Тис, остролист и два пера

Этот день выдался для Драко насыщенным. Кто-то донёс Генеральному Инспектору о сборе незаконной организации и почти весь факультет Слизерин полдня бегал по этажам, вылавливая сбежавших из «выручайки» студентов. Но внезапно, вместо того, чтобы устроить скандал у директора, Амбридж просто приказала всех отпустить. Мучаясь здоровым любопытством, Драко отправился на ужин. В Большом зале он, в первую очередь, нашел глазами всех нарушителей, спокойно сидящих за своими столами. Разумеется, большинство из них были «грифами», но и других хватало. За преподавательским столом Долорес Амбридж лучилась довольством. Ехидная улыбка на ее лице обещала кому-то большие неприятности, а вот директора за столом не было, как и деканов факультетов, кроме Снейпа. Ужин только начался, когда Генеральный Инспектор Хогвартса поднялась со своего места. — Прошу минуточку внимания! — звонко постучала профессор Амбридж чайной ложкой о край бокала. — Хочу всех поставить в известность, что сегодня в школе случилось чрезвычайное происшествие. Ученики, чьи фамилии я сейчас назову, должны будут выйти в центр зала. Итак, Гарри Поттер, Гермиона Грейнджер, Полумна Лавгуд, Ханна Аббот… Долорес Амбридж перечислила тридцать фамилий с трёх факультетов: Гриффиндор, Хаффлпафф, Равенкло и дождалась, пока все названные выйдут вперёд и встанут напротив преподавательского стола. После чего оглядела их ласковым взглядом и продолжила: — С прискорбием хочу сообщить всем, что данные ученики нарушили несколько школьных правил. Во-первых: данная группа, вопреки полученному разрешению, проводила свои собрания в неположенном месте. Во-вторых: этим самым действием они ввели в заблуждение инспекционную дружину. И в третьих: эта самая группа своевольно поменяла зарегистрированное название. У вас есть, что сказать в своё оправдание? — Амбридж обвела взглядом мнущихся студентов. — Что, никто не хочет высказаться? — Прошу принять мои извинения, профессор Амбридж, — покаянно склонил голову Поттер. — Я и предположить не мог, что такая мелочь может доставить вам неудобство. После этих слов, головы всех повернулись в сторону Поттера. Слизеринцы — с непониманием, остальные факультеты — с изумлением, а стоящие рядом нарушители — с растерянностью. — Тем не менее, мистер Поттер, я обязана назначить вам всем взыскание. А также требую устранить несоответствие полученному разрешению, — жестом фокусника Долорес Амбридж извлекла откуда-то официальный свиток с перечнем фамилий, заверенный ее размашистой подписью. — Прошу всех членов отряда подписать ознакомление с инструкцией, во избежание подобных недоразумений в будущем. Мистер Поттер? — Конечно, профессор, — улыбнулся Марволо и первым поставил свою подпись рядом с фамилией и необычной должностью «наниматель». — А остальные что? Так и будете стоять? Удивленно переглянувшись, ученики по одному потянулись к преподавательскому столу. — Кто поставил подпись — могут вернуться на свои места, — объявила Амбридж, с удовлетворённой улыбкой наблюдая, как заполняется пергамент. Заминка произошла только один раз. Ханна Аббот уже взяла в руку перо, но вдруг нахмурилась и отложила его в сторону. — Прошу прощения, профессор, я покинула отряд и больше не состою в нем. Думаю, моя фамилия лишняя в этом списке. — Вот как, мисс Аббот? Тогда мне следует вас привлечь за нарушение школьных правил? — Простите, профессор. Я признаю свою вину. Долорес поджала губы и Драко заметил, как она кинула вопрошающий взгляд на Поттера. «Вот оно как! Потти в сговоре с Амбридж?» — удивленно подумал Драко. С ещё большим изумлением он увидел, как Поттер отрицательно качнул головой. Амбридж вздохнула и произнесла: — Ну что ж, вы оштрафованы на двадцать баллов и лишаетесь права посещения Хогсмида до конца года за нарушение школьных правил, мисс Аббот. — Да, профессор, — кивнула Ханна и вернулась за свой стол. — Так же, — продолжила Амбридж, — я штрафую факультеты Гриффиндор, Хаффлпафф и Равенкло на двадцать баллов, за нарушение общественного порядка. На этом всё. Мистер Поттер, можете забрать список. Изумлённый столь мягким решением, Драко смотрел, как Поттер принял из рук Амбридж свиток пергамента, а затем, не спеша, вернулся на свое привычное место за гриффиндорским столом. Сгорая от любопытства, Драко быстро покончил с ужином и, дождавшись, пока Поттер выйдет из-за стола, нагнал его в коридоре. — Поттер, сильно спешишь? — Да не то чтобы очень, Малфой. Чего тебе? — Будь любезен, поясни, что сейчас такое на ужине было? — улыбнулся Драко, подхватывая Марволо под локоть. — А с чего я тебе объяснять должен? — поддержал игру Марволо, резко подтягивая Драко ближе к себе. — Поттер, пожалей моё бедное сердечко, — театрально закатил глаза Драко. — Оно же разорвётся от любопытства. — Не тут. Пошли в совятню. — О, Поттер, ты приглашаешь меня на свидание, — продолжил ломать комедию Драко. — Пока только отправить письмо. Но я подумаю над твоим предложением, Малфой, — фыркнул Марволо и демонстративно обнял Драко за талию. Хогвартская совятня располагалась в круглой каменной башне. Высокие стрельчатые окна были лишены стекол, чтобы школьные совы могли свободно покидать её и возвращаться обратно. Тут всегда было холодно и гуляли сквозняки. На застланном соломой полу кучи совиного помета и обклеванные скелетики мышей и хомяков. — Ну и грязь тут, — брезгливо скривился Драко. — У нас в мэноре даже у павлинов такого не бывает. Неужели домовикам так сложно тут убрать. — Похоже, Дамблдору нет до этого дела, — фыркнул Марволо. — И где твой филин, Малфой? — Мой? Ты ничего не перепутал? Это ведь твоё письмо. — Мою почту отслеживает директор. А письмо всё равно твоему отцу, так что давай, отправляй его сам. — Что у тебя за дела с рара, Поттер, — перешел Драко на серьёзный тон. — Много будешь знать, мало проживёшь, — ухмыльнулся Марволо. — Давай, отправляй, а я, уж так и быть, удовлетворю твой интерес. — Только интерес? — А у тебя есть другое предложение? — Марволо игриво скользнул рукой по бедру слизеринца. — Не смей меня лапать, — возмутился Драко. И, оттолкнув Марволо от себя, добавил: — В этой грязи… Давай сюда письмо. Гермес! Это для рара, лично в руки. Выпустив филина в окно, Драко обернулся к Марволо. — А теперь рассказывай. С чего это профессор Амбридж решила устроить вечер благотворительности? И какого дементора ты не предупредил меня, что это твоя группа? Я бы тогда не бегал за ними по всему Хогвартсу. — Не предупредил, потому что сам не знал… — Это как? — Подставили меня, Малфой. Дамблдор и подставил, а сам свалил из школы, надеясь снова эффектно появиться в самый ответственный момент и решить мои проблемы взмахом руки. Вот только я их сам уже решил, — Марволо нехорошо оскалился. — С помощью Амбридж, — кивнул Драко. — Но ведь грифы всё равно будут слушать директора. Этот отряд доставит тебе куда больше проблем, чем пользы от него будет. — Вот уж нет. Никто теперь не сможет нарушить мои приказы. Кто же им виноват, что они подписывают магический контракт, не читая. Несколько секунд Драко ошарашенно хватал ртом воздух, а потом расхохотался. — Так тот пергамент… йк… магический контракт! А они его… йк… под свидетельство всего Хогвартса… йк… Поттер! Ты страшный человек! Даже я бы до такого не додумался! — Пошли отсюда, Малфой. Ты от смеха скоро по полу кататься будешь, а тут грязно. Да и дует. А я предпочитаю более удобные горизонтальные поверхности. — Поттер, не боишься что я приму твои слова за попытку ухаживаний? — спросил Драко, спускаясь по ступеням башни. — Я ведь могу и официально согласиться. Марволо резко развернулся и прижал Драко спиной к каменной стене. — Это предложение, Малфой? — Это угроза, Поттер! Марволо вплотную приблизился к его лицу и демонстративно лизнул тонкие губы. — На угрозу я всегда отвечаю действием, Малфой. — А справишься, Поттер? — ухмыльнулся Драко, и чуть сильнее надавил на кончик волшебной палочки, что упиралась в бок Марволо. — Проверим, Малфой?

***

Из всех несчастных, первая неладное заподозрила Гермиона. Уже на следующий день она подошла в гостиной к Марволо. — Гарри, что происходит? — Грейнджер, не помню, чтобы я давал тебе право обращаться ко мне по имени. — Ладно, Поттер, в чем дело? Почему мы не можем говорить друг с другом об отряде? — Потому что я вам запретил это. — Когда это? Я не помню такого! — воинственно упёрла руки в боки Гермиона. — Магический контракт лучше читать надо. — Что ещё за контракт, Поттер? — Тот самый, который вы все подписали в Большом зале. Теперь вы все мои наёмники и, по условиям контракта, моё слово для вас закон. Там, кстати, и другие обязанности есть, за неисполнение которых будет следовать наказание. Гермиона нахмурилась и воинственно выдала. — Я хочу его прочитать, Поттер. — Хочешь — читай. Марволо достал копию контракта и протянул девушке. Не теряя времени, Гермиона уселась за ближайший стол и принялась читать свиток. Через минуту она вскочила и, не обращая ни на кого внимания, выбежала из гостиной. До самого вечера Гермиона просидела в библиотеке, обложившись книгами по магическому праву и трактатами о магических клятвах. Она настолько погрузилась в изучение пергамента, что совершенно забыла о несделанном домашнем задании и ненаписанном эссе. В гриффиндорскую башню она вернулась перед самым отбоем и, не застав Поттера в гостиной, уверенно направилась в спальню мальчиков. — Поттер, ты не имел права так поступать с нами! — с порога начала она свою обличительную речь. — Грейнджер, тебя не учили стучать, когда заходишь? — лениво потянулся Марволо, отрываясь от чтения древнего фолианта. — Не пытайся поменять тему, Поттер! Это было подло с твоей стороны! — Неужели разобралась с контрактом? Поздравляю, Грейнджер, а теперь заткнись, выйди из комнаты и жди меня в гостиной. Гермиона попыталась сказать ещё что-то, но лишь несколько раз бессильно открыла рот. Гневно развернувшись на пятках и пылая возмущением, она спустилась вниз. Прислушавшись к себе, она с ужасом поняла, что даже не может уйти в свою спальню. Ведь ей было приказано ждать здесь. Марволо закончил читать главу и только после этого, встал, потянулся и пошел вниз. Гермиона, прямая, как струна, сидела в кресле, зажав ладони между колен и смотрела в одну точку. Увидев Поттера, она дёрнулась, но осталась на месте. — Зачем ты так с нами? — спросила она упавшим голосом. — А по-твоему, Грейнджер, только меня подставлять можно? Значит вы создали какой-то отряд, приплели туда меня, занимались не пойми чем, а я должен за вас всё расхлёбывать? — Но директор Дамблдор сказал, что тебе нужна наша помощь! — Ну так иди к Дамблдору, пусть он решит твои проблемы, — лениво ответил Марволо. — Не получится. Контракт подтверждён и разорвать его можно только в прописанном порядке. А там написано, что только ты можешь это сделать! Но… так не должно быть. Мы несовершеннолетние и не имеем права заключать такие контракты. Так почему… — Кто отвечает за учеников в школе, Грейнджер? — Директор и преподаватели. Так это получается, они засвидетельствовали наш контракт? Как в прошлом году засвидетельствовали твой с Кубком Огня? — А ты не такая уж дура, как кажешься, Грейнджер, — усмехнулся Марволо. — Я в книге прочитала. Постой, а Ханна отказалась. Это получается, она… — … поняла в чем дело и отказалась. Предпочтя потерять баллы и лишиться сладостей. Всё-таки «священные двадцать восемь» — это не лужа. Просто так не вляпаешься. — Но почему она никого не предупредила? — А вот это не ко мне вопрос. Вы сами подписывали пергамент и вас никто не заставлял. — Но мы не знали! Мы думали, что подписываем инструкцию! Никто из нас не собирался становиться наёмником. А без согласия обеих сторон контракт должен быть недействителен! — Разве? Так уж и не собирались? Вы организовали отряд и назвали его моим именем. Вы изучали боевую и защитную магию. Вы подтвердили это письменно. Магии хватило такого «искреннего» желания служить мне. — Почему ты говоришь о магии, как о чём то разумном? Как сила может думать? — Никак, ты права, Грейнджер, но лишь частично. Огонь — он тоже не разумный, но и у него есть свои законы. Нельзя разводить огонь в неположенном месте, нельзя оставлять рядом с камином воспламеняющиеся предметы, нельзя тушить огонь бензином, хоть он и жидкий. Нарушение этих законов приводит к наказанию: пожару или ожогу. Так почему к огню вы относитесь уважительно, а к магии — нет? У неё тоже свои законы и их незнание не освобождает от ответственности. Вы разожгли костёр в лесу, а я лишь направил этот огонь в нужное мне место. — Но это несправедливо! — Скажи это раскаленной кочерге, после того, как она обожжет тебя. — И что нам теперь делать? — Выполнять мои распоряжения: быстро и точно. И тогда у вас не будет проблем. Всё, Грейнджер, консультация закончена. Свободна, — произнёс Марволо и поднялся. — Постой, Поттер, у меня ещё вопрос. — Говори быстро. — Почему контракт подписан М.Д.Поттер. Ведь тебя зовут «Гарри». — Ещё один плюс, Грейнджер. «Гарри» — это сокращение. Как Гермиона — Мио. Мое полное имя звучит по-другому. — Как? — А вот это тебя не касается. Спокойной ночи. Как вскоре выяснилось, суть контракта поняли не только Аббот и Грейнджер. Невилл Лонгботтом, Майкл Корнер и сестры Патил заверили его, что прекрасно понимают, на что подписались. Невилл таким образом фактически перебросил на Поттера решение вопроса с Лейстранжами. Корнер просто зацепился за сильного мага, чтобы получше устроиться после Хогвартса, а Патил, как некоренные британцы, как следует подняли свою ценность на рынке невест. Но свою выгоду поняли не все. Марволо предполагал, что скоро ему полетят письма от родителей. Тянуть на себе всё это «светлое воинство» он совсем не планировал. Но этот год он точно оставит их на поводке. А дальше всё будет зависеть от вежливости изложенной просьбы. Но больше всех возмущались Уизли. Рон снова обиделся и попробовал пожаловаться директору. Из-за чего, точнее, из-за нарушения приказа нанимателя, угодил в больничное крыло с магическим истощением. А вот близнецы оказались изобретательнее: решили снова подставить его перед Амбридж. В этот раз переполох начался в разгар учебного дня. Зрелище было примерно таким же, как в тот вечер, когда увольняли Трелони. Стоящие вдоль стен ученики образовали огромный круг (некоторые из них, заметил Гарри, были покрыты чем-то очень похожим на Смердящий сок). Были в толпе и учителя с привидениями. Среди наблюдателей выделялись члены Инспекционной дружины, с интересом наблюдающие за разворачивающимся действием. Под потолком болтался Пивз, взирающий сверху вниз на Фреда и Джорджа, которые стояли посреди вестибюля с таким видом, что было яснее ясного: их, наконец, загнали в угол. — Итак! — торжествующе сказала Амбридж. — Итак! Вы полагаете, что превратить школьный коридор в болото — это смешно? — Мы полагаем, что да, — сказал Фред, глядя на нее без малейшего страха. —Видимо вам двоим, — продолжала она, глядя вниз на Фреда и Джорджа, — предстоит узнать, что бывает с нарушителями. Мистер Поттер? — Я здесь, профессор Амбридж. — Будьте любезны призвать к порядку своих подопечных. — Знаете что? — перебил ее Фред. — Боюсь, у вас ничего не выйдет. Он повернулся к брату. — Джордж, — сказал он, — по-моему, в нашем с тобой случае идея школьного образования себя исчерпала. — Да, у меня тоже такое чувство, — весело откликнулся Джордж. — Пора испытать себя в настоящем мире, как ты считаешь? — спросил Фред. — Согласен, — сказал Джордж. — А я не согласен! — перебил его Марволо. — За нарушение магического контракта, за причинение ущерба нанимателю, его имени и имуществу я, лорд Поттер, требую жизнь и магию Фреда и Джорджа Уизли! Как только Марволо произнёс свою речь, на руках близнецов вспыхнули магические кандалы, намертво привязавшие их не к просто нанимателю, а теперь уже хозяину. — Мистер Поттер, мистер Уизли и мистер Уизли, ко мне в кабинет, немедленно! — внезапно раздался разгневанный голос Дамблдора. — Пожалуй, я составлю вам компанию, — слащаво улыбнулась директору Амбридж. — Вы же не станете возражать? Возражать Дамблдор не стал. Вместо этого он развернулся и размашисто зашагал по коридору. — Летучая шипучка, — сказал Дамблдор и каменная горгулья отскочила в сторону, стена за ней разошлась, и они ступили на движущуюся винтовую лестницу. Когда они добрались до двери с молотком в виде грифона, он молча вошел внутрь. Марволо вежливо пропустил Амбридж и вошел сам. За ним, как на привязи, плелись близнецы Уизли. В кабинете собралось довольно много народу. Дамблдор сидел за своим столом, соединив вместе кончики пальцев. Профессор МакГонагалл застыла рядом с ним — на лице ее было очень напряженное выражение. Вызванная камином миссис Уизли сидела в сторонке, то и дело прикладывая к глазам платок, а у стены, с пером и тяжелым свитком пергамента наготове, маячила конопатая, очкастая фигура Перси Уизли. — Так, — сказал Дамблдор. — Так-так-так… Как вы поясните всё это, мистер Поттер? — Для вас — лорд Поттер. И пояснять я ничего не собираюсь. Подтверждённое магией право говорит само за себя. — Да что вы говорите? — неодобрительно сказал Дамблдор. — И откуда у вас это право? — Контракт наёмников, подписанный в присутствии учителей школы и грубо нарушенный сегодня Фредом и Джорджем Уизли. — Подтверждаю, — влез в разговор Перси. — В министерстве имеется заверенная копия контракта. Что именно чувствовал в этот момент Перси, сказать было сложно. Миссис Уизли лишь недовольно покосилась на сына, но промолчала. — Но ведь всё можно решить, правда, мистер Поттер? — постарался улыбнуться Дамблдор. — Что вы хотите? — Все что я хотел, я уже получил, — отрезал Марволо. — И не вижу смысла продолжать этот разговор. Всего хорошего, директор. Профессор Амбридж. Мистер и миссис Уизли. А вам, господа, я запрещаю покидать Хогвартс без моего разрешения, — сказал Марволо напоследок близнецам и демонстративно покинул кабинет.