Empty Shell (Пустая оболочка)

Глава 17. Долгий путь начинается с первого шага... или с прыжка в неизвестность Алекс Шелл был странным человеком. Это заключение сделала Лорен Куинн, одна из штатных психотерапевтов при "СМТ", которой было поручено оценить психическое состояние пострадавшего в инциденте со штурмом особняка Старка инженера, а также помочь ему пережить потерю конечностей. И когда уже довольно опытный специалист увидела, в каком состоянии находился ее пациент, то решила, что данный случай может стать самым сложным в ее карьере... и оказалась права... но немного не в том смысле, в каком рассчитывала. Пациент, по наблюдениям врача, очень быстро пришел к стадии принятия собственной ситуации. И хотя прогнозы специалистов СМТ были неутешительными, Александр Шелл смог справиться с наступающей депрессией всего за две недели и без существенной медикаментозной помощи. За это, впрочем, стоило поблагодарить кузена пациента, чей визит и дальнейшая поддержка и стали отправной точкой к восстановлению психического состояния Шелла. Куинн также считала, что реакция пациента на сложившиеся обстоятельства была обусловлена опытом уже ранее пережитой трагедии, после которой Алекс лишился правой руки. По ее мнению, успех в создании "замены" в виде высокотехнологичного протеза послужил якорем сознания и одновременно ориентиром для формирования позитивной модели мышления. Однако обратной стороной сложившейся ситуации и попыток Шелла с ней справиться стало развитие у пациента психоза, проявлением которого стала чрезмерная уверенность в возможностях медицинской кибернетики и полнейшее пренебрежение здравым смыслом, моралью и собственным здоровьем. Уже несколько раз Лорен становилась свидетелем споров пациента со специалистами "СМТ", а также его лечащими врачами, на тему замены поврежденных органов и частей тела на кибернетические имплантаты и протезы. Шелл настаивал на скорейшем проведении операций по внедрению в его тело еще даже не созданных прототипов устройств, что только в теории должны были взять на себя функции поврежденных или отсутствующих внутренних органов. Риски его не волновали, равно как и шансы на успех. Дошло до того, что пациент больше часа спорил с доктором Инсеном о необходимости ампутировать ногу, что с трудом удалось спасти лучшим хирургам "СМТ" и приглашенным специалистам. Складывалось впечатление, что Шелл стал одержим кибернетизацией в надежде исправить свои увечья до такой степени, что утратил связь с реальностью. Однако все тесты пациент проходил успешно и демонстрировал абсолютно нормальное рациональное мышление. Конкретно с таким типом психоза Лорен Куинн ранее не сталкивалась, но все же считала, что Алекс болен и нуждается в терапии. Однако три других врача, среди которых ведущий специалист Национального института психиатрии, оценивали Шелла как полностью дееспособного, а демонстрируемые странности списывали на ПТСР. Куинн была не согласна, считая, что у пациента мог быть первый зарегистрированный случай новой формы психоза, вызванного тягой к замене частей тела на кибернетические. В конце концов, мир не стоял на месте и с развитием и все более тесным вплетением новых технологий в повседневную жизнь психические заболевания также претерпевают изменения. И Лорен планировала доказать свою правоту... однажды. Пока что же ей оставалось лишь наблюдать за Шеллом опосредованно, поскольку от лечения этого необычного пациента ее отстранили. Сам же Алекс считал Куинн крайне посредственным специалистом, что решила построить карьеру за счет "притягивания фактов за уши" в попытках доказать, что она открыла новую форму психического заболевания. Причем заболевшим выступал Шелл, что вдвойне раздражало инженера. Он не был психом. По крайней мере, он не считал себя таковым. Он всего лишь хотел вернуть то, что потерял. Да, он спешил. Да, он рисковал. Но пребывание в беспомощном состоянии, без рук, парализованным ниже пояса... без глаза... угнетало все сильнее. Каждый день превращался в затяжной кошмар, от которого не проснуться. И пока надежда на восстановление все еще ярко светила впереди, ослепляя и не давая разуму в полной мере осознать весь ужас положения, Шелл не давал себе остановиться. Визит Маркуса во многом помог Алексу сделать тот самый первый шажок и вырвать себя из болота отчаяния, куда Шелл стал быстро погружаться. Ведь технологий, что могли ему помочь, на данный момент не существовало. Вернее, были наработки, были идеи, но ни одна из них не была реализована до конца. Даже проекты его лаборатории могли помочь лишь в теории... и после серьезных доработок. Протез руки Шелл проектировал и доводил до ума четыре года. А сколько времени потребуется на позвоночник? Это же не просто пару моторчиков и тактильных сенсоров совместить с титановой болванкой! Здесь задействована центральная нервная система! Бэк напомнил Алексу, что еще несколько лет назад не было и тактильных сенсоров с бионическими протезами. А всего пару месяцев назад не было и портативного реактора холодного синтеза. Но технологии не стоят на месте, все наращивая темп развития, и если отбросить сомнения, можно совершить невозможное. И Шелл в это верил. Заставил себя поверить... пусть и не сразу. Как бы Ал ни храбрился, ни пытался делать вид, что все хорошо, внутри него ни на секунду не останавливался ураган сменяющих друг друга эмоций. И положительных среди них почти не было. Алекс не позволял себе расслабляться. Ведь каждая секунда, что он не тратил на работу над тем, как построить свое "будущее", возвращала его к действительности, в которой он был прикован к постели и фактически беспомощен. Сны превратились в кошмары, а потому Шелл засыпал лишь от изнеможения или же когда врачи давали ему снотворное. Имея медицинское образование, Ал понимал, что такое поведение не идет на пользу его организму, да и психике. Об этом же твердила и порядком раздражавшая Шелла доктор Куинн. Однако Алекс не мог иначе... не знал как, не понимал. По крайней мере до тех пор, пока не наметится прогресс в его работе и фантазия о возврате к нормальной жизни не станет чем-то реальным. И первым шагом было возвращение руки, хотя бы той, что уже была протезирована ранее. В конце концов все, что требовалось - это восстановить разрушенную часть протеза. Чип-имплантат, по счастью, не получил серьезных повреждений во время инцидента и все еще мог выполнять свои функции. Однако его было недостаточно для того, чтобы взять на себя работу по координации сразу нескольких протезов. Чип был прототипом и разрабатывался, как универсальный модуль для связи между мозгом и бионическим протезом в обход периферийной нервной системы. Потому и место имплантации, справа или слева, особой роли не играло, ибо контакты шли к премоторной коре и среднему отделу передней центральной извилины. Но сейчас Шеллу нужно было создать целую систему модулей, что могла бы без задержек обрабатывать поступающие данные сразу с нескольких бионических протезов и имплантов, разной направленности и назначения, переводить все в доступный человеческому мозгу формат, принимать ответный сигнал и осуществлять контроль за работой всех искусственных частей разом. Вдобавок, часть бионики должна была работать как бы "в автоматическом режиме", а часть только по команде мозга. К примеру, дыхание. Человек не задумывается над каждым вдохом. Как и сердцебиение все контролируется центральной нервной системой без участия сознания. Однако, при необходимости, человек может начать осознанно контролировать процесс, начав, например, интенсивно и глубоко дышать или применять специальные техники, позволяющие управлять частотой сердечных сокращений. У Шелла было теперь только одно легкое, но он намеревался восстановить полный комплект органов дыхания, так что следовало продумать все сразу. И Алексу пришла в голову идея о системе из трех церебральных модулей и порядка тридцати спинномозговых имплантатов, связанных между собой. Три, как следовало из названия, должны были располагаться в черепе - по одному на правое и левое полушарие, и третий в затылочной части должен был стать неким аналогом Варолиевого моста для связи между всеми частями единого комплекса, включая те, что должны были расположиться по всей протяженности позвоночного столба. Как раз о возможности внедрения этой системы в свое тело Шелл сейчас и спорил с лучшими хирургами, которых знал и в чьей квалификации был полностью уверен. - Ты сошел с ума. И это мое медицинское заключение, - выслушав идею Алекса, заявил Стивен Стрендж, которого Ал все же смог уговорить встретиться после череды перепалок из-за разных позиций относительно возможности полного восстановления мобильности у Шелла. Со Стивом Ал не разговаривал почти два месяца, то есть едва ли не с момента своего пробуждения, и нейрохирург не горел желанием возобновлять общение. Шелл не помнил точно, что сказал тогда в запале, но слова, по-видимому, сильно ударили по самомнению Стренджа. Кажется, Алекс назвал его самовлюбленным трусом, который заботится о репутации сильнее, чем о спасении жизней и предпочтет сделать десяток простейших операций со стопроцентной вероятностью успеха, нежели рискнет помочь пациенту, у которого лишь один шанс из тысячи. Да... Шеллу было стыдно за те слова... как и за слова о том, что Стив гробит свой талант, накрывая его костюмами от Тома Форда и часами Булгари. Но, похоже, сам Стрендж уже не таил зла и был искренне заинтересован в помощи Алексу... иначе бы уже ушел, а не перечитал выкладки Ала по оценке рисков предстоящего проекта. - Я не псих. Мой психиатр пыталась доказать обратное, но по всем тестам я оказался здоров. И к слову, у тебя нет квалификации в психиатрии, чтобы ставить мне диагноз, - парировал Шелл и устроился поудобнее на подушке, помогая себе искусственной рукой, за возвращение которой был бесконечно благодарен Инсену. - Человеку не нужно быть дипломированным специалистом, чтобы сказать идиоту о том, что он идиот, - отмахнулся Стрендж. - Ты идиотом называешь нобелевского лауреата, - заметил Ал. - Гении не могут быть идиотами? - Не встречал таких. - Просто ты первый из них. Первопроходец чертов, - раздраженно выдал Стивен. Инсен молчаливо наблюдал за перепалкой врача и пациента. Реализация задумки Алекса должна была лечь на плечи Стренджа, поскольку задача была тесно связана с нейрохирургией. Инсен же должен был заняться установкой протезов и искусственных внутренних органов, в чем особых проблем не было. Процедура мало чем отличалась от уже принятой в медицинском сообществе операции по трансплантации, что давало больше возможностей для подготовки и оценки рисков. А вот имплантация нейрочипов в головной мозг, а затем и по всей протяженности позвоночника... это была темная территория, куда сам бы Инсен не сунулся. Так что Стренджа он прекрасно понимал... но в спор все же не лез. - Что тебя не устраивает? - вспыхнул Шелл, обращаясь к Стивену. - То, что ты нарисовал этот концепт на обороте больничного меню три недели назад! - нейрохирург развернул планшет с изображением схемы расположения имплантов к Алексу. В словах Стренджа была истина. Ал действительно нарисовал первый концепт на обороте больничного меню. Просто бумаги или планшета под рукой не было, а мысль и вдохновение пришли внезапно. Но уже вечером того же дня Алекс создал полноценную трехмерную модель с применением проектора дополненной реальности Старка. Тони приволок и установил один в палате, чтобы Шелл мог полноценно работать над проектами даже в условиях ограниченной подвижности. Даже помог с адаптацией технологии для взаимодействия с Софи. Здесь стоит сделать оговорку относительно Старка. Как выяснилось, Тони винил себя в случившемся с Алексом. Пусть он этого и не признавал, но миллиардер определенно переживал на этот счет. Все расходы на лечение Шелла взял на себя лично Старк. Без страховок, без участия компании - все из личного капитала. Те, кто хорошо знал Тони, вроде Пеппер или Хеппи, прекрасно видели, что их боссу было попросту стыдно за то, что из-за него уже второй раз под удар попадает другой человек. Причем тот, кого он мог считать одним из немногих близких друзей. Собственно, по этой причине он навестил Алекса в больнице лишь спустя месяц после того, как Шелл очнулся... и то лишь после звонка Ала, в ходе которого пострадавший глава "СМТ" не стесняясь в выражениях наорал на Старка и заставил того прекратить устраивать драму на пустом месте и приехать к нему, чтобы обсудить положение дел. Тони вроде бы полегчало, но поток денег, что Старк выделял на лечение Алекса, лишь увеличился и дополнился недоступными для масс технологиями, вроде того же трехмерного проектора. На тот момент, к слову, Шелл еще не вернул себе руку, потому управление осуществлялось голосом и через Софи, что действительно помогло Алу не сойти с ума от бездействия. - Я три недели без перерыва занимался проработкой этой концепции, полностью сосредоточившись лишь на ней. Я уверен в том, что это осуществимо, - встал на защиту своей задумки Шелл. - А сколько операций потребуется для внедрения этой системы, ты посчитал? - раздраженно бросил Стрендж. - Пять, как минимум, - невозмутимо ответил Ал. Стивен фыркнул и притворно рассмеялся издевательским смехом. - Ха, как оптимистично. Для установки только тех трех имплантов, что должны быть соединены с соответствующими отделами головного мозга, потребуется три полноценных операции на открытом мозге, причем как минимум одна должна проводиться "с пробуждением". И я говорю не о той относительно несложной операции по внедрению импланта через крохотное отверстие в районе правого виска, что ты перенес ранее. Это будет масштабная краниотомия с временным удалением значительной части костей свода черепа. Но и это меркнет на фоне сложности установки третьего модуля, что должен стать связующим звеном всей системы. Место, куда ты его решил внедрить, не отличается удобством доступа. Причем рядом располагаются двигательные центры и, что более важно, ствол головного мозга. Любая моя ошибка станет для тебя последней. Ты это осознаешь? - надавил Стрендж. Но Ал был непрошибаем. - Осознаю. Один из моих дипломов подтверждает тот факт, что я, как и ты, являюсь доктором медицины. Моих знаний о строении мозга человека хватает для того, чтобы понять, насколько велик риск. - Если бы одно только наличие диплома делало из человека хорошего врача, люди бы гораздо реже умирали, - не став уточнять причины смертей, заявил Стрендж, прекрасно демонстрируя свое отношение к уровню квалификации Алекса, как медика. - Слава богу, твои пациенты по большей части пребывают без сознания, когда ты рядом, - закатив глаза... вернее единственный оставшийся глаз, пробурчал Ал. - О, я могу в любой момент покинуть твое общество, чтобы не раздражать, - фыркнул Стрендж, услышав слова Алекса. - Тогда мне придется найти другого нейрохирурга, что возьмется провести требуемые операции. - Таких нет, - уверенно заявил Стивен. - Я найду, - отмахнулся Ал. - Не найдешь. Лучше меня уж точно. - Значит, буду работать с тем, кто останется. Не найду специалиста, так создам его. В нейрохирургии ведь важна точность? А что может быть точнее робота? - заявил Шелл. - Доверишь свой мозг дилетанту или, и того хуже, роботу, и окажешься на кладбище раньше, чем успеешь осознать, насколько глупым было такое решение. - Значит, я умру из-за того, что единственный квалифицированный специалист предпочел вновь не рисковать и сбежал, поджав хвост, строчить статьи в медицинские журналы, чтобы его именем... вновь ничего не назвали! - Идиот! - Трус! Стрендж и Шелл явно распалились и с плохо скрываемым гневом уставились друг на друга. Пискнули приборы, зарегистрировав скачок показателей жизнедеятельности за пределы нормы у Алекса. Безмолвно наблюдавший за спором Инсен поспешил вмешаться. - Вы уже третий день продолжаете этот спор по кругу. Оба должны были уже понять позицию друг друга. Повзрослейте уже! Вам не по пять лет, чтобы устраивать истерики с топаньем ногами, а затем сидеть по углам, надув щеки! - вколов Алексу успокоительное, рявкнул Инсен. Особо пристыженными спорщики не выглядели, но к словам старшего по возрасту коллеги прислушались. - Хорошо. Видит Бог, я об этом пожалею, но я соглашусь на участие в вашей авантюре. Но при условии, что ты подпишешь отказ от любых претензий, и мое имя не будет фигурировать ни в одном отчете или официальном заявлении. Я не хочу, чтобы хоть что-то меня связывало с этим проектом, - заявил Стрендж. - Опять за репутацию боишься? - фыркнул Ал. - Мы договорились? - повысил голос Стивен, перебивая Шелла. - А если все пройдет успешно? Не хочешь прославиться, как первый нейрохирург, поучаствовавший в установке самого большого количества имплантатов в истории? - усмехнулся Ал. - Мы поговорим об этом уже после всех процедур... Если ты вообще сможешь говорить, - прикрыв глаза, стараясь успокоиться, прошипел Стивен. - Договорились, - кивнул Алекс. Хо облегченно выдохнул, заметив, что стороны пришли к согласию. - И сколько тебе потребуется времени на то, чтобы довести всю концепцию до ума? Как я понимаю, сейчас даже прототипов имплантов еще нет? - уточнил нейрохирург. - От трех до пяти месяцев на разработку прототипа. Еще пять недель на цикл первичных испытаний, затем установка и уже тесты на добровольце... - Которым будешь ты. Понятно. Значит, у меня около полугода на то, чтобы понять, как не убить тебя на операционном столе, - резюмировал Стрендж. - Это только та часть, что касается мозга. На весь комплекс уйдет больше года... И это если тесты будут удачными, - мрачно произнес Шелл. - Почему у меня такое чувство, что ты ждать столько не собираешься и задумал что-то еще более глупое? - потер виски Стивен. - Потому что так и есть, - ответил вместо Алекса Инсен. - И что он задумал? Установить себе в височную часть слева такой же чип, что и справа, чтобы получить возможность контролировать по два протеза на каждый и вернуть себе руки и ноги? - перевел взгляд на коллегу-хирурга Стрендж. - Не угадал. Мне нужно восстановить зрение, иначе за этот год я с одним глазом, работая по шестнадцать часов с планшетами и компьютерами, обзаведусь очками с линзами толщиной с донышко от бутылки шампанского. Если раньше не свихнусь от головных болей из-за нагрузки и скачков артериального давления, - возразил Алекс. - Зрение? Мы говорим о глазном протезе или трансплантации? - уточнил Стрендж, но сразу понял свою ошибку и усмехнулся. - Этот вопрос можно было и не задавать. Насколько я знаю, сетчатку пока так и не удалось никому успешно пересадить, - поддержал улыбку Инсен. - В Йельском университете сейчас есть перспективная процедура, подразумевающая трансплантацию глаза целиком, но конечно, мог бы и подумать, у кого я спрашиваю? Тут на салфетках рисуют целые комплексы кибернетических имплантов, а я о медицине и простой человеческой плоти какую-то чушь несу, верно? - с сарказмом спросил Стивен. - Не на салфетках, а на обороте меню. Большая разница. Детализация выше, - поправил Шелл, стараясь сделать серьезное лицо. Стрендж закатил глаза и потер лицо руками. - Хорошо, пришли мне выкладки по твоей идее с искусственным глазом, и я на следующей неделе загляну в "СМТ", обсудим, договорились? - предложил Стивен. - Уже уходишь? - осведомился Шелл. - Да. Боюсь заразиться от вас отчаянным энтузиазмом и отсутствием здравого смысла, - подхватив планшет и махнув рукой Инсену, Стрендж вышел из палаты, наткнувшись в дверях на Старка. - Уоу, док, где пожар? Или умирает кто? - шутливо осведомился Тони, поправляя пиджак. - Пока не умирает, но искренне к этому стремится. Может, у тебя получится отговорить его, - кивнув в сторону Алекса, выпалил Стрендж и продолжил свой путь. - Что это с ним? - поинтересовался Тони. - Побежал консультироваться с хирургами-офтальмологами, - фыркнул Шелл. - А на самом деле? - Старк перевел взгляд на Инсена. - Алекс, в свойственной ему манере, заставил Стивена согласиться на рискованный эксперимент, - пояснил Инсен, уловив суть вопроса. - Я не заставлял, - возразил Шелл. - Затрудняюсь дать иную оценку тем манипуляциям, которым ты подверг бедного Стивена, - улыбнулся Инсен, сняв очки и начав их медленно и обстоятельно протирать от несуществующих пылинок. - Взял наш светоч медицины на профессиональную гордость? - догадался Старк. - Ну, почти, - пожал плечами Ал. - Показал ему свой безумный проект? - Угу. - Он, как и Инсен, назвал его невыполнимым? - усмехнулся Старк. - Нет, просто назвал меня идиотом, - ответил Шелл. - Ауч. - В ответ Алекс назвал его трусом, - отметил Инсен. - О, схватка пятиклашек после школы? Не бери меня на слабо и все в таком духе? - подколол Шелла Старк. - Сработало же, - буркнул Ал. - Вроде взрослые люди с высшим образованием и не обделенные интеллектом... - Старк... - Ладно, не буду нагнетать, - поднял руки в жесте капитуляции Тони. - Лучше скажи, с чем пожаловал? Думал, ты только к воскресенью заглянешь? - перевел тему Алекс. Старк поправил манжеты рубашки и расправил складки пиджака, с самодовольной ухмылкой глядя на Шелла. - Я, как человек слова, гений, миллиардер, филантроп и просто хороший друг, пришел продемонстрировать тебе, что мое обещание поставить тебя на ноги в кратчайшие сроки не было простым сотрясанием воздуха, - торжественным тоном объявил Тони. Такое обещание действительно было. Еще при первом визите после инцидента, Старк пообещал Алексу помочь ему с восстановлением. Подробностей Шеллу не сообщали, но тот и так знал, что к своей задумке Тони привлек даже Маркуса. Ну и разумеется, это как-то было связано с металлическими костюмами, что миллиардер со всей самоотдачей продолжал доводить до совершенства. - Итак, Джарвис, покажем уважаемой публике высокотехнологичный протез, способный поставить на ноги даже того, у кого нет ног, - Старк достал смартфон и удаленно подключил его к трехмерному проектору. Посреди палаты возникло голографическое изображение костюма, прозванного репортерами "Железным человеком"... правда цветовая схема немного отличалась и больше походила на раскраску кареты скорой помощи. - Это что? - со полным скепсиса выражением лица осведомился Ал. - Твои новые ноги... временно, разумеется. Пока не решим вопрос с протезами, костюм будет выполнять роль экзоскелета, поддерживая твой торс в вертикальном положении, в то время как ты сможешь задавать направление движения, и автоматика все сделает сама. Также, при необходимости, управление ходьбой сможет взять на себя Софи. Твой кузен помог с оптимизацией алгоритмов передвижения без участия оператора... что немного бьет по моему самолюбию, но мне хватит достоинства признать, что его решение лучше... пока что. - Погоди секунду. То есть, ты хочешь, чтобы я носил этот бронескафандр? - уточнил Шелл. - Это не броня. Он куда компактнее костюма "Железного человека", да и легче почти втрое, - возразил Старк. - Все равно громоздкий. Ни на деловую встречу сходить, ни в лаборатории поработать. Стоит неудачно повернуться и прощай дорогостоящее оборудование, - покачал головой Ал. - Кругом критики. Хорошо, вот настоящий прототип медицинского экзоскелета. Зануда, - закатив глаза, пробурчал Старк. Изображение сменилось на куда более компактную конструкцию. Широкий пояс, ряд направляющих и сервоприводов, что должны были дублировать работу суставов нижних конечностей, дополнялся высокой спинкой, повторявшей очертания позвоночника. Все крепилось к телу системой ремней и подвесов, прочно фиксируя тело и конечности в получившейся конструкции. - От чего питается? - уточнил Ал. - Сверхкомпактный дуговой реактор модели 2.6 на пояснице в изолированном освинцованном контейнере. Радиационный фон в пределах допустимого, так что тут можешь не переживать, - почти неосознанно потерев грудь, пояснил Старк. - Кстати об облучении. Как твое состояние? - перебил друга Алекс. Шелл помнил о проблеме Тони с постепенным отравлением из-за облучения изотопом палладия в процессе работы дугового реактора, имплантированного непосредственно в грудную клетку. Как они ни пытались совместными усилиями изолировать устройство, полностью убрать губительное радиационное излучение не смогли. Тони к этому времени уже перепробовал все известные ему альтернативы палладию, но ни один из прочих химических элементов не подходил. Реакция попросту не запускалась или же становилась неконтролируемой. - Я в норме. По твоему совету Инсен вышел на ребят из Стенфорда, так что я теперь под вымышленным именем числюсь в их экспериментальной программе по терапии лучевой болезни, - отмахнулся Тони. - Доктор Джамато из отделения радиационной онкологии Стенфордского университета предоставил СМТ партию препарата на основе диметилоксалилглицина с условием предоставлять все отчеты о состоянии пациента ему напрямую и, разумеется, отказа от любых претензий на соавторство в его исследованиях, - добавил Инсен. - А что с возможностью удалить шрапнель из груди Тони и избавиться от первопричины? - задал вопрос Шелл. - К сожалению, последние исследования показали, что расположение осколков не позволяет провести операцию по их извлечению с допустимым шансом на успех. Увы, но некоторые факторы мы не можем преодолеть на текущем уровне развития медицинских технологий. В Южной Корее у компании "У-ГИН" есть интересные решения, что могут помочь нам преодолеть ограничения, но пока что их специалисты неохотно идут на контакт. - Боятся, что "СМТ" захочет выйти на рынок Кореи и увеличить свое присутствие на рынке стран Азиатского региона. Так что на помощь особо рассчитывать не приходится. Если только выходить на конкретных специалистов напрямую, - пояснил Тони. - Я могу попробовать навести справки через бывших коллег из Берна, - предложил Инсен. - Не помешает, - пожал плечами Старк. Шелл же ответом был не удовлетворен. - А если серьезно? Как ты себя чувствуешь? - Ну, лучше твоего... - Тони! - рявкнул Шелл на попытавшегося отшутиться Старка. - Не ори. Я действительно чувствую себя неплохо. Куда лучше, чем предполагалось. Терапия Джамато работает, да и изоляцию мы вовремя добавили. К этому времени с реактором второй модели я бы уже шел по финишной прямой своей жизни, а так еще лет пять смогу петлять. Хотя... вся эта ситуация напомнила мне о том, что жизнь не будет длиться вечно. Вот решил даже свой след в истории оставить и возродить выставку "Старк-Экспо". Тони говорил искренне. Было видно, что угроза мучительной смерти от лучевой болезни его тревожит, но он, подобно самому Алексу, пытался отвлечься от тяжелых мыслей, погружаясь в работу. Экзоскелет, броня Железного человека, "Старк-Экспо", - все это трудоемкие проекты со сжатыми сроками реализации. Радовало, что Тони решил заняться работой, а не пустился во все тяжкие. Хотя для такого еще рано. В конце концов, если терапия и впрямь работает, то у Старка был еще приличный запас времени для поиска решения его проблемы. - Так что сейчас мы можем забыть обо мне и сосредоточиться на тебе, док. Экзоскелет поставит тебя на ноги, а наши любители скальпеля помогут с установкой искусственных органов и конечностей, что разработает твоя лаборатория, - резюмировал свою речь Старк. - Да, об этом. Я бы хотел, чтобы меня перевели из палаты в лабораторию. Будет проще работать прямо там, тем более, что мы в соседнем корпусе, как я понимаю? - поинтересовался Шелл. - Да, в новой Нью-Йоркской штаб-квартире, если быть точным, - ответил Старк. - Я бы рекомендовал сейчас не покидать палату или же и вовсе не пытаться вставать с постели, даже с применением экзоскелета. Все же организм еще не полностью отошел от полученных травм. Внутренние повреждения еще долго могут давать о себе знать, особенно при перенапряжении. Однако если сама палата будет перемещена ближе к лаборатории, то не вижу никаких проблем, - высказался Инсен. - Прекрасно. Хочу поскорее нагрузить ребят. Они уже перебрались на прежние места? - уточнил Ал. Дело было в том, что "СМТ" начало процесс обратного переезда на Восточное побережье после формальной реструктуризации и принятия в себя части активов "Старк Индастриз". Обадайя Стейн сумел бежать и в настоящее время скрывался от властей где-то в Южной Америке. Тони сумел предотвратить захват своей компании и через "СМТ", а также путем активной скупки акций на бирже через подставных брокеров, смог восстановить контроль над "Старк Индастриз". Вот только беда пришла с другой стороны. Министерство обороны и Конгресс США заинтересовались броней Старка и потребовали передать ее правительству, на что получили закономерный отказ. Началось юридическое противостояние, в котором Тони пока что держал оборону, но за каждым его шагом пристально следили. В такой ситуации Старк решил вновь развести "СМТ" и материнскую компанию по разным побережьям, дабы разделить внимание соглядатаев. И это пока что работало... хоть и выглядело со стороны крайне странно. Сотрудники "СМТ" и вовсе не могли понять, для чего их перебрасывали вместе с проектами из одной части страны в другую. - Да, лаборатории закончили переезд. Можешь возвращаться в свое королевство к тирании и диктатуре, - усмехнулся Тони. - Тирания и диктатура это по твоей части, - парировал Шелл. - Их часто путают с требовательностью, - пожал плечами Старк. - Что ж, если вы перешли от медицинских тем к фазе взаимного подтрунивания, я, пожалуй, вас оставлю и займусь организацией перевода пациента, - вернул на нос очки Инсен и с улыбкой повернулся к двери. Но не успел он коснуться ручки двери, как та открылась сама. Вернее ее открыли снаружи. На пороге палаты показался очень хорошо знакомый Алексу мужчина в черном костюме с фальшивой доброжелательной улыбкой на лице. - Добрый день, доктор Инсен. Могу я поговорить с вашим пациентом? - осведомился агент Колсон. - А часы посещения уже окончены, - вместо Хо вперед выступил Старк с явным намерением выставить правительственного агента. - Мистер Старк, рад новой встрече. Мне необходимо поговорить с доктором Шеллом, - настаивал Колсон. - Я думал, мы уже все решили с вашим начальством? - не спешил уходить с пути Старк. Агента поведение миллиардера нисколько не смущало. Казалось, он на такое и рассчитывал. - Этот разговор не имеет отношения к вашим договоренностям со ЩИТом. Мне нужно переговорить именно с доктором Шеллом, - невозмутимо продолжил агент. Алекс, наблюдавший за спором, терялся в догадках, зачем он мог понадобиться шпионской организации...