Береги честь с Новой

Оглоди были выше людей в среднем на одну голову, а красный цвет кожи и жёлтые бесовские глаза без зрачков делали их похожими на порождения преисподней. Поэтому, по легенде, их считали некогда одним из людских народов, который прокляли. Народ оглоди не имел дипломатов и сведущих политиков. Они не привыкли к установлению прочных торговых отношений с городами. Этот народ не славился великими учёными. Никто не знает знаменитых музыкантов и поэтов, которые были бы оглоди. Но если они объявляли городу войну, то этот город скорее всего надеялся на чудо спастись от ярости завоевателей, которая казалась страшнее любой эпидемии. Потому что при эпидемии хотя бы могут остаться выжившие и стены города будут целыми. Языки пламени, объявшего дома деревни, были велики, как страдания жителей, чьи крики безнадёжно звали о помощи. Луна старалась не дышать дымом. Чёрные сгустки оставляли её в неведении окружения на расстоянии чуть больше вытянутой руки. Она направляла Нову по улице, чтобы скорее убраться. В дыме силуэты солдатов догоняли силуэты мирных жителей. Тела с проломленными черепами встречались на пути. И ни одного трупа оглоди, которым никто не мог противостоять. Это определённо было худшее утро, которое она встречала в гостиничной койке. Благо, Нова быстро нашла таверну. Луна пригнулась от летевшей ей в нос стрелы. Она достала глейв, и Нова прыгнула на лучника. Лезвие рассекло дымовую завесу. Когда они приземлились, оглоди пал замертво. Теперь Луне угрожал топор, который заносила неразведанная фигура. Его лезвие с оглушающим звоном встретило поставленный блок щитом. Рука заныла, сдерживая тяжёлый удар. Солдат Красного Тумана не успел пробежать за Новой восьми футов как потерялся в дыме. Нова перепрыгнула через горящую кучу обломков и понеслась по улице. Вид прояснялся. Открылся горизонт лесной дали, они выходили из деревни. Луна не расслабилась, но довольно улыбнулась. Этот кошмар подходил к концу, и через две минуты она вздохнёт с облегчением. – Нет! – Умоляю, пожалуйста! Луна услышала крики обречённых, встречавших судьбу. Впереди у сеней горящего дома оглоди притеснили двух людей: молодого парня и девушку. "Они уже мертвецы," - решила она первой мыслью. А второй приняла решение остановить Нову. Солдатов было только двое, а их жертвы не дети и не старики, смогут убежать. Луна не хотела снова сожалеть о своём бездействии. Она метнула глейв, чтобы он отскочил от спины одного оглоди, задел другого и по наложенным на него чарам вернулся ей в руку. Крутящееся S-образное лезвие летело прямо в цель. Глейв остался в спине. Луна, казалось, получила разряд молнии, когда осознала, что её оружие не последовало магической траектории. И значило это наихудшие новости. Сквернее всего их было узнать именно сейчас. Она вынула кинжал из ножен и спрыгнула со спины Новы. Оглоди вытащил глейв и с гневом отшвырнул. Парень и девушка только сжались в страхе. Солдаты переключились на Луну. Она попятилась назад, держа кинжал и щит. Мельком бросила взгляд на молодых людей, которые, видимо, вообще не соображали, раз оставались на месте. – Ну, бегите! Эта брошенная фраза дошла до пары через секунду, и они, закопошившись, поднялись и побежали, перелезая прямо через ступеньки возле двери. Им казалось, что так намного короче. Оглоди тоже оглянулись на парня и девушку, удиравших из деревни. Луна, воспользовавшись выигранной секундой, сблизила дистанцию с одним из солдат и всадила кинжал в бедро. Оглоди занёс молот, от которого она увернулась в перекате ему за спину, и тут же вынула кинжал. Второй оглоди повернулся к ней, но на него сзади прыгнула Нова. Пока первый оглоди вытаскивал вбитый в землю молот, Луна добралась лезвием до горла. Нова держалась на спине, но казалось, что громадный оглоди её сейчас же сбросит. Луна подобрала глейв и напала с ним на солдата. Даже с Новой на спине, он сумел заблокировать удар древком секиры. Луна решила сразу же бить щитом по лицу. Пусть его череп казался толстым, солдат не сумел остаться в сознании после удара. Когда оглоди, шатаясь, упал, за ним открылся целый отряд солдат Красного Тумана, сбежавшихся с других улиц. Луна схватилась за седло, собираясь залезть на спину Новы. Но выход из деревни перекрыли другие оглоди. Они окружили её будто высокая изгородь, усеянная кольями. Луна встала в позицию, хотя она бы в жизни не отбилась в одиночку от такого полчища. Но больше ничего не оставалась. Оглоди не привыкли брать пленников. Несколько минут назад она могла посметь понадеяться на помощь Селемине и, как она это делала прежде, устроить искусственное затмение с опаляющими лучами, но теперь это было невозможным. Её богиня больше не имела власти вмешиваться в ход вещей в этом мире. Поэтому ей оставалось только достойно принять смерть. Она посмотрела на Нову. Может, кошка смогла бы спастись, но Луна чувствовала, что она не оставит её одну и будет, как всегда, биться до конца. Их было пять. Пять воинов, вышедших из круга вперёд, по одному с каждой стороны. Они были юны и явно сражались хуже других. Луна мельком бросала взгляды на крыши домов. Впрочем, все крыши в деревне давно были в объятиях пламени, от них осталось одно только название, и нигде не могли таиться стрелки, которые пустят в неё стрелы во время боя, что она иронично нашла честным. Пятеро солдат почти закрыли её в своём круге. Луна в развороте нанесла удар оглоди, заходившему со спины, чтобы застать врасплох. Он отпрыгнул, но получил порез на всю грудь, попытался ответить ударом и рассёк воздух. Луна уклонилась в сторону сбоку от него. Она добилась того, что все нападающие оказались с одной стороны. Оглоди предпринимали попытки зайти сзади, но у них ничего не выходило. Луна дала команду, и Нова, прежде державшаяся за ней, взяла на себя двоих. А Луна атаковала оставшихся. Она миновала выпад с секирой и тут же ударила ногой второго нападавшего и тем самым отстранила. А потом пошла вперёд сама, толкнула щитом оглоди с секирой, нанесла первый удар, который был отражён, и нанесла второй, оставивший глубокий порез на руке оглоди. Скачком назад Луна сохранила позицию перед оппонентами. В следующий раз она пошла в ноги. Неумение их вовремя убирать сыграло решающую роль в судьбе солдата. Он в потере равновесия упал на колено и встретил смертельный удар. Луна через секунду блокировала щитом атаку другого солдата. Всё же это не был простой бой. Несмотря на успехи, Луна начинала сильно уставать, и оттого сложнее было продолжать драться. Её удары теряли силу, финты и пируэты давались с большим трудом, а реакция стала подводить. Когда пять красных тел лежало на земле, она отчаянно вдыхала воздух. В нём чувствовался дым пожара. Они с Новой остались вдвоём против армии. Она понимала это, как понимала своё состояние. И не видела своего будущего, как не видела неба над рушащимися домами за вуалью дыма. Луна закрыла глаза. По земле ступали ещё несколько солдатов. Кажется, много для неё. Но она сжала ручку щита и глейв, потому что не могла сдаться. Оглоди не берут пленных. Она собиралась принять смерть от наступавших воинов, как услышала голос, настолько мощный, что его могла отчётливо слышать и вся орда. – Отставить! Сегодня пролилось достаточно нашей крови. Воины послушались и вернулись в свой ряд. Вперёд вышла женщина с копьём. Она была высокая, как и все оглоди. Носила меховую одежду, её волосы были собраны в хвост. Смотрела на всех со строгим выражением на лице. Луна, порывисто дыша, сохраняла бдительность и не расслабляла хватки на щите. Но женщина оглоди, вопреки намерению сражаться, вонзила копьё остриём в землю. – Ты проявила доблесть, дав бой моим солдатам. За это я обещаю тебе как можно более безболезненную смерть. Луна отдышалась и посмотрела на женщину. После безумства боя этот страшный приговор, произнесённый так просто, едва не заставил её грустно засмеяться. Но она сдержалась и обратилась к оглоди. – Это очаровательная милость. Но прежде позволь мне узнать имя той, кто собирается отправить меня на эшафот. Воинственная женщина гордо закинула голову. – Моё имя Сорла Хан, я предводительница и спасительница своего народа. Луна в свою очередь тоже выпрямилась. – Мне лестно знать твоё имя. Сорла Хан, от лица Серебряного леса и имени богини Селемине, я, Луна, последовательница Тёмной Луны, вызываю тебя на поединок за свою свободу. – Я не стану проливать свою кровь ради мертвеца понапрасну. Луна разочаровалась таким ответом, рассчитывая на честолюбие Сорлы, однако не отчаялась. Может, вождь Красного Тумана и благоразумна, но точно не другие оглоди. Она обратилась к солдатам. – То есть, предводительница Красного Тумана боится добить и так измождённую женщину? Это лидер, которого вы заслуживаете? Очень жаль. Оглоди ожидаемо начали негромко перекидываться словами друг с другом, что не оставило Сорлу равнодушной. Кажется, Луна услышала, как она прошипела проклятье. Теперь ей надо было доказать свою силу. Она без лишних слов взяла копьё, особо сильно сжимая древко. Иначе она не могла поступить, когда на кону стояла её репутация. – Нова, не вмешивайся, – Луна сделала запрещающий жест рукой. И они сразились, яростная Сорла и Луна, не успевавшая от усталости удивляться мощи атак. Казалось, её щит скоро покромсается в стальную стружку, если претерпит ещё несколько сильных ударов копьём. Её наступления холодно пресекались расчётливыми парированиями, какую бы прытость Луна ни проявляла. Отскоки и выпады становились медленней. Сложно было признать свою слабость, и она продолжала рассчитывать на возможность одолеть Сорлу, била раз за разом. Глейв отскакивал от блока, так и не пролив крови. Теперь защищалась она. Прогремел удар копья о щит справа, потом слева, Луна попыталась прорваться. И получила удар в лицо древком копья. Реагировать на боль не было времени. Из-за резкости удара стало сложнее контактировать с реальностью, но ей удалось распознать атаку. Она увернулась от последующего колющего. Копьё было так близко, что Луна невольно вздрогнула. Она прогадала следующий удар Сорлы по ногам и сделала отскок. Но ей не хватило сил, и скачок едва был длиннее одного шага. Она почувствовала, как колени прогнулись под толчком. Луна, получив подсечку, будто летела с вершины скалы, прежде чем упала на землю. И открылся вид белого неба, которое продолжал заслонять дым. В воздухе летал пепел и падал на землю чёрным снегом. Она искала возможности встать, но тело больше не подчинялось. Теперь она чувствовала кровь на лице, из носа и разбитых губ. Пальцы разжались, и щит с глейвом валялись рядом в поднятой пыли. Она едва могла открывать рот от боли. Слышались свист и овации оглоди. Над ней стояла Сорла с занесённым копьём. Всё кончено. Сорла сжала в гневе зубы, готовясь его всадить. И она принялась за задуманное. Луна не закрывала глаза, готовясь без страха встретить кончину. Наконечник стремился к её животу. Она не видела Сорлы, а видела только чёрный цвет. И только через секунду поняла, что это была шерсть Новы. Подоспевшая кошка железно сжимала древко в челюстях. Луна только могла выкатиться из–под наконечника, норовившего её проткнуть. Хруст, и копьё разломилось. На Нову набросились оглоди, но Сорла их остановила и сказала пока что только держать кошку. Нова, прижатая к земле, не могла вырваться. Разочарованно посмотрев на копьё, Сорла его отбросила. – Может, это и твоя судьба...– сделала паузу, вспоминая имя, – Луна. Тем временем сама Луна только поднялась, удручённо смотря на Нову. Рычание разрывало сердце, как и вид кошки, придавленной солдатами. Ей было больно говорить от полученных ударов. – Отпусти её, она просто зверь и не могла оставить меня. Сорла не исполнила её просьбу, вместо этого сказав: – Какое чудо – иметь такого преданного зверя, – она сделала акцент на последнем слове. Действительно, Нова была выше того, чтобы так называться. По сообразительности она зачастую оказывалась лучше человека. Луна только ждала. Она хотела подобрать оружие, чтобы продолжить бой, или просто наброситься на Сорлу с голыми руками. Среди беспорядка можно было проскочить на волю, но ей не хватало сил ни на что, она только продолжала смотреть на Сорлу, подошедшую к ней. – У меня нет больше времени. Сорла ударила её в живот, Луна закрылась руками. Это мало смягчило удар. Она хотела вдохнуть выбитый воздух, но Сорла следом саданула в голову. И всё померкло.