Разбитая чаша

Дети пришли непривычно рано и Энакин, перед выходом из дома, смог их застать. Ему так же удалось завершить задание относительно быстро и без потерь, встреча посла от Гунганов прошла спокойно и никто даже не думал нападать на этого полного добродушного рептиллоида, надевшего в честь торжественного визита красную с золотом мантию. За то радости было очень много, ведь этот толстяк неожиданно встретил здесь родного племянника, когда-то высланного из их подводного мира. Его звали Джар Джар Бинкс и Энакин знал его с детства, с тех пор, как он, Падме, Мастер Квай-Гон и Оби-Ван спасли его от неминуемой расправы. И глядя теперь на это торжественное воссоединение семьи, Скайуокер почувствовал что-то необычайно тёплое и важное, словно впервые осознав, что именно вот такое отношение и такие чувства между любящими людьми — это и есть то, ради чего люди стремятся друг к другу, без чего сама жизнь становится бессмысленной. А он едва не загубил это всего одним неосторожным шагом, а вчера только усугубил, снова поторопившись. Вспоминая тот день, мужчина горестно вздохнул. Узнав, что Асоку отпустили с последних уроков из-за плохого самочувствия, он, страшно встревоженный, направился к ней домой, Энакин так переживал, что это она из-за него так разнервничалась, что заболела и мигом направился в высотную башню на Среднем уровне. Дорогой зашёл в торговый центр и купил её любимых конфет, а проходя мимо ювелирного снова, в который раз подумал зайти туда, но опять отложил до лучшего времени и уже через минуты звонил в их с братом квартиру. Альгон уже вернулся из командировки и сам открыл мужу покойной коллеги. При виде рослой фигуры тогрута Энакин слегка напрягся, ведь, скорее всего, сестра рассказала ему о произошедшем между ними, а мужчины, как он знал по собственному опыту, большие ревнители чести своих женщин и за поруганное достоинство последних готовы устроить мордобой. Скайуокер и сам порвал бы в лоскуты любого, кто посмел бы хоть прикоснуться к его дочери против её воли, а то, что сам Энакин фактически поступил с Асокой именно так, он уже не сомневался. Но какого же было его удивление, когда он увидел, что, стоя в дверях, мужчина смотрел на него и улыбался самой доброжелательной улыбкой: — Здравствуйте, Энакин, вы к Асоке пришли? Проходите, она в комнате. — Здравствуйте, Альгон — слегка растерялся Скайуокер — Да, мне сказали, что она нездорова и я пришёл навестить. — Проходите, она вас примет, я сам лишь пару часов как вернулся и потому не стану вам мешать, пойду посплю — поспешил сказать Альгон, впуская гостя в квартиру и запирая за ним. Энакин решил, что Асока попросту ещё не успела ему рассказать, потому он и был так приветлив, иного объяснения этому Скайуокер не находил, однако, в комнату Асоки он зашёл почти без страха, ведь разговаривала же она с ним всё это время, значит и сейчас не прогонит. Она открыла ему, сразу же, видно услышала голоса. На ней был надет тот самый халат с цветами, а на ногах были синие балетки, выглядела Асока довольно неплохо, только лицо было немного бледным, а глаза чуть красноватыми. Однако, увидев, кто пришёл, она улыбнулась так же искренне, как и брат, хотя и смотрела на него как-то слегка грустно. — Привет, Шпилька, мне тут передали, что ты помираешь без топлива, так вот, я его доставил, прими срочным грузом! — сказал он весело и протянул ей кулёк с конфетами, к которому уже на выходе из продуктового отдела прибавил ещё килограмм розовых апельсинов и упаковку салата с острыми крабами, который ей очень понравился в одним из кафе. — Спасибо, теперь я точно не умру — ответила Асока, принимая подношения — Ведь мой двигатель заправлен на полную мощность. «Ну точно не рассказала» — совсем уже успокоился Энакин и смело вошёл в комнату. — Рассказывай, что с тобой случилось, ты заставляешь меня переживать — сказал он с напускной строгостью, присаживаясь на диван. — Да так, голова разболелась, наверно из-за смены погоды, меня Сатин довезла — пояснила Тано, придвигая к нему маленький столик — У неё какой робот прикольный, кажется, он влюблён в неё, за все десять минут пути раз двадцать ей в любви признался, и ровно столько же раз получил по макушке! — Да, не везёт ему, бедняге, — искренне пожалел его Энакин — Тяжело любить безответно, да ещё и получать за это! Я бы вот никогда не ударил Р2, даже в шутку, а 3РО мне вообще считай как брат, я же его сам сделал! — Тогда уж скорее сын — улыбнулась Асока и поставила электрический чайник, всегда бывший у неё в комнате. Она любила перед сном в одиночестве пить чай и смотреть в окно, наблюдая, как темнеет небо и одна за другой загораются звезды. — Возможно ты и права, по крайней мере, ругается он так же, только в отличие от меня делает это на пяти тысячах языков галактики — рассмеялся и он, открывая коробку конфет, которую сам же и принёс, а Асока принесла из кухни недавно испечённый к приезду брата пирог с мясом и овощами. Потом порезала лимон, чтобы потом положить его в чай. — Ого, да тут у нас целый пир, смотрю ты тоже не любишь голодных мужчин? — хитро подмигнул ей Энакин, когда попробовал потрясающе вкусный пирог и запил таким же чаем. — А что в этом хорошего? Когда человек поест он как правило становится добрее — рассказывала Асока, сидевшая рядом, но на небольшом расстоянии — Брат так считает, он и меня к этому приучил, я с детства умела готовить, Альгон научил меня, когда забирал к себе на выходной. — Ты сильно преуспела в этом — Энакин искренне восхитился, обнаружив у своей любимой новый талант. Кстати как он заметил ещё в прошлый визит, комната тогруты была в идеальном порядке и нигде не было не пылинки. «Вот у кого надо учиться моей Лее» — подумал мужчина — «А то у неё в комнате вечный бардак, зато у Люка порядок, хоть он и мальчик». — Это ещё, что, ты просто мои первые опыты не видел, Альгон как великий герой послушно ел мои подгоревшие блины и пересоленые салаты, а уж безвкусных супов с разваренными в хлам овощами он и вовсе съел тонну, и всё терпел, только бы меня не расстроить, а потом втихаря таблетки для пищеварения покупал. Я как узнала, сразу начала стараться, ну ни на шаг от рецепта! — пустилась Асока в семейные воспоминания, в которых основным действующим лицом выступал брат, бывший ей и за мать и за отца. — О, ты ещё не знаешь, что учинили мои безумцы, когда впервые задумали испечь пирог — поделился и Энакин своим приколом — Прихожу я вечером из Ордена и застаю вот такую картину: вся квартира в дыму, кухня как после нападения бандитов! Потолок чернее асфальта, плита в белых и чёрных ошмётках, пол залит всем, чем можно и посреди всего этого кошмара мои дети, стоят в некогда белых, а теперь непонятно каких передниках, растрёпанные, и с улыбками до ушей демонстрируют мне большое угольно-чёрное треугольное чудовище, обсыпанное какой-то белой мукой. «Папа, скушай пирожок!» — невинным голосом выдала Лея. Ужас. Давно я так не смеялся. И неважно, что после этого я мужественно жевал это полугорелое-полусырое безобразие, к тому же вместо сахарной пудры посыпанное крахмалом, скрипевшим на зубах, а на следующий день мы втроём отмывали и белили кухню. Главное, что смеялись до икоты. — Ничего, я их научу, пироги — мой конёк! — ответила Асока, когда отсмеялась. — Да ты у меня вообще золото — с теплотой в голосе, в приступе нечаянной нежности сказал Энакин, который, сидя здесь, в этой комнате, рядом с Асокой, почувствовал себя так, словно пришёл в родной дом, где его любили и ждали, как пазл, в котором для целой картины недоставало всего одного кусочка, наконец сумевший его найти. Картина стала полной и радовала глаз творца яркими красками. — Скорее уж бронза, учитывая мой цвет — хихикнула Асока, она уже не выглядела такой бледной, раскрасневшись от чая и вкусной еды. — За то руки у тебя ну просто золотые — совсем уж расчувствовался Скайуокер и взяв руку тогруты, снова, как впервые, поднёс к своему лицу и начал покрывать невесомыми поцелуями. Асока в первые секунды сидела неподвижно, а рука её была расслаблена и почти готова принять тепло любимых губ, но вот и именно, что только почти... Уже в следущий миг на лицо начало выползать выражение страха и жесткого неприятия к тому, чем начинал заканчиваться этот вечер. Страх и нежелание новой боли, желание удовольствия, но большая вероятность повторения прошлого опыта. Любовь и боль. Благоразумие и эмоции. Доверие и злость. Что же победит? — АХ ВОТ ТЫ ЗНАЧИТ КАКОЙ! — резким высоким голосом выкрикнула тогрута, вырывая свою ладонь из тёплого сладкого плена — Я ДУМАЛА, ЧТО ТЫ МЕНЯ ЛЮБИШЬ! ЧТО Я ТЕБЕ НУЖНА! А ТЫ...ТЕБЕ НУЖНО ЛИШЬ ЭТО САМОЕ! И вырвавшись на свободу, рука хлёстко встретилась со щекой Энакина, оставляя за золотистой от загара коже красное пятно. — Асока, подожди, позволь мне тебе всё объяснить — обескуражено сказал Энакин, попытавшись придвинутся ближе, но тут прямо в него полетел апельсин. Скайуокер поймал его Силой и вернул на тарелку. — Асока, агрессивные переговоры—не выход. Давай спокойно поговорим — сделал он новую попытку достучаться до разума тогруты, но та наглухо ушла в оборону: — ВСЁ! ХВАТИТ! НАГОВОРИЛИСЬ УЖЕ! НЕ ПРИБЛИЖАЙСЯ КО МНЕ, ИЗВРАЩЕНЕЦ, ИНАЧЕ Я ТАК ЗАОРУ, ЧТО ВЕСЬ ДОМ НА УШИ ПОСТАВЛЮ! — И что тут за шум? — всунуться в дверь заспанный Альгон, разбуженный начавшейся баталией. — Альгон, как хорошо, что ты здесь! Помоги мне, спаси! Пускай этот извращенец отсюда уйдёт! — в молитве сложила руки Асока и встала рядом с братом. — И в чем дело? — поинтересовался тогрут, глядя на Скайуокера в упор. — Я не знаю, мы просто сидели и разговаривали, потом я взял её за руку и она завелась. Я не знаю, что делать, чтобы снова вернуть её доверие — ответил тот как можно тише, чтобы не слышала Асока. — Боюсь, что сейчас никак, нужно ещё время, я попробую поговорить с ней, а тебе лучше и правда уйти, повтори попытку через пару дней — посоветовал ему Альгон и подошёл к сестре. — Да НЕЧЕГО С НИМ ГОВОРИТЬ, АЛЬГОН, ЕМУ ОТ ЖЕНЩИН НУЖНО ТОЛЬКО ОДНО И ЭТОГО ОН ОТ МЕНЯ НЕ ПОЛУЧИТ. Я ЛЮБИЛА ЕГО...ЕГО ВСЕМ СЕРДЦЕМ, А ТЕПЕРЬ НЕНАВИЖУ, ВОТ! — выкрикнула Асока и заметив невольное движение Энакина в свою сторону, схватила со стола новый снаряд, на этот раз половинку лимона и тот не успев увернуться, почувствовал холодный шлепок по левому глазу и резкое жжение от кислого сока лимона. Альгон схватил сестру за руки и крепко обнял, повернув лицом к себе, потом указал на дверь, чтобы Энакин мог уйти, пока она не видит. Что он и сделал, понимая, что сейчас попытки помирится бессмысленны. Вот так закончился вчерашний день, а весь сегодняшний мужчина думал о том, что бы придумать ещё, чтобы поговорить с Асокой на эту сложную для обоих, но увы неизбежную тему. Выход как ни странно подали дети, рассказав о том, как сегодня кто-то умышленно отключил лифт, когда там ехала противная Мара и потом, вдоволь наслушавшись как она там ревет, включили обратно. «В высотных домах лифты всегда бывают» — подумал он в тот момент и потрогал свой глаз, к которому перед сном прикладывал холодные компрессы, чтобы к утру он стал чуть менее красным и припухшим. Вроде бы эффект был, только всё равно было заметно. — И кстати Асока выздоровела, сегодня уже опять была на уроке, это здорово, я успел соскучатся по ней — сказал Люк, ставя окончательную точку в решении отца. — А пусть она ещё к нам придёт — добавила и Лея — И пусть заплетет меня снова. Я пробовала сделать так же, но так красиво как у неё, у меня не вышло! — Можете не переживать, дети, совсем скоро она опять будет сидеть с нами за одним столом, я уверен — твёрдо произнёс Энакин и начал немедля готовиться к выполнению плана. Что ж, пожелаем ему удачи, она ему сейчас ой как сильно пригодится!