Дождливое состояние.

Голос, который заставляет меня вздрогнуть и повернуться. Максим тяжело дышал, стараясь восстановить дыхание. — Что прости? — сделав вид, что я не расслышала его вопроса, я сделала очередную затяжку и сразу же закашляла от неё. Максим ничего на это не ответил и лишь усмехнулся, на что я зло посмотрела на него. — Ты действительно винишь в нашей ссоре только меня? — повторив ещё раз вопрос, Максим скрестил руки на груди, уставившись на меня. — Да. — резко отрезав, я бросила сигарету, которую даже не докурила, и потушила её ногой. — Ты послал меня нахуй. Думаю, это весомый аргумент. — сказав это с некой иронией в голосе, я собралась идти обратно в здание, но Свобода схватил меня за локоть. Оказавшись рядом с ним, я подняла свой взгляд в его глаза; такие красивые и голубые, как море. Глаза, в которых можно утонуть. — Я тогда был зол на тебя. Ты думаешь мне приятно было услышать то, что все наши дружеские отношения — простой пиар ход? Услышать это от человека, который является для меня самым дорогим в этом чертовом мире. — переведя дух, Максим продолжил, все ещё держа меня за локоть. — Как бы ты отреагировала, если бы услышала такое из моих уст? — сделав акцент на слове «такое», Максим продолжал смотреть на меня испепеляющим взглядом, пытаясь вызвать во мне чувство вины. — Я услышала это из твоих уст, только в другом контексте. — я отвела свой взгляд в другую сторону и отдёрнула руку, которую держал Максим. Я знаю, как его это тоже бесит. Мы не сможем нормально поговорить и все разъяснить, потому что никто из нас двоих не пойдёт разговаривать первым, а уж тем более извиняться. В этом мы с ним действительно похожи. — Кошелева, услышь меня! Мы оба накосячили и винить только меня здесь не нужно! — Максим перешёл на крик, размахивая руками. — Допустим. — на пару секунд Свобода утих, услышав то, что я с ним согласилась. — А дальше то что? Мы упёртые бараны, которые не пойдут мириться первыми. — Я хочу помириться с тобой. Я готов сделать тебе шаг навстречу, если ты тоже его сделаешь. — взглянув на Максима, я увидела, что говорит он действительно всерьёз. Он готов простить меня и мои обиды. Но готова ли я сделать то же самое? — Зато я не готова. — произнеся это вслух, я сразу же хотела ударить себя по губам за такие слова, потому что я не была уверена в них. Я хочу простить Максима. Я хочу вернуть наши дружеские отношения, но я не могу этого сделать. Мне не позволяет мое внутреннее «я». В любом случае, я уже сказала свои слова. Несмотря на Максима, я прошла мимо него и зашла в здание. POV Максим Свобода «Зато я не готова.» Эта фраза как будто до сих пор звучала у меня в ушах, хотя Кристина ушла минут 5 назад. Она вот так просто может отступить? Да, я понимаю, что сглупил и наделал много ошибок, но и она же не святая. Почему я смог переступить через этот порог, а она нет? Мы же можем помочь друг другу. Ей нужно подумать, потому что я не верю её словам. Там, в глубине души, есть внутреннее «я», которое так и просится наружу, чтобы закричать о том, что она готова простить меня, сделать шаг навстречу. Но она все это охотно скрывает за своей маской, которая уже давно разорвалась. За ней видно все то, что она так умело прячет, хоть там и темнота, которая поглощает тебя. Я вижу то, чего не видят другие. Ей нужна помощь, от которой она так охотно отказывается, и я готов её оказать. Я готов сделать все, лишь бы Крис вновь была рядом со мной. Знали бы вы, как мне не хватает этих разговоров ни о чем. Да, после тех её слов я ненавидел Кристину настолько сильно, что мне было противно даже слышать её имя, не говоря уже о том, чтобы видеть её. Но потом эта ненависть начала утихать, и в скором времени она вовсе исчезла. Оставалось лишь одно недопонимание. Зачем она так поступила? Я, кстати, до сих пор этого не знаю. Я могу только догадываться об этом. Как-то раз она рассказывала мне о том, что её парень жутко ревнив, и ревнует он её чуть ли не к каждому столбу. Об этом я вспомнил как раз в тот день, когда мы сидели с Серегой у него на хате и попивали виски или коньяк, я точно уже не помню. Поэтому из этих убеждений я могу судить о том, что сказала она это только для того, чтобы успокоить своего парня. Достав пачку, я вытащил несколько сигарет и убрал её обратно. Как только я поджег одну из них и вдохнул дым, на мое плечо резко опустилась мужская рука. — Это правда? — голос Пиэлсишника, появившийся так неожиданно, заставил меня вздрогнуть. — Вы правда поссорились из-за этого? Повернувшись к нему лицом, я взглянул на Трущёва, который даже для серьёзного разговора снял свои любимые чёрные очки. — Она не хочет мириться. — проигнорировав вопросы Серёжи, я произнёс это вслух, запрокинув голову наверх. — Она прямо так и сказала? — Серёжа спросил это с неким удивлением. А чего он ожидал? Эта девчонка супер упёртая. «Мы упёртые бараны, которые не пойдут мириться первыми.» Вновь слова Кошелевой всплывают в моей голове, отчего я громко вздыхаю. По сути она права. — Не совсем так, но смысл один и тот же. Мы стояли с Серёжей минут 5 и просто молчали, думая каждый о своем. — Она ведь нравится тебе, так ведь? — первым решил нарушить молчание Серёжа, строго взглянув на меня и нахмурив брови. — Скажи мне, у тебя с Кошелевой какая тема? Честно говори. — Платоническая. — Что значит «платоническая»? — Правильно говорю? — Правильно. Слово такое есть. Просто, как ты его понимаешь? — У меня сестра такого же возраста. — И? — Ну, и как-то я… — То есть, у тебя сестринские к ней? — Ближе так, да, дружеские, товарищеские, сестринские, ну, и тёплые… хорошие. — Нет, наоборот, это хорошо. То есть, сердце не болит? — Нет. А с чего вы спросили? — Это не я спросил, это люди. Вы смотрите друг на друга, будто вы только что поженились. Два восторженных лица. Вот и всё. — Ничего плохого в этом нет. — Нет. Я просто хотел понимать для себя: любовь это или нет. — Это не та любовь. — Я отвечал на этот вопрос ещё на проекте. — холодно произнёс я, вспомнив про тот самый разговор с Фадеевым. Про платоническую любовь. — Ты соврал Фадееву и всем телезрителям, говоря о своей «платонической» любви, но не ври самому себе. Она нравится тебе, и я это вижу. — как только Трущев закончил свою речь, я взглянул на него и, ничего не ответив, ушёл в здание, громко хлопнув дверью.

***

POV Кристина Кошелева Второй концерт, прошедший на ура, подарил мне ещё больше тёплых эмоций. Я отдавала сцене всю себя, лишь наслаждаясь тем, что я делаю. Пение помогает мне во многом; оно заставляет забывать о твоих проблемах хоть на какой-то промежуток времени. После концерта у нас, как обычно, прошла всеми любимая автограф сессия, где я успела пофоткаться с многими ребятами и даже пообщаться с ними. Как только автограф-сессия закончилась, мы все дружно попрощались с фанатами, ещё раз благодаря их за то, что они пришли к нам на концерт, и, собрав все вещи, завалились в автобус и направились в следующий город, где у нас будет проходить концерт — в Сочи.