Колодец
14 октября 2018 г., 04:48
Хвост очнулся оттого, что ему стало холодно. Очень холодно. Все тело била мелкая дрожь. Медленно возвращались другие ощущения. Болело горло — саднило, будто он много и громко кричал. Все тело ломило, как после болезни. Он лежал на металлическом полу. В бок впивался какой-то уступ — тут же он понял, что это край капитанской площадки.
Он заставил себя открыть глаза. Было темно. Слегка светились на стенах колбы с аварийными светлячками да в окна пробивался синеватый свет Великого Колодца. И было тихо. Тишину нарушало лишь журчание воды, доносившееся откуда-то снаружи. Он шумно выдохнул и увидел, как изо рта вылетело облачко пара. Если топливо догорело, они обречены. Со стороны панели управления послышался слабый стон, а затем звук падения. Ханна, так и простоявшая все это время в полусне, склонившись к панели управления, попыталась распрямиться и мешком рухнула на пол.
Опираясь о стену, Хвост все-таки смог встать — подождал, пока в глазах перестанет мутиться — и сделал пару шагов в сторону бесформенной темной груды, видневшейся чуть поодаль. Спарки и капитан. Хвост осторожно коснулся безвольного тела мальчишки. Тот перевалился, на бок, распластавшись по полу, и он увидел, что его глаза и руки снова стали обычными, чистыми, человеческими. О капитане этого не скажешь — по крайней мере, из рукавов выглядывали покрытые чешуей запястья. Впрочем, пустоту спрятать намного проще. Пустота и тьма могут таиться внутри.
Оба дышат, но если не завести двигатель, это ненадолго. Как бы ему пригодился сейчас совет Ру.
Он попытался разбудить Ханну, но безуспешно — она так и лежала, как упала, все в той же одеревеневшей позе.
Внезапно тишину разорвал металлический лязг. Подняв взгляд, Хвост увидел стоящую в дверях Ру, закутанную в одеяло. На бинтах, прикрывавших край металла на левой руке, он разглядел свежее пятно крови. Она попыталась что-то сказать, и он скорее прочёл по губам, чем услышал:
— Умирать… одной…
Она сделала шаг в сторону иллюминатора, пытаясь разглядеть, где они оказали и, потеряв равновесие, тяжело упала на колени. Хвост подставил ей плечо, чуть не задохнувшись, когда она оперлась на него всем весом, и помог выглянуть наружу. В фиолетово-синих отсветах Ру походила на призрака. Она пристально всмотрелась в окружающий мир, вбирая его в себя — а потом оглянулась на Хвоста неожиданно ясным взглядом.
— Великий Колодец… Спасе… ние. Ты… — внезапно к ней вернулся ее обычный голос, — Ты поднимаешься. Кто поднимется, принесет воды — принесет спасение. Так говорили боги.
Хвост на всякий случай оглянулся. Те двое — наверное, их можно было назвать богами, по крайней мере, на какие-то мгновения они ими побывали — по-прежнему лежали неподвижно. Он помог Ру сесть у стены, поднялся на ноги и направился к углу, где раньше был привязан Спарки. Ему определенно понадобится несколько пустых бутылок.
— Только с вершины, — сказала ему вслед Ру. — Только с вершины.
