Не промахнись в Дьявола!

Гермес сбил Джей с ног, Сет пригнулся. Прогремел взрыв: разбились стёкла, дверь гостиной сорвалась с петель и рухнула на паркет, половина мебели перевернулась, другая отлетела к стенам, покрытым копотью. С потолка посыпалась чёрная сажа, книги из шкафов выпали на пол, в воздухе стоял запах серы. И только диван, на котором сидел Хью, остался целёхеньким. Суббота поднялся, отряхнул фалды фрака, водрузил на голову цилиндр и поспешил уйти, огибая сломанный столик и бездвижно лежащего Мистера Брайта. Но не успел он сделать и двух шагов, как на него набросилась чёрная туша. Огромный зверь с бешеным лаем, силясь разодрать лицо когтями, яростно атаковал Хью. Собака хватала его за голову, силясь отодрать кожу вместе с мясом, но зубам было тяжело прокусить божественную плоть. Повалив Хью на пол, пудель рвал когтями его костюм, дико рычал, с пеной у рта стараясь убить эту тварь. Несколько минут Хью просто беспомощно бился под напором собаки, но мах рукой и пудель влетел в стену другой комнаты, с жалобным стоном съехал на пол и так и остался лежать. Суббота поднялся на ноги — на лице, руках и груди остались порезы, но они уже потихоньку заживали. Он поморщил костлявый нос, потом нагнулся и взял с пола ножку от развалившегося столика и собрался пройти дальше, но перед его носом вскочил Гермес. Растрёпанный, с диким огнём в глазах, он набросился на Хью. Ловко орудуя мечом, он прыгал вокруг него: ловкий выпад, резкий мах — один удар и всё кончено. Десять секунд, двадцать — редкий бой длиться больше, но Хью умело уклонялся, а на лице его появилась недобрая улыбка.  — Вы предсказуемы! Тогда Гермес перекинул меч в левую руку и с разворота полоснул его по правому плечу — метил в шею. Суббота зарычал и пошёл в натиск, но Гермес не отступал. Прыжки, увороты, меч со свистом разрезал воздух, проходя в сантиметре от ненавистого тела. На лице Гермеса застыло напряжённое спокойствие и даже сердце, казалось, билось медленнее, что бы не нарушать поток боя своим биением. А под окнами уже собрались люди, ведь все в округе слышали взрыв. Консьерж Джордж вызвал полицию, пожарных и скорую, репортёры Daily News побросали все свои дела и, вооружившись камерами и блокнотами, поспешили к квартире своего босса. А жаркая схватка длилась уже какую минуту. Гермес атаковал — Хью парировал, он уже поменял ножку стола на канделябр и, орудуя им как трезубцем, старался перехватить клинок. Звон металла, свист лезвия, режущего воздух, стук подошв, тяжёлое дыхание — звуки смешались воедино. С улицы слышались взволнованные голоса граждан, все они как одно многоголовое существо, задрали свои головы так, что попадали шляпы и дождь попадал им прямо в глаза. Бежал шёпот — что же случилось, что же произошло? Вскоре послышался стук в дверь. Сильнее и сильнее с каждой секундой — вскоре в неё уже не просто стучали, а неистово колотили. Очнулась Джей, стоило ей услышал, как бьются в дверь, она вскочила на ноги и опрометью побежала в прихожую. Она успела ровно до того как её начали выбивать.  — Сейчас-сейчас! — крикнула она. — Пять минуточек! Джей принялась приводить себя в порядок: восстановила дыхание, поправила причёску перед зеркалом, сбросила пепел с платья, вернулась в гостиную за туфелькой и надела её на ногу, вернулась и с дежурной улыбочкой открыла дверь. Человек двадцать собралось в коридоре. Репортёры с камерой на треноге, полиция, врачи, пожарные, Марта с шёлковым платочком, Льюис, парочка прихвостней Гамбино, которые притворялись агентами спецслужб. Все эти люди вылупили глаза, увидев живую и невредимую Мисс Дарк. Марта перекрестилась, дружки Гамбино разочарованно переглянулись, консьерж Джордж буркнул себе что-то в усы.  — Мы ужасно извиняемся за шум, — невинно произнесла Джей. — наши гости немного повздорили. Ну, вы же знаете, этих гостей, правда? Она кокетливо улыбнулась и, не дожидаясь ответа, захлопнула дверь. Потом спокойно пошла на кухню — она совершенно не боялась: даже если всё совсем выйдет из-под контроля, то её мужчина всё равно найдёт выход. Во всяком случае всегда находил. Кухня осталась нетронутой, если не считать едкого запаха. Девушка открыла сервант: где-то тут хранился подарок от одного важного джентельмена, она не помнила его имя, но хорошо помнила подарок. Специи, чугунный противень, безмен, жестяные банки из-под какао — у Марты тут была настоящая сокровищница. А, вот и она — красивая коробка серебряной посуды: вилки, ложки и ножи… Мисс Дарк взяла несколько и поспешила в гостиную. Оправившийся пудель вновь атаковал Хью, Гермес же, морщась от боли, перешёл в глухую защиту. — Пригнись, — крикнула Джей. Гермес отклонился в сторону и поймал летящий нож на лету. Сделал неожиданный выпад — Суббота перехватил нож и сильно порезал ладонь, попытался вывернуть Гермесу кисть — в итоге нож со звоном стукнулся об пол. Второй пролетел мимо и ударился в стену, а третий ударил ручкой Хью по голове. Что же делать? Суббота, завидев её тяжкие размышления, криво ухмыльнулся. Из плеча струилась кровь, в голове слышался шум, но он улыбался, потому что видел смятение в глазах Гермеса, бессильное бешенство во взгляде собаки и муки раздумья Джей. Мистер Брайт всё так же лежал, уткнувшись носом в стену. Глаза его были закрыты, но он был более, чем сосредоточен. Джей стояла посередине комнаты, по-детски прикусив губу — что же делать? Бежать за новыми ножами или набросится на Хью — ногти то вон какие длинные: ничего не стоит расцарапать ему лицо! Но тут её взгляд упал на телефонную трубку, безжизненно повисшую на проводе. Она убедилась, что Суббота на неё не смотрит и, стараясь быть незаметной, по стеночке поползла к телефону. Она много раз видела, как Сет говорит с братом, но сама ни разу не звонила. Девушка подняла трубку и тихо спросила: «Алло?», но ответом ей была гробовая тишина. Гермес вскрикнул — серебряный нож вонзился ему между рёбер, он сделал шаг назад, лицо его ещё сильнее искривилось от боли, сердце бешено забилось. Он схватился за бок, сделал ещё шаг, уткнулся в стенку и со стоном сполз по ней. Меч выпал из его руки. Хью перевёл взгляд с поверженного врага на собаку, поднял руку и пудель, приподнятый над землёй, забился в невидимых путах. Джей съёжилась, вцепившись в телефонную трубку. Гермес сжал зубы, лишь бы громко не кричать от боли. И тут открыл глаза Мистер Брайт, вскочил на ноги, отряхнулся и, окинув взглядом печальную картину, улыбнулся. Суббота повернулся к нему лицом.  — Гав, — сказал Сет. — Вот чёрт, рефлекс. Так, мужик, слушай, если не хочешь получить от меня лично, то тебе лучше уйти. Хью холодно посмотрел на него: одной рукой он рассеяно крутил канделябром, в другой держал нож.  — Мне добить вашего друга? Гермес поднял голову, изо рта у него текла кровь, сам смертельно побледнел, но тем не менее он слабо улыбнулся за спиной Хью, сделал жест большим пальцем, потом провёл ногтем по своему горлу и закивал головой. Потом подмигнул и указал на меч.  — А я не против. С самого начала он только вертелся под ногами — давай убивай!  — Я не шучу, Мистер Брайт.  — Я тоже! Давай! Хью пожал худыми плечами, поднял меч с пола — кажется, он воспринимал это как своего рода благородный поступок: избавить страдальца от мучений. Несчастный страдалец в один миг преобразился, увидев, что сейчас его прирежут его же оружием он посмотрел на Брайта и яростно затряс головой.  — А может мне убить вас?  — Давай, только не промахнись! Хью опять повернулся, к великой радости Гермеса, спиной к нему.  — Эбигейл сказала, что этот меч убьёт вас на долго.  — Ну, этого мы объективно не знаем. Но я стремлюсь к познанию нового, так что пожалуйста. Джей сделала шаг в его сторону и непонимающе пихнула его под бок. Хотя на лице Мистера Брайта зияла дружелюбная улыбочка, в этот раз она сомневалась, что его тактика будет им на руку.  — Ты чего творишь? — сквозь зубы проскрежетала она. — Время тяну, конечно! — ответил он. — Только, пожалуйста, Хью, поосторожнее — а то весело будет, если ты о него поранишься. Аптечка на кухне в шкафу… Или в шкафе? Гермес, ты там ещё жив? Как правильно? Так, ладно, к чему я клоню: дело в том, что мне очень приглянулся твой цилиндр — давай я его у тебя выкуплю.  — Что? — Ну, такому оборванцу как тебе лишние десять долларов никогда не повредят. Десять, понимаешь, десять! Как говорит брат, надеюсь он меня слышит: купи велосипед и жизнь наладиться! — Вы в порядке? Мистер Брайт сложил руки на груди, будто бы обдумывая, что ответить. — Я благодарен тебе, что ты так о мне беспокоишься! Спасибо большое! А где-то вдалеке завыл ветер: но не грубый вой, а нежные, переливчатые аккорды, спрятанные за волнистым дыханием неведомого существа. Дождь, оставивший на покрытом копотью паркете длинные разводы ослаб, будто бы тучи неожиданно рассеялись. Гермес взглянул на окно, хотя ему было плохо видно из-за обрывка шторы, он понял, что именно задумал Мистер Брайт, но у него, кажется, кончились идеи для разговора. Они переглянулись. Гермес на языке жестов начал что-то стремительно объяснять Сету, но тот не очень его понимал.  — Борзой… Брат… Налоговая инспекция? Чего? — пробормотал Мистер Брайт. — Ах, понял! Хью, а у тебя случаем собака есть? Нет? А у меня брат — та ещё сука, а ещё и этот тунеядец. Ну и хорошо, что нет — в городе почти не осталось места для прогулок: всё в грязи. Вы пробовали мыть лапки такой-то скотине? Кстати… Но Хью надоела вся эта нелепая болтовня и он, перехватив меч поудобнее, пошёл на Брайта. Высокий, худой, глаз почти не видно — страшное зрелище, ещё и этот ободранный фрак, кровь стекающая по плечу и рубашке — она оставила на полу несколько крупных капель. По спине Мистера Брайта прошёл холодок, но он всё равно сделал шаг вперёд, прикрывая Джей, закатил рукава рубашки, выпрямился и встал в стойку. — Давай, подходи, — он постарался наполнить свой голос уверенностью. — Я давал тебе возможность уйти, но ты ей не воспользовался! Внезапно пустые ставни с грохотом распахнулись, обрывки занавесок взмыли вверх — на полной скорости в окно влетел Габи. Последнее, что успел сделать Хью — с размаху бросить меч в сторону Сета. Габи сшиб Субботу с ног, тростью с размаху ударил его по голове, так что тот камнем упал на пол и… исчез. Так Габриэль и стоял, расправив огромные белые крылья, нелепо контрастирующие с вонью и оседающей копотью. Он посмотрел на раненого Гермеса, на Джей, которая уже радостная была готова прыгать вокруг Габи и смертельно бледного Мистера Брайта. В руках Сет зажал клок волос — своих чёрных волос: меч вонзился по самую гарду в стену прямо над его головой, обрубив ровно одну прядь. Одним сантиметром ниже и Сету бы пробило голову: от осознания того, что он мог бы опять умереть Мистеру Брайту стало непривычно не по себе. Габи с лёгким шелестом сложил крылья и подошёл к Гермесу, присел рядом с ним и с видом Сестры Анны склонился над его раной.  — М-могу перенести т-тебя в больницу? П-перенесёшь? Пог-годи-ка, а ты случаем не Г-г… Гер… Г-г… Твою ж! Кадм? Чёрт побери, я ж т-тебя уд-дарил… Феб ведь не-не-не с тобой?  — Так вы друг друга знали и молчали! — влез Мистер Брайт. — Так, так, так, я обязан знать, что между вами было! Габи с Гермесом переглянулись и без лишних слов первый отправил второго прямо под дверь больницы. Так для них обоих было лучше. С секунду братья смотрели друг на друга: Сет умоляюще, Габриэль холодно и злобно.  — Л-люци, — наконец сказал Габи. — У меня к тебе есть р-разговор. По поводу т-твоего поведения и м-манеры речи. Серьёзный. Потом Сет отобрал у брата трость и вытащил флягу. Ему с Джей явно следовало успокоиться. Только сейчас они начали осознавать плачевность положения: Суббота скрылся, в квартире царит хаос, Гермес тяжело ранен, а Габи намерен читать лекции.