Empty Shell (Пустая оболочка)

Глава 14. Враг за спиной Питер Паркер всегда был довольно скромным и замкнутым парнем. Лишившись родителей из-за несчастного случая еще в раннем возрасте, он оказался в семье родственников со стороны отца. Несмотря на то, что он не был родным сыном для Бэнджамина и Мэйбэлл Паркеров, те постарались окружить его заботой и любовью, и это, по мнению Питера, им удалось. Возможно, главную роль в отношении приемных родителей сыграл тот факт, что своих детей у них не было, но все, кто хоть немного знал Бэна и Мэй, могли с уверенностью заявить, что от этой пары иного и ждать не следовало. Доброта, ответственность и самоотверженность занимали особое место в семье Паркеров. Эти же качества пара постаралась привить и подрастающему Питеру, что им с успехом удалось. Во многом благодаря воспитанию Бэна и Мэй Питеру удалось обуздать и направить свой талант к точным наукам и довольно развитый интеллект на научную деятельность, что заметно выделяло его на фоне сверстников. Увы, не всегда к лучшему. Всегда находились завистники, что так или иначе мешали Паркеру учиться и развиваться, из-за чего парень еще со средней школы часто становился объектом насмешек и жертвой задир. Некоторые считали, что будь парень похитрее, да понаглее, давно бы уже решил свои проблемы и оставил подростковые беды позади, но Паркер был воспитан иначе. Сам же Питер считал, что во всей его не самой удачливой и счастливой жизни обретение "дяди Бэна" и "тети Мэй" - было лучшим, что с ним случилось. Впрочем, в последние годы у этого события появилась серьезная конкуренция. И началось все с того, что в старших классах Питер познакомился с Гвен Стейси - очаровательной светловолосой девушкой, что перевелась в их школу после переезда в Нью-Йорк. Но преодолеть свою уже ставшую легендарной среди одноклассников скромность, чтобы хотя бы заговорить с новенькой, побудила отнюдь не внешность девушки, а ее тяга к знаниям. Не всякая старшеклассница откажется от предложения вступить в группу поддержки школьной баскетбольной команды и тут же поинтересуется, есть ли в ученической библиотеке качественная литература по прогрессивным направлениям современной науки. Ответить смог лишь Питер, вдоволь насладившийся округленными от изумления глазами одноклассников. Легкое соперничество, возникшее между двумя гениальными учениками на первых порах, быстро сменилось крепкой дружбой, что продолжилась уже в Университете Эмпайр-Стейт, куда смогли поступить и Питер, и Гвен, с отличием окончив Мидтаунскую школу Науки и Техники. К сожалению, в свободное от учебы время виделись друзья все реже. И причина тут была не только в том, что Питер взял сразу три специализации, а вечерами устроился на подработку курьером, чтобы помогать своей семье оплачивать счета. Гвен смогла настолько сильно впечатлить приемную комиссию Университета своими познаниями в области генетики, что слухи о талантливой студентке достигли доктора Стиллвелла из "Оскорпа". Как оказалось, один из преподавателей Университета, доктор Курт Коннорс - порекомендовал Гвен в лаборанты своему другу, которым и оказался специалист из компании Нормана Осборна. В итоге Стейси стала едва ли не самым молодым стажером "Оскорп", что еще сильнее затруднило общение Питера со своей подругой. А ведь Паркер уже давно испытывал к бывшей однокласснице чувства, куда сильнее дружеских, и в тайне парень надеялся, что и Гвен ему симпатизирует. Вот только смелости поговорить и разобраться юному гению пока не хватало. Но он не отчаивался. Еще одним замечательным событием в своей небогатой на события жизни Питер стал считать неожиданную стажировку в "СМТ", куда его порекомендовал опять же Коннорс, за что Паркер был безмерно благодарен профессору. В свои восемнадцать, Питер и мечтать не смел о том, чтобы попасть на работу в одну из лабораторий, ведущих передовые разработки. А тут такая удача! Правда у новой должности был и минус - формально они с Гвен теперь работали на конкурирующие компании, что сильно осложняло общение. Что ж, хоть подработку курьером можно было бросить, сосредоточившись на учебе и науке, поскольку платили в "СМТ" весьма неплохо. Паркер даже начал откладывать некоторую сумму, чтобы в будущем, скором, как он надеялся, набраться смелости и пригласить Гвен в ресторан... или куда-нибудь еще, куда девушка согласится пойти... опыта в свиданиях у парня не было... совсем. Однако тут в дело вмешался случай. Гвен сама пригласила Питера посетить выставку в "Оскорп". Да, это, конечно, не свидание, но в сложившихся условиях вечной нехватки свободного времени, Питер был рад и такой возможности. И все бы хорошо, но Паркеру поступило еще одно предложение... нет, не свидание, но увы, на ту же дату. И не от кого-нибудь, а от самого доктора Шелла - нобелевского лауреата и нового главы "Старк Медикал"! Выбор дался Питеру тяжело. Отказ пойти на выставку с Гвен мог ухудшить их и без того уже не такие прочные отношения, окончательно ставя крест на тайных мечтах Паркера. Однако на другой чаше весов висела карьера и будущее в сфере науки и технологий, чем Питер грезил еще с детства. Карьера или личная жизнь... восемнадцатилетний парень и подумать не мог, что столкнется с этим выбором так рано. Определиться помогли два человека, которых Паркер безмерно уважал, и один из них был в глазах Питера воплощением страсти к науке, а другой, как ни странно, олицетворял само понятие ответственности за близких и семью в частности. Еще перед поступлением в университет, Паркер смог прорваться на летний практикум к именитому ученому-физику - доктору Отто Октавиусу. Ученый сразу приметил талантливого юнца, коим многие считали Питера, но ошибочно принял его скромность и нерешительность за лень. - "Интеллект это ваш дар, а не привилегия, мистер Паркер. Наука не терпит лени и жестоко за нее наказывает. Если вы не готовы посвятить себя всего изучению ее тайн, то, быть может, стоит уступить свое место тем, кто стремится к этому всем сердцем?" - сказал тогда Паркеру Октавиус, намекая пареньку на то, что его способности хоть и помогли попасть в группу юных гениев, но без должного усердия, надолго ему там задержаться не помогут. И Питер тогда пообещал, что больше не даст доктору повода для сомнений или разочарований в своем ученике. Да, хоть Отто и был наставником Паркера всего шесть недель, парень искренне считал его своим учителем. Октавиус, впрочем, не спешил разубеждать Паркера в этом, охотно поддерживая связь. Собственно, у него Питер и спросил совета в отношении возможной карьеры в "СМТ". - "Молодой человек, каждый ученый нуждается в финансировании своей научной деятельности, а потому чаще всего так или иначе связан с промышленными гигантами и частными инвесторами. В вашей гонке к недостижимым высотам абсолютных знаний вам предлагают в качестве точки старта не крохотную ступень, а место на космическом шаттле. И вы еще раздумываете? Я считал вас умнее...", - ответил тогда Отто, с иронией поддев Питера в конце. А разговор с дядей лишь довершил начатое Октавиусом, окончательно подтолкнув Паркера в сторону верного, как ему казалось в тот момент, решения. - "Питер, я понимаю твои терзания. Семья, бесспорно, важна, и твое увлечение милашкой Гвен действительно может принести вам обоим счастье. Но помни, что отношения - это ответственность. И чем ближе друг к другу вы станете, тем больше ответственности тебе придется на себя взять. Я знаю, что общество меняется, и сейчас нравы уже не те, что были в нашей с Мэй молодости, но мы тебя воспитывали так, чтобы ты стал хорошим человеком, вне зависимости от внешних обстоятельств, хорошим мужем и отцом, опорой для семьи. Да, может показаться, что для счастья кроме искренних чувств и заботы ничего и не нужно, и это действительно может быть так. В конце концов, мы с Мэй поженились, когда у нас на двоих было двадцать четыре доллара собственных сбережений, а жить приходилось в таких съемных клоповниках, что и вспомнить страшно. Испытания и лишения лишь укрепили наши чувства... Но, если бы я мог дать Мэй больше... будь у меня таланты моего брата Ричарда или твои, я бы хватался за любую возможность сделать жизнь нашей семьи лучше. Но увы, мозгами меня природа обделила, ха-ха", - выдал тогда дядя Бэн. Питер не считал Бэнджамина глупым. Отсутствие или наличие диплома колледжа не было показателем ума, это Паркер усвоил еще в школе, когда половина преподавателей, как оказалось, с трудом могли сами разобраться в преподаваемом материале. Да и в любом случае, если природа и обделила дядю "мозгами", как он выразился, то уж точно компенсировала все сердцем и мудростью. Бэн хорошо понимал жизнь, в чем Пит не сомневался. Он и сам понимал, что сейчас мог предложить Гвен лишь свою юношескую влюбленность и ничего более. Куда бы их привели отношения, в которых кому-нибудь наверняка пришлось бы пожертвовать своей тягой к науке, чтобы уделять больше времени семье, а то и полностью отказаться от дальнейшего образования, чтобы устроиться на работу, которая позволит прокормить семью. У Бэна и Мэй не было средств даже на то, чтобы стабильно оплачивать счета за дом, потому Питер и рвал жилы, выбивая ученические стипендии и гранты, попутно работая вечерами везде, где соглашались взять на работу школьника. У Гвен отец был полицейским, причем одним из немногих, в неподкупности которых не приходилось сомневаться... а такие тоже зарабатывали не сказать, чтобы много. Стажировка в Оскорп была отличным трамплином для карьеры Стейси, и девушка вряд ли бы согласилась отказаться от дальнейшего ее развития. А значит, свои мечты пришлось бы отложить Питеру. Но предложение доктора Шелла уравнивало их с Гвен шансы и положение, что давало надежду на то, что в будущем у него еще будет шанс... Наверное, он вел себя глупо, но искренне считал, что поступает правильно. В тот день Бэн и Питер проговорили почти до самого рассвета, а наутро младший из Паркеров уже звонил в "СМТ" с согласием на поездку в Лос-Анджелес. Гвен действительно обиделась... До самого возвращения Питера в Нью-Йорк они не разговаривали. Паркер уже успел накрутить себя до мыслей о потерянном счастье и судьбе одинокого ученого-затворника... правда, перед глазами вставали примеры Октавиуса, Коннорса, Стиллвелла, Осборна и еще бесчисленного множества ученых, с которыми так или иначе Питер был знаком лично или же по их научным трудам, семейное благополучие которых, несмотря на увлечение наукой, вполне себе сложилось. Питер почти был готов признаться себе, что все еще ведет себя, как подросток, и слишком подвержен юношеской импульсивности. Но в его возрасте это было простительно... хоть и неловко. Чего Паркер не ожидал, так это звонка от Джорджа Стейси - отца Гвен. Девушка внезапно пропала, исчезнув из своей комнаты среди ночи. Накануне вечером, по словам ее отца, Гвен сильно о чем-то переживала, но от объяснений уклонилась, сославшись на сложности в исследованиях. Рано легла спать, а утром не вышла к завтраку. Входная дверь была заперта на "ночного сторожа" и цепочку, что означало, что через нее девушка квартиру не покидала. Пожарной лестницы возле окна ее комнаты нет, так что и этим путем было проблематично куда-либо выйти. Но факт был налицо. Гвен пропала и не отвечала на звонки. Капитан полиции Стейси уже попросил своих коллег поискать дочь, но официально ее в розыск подать не мог, поскольку прошло меньше суток с ее исчезновения. Оставалась надежда на то, что Гвен отправилась к кому-то из друзей... в конце концов, в таком возрасте ночные прогулки до рассвета и тяга к "приключениям на нижние девяносто" были в порядке вещей. И, хоть Джордж Стейси и считал свою дочь куда более благоразумной, все же решил проверить ее друзей. Питер, разумеется, о местоположении Гвен ничего не знал, о чем и рассказал ее отцу. Как оказалось, с самого дня выставки в "Оскорп" девушка была сама не своя, но семье ничего не рассказывала. Джордж замечал странности, но загруженность в участке и частые ночные дежурства не давали ему возможности вникнуть в проблемы дочери... о чем он сейчас сильно сожалел. Паркер же мысленно корил именно себя за такое состояние подруги. Ему отчего-то казалось, что Гвен расстроилась из-за того, что он не пошел с ней на выставку. Тогда он еще не знал, насколько ошибался в своих суждениях. Однако именно чувство ответственности за ситуацию подстегнуло Паркера быстро завершить разговор с капитаном Стейси и отправиться на поиски Гвен. Тем более, что сам парень считал, что знает привычки девушки достаточно хорошо, чтобы отыскать ее даже в таком крупном городе, как Нью-Йорк. Что ж, он оказался прав. Гвен нашлась на крыше заброшенной пятиэтажки, недалеко от Мидтаунской школы, где они иногда любили отдыхать с Питером, обсуждая научные теории и выполняя домашнее задание. - "Питер, помоги! Я не понимаю, что со мной происходит!", - сквозь слезы проскулила девушка, когда заметила подбежавшего к ней Паркера. Так их почти развалившуюся дружбу накрепко связала тайна состояния Гвен, о котором девушка попросила никому не рассказывать, пока сама не разберется. Пит пообещал... И это обещание он сегодня почти нарушил. - О чем ты только думал! - наседала на Паркера разгневанная Стейси, когда парень наконец добрался от здания СМТ до крыши того самого заброшенного здания, где нашел заплаканную Гвен больше двух недель назад. - Доктор Шелл отличный специалист. Он мог бы помочь разобраться в твоем состоянии... Ну или дать совет, к кому обратиться. В конце концов, у него очень много знакомых в том числе и среди генетиков, - стал оправдываться Питер. Гвен увидела в окно лаборатории "СМТ", как Паркер показывал Шеллу результаты исследования анализа крови и тканей пациента, подверженного генетической мутации. И увиденное девушке не понравилось. - Я же просила держать все в секрете! - скинув капюшон темно-серой толстовки и убрав со лба выбившиеся из прически пряди платинового цвета волос, прошипела Стейси. - Я не назвал имени! Лишь описал ситуацию... - О, как меня покусал радиоактивный паук, подверженный воздействию излучения неогенного преобразователя Стиллвелла, отчего структура его ДНК, предположительно, стала нестабильной и вместе с выделяемым при укусе ферментом попала в мою кровь? Или о том, что это послужило толчком к лавинообразным изменениям уже в моем ДНК, вследствие чего я приобрела ряд несвойственных человеку особенностей? Вроде умения цепляться за любую поверхность, даже идеально гладкую и под отрицательным углом, точно ящерица или приснопамятный паук? А может о том, что при почти не изменившихся внешности и габаритах тела я стала сильнее тренированного тяжелоатлета? - скрестив руки под грудью, продолжала возмущаться Гвен. - Лишь о случае с укусом. Никаких больше подробностей об изменениях. Только анализ генетической структуры. Клянусь! - заверил Питер свою подругу. Та все продолжала буравить Паркера взглядом. Несмотря на все странности с ее организмом, чувствовала себя Гвен прекрасно. А новые "умения" почему-то лишь радовали. Впрочем, кому бы не понравилось внезапно обрести идеально-подтянутую спортивную фигуру, прекрасное здоровье, силу и выносливость? Да еще и метаболизм вкупе со способностью организма к самовосстановлению вышел явно за пределы человека. Синяки и царапины исчезали за несколько часов, а более крупные травмы за день-два. Правда, у Стейси появилась навязчивая привычка забираться повыше, а страх высоты, будто бы, пропал вовсе... но это пока не сильно беспокоило девушку. Больше ее волновали анализы крови и тканей, и наличие генетических изменений. Знаний Гвен не хватало, чтобы детально разобраться в последствиях инцидента, но структура ДНК выглядела нестабильной. Изменения, вроде бы, остановились, однако всегда существовала угроза их продолжения или же развития вторичной мутации, а то и вовсе полного распада структуры, что неизбежно привело бы к смерти. По крайней мере, такой конец встречали большинство из подопытных доктора Стиллвелла, в ассистентах у которого и проходила стажировку Гвен. Доктор несомненно помог бы во всем разобраться, но обращаться к нему было страшно. Становиться подопытной Гвен не хотела. Единственным человеком, кому Стейси доверила свою тайну - был Питер. И оказанным доверием парень дорожил. Гвен и сама верила другу и понимала, что он намеренно никогда ее не предаст, а потому этот разговор и гневная отповедь были лишь для галочки и самоуспокоения девушки... однако забота и беспокойство Паркера были ей приятны. И то, что парень уже который день все свободное время тратил на поиски ответов о состоянии Гвен, лишь подтверждало тот факт, что Стейси не ошиблась, поделившись своей тайной. - И что? Доктор Шелл смог что-то посоветовать? - немного успокоившись, спросила Гвен. - Немногое. Он также заметил странность в структуре, которая сохраняет целостность, оставаясь достаточно нестабильной на вид, - ответил Паркер. - Это мы и сами поняли еще неделю назад. Мне важно понимать, какова вероятность новой волны изменений? - Этого он не сказал. Не его профиль... да и для ознакомления я предоставил лишь часть данных. Однако он посоветовал обратиться к Коннорсу, и я считаю, что это не такая уж и плохая идея. Девушка ненадолго задумалась. В предложении был смысл. Какое-то время Коннорс работал вместе со Стиллвеллом и также, как и последний, специализировался на кросс-видовом сплайсинге. - Может быть, ты и прав. Но меня заботит угроза моей анонимности. Если и выходить на контакт с Коннорсом, то через третьих лиц... Но таких нет. По крайней мере, среди тех, кому можно было бы доверять, - задумчиво произнесла Гвен. - Думаю, доктору Шеллу можно. Он не понаслышке знает цену излишней самоуверенности при исследованиях, а также способен осознать опасность плохо изученных областей науки, - заявил Паркер. - Вижу, ты проникся к главе "СМТ"? - усмехнулась Стейси. Питер в свою защиту пояснил, что у его уважения к доктору Шеллу есть много поводов и оснований. И последовавший за этим утверждением спор, растянувшийся почти на два часа, помог убедить в этом даже саму Гвен. В отличие от Питера, Стейси до этого дня не интересовалась подробностями биографии главы "Старк Медикал". И некоторые моменты, особенно последние события, заставили Гвен отбросить изначальные суждения об Алексе Шелле. Доверять ему она не спешила, но рассмотреть его в качестве источника помощи все же стоило. - Нужно за ним понаблюдать, - больше для себя тихо произнесла Гвен, но Питер ее слова тоже расслышал. - Кстати, о наблюдении. Ты не могла бы поменьше ползать по стенам высотных зданий? Все же падение с высоты в несколько сотен метров даже твоему обновленному организму способно нанести серьезный вред... я боюсь, даже фатальный, - с беспокойством в голосе попросил Паркер. Забота была приятной, но Гвен старалась не подавать виду. - Ну, моя цепкость еще не подводила. Да и я как-то интуитивно понимаю, куда могу забраться... и где можно спрятаться от чужих взглядов. Такое странное чувство, предупреждающее о приближающейся угрозе. - Только об угрозе? - По крайней мере, я пока только так могу его описать. Это сложно. Будто еще один орган чувств, которого нет больше ни у кого, - пожала плечами Гвен. - В любом случае, старайся не терять головы. Я... волнуюсь за тебя, - чуть отведя взгляд в сторону от смущения, произнес Паркер. - Я... Спасибо. Я буду стараться не лезть в неприятности, - улыбнулась чуть раскрасневшаяся Стейси. - Кхм, нужно бы придумать тебе какую-то страховку, на случай падения. Что-то вроде самострела с гарпуном, как у спецназа, - кашлянув в кулак, постарался сменить тему Питер. - Фильмов насмотрелся. Нужна будет катушка с кабелем, способным выдержать вес падающего тела. Чего-то компактного среди подобных устройств нет, - усмехнулась Гвен. - Значит, нужно будет создать! - улыбнулся в ответ Питер. - Я генетик. Не мой профиль, - развела руками Стейси в притворном бессилии, явно провоцируя Паркера. - Зря я, что ли, три специальности взял? - поправил очки парень и самоуверенно вздернул нос. - Мой герой! - рассмеялась Гвен, чье веселье поддержал и Питер. *** Презентация новых разработок "СМТ", вопреки опасениям Шелла, прошла с грандиозным успехом. Помимо нескольких государственных контрактов, в компанию с предложением о сотрудничестве и спонсировании разработок обратилось несколько крупных независимых инвесторов, а также медицинских компаний, стремящихся ухватить кусочек будущего успеха "Старк Медикал". А после демонстрации новых разработок в области протезирования, сомнений в успехе ни у кого не осталось. Даже скептики были вынуждены признать, что достижения лабораторий "СМТ" на десятилетия обгоняют свое время и ближайших конкурентов. Протезы конечностей искушенную публику мало чем могли удивить, хотя наличие, пусть и ограниченной, но все же присутствующей тактильной чувствительности ранее никем не было представлено. Однако бионические имплантаты, способные заменить внутренние органы - это был настоящий прорыв. Да, искусственное сердце уже давно было представлено на рынке и даже ограниченно применялось в хирургии. Но вот синтетических легких еще никто не делал. Как не делали жидкости, способной полноценно заменить собой человеческую кровь, или же оптических имплантов, что могли вернуть зрение даже самым безнадежным пациентам. "СМТ" же представило все эти чудеса в виде готовых и работающих прототипов. Да, это были предсерийные образцы, нуждающиеся в доработке, но они работали! Нейронный чип успешно прошел первую фазу клинических испытаний, равно как и экспериментальный иммунодепрессант, что должно было существенно расширить область применения бионики в медицине, нивелируя ограничения человеческого организма. Шелл был доволен... но чертовски вымотан. Оставив свою помощницу разбираться с юридическим оформлением контрактов, Алекс трусливо ретировался в комнату отдыха. Несомненно, Мари это ему еще припомнит, но, в конце концов, она сама не пожелала взять себе помощников, когда Шелл это предложил еще в начале их "близких отношений". Увы, отдыху в тишине не суждено было состояться, поскольку, стоило двери в комнату отдыха закрыться за спиной Алекса, как его едва не оглушил голос Фредди Меркьюри, поющего о чемпионах. Виновника незапланированного концерта группы Queen удалось отыскать быстро - за барной стойкой ухмылялся и разливал виски по бокалам сам Тони Старк. - Поздравляю, док! - заявил миллиардер, подтолкнув один из бокалов к подошедшему Алексу. - С чем же? - отдав Софи указания уменьшить громкость музыки, поинтересовался Шелл. - С тем, что сумма контрактов "СМТ" позволяет наконец-то использовать десятиразрядные числа. Если так и дальше пойдет, то материнская и дочерняя компании поменяются местами в рейтингах общей капитализации, - отсалютовал своим стаканом Тони. - Спасибо, - поддержал импровизированный тост Алекс. - Итак, у нас сегодня большие планы. Я планирую праздновать успехи "СМТ" до самого рассвета! Машина внизу, самолет в аэропорту, страна в ожидании! - Страна? - чуть не поперхнулся виски Шелл. Старк, конечно, славился своими загулами, но после Афганистана таким его Ал еще не видел. - Да, Вегас далековато, так что начнем с Атлантик-Сити. А финишируем где-нибудь в Вашингтоне. Нас пригласили на ланч к конгрессмену Брауну, и я обещал Пеппер, что обязательно появлюсь там, - продолжал полыхать энтузиазмом Тони. - Погоди, что? Какой конгрессмен? Какой ланч? - Реймонд Браун, конгрессмен и председатель комиссии по этике в вопросах протезирования и имплантации, - пояснил Старк таким тоном, будто это знает каждый школьник. Выходило, что эта комиссия будет связана с вопросами ограничений по перспективным контрактам "СМТ". Оперативно. - И нас позвали на ланч? - уточнил Шелл. - Ага. Пеппс вместе с твоей Мари дня два с телефонов не слезали. Ты не заметил? - удивился Тони, смакуя виски. Заметил ли он? Возможно и заметил бы, если бы за последние несколько дней нашел бы хоть минуту свободного времени. Подготовка к презентации не отпускала даже ночью, а все разговоры с Мари ограничивались инструктажами и согласованиями... Все же стоит нанять еще помощников, иначе так Ал и до рождества не доживет. Свалится от стресса. - Погоди, так у нас завтра важная встреча, а ты решил сегодня уйти в загул? - опомнился Шелл. - Ага, - беспечно подтвердил Старк. - И Пеппер в курсе? - Ага. - И не против? - Ага. - Серьезно? - с сомнением протянул Шелл. - Мне поставили условие, уснуть в арендованном под меня номере отеля в Вашингтоне в гордом одиночестве не позднее пяти утра. В остальном же, без ограничений, - расплылся в улыбке Тони. Алекс только сейчас заметил, что Старк не совсем трезв. Не то, чтобы Шелл его таким раньше не видел... но Тони умел разделять бизнес и развлечения. Скандалы в прессе это одно... но срыв переговоров из-за желания покутить - совершенно другое. А ничем иным загул накануне важной встречи назвать было нельзя. Да и после плена друг такого себе не позволял. Тут же, будто с цепи сорвался. - Тони, все в порядке? - решил уточнить Шелл, оценив поведение Старка. - Да, конечно, - сверкая улыбкой, заверил миллиардер. Однако, что-то в его взгляде заставило Алекса усомниться в искренности сказанного. Что-то было не так. - Уверен? - нахмурился Ал. - Уверен... Старк залпом осушил бокал, затем взял в руки бутылку виски, из которой недавно наполнил их с Алексом бокалы и уставился на этикетку. - Оби напоил меня таким же, когда я зарегистрировал свой первый патент, - с нотками грусти в голосе произнес Старк... а затем швырнул бутылку в стену. - Воу! Что-то определенно произошло! - удивленный поведением друга, воскликнул Ал. - Конечно, блять, произошло! Чертов Оби! Это все он! - закричал в ответ Старк. - Что? Ты о чем? - не понял Шелл. - Обадайя. Это он стоит за продажей оружия моей компании террористам. Пеппер и Джарвис раскопали доказательства в отчетной документации по его отделам. Куча мелких пробелов, недочетов, неточностей и расхождений с результатами аудиторских проверок, но в итоге все складывается в единую отвратительную картину. Стейн переправлял на ближний восток партии оружия под видом закупок для армии США, вот только количество груза и суммы по договорам не совпадают. Роуди предоставил акты сверки от отдела закупок для ВВС, и там тоже полно расхождений. Он ведь даже не особо все прятал в последние годы... совсем обнаглел... А я и уши развесил. Ничего не замечал. Плевать было на все, что меня напрямую не касалось. - Ты уверен? - переспросил Шелл. Поверить в то, что Обадайя Стейн, тот, кто фактически управлял компанией до недавнего времени, занимался подобными махинациями... было тяжело. Могла ли это быть ошибка? Старк сел на диванчик неподалеку от барной стойки и откинулся на спинку, раскинув руки. - Дважды проверил... как и Пеппер. Я даже попросил Джарвиса взломать данные банковских операций по счетам, связанным с Оби, чтобы хоть за что-то зацепиться... но лишь подтвердил все подозрения. Он годами наживался на нелегальной торговле. И знаешь, что самое паршивое? - уставившись в потолок, спросил Тони. - Что? - За неделю до презентации Иерихона он через парочку своих "левых" компаний отправил крупную сумму денег на счет, который ФБР подозревает в связи с террористической организацией "Десять колец". - Хочешь сказать... - Шелл не мог поверить ушам. Выходило, что... - Он продал меня террористам. Организовал мое похищение... Хотя, черт его знает, может и не похищение. Все же потрепало меня при захвате так, что возникают сомнения в том, что я был нужен живым. - Охренеть... - Угу. Такое вот дерьмо, док, - печально усмехнулся Тони и продолжил, - Лучший друг моего отца и, в какой-то степени, мой наставник вначале обворовывал меня, а затем решил и прихлопнуть. В голове не укладывалось. От Обадайи Шелл мог ожидать много чего, в том числе и финансовых махинаций... но не организации убийства или же похищения... - Погоди, тогда и мой отдых в той треклятой пещере тоже на его совести?! - внезапно осознал Шелл. - Хах, вступай в клуб проданных Обадайей Стейном! У нас есть футболки! Ну, будут, как только я их закажу... - рассмеялся Старк, скрывая за сарказмом и притворной веселостью боль от предательства близкого человека. Обадайя действительно во многом заменил Тони отца. Старк иногда рассказывал о том, как ему помогла поддержка Оби, когда погибли родители и на юного Тони свалилось наследство и прилагающиеся к нему заботы о компании, включая ежедневные битвы с акулами бизнеса, что норовили оторвать кусок от лишившегося управления оружейного гиганта. И тут такой удар в спину... - Теперь понятно, почему Пеппер дала свое полное одобрение... Может, стоит перенести ланч с конгрессменом? - поинтересовался Ал. - Да не, он и так через неделю, - отмахнулся Тони. - Но... ты же говорил утром... - Я сказал, что мы закончим на рассвете. Но не уточнил, какого дня, верно? - пожал плечами Старк. - Тони... - Ну, нечего рассиживаться. У нас еще много дел! Успеем еще наговориться о том, как меня кинул человек, которому я безмерно доверял, и которого завтра на рассвете должна спеленать служба безопасности. А там и федералы нагрянут, которым все еще раз объяснять... Акции снова просядут... Ох, мне срочно нужно напиться до состояния полного отключения любой мыслительной деятельности, - потирая виски, пробубнил Тони. Возражать Шелл не стал... попросту не нашел в себе сил, чтобы что-то сказать другу. Стресс требовал выхода, и алкоголь был не самым плохим выбором в данной ситуации. Потому, наскоро предупредив Мари о том, что до утра его не будет, Шелл в компании Старка спустился на парковку возле штаб-квартиры "СМТ", где их уже ждал Хеппи возле распахнутой двери Роллс-Ройса Тони. Гостей на презентацию прибыло довольно много, что объясняло большое скопление людей на обычно пустой парковке. Ал не придал этому значения... и, как оказалось, зря. - Берегись! - чей-то женский крик заставил встрепенуться и оглянуться. Почти одновременно с тем, как Шелл развернулся, прозвучали выстрелы. Ал успел заметить, как чья-то фигура в темном спортивном костюме и толстовке с капюшоном сбила с ног мужчину с автоматом, отчего очередь ушла куда-то вверх, выбивая стекла на верхних этажах. Вот только стрелок был не один! Шелл толкнул Тони в сторону Хеппи и раскрытой двери Роллса, чем, вероятно, спас другу жизнь. Новая автоматная очередь прошла в дюйме от головы Старка, а одна из пуль даже чиркнула по протезу Алекса. Хоган, как и полагается телохранителю, в первую очередь затолкал Тони под защиту брони Ройса, а затем ухватил за ворот костюма и Шелла. Уже падая в салон автомобиля следом за Тони, Ал выстрелил из раскрывшегося на ладони репульсора по второму стрелку. И даже попал! Выстрел отбросил автоматчика в стену, не дав тому лучше прицелиться и вновь выпустить по Старку и Алексу град пуль. Хеппи захлопнул дверь Роллс-Ройса, отсекая друзей от поля боя, и, сделав несколько выстрелов из своего пистолета, прыгнул на водительское место. Объект охраны требовалось срочно вывести из-под огня. По броне застучали пули. Стрелков явно было больше двух! Краем глаза Шелл заметил, как за окном тот неизвестный в капюшоне швырнул сбитого с ног террориста в кого-то из его товарищей, да с такой силой, что стрелок пролетел метров десять, прежде чем врезаться в другого автоматчика. Автомобиль взревел своим двенадцатицилиндровым двигателем и с визгом шин рванул вперед. Но не успел Хеппи вырулить с парковки, как путь преградил мусоровоз, из кабины которого выпрыгнули еще несколько мужчин, вид которых говорил о том, что они точно не мусорщики. В руках одного Ал заметил гранатомет! Это было уже совсем плохо! Если автоматную пулю броня Роллс-Ройса еще держала, то вот выстрел из РПГ... проверять не хотелось! Но прежде чем граната устремилась в сторону машины, стрелок дернулся и отлетел к кабине мусоровоза, попутно выронив свое оружие, из-за чего выстрел угодил под ноги его напарникам. Алексу на мгновение показалось, что в террориста угодило какое-то копье... или стрела? Взрыв прозвучал приглушенно благодаря изоляции салона, но даже так ударную волну, тряхнувшую Роллс, Шелл почувствовал. Не успел Хеппи развернуться, как на парковку, снося бетонные вазоны с цветами, что стояли по периметру, влетели несколько черных внедорожников с символикой Щ.И.Т.а на бортах. Стоянка возле штаб-квартиры "СМТ" окончательно превратилась в зону боевых действий. Всюду звучали автоматные очереди и взрывы. Несколько раз автомобиль тряхнуло, будто бы взрывной волной, но каким-то чудом Ройс оставался на ходу, чем не преминул воспользоваться Хеппи. Броневик, скрывающийся под внешностью роскошного лимузина, вылетел с парковки через пролом в ограждении, проделанный внедорожниками Щ.И.Т.а, унося Алекса, Тони и Хогана подальше от опасности. Шелл позволил себе выдохнуть и подняться с пола на сиденье... Похоже, выпить сегодня уже не получится... Хотя после такого определенно стоило бы.