Тис, остролист и два пера

Весь следующий день Гарри провёл вместе с Марволо. — Смотри, учись и запоминай, — произнёс Марволо, объясняя суть приготовлений к очередному ритуалу. — На следующий год ты возглавишь собственный род и должен будешь делать всё то же самое. И советчиков рядом не будет. Сегодня ритуалы будем проводить на алтаре Блэков, поэтому я веду, а вы следуете за мной. Сначала МакМилланы — простое благодарение. Как только они покинут ритуальный зал, настанет твоя очередь. Заканчиваешь и тоже уходишь. Для родов Блэк и Поттер я всё сделаю один. — Марволо, ты действительно восстановишь им собственный алтарь? — Разумеется, таким не шутят. — Слушай, я ещё вчера спросить хотел, что такого ты предложил миссис МакМиллан, что Эрни так разозлился? — Контракт, — ответил Марволо, а заметив недоумение на лице Гарри, пояснил. — Она родит от Сириуса троих детей. Это и будет платой её рода за восстановление алтаря. — И что, Сириус согласен на ней жениться? — Его мнение меня не интересует. Он сделает то, что я ему прикажу. И никакого брака не будет. Мелания проведёт отчуждение детей в пользу рода Блэк и будет свободна. — Зачем все эти сложности? Разве нельзя, чтобы Сириус нашел себе хорошую девушку? Ту, которая будет ему нравиться? — Кого он ещё найдёт и когда? Сильных ведьм практически не осталось, а портить род введением грязнокровки я не позволю. А Мелания — чистокровная, сильная и умная. Почти идеальный вариант. Лучше неё может быть только Катарина Забини. Но она на Сириуса не согласится, ей бы Беллатрикс предложить… — Это как? — не понял Гарри. — Они же обе… женщины. — И что? Родила же она Блейза от ямайской мамбо.* — Но мать Блейза ведь была замужем… — Была и не один раз, а семь. Ей от мужей только наследство и надо было. А сын у нее всего один и тот от Мари Агассу. Но в Британии это редкость. Тут патриархальное общество и женщин — глав родов почти нет. Здесь больше распространены мужские союзы, — усмехнулся Марволо и, глядя на ошарашенное лицо Гарри, продолжил. — Что, и это для тебя новость? Чему тебя только Северус учит? Несколько минут Гарри молча хмурился, пытаясь уложить в голове новую для него информацию. А потом не выдержал. — Ты сейчас пошутил, да? Распространены, скажешь тоже! Да я ни разу такого не слышал! — Разве? Вспомни своих сокурсников. Кто их родители? — У Рона — отец и мать… — Предатели крови. Это вообще отдельная тема. — Гермиона… — Грязнокровка. — Драко Малфой! Уж этот тебя должен устроить! — Мать из рода Блэк. Практически единственного в Британии рода, в котором рождаются сильные ведьмы. Их невест ещё в одиннадцать лет разбирали. Думаешь за что Андромеду из рода выжгли? Уж точно не за «светлые» идеи. А за то, что замуж выскочила, нарушив договорённую помолвку. А род потом виру выплачивал. — Ладно… Джеймс Поттер! — Лучше тебе не знать, почему он на Эванс женился, — недовольно скривился Марволо. — Нервы целей будут. Хорошо, слушай.       Риона О’Нил, кстати гриффиндорка — Джаред и Фламант О’Нил. Энтони Голдстейн — Генри и Уильям Голдстейн. Эти двое чистокровные.       Трейси Дэвис — Роджер и Эрмант Дэвис. Мэнди Броклхерст — Джеффри и Том Броклхерст. Обе девушки имеют статус полукровок.       Сьюзен Боунс. Родители Льюис Боунс и Аманда Спиннер. Тоже полукровка. Заметил закономерность? При мужском союзе магглорожденных отцов вводят в род, а при обычном браке магглорожденных матерей — нет. — Но моя мама… то есть твоя… ну Лили Эванс же была магглорожденной. И она стала Лили Поттер! — Гарри, ради Мерлина, не вороши сейчас эту историю. Пожалеешь… К обеду все приготовления были закончены. Несмотря на усталость, Гарри ел неохотно. Масса новой информации, полученной сегодня от Марволо, требовала осмысления. Не добавлял хорошего настроения и понурый вид Эрни. Гарри не видел его со вчерашнего дня. После того скандального заявления, Мелания так и не сняла с сына заклятие петрификус. А закончив с предварительными договорённостями, просто приказала домовику перенести Эрни в выделенные им комнаты. Как именно Мелания вправляла мозги сыну осталось для Гарри тайной, но сегодня хаффлпаффец сидел за столом молчаливый и напряженный, не отрывая глаз от тарелки и не вступая в разговор. А после начались обряды. Наблюдая за слаженными действиями МакМилланов, Гарри понял, что выполняют они их не в первый раз. Но если Мелания делала всё осмысленно, то Эрни просто механически повторял движения и слова. Со стороны это выглядело легко, но стоило МакМилланам покинуть ритуальный зал, а Гарри занять их место, как он на своей шкуре ощутил, что такое запущенное состояние рода. С первых слов начавшего обряд Марволо, Гарри окутала вязкая магическая грязь. И всю эту муть ему предстояло выгрести собственными руками, очищая это застоявшееся болото до состояния ухоженного пруда. С каждым словом, с каждым действием окружающая действительность приходила в движение. Просыпаясь, очищаясь и вытягивая неимоверное количество сил. Из ритуального зала Гарри выполз, держась за стенку. Кое-как добравшись до своей комнаты, он мгновенно отрубился. Ужин Гарри проспал. Кричер разбудил его перед самой полуночью, заявив, что праздник скоро начнётся и все ждут только наследника Мракса. Йоль — светлый праздник. В ночь Йоля Великая Богиня-Мать рождает младенца, которому предстоит стать Солнечным Богом. Он умирает каждый Самайн, но на Йоль всегда возрождается вновь. Взглянуть на новорожденного Бога-Отца приходят эльфы, феи, тролли и другие магики. Замерев на пороге, Гарри с восторгом оглядывал гостиную. На камине и праздничном столе были установлены традиционные венки из сосны, ели, веток рябины с обязательными красными свечами, разными по длине и форме. В центре комнаты установлено йольское дерево — высокая пихта, наряженная шарами, гирляндами и хлопьями волшебного снега. А в потушенном камине лежало дубовое полено, украшенное цветами, ветками, ягодами и фруктами, которое будет сожжено в эту ночь. Марволо и Сириус сидели в креслах возле камина. Эрни и Мелания — на диване. Напротив них, на другом диване, с комфортом устроился Северус. Старый Кричер примостился в углу. Сегодня особенный праздник, на котором даже домовикам разрешено присутствовать. Покрутив головой, Гарри понял, что единственное свободное место — на диване. И, не долго думая присел рядом со Снейпом. Дневного сна ему не хватило, поэтому, уютно устроившись среди мягких подушек, он задумчиво щурился на огонь подожженного Марволо йольского полена и потягивал из бокала подогретое вино со специями. В разговор он не лез, предпочитая отдаться тёплому чувству наступающего праздника. Мелодично позвякивали хрустальные бокалы, трещало прогорающее полено, мягче и тише зазвучали голоса. Должно быть он задремал, потому что в какой-то момент обнаружил свою голову, лежащую на плече Снейпа. — Шел бы ты спать, Гарри, — вздохнул Северус и спросил: — Сам дойдёшь или сказать Кричеру? — Сам, — зевнул Гарри и поднялся наверх, оставляя в гостиной уже хорошо подвыпившую компанию. Проснулся Гарри посреди ночи от зверского чувства голода. Полежав еще немного и поняв, что последний раз нормально он ел почти сутки назад (не считать же едой еле как замученный обед, где от тяжёлой атмосферы кусок в горло не лез), он поднялся. Звать Кричера не хотелось. Домовик и так вчера расстарался, готовя дом к празднику и выполняя пожелания гостей. Поэтому, накинув сверху на пижаму тёплый халат, Гарри пошёл на кухню. Не маленький — найдёт что перекусить. Пьяный скандал он услышал еще на подходе. Сириус, не стесняясь в выражениях, ругался со Снейпом. Ну как ругался? Скорее орал, а профессор только и успевал его одёргивать. Не желая лишний раз нарываться, Гарри уже было развернулся назад, но тут услышал имена родителей. — …паршивая грязнокровка Эванс! Мало мне, что ее ублюдок теперь командует в моём доме, так ещё и ты со своей подстилкой явился! — Заткнись, Блэк! И не смей приплетать сюда Гарри. — Гарри? Значит, Гарри, да? Прямо как сынок Джеймса! Он же даже ему имя нормальное придумывать не стал — так детской кличкой и оставил. В душе у Гарри всё похолодело. Еще никогда он не слышал, чтобы кто-нибудь отзывался о его родителях так: со злобой и ненавистью. И уж меньше всего он ожидал, что услышит это именно от Сириуса. — Иди проспись, Блэк! — зло прошипел Снейп и Гарри услышал звук падающей мебели. — Ты не пойдёшь никуда! Сначала расскажешь, какого Мордреда они в тебе находят, а, Снейп?! Ведь как был чмошным ублюдком, так и остался! — Неужели ревнуешь, Блэк? — Джеймс моим должен был быть! МОИМ! — Гарри вздрогнул. Что-то тяжелое ударилось в стену возле двери. — А он за тобой бегал, как ненормальный! Даже подружку твою рыжую в постель затащил, чтобы тебя позлить! Думал, тебе Эванс нравится! Но ведь тебе было плевать на неё, да?! — Лили была моей подругой! Подругой детства! И не смей трепать ее имя! — рыкнул Снейп. — Да… тебе было на неё плевать! Как и на Джеймса! А я любил его! Только он ничего, кроме твоей тощей задницы замечать не желал! — Так ты, выходит, несчастного влюблённого утешал, Блэк? Когда свой зад ему подставлял? — Я ЛЮБИЛ ЕГО! А он из-за тебя с катушек съехал! А ты небось радуешься теперь, что выблядок грязнокровки Эванс приказывает наследнику благородного дома Блэк! — Надо же? Ты о своем происхождении вспомнил, Блэк? Вот только твое счастье, что тебя Поттер не слышит. Не то он быстро вернёт практику наказаний, которые так любили применять Блэки. — Поттер… Поттер… Надо же, вырос сучонок! А так на Джеймса похож был! Я как его в прошлом году увидел, сразу забрать сюда захотел… Миленький такой, трепетный, а как он подачкам моим радовался. Запер бы его в подвале и трахал всё лето. Все равно он никому бы не посмел рассказать. А тут явился… с кольцом лорда, уёбыш! Указывать мне вздумал! Гарри показалось, что от всего услышанного его ноги приросли к полу. Он забыл как дышать, не то что думать или что-то делать. В голове застучала кровь, руки затряслись и он почти был готов упасть в обморок. В этот момент дверь кухни резко распахнулась и в проёме показался Сириус. Пьяный до невменяемости с дикими глазами и злобным оскалом. — О, Снейп, шлюшка твоя явилась! — захохотал Сириус. — Чего не спишь? Нюньчик оттрахал плохо? Так я могу исправить! Пока Гарри молча хватал ртом воздух, Сириус схватил его за плечо и впечатал спиной в стену. А в следующую секунду отлетел на пару метров и упал на пол коридора. В дверях кухни стоял взбешенный Снейп с палочкой в руках. Зельевар на ногах стоял уверенно и только запах огневиски выдавал тот факт, что он тоже пьян. — Да ладно тебе, Нюньчик, я же помочь хотел, — развязно хохотнул Сириус и с трудом поднялся на ноги. — Кричер, отнеси меня в спальню. Что-то я устал. Сириус исчез вместе с домовиком, а Гарри с мольбой уставился на Снейпа. — Это же неправда? Скажите, что это всё неправда! — Гарри, иди спать. — Я хочу знать! Я имею право! — Гарри! Я сейчас много что наговорить могу. Просто. Вернись. К себе. Завтра поговорим, — Снейп стремительно прошел мимо. — Если захочешь… — услышал он сказанную шепотом последнюю фразу, когда Снейп уже поднимался по лестнице. В ту ночь Гарри больше не уснул. Верить тому, что услышал, он совершенно не желал. Только интуиция вопила, что всё это правда. Вот уж действительно — что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. А Сириус набрался до невменяемости. И, вполне возможно, завтра даже не вспомнит то, что наговорил. Зато Гарри этого не забудет. Ещё странно удивил тот факт, что окружающие считают его любовником Снейпа. — Интересно, в Хогвартсе тоже так считают? — вслух произнёс Гарри, вспомнив странный вопрос Керри Ламберта: «неужели декан так просто отпустит тебя к Поттеру?» — С этим надо разобраться… Нет, Снейп и слухи подождут. В первую очередь надо выяснить правду о родителях. О Сириусе и отношениях между Мародёрами. А кто может рассказать об этом? Только тот, на чьих глазах это происходило. Непосредственный участник событий… Да, ему нужен Ремус Люпин! Вот только как найти оборотня? После того, как он ушел из Хогвартса, Гарри с ним больше не общался. Но ведь находят как-то волшебники друг друга? Ну конечно! Сова. Надо ему отправить письмо и назначить встречу! Вот только придёт ли он? Ведь его пригласит не Гарри Поттер? Вспомнив учителя ЗОТИ, Гарри вспомнил и его потрёпанный вид. Дамблдор говорил, что из-за декрета «о тёмных тварях» Люпин не может найти работу, а ликантропное зелье стоит дорого. Раз он постоянно нуждается — значит не откажется подзаработать. Причём абсолютно законно. Всего-то и надо предложить ему выкупить воспоминания! Не в силах больше лежать, Гарри соскочил с постели и сел за составление письма. Перепортив кучу пергамента, к рассвету он придумал приемлемый вариант. Гнев, клокотавший внутри, подталкивал к действию. Поэтому тянуть время Гарри не стал, а назначил встречу в маггловском Лондоне завтра, нет, уже сегодня в шесть вечера. Только запечатав письмо, Гарри вспомнил, что личной совы у него больше нет. Букля осталась у Марволо. — Кричер! — Что желает гость благородного семейства Блэк, — появился с поклоном домовик. — Кричер, в этом доме есть совы? — Есть. На чердаке живёт Гром, филин лорда-регента. — А он сможет доставить письмо? — Разумеется. — Проводи меня к нему, пожалуйста. Одарив Гарри странным взглядом, Кричер поклонился. — Прошу следовать за мной. Гром оказался большой и черной птицей. Он важно восседал на насесте и недовольно щелкал клювом. Но после десяти минут уговоров и ломтика бекона, филин всё-таки соизволил взять письмо и, расправив крылья, стремительно взмыл в светлеющее небо. — Вот и здорово! — обрадовался Гарри. Цену воспоминаниям Люпина Гарри назначил в сто галеонов. Именно эту сумму выдавал зачарованный кошелёк, который он получил при первом своем посещении Гринготтса. Теперь бы до вечера дотерпеть. Всё утро и полдня Гарри изнывал от скуки и нетерпения. Обитатели Блэк-Хауса мирно спали и вставать ближайшее время не собирались. Их можно было понять — праздник вчера затянулся надолго. И, судя по всему, спать все ушли только под утро. Может оно и к лучшему. После вчерашней моральной встряски он не готов был общаться ни с кем. Тем более с Сириусом и Снейпом. Чтобы не накручивать себя ещё больше и ежесекундно не репетировать свою речь перед Ремусом, Гарри засел в библиотеке. Перебрав несколько книг, он остановился на «Трактате о защите разума» и неожиданно заинтересовался. Оторвался только тогда, когда Марволо лично явился позвать его на обед. — Я здесь перекушу, можно? — страдальчески взмолился Гарри. — Что-то случилось? — спросил Марволо, присаживаясь рядом. — Я… не готов сейчас говорить об этом. Просто не хочу никого видеть. Можно я прогуляюсь по Лондону? — А у меня-то ты чего спрашиваешь? Твой опекун — Северус. — Я по магазинам пройдусь, только ты скажи ему, чтобы не искал меня. — Поругались значит. Ну-ну… Ладно, не маленький, сам разберёшься. Ужин будет в девять. Чтобы к тому времени вернулся. Не заставляй притаскивать тебя за шкирку. Марволо направился в столовую, а Гарри, пользуясь тем, что все заняты, улизнул в город. Маггловский Лондон был красив. Празднично украшенные улицы, яркие витрины магазинов и неподражаемое ощущение праздника. Даже днём торговые центры были заполнены людьми и каждый стремился чем-то побаловать себя. Гарри с удовольствием рассматривал выставленные товары и в какой-то момент пожалел, что у него с собой совсем мало фунтов. Он бы тоже не отказался от горячего кофе и шоколадного пирожного. Или от вон тех красивых ботинок. А может даже сыграл в игровые автоматы. Ну и что, что они для детей. Когда он был ребёнком, ему даже мечтать о таком было нельзя. Но отсутствие денег не могло испортить ему прогулку. Не привык он ничего покупать себе. Дурсли денег не давали, а в Хогвартсе тратить деньги негде, кроме «Сладкого королевства». И к назначенному часу, Гарри, раскрасневшийся от мороза, вошел в выбранное им для встречи кафе. Здесь он раньше не бывал, но слышал когда-то о нём от Гермионы. Думать о том, что Ремус вполне может не явиться на встречу, совсем не хотелось. Но стоило ему окинуть взглядом заполненный зал, как он сразу же заметил блёклого мужчину в ветхом пальто. — Добрый вечер, мистер Люпин, — поздоровался Гарри, присаживаясь за столик. — Мистер Мракс, я полагаю? Меня весьма удивило ваше письмо. — Почему? — Не каждый предлагает такую сумму всего лишь за небольшой рассказ. — Не только рассказ, мистер Люпин, но и воспоминания. — Да, я помню. Что вас конкретно интересует? — Ваша учёба в Хогвартсе и группа студентов, именуемая «мародёрами». Нет, нет, — поспешил успокоить его Гарри, видя как Ремус напрягся. — Никаких секретов мне не нужно. Меня интересуют личные взаимоотношения. В частности Джеймса Поттера и Сириуса Блэка и Джеймса Поттера и Северуса Снейпа. — Взаимоотношения? Говорите уж прямо — любовный треугольник. Джеймс бегал за Снейпом, Сириус за Джеймсом, а Снейп сбегал от обоих! — рассмеялся Люпин. — Галеоны у вас при себе? На Гриммо Гарри вернулся как раз к ужину. Задумчивый и мрачный. А в зачарованном кошельке лежал десяток флаконов с серебристыми нитями воспоминаний…