы она помогла ему снова ожить и принести в эту жизнь больше добра, чем ненависти, которой наполнен этот мир. Надеялся, что ещё успеет построить мир, где люди и волшебники мирно сосуществуют.
