Не промахнись в Дьявола!

Гермес скользнул любопытным взглядом по Джей, она взвизгнула, подпрыгнула и попыталась прикрыться. Тут агент вспомнил, что он не один и попытался нащупать невидимую Эбигейл. Девочка захихикала, увернулась, но в конце концов Гермес поймал её за руку и закрыл ладонью глаза. — Агент, что ты тут делаешь? — на высоких тонах выдала Джей. — Что за ребёнок? Ты как на меня смотришь?! — Что я, голых баб не видел? — поднял брови Гермес. — Накинь на себя хоть что-нибудь. Я же — Агент, могу накатать заявление за непристойное поведение. Перед ребёнком! Кстати, а где твой дорогой Мистер Брайт? Она как рыба открывала и закрывала рот, так и не произнеся ни слова, потом схватила с вешалки первую попавшуюся вещь — жакетку и как-то прикрылась. Потом посмотрела на Эбигейл, которая всё ещё продолжала хихикать. — Какое прелестное дитя, — улыбнулась она. — Малышка, как тебя зовут? — Эбигейл, сейчас я уберу руку, а ты скажешь — та ли эта женщина или нет, хорошо? Агент убрал ладонь со светлых глаз девочки, так, улыбаясь, осмотрела Джей, потом повернулась к Гермесу и покачала головой. — Нет, они оба чёрные. Гермес посмотрел на неё с видом школьника, только что узнавшего о зачёте. Раньше нельзя было сказать? Он явно хотел покрыть слоем отборной ругани и Джей, и Эбигейл, но внутри что-то ему подсказывало, что этого делать не стоит и он просто с воем уткнулся ладонью в лицо. — Что случилось? — беззаботно спросила Джей. — Меня это тоже интересует, — раздался из-за спины Агента бархатный баритон. — Нет, конечно, я всё понимаю, любовь с первого взгляда и всё такое. Но Джей — мозги то вроде ещё вчера были: ну, я понимаю сначала отослать Марту, а потом меня за чаем, но ради него? В одной руке Мистер Брайт держал жестяную банку с дорогим чаем и коробку конфет, а другую прятал за спиной, как джентльмен перед дуэлью. На лице его, сквозь маску язвительности и спокойствия, пробивался праведный гнев. — Ты, мать твою, готова променять меня на этого задрипанного божка? Так, прелестное создание, — взрослые разговаривают — пошла вон! Гермес, ты ведь при оружии, так? Решил не только увести мою женщину, но и меня прирезать! Гермес повернулся к Сету, тяжело дыша, — на его лице ещё виднелись следы вчерашнего избиения, обида всплыла на поверхность — как этот мальчишка, шкет, смеет думать, что его — Гермеса, интересует эта девушка. Он достал ножны и вынул меч, Брайт в испуге сделал шаг назад.  — Возможно. Видишь — наследство от брата — убьёт тебя надолго, а спутницу навсегда. Но я буду благороден и не стану медленно разрезать тебя на кусочки — прерогатива кузена.  — Джей, вот она — людская неблагодарность! — Мистер Брайт уже даже не старался скрыть гнев, глаза его блестели, а рука с конфетами и чаем дрожала. — Я с миром его отпустил, это вот верх благородства! А теперь меня собираются убить — так, Джей, звони брату — пусть разберётся!  — Каков храбрец — чуть что прячешься за спину братишки? Тогда я тоже позову своего: Феб завалил Пифона луком и стрелами, убил с два десятка циклопов, построил стены Трои, которые не смогли пробить даже Посейдон с Зевсом! Да он тебя по щелчку пальцев уничтожит!  — Напомни-ка, а где сейчас твой кузен? Ах, да — бежит, иммигрирует. За мной — небесное воинство, Микель мне должен! А за тобой — жалкий беглец, да пара тваринок! Джей, вздохнув, поманила к себе Эбигейл: она уже смекнула что к чему и, взяв девочку за руку, повела внутрь квартиры. Привела в гостиную, усадила рядом с собой на диван и мило улыбнулась. — Мальчики — вечно найдут чем померятся! Но можешь не волноваться: они поспорят-поспорят — но как-нибудь договорятся. Хочешь чаю? Кстати, мне любопытно, а чего это Агент к нам заявился? Эбигейл хлопнула глазами и вновь помотала головой — ей не внушала доверия эта девушка: полуголая, голос слишком резкий, лицо какое-то странное — будто бы мужское: несколько грубоватое, угловатое, да ещё и эти чёрные волнистые волосы, похожие на шапку. В гостиную вяло ввалился чёрный пудель, он поднял голову на Эбигейл, на Джей, посмотрел на них как-то странно, развернулся и спокойно ушёл. Из-за полузакрытой двери доносилась брань, потом они перешли на латынь — мёртвый язык из уст Мистера Брайта и Гермеса звучал на удивление живо и, хотя Джей ни слова не разбирала, ей казалось, что потихоньку ссора утихает: кажется, они потихоньку начали приходить к тому, что спорят в сущности из-за недоразумения. Гермес убрал меч в ножны и вновь перешёл на английский, его хриплый голос не срывался в порывах ярости, Мистер Брайт скрылся за маской доброжелательности.  — Да, что-то я вспылил, — проговорил Сет. — Ох, Джордж, опять ругаться будет. Ты, это, проходи. Джордж — консъерж. От него вечно были всякие неприятности — уж очень он любил не по делу звонить в полиции. Руку Мистер Брайт всё ещё держал за спиной и Гермеса не покидала мысль, что стоит ему повернуться, как в голову ему прилетит пуля, так что ладонь его всё ещё лежала на эфесе. Но Мистер Брайт лишь улыбнулся.  — Нет, я конечно могу ударить тебя по голове букетом, но, боюсь, Джей это не одобрит. Тебе вообще повезло, что ты пришёл не через десять минут. Гермес ухмыльнулся, оставив пальто на вешалке и там же ножны, в знак своего расположения. Мистер Брайт отдал цветы ДЖей и поцеловал её в щёку, под восторженный взгляд Эбигейл, хитро подмигнул ей.  — О, маленькое привидение, — улыбнулся он. — В моём доме приветствуется всякая нечисть. Я Мистер Брайт — знаешь газету Daily News? Расскажи, почему ты решила напасть на моего старого друга? В отличии от Гермеса, он любил детей, ему нравилось это маленькое существо в цветочное платьице с невинным взглядом и такими острыми зубками. Он отодвинул Джей куда подальше и сам сел рядом с девочкой.  — Понимаешь, меня немного беспокоит, что в городе завёлся некий Хью, который мутит воду у меня под носом. А в какой воде купаться лучше: в прозрачной или в мутной? Так вот, ты можешь продолжить барахтаться в илистом ручейке или нырнуть в мой бассейн. Я понятно излагаю?  — За всё хорошее против всего плохого? — подняла на него голову Эбигейл. — Мама так говорила про дяденьку с радио.  — Не бывает никого «хорошего» и «плохого». Просто из двух зол нужно выбирать меньшее. Скажи, что Гермес сделал не так? Чем он навредил тебе? Почему ты напала на него? Ты не обязана отвечать — в любой момент ты можешь уйти, мы всё понимаем и противиться не будем. Но всё же ответь мне, что ты вообще про него знаешь? Почему ты пыталась перекусить ему горло? За что? Эбигейл помахивала ногами в воздухе, она не знала, что и ответить. Ей определённо симпатизировал Мистер Брайт: такой высокий, такой красивый! Но она не успела забыть обещание Гермеса, о чём и заявила — ей вовсе не хотелось ничего выбирать. Её душонка уже потихоньку начинала сходить с ума и она чувствовала, как внутри неё зарождается чудовище.  — Гермес обещал мне… — тихо проговорила она.  — Обещания надо исполнять, — утвердительно кивнул Мистер Брайт. — И оно будет исполнено — я обещаю. Но прежде, хорошенько подумай, тебя действительно привлекает идея уйти просто так? Ты научилась перемещаться в пространстве — в твоём возрасте это очень похвально. Я вот, например, до сих пор не научился. Он старался говорить беззаботно, заглядывая украдкой Эбигейл в глаза, туда, за стенку тела, в самую душу — сам же слегка улыбался, по-доброму. Положив руку ей на плечо он что-то шепнул ей на самое ухо, что ни Гермес, ни Джей не услышали, сколько бы не напрягали слух. Эбигейл хихикнула и закивала головой, Сет потрепал её по голове и оглянулся на Гермеса, стоявшего в дверном проёме с мрачным видом и Джей, которая так и не переоделась.  — Завтра наша маленькая знакомая приведёт ко мне Хью, мы ведь договорились, правда? — он ласково прикоснулся к её носу, так что она вновь улыбнулась. — Гермес, думаю, ты будешь мне нужен. Гермес с умным видом поднял бровь — Сет обратился к нему как к какому-то мальчику на побегушках, вообще-то ему надлежало ещё пару часов назад заскочить в участок и взять новое дело, а утром отправится в Филадельфию посмотреть на место убийства некого Гвичче — кровавое дельце: бедняге размозжили голову кочергой, а никаких улик и подозреваемых местная полиция не нашла. А так как этот самый Гвичче состоял в родстве с Гамбино, то агента, как своего рода эксперта, припахали и к этому делу, естественно ни на доллар ни увеличив зарплату.  — Хм… допустим.  — Это и в твоих интересах, Агент, — подала голос Джей. — тебе тоже в нашем городе жить! Эбигейл стало скучно и у неё руки чесались пропасть из виду и как-нибудь насолить, но не симпатичному Мистеру Брайту, а случайному прохожему. Например, скинуть на него горшок с цветами.  — Можешь идти, маленькое привидение, а ты, Гермес — я тебя жду в семь вечера, договорились? Заодно познакомлю тебя с моим братом. Гермес вышел из квартиры в неизвестном направлении, Эбигейл ушла в никуда — телепортировалась и тоже в неизвестном направлении. Сет с Джей остались один на один.