Связанные

Прошло восемнадцать часов с того момента, как она привела его домой. Восемнадцать часов с того момента, как он отключился. И восемнадцать часов, в которые она проверяла его дыхание каждые полчаса или около того. Несколько часов она, свернувшись рядом с ним калачиком, спала, а другие пыталась максимально себя занять чем-то: выстирала всю их абсолютно грязную после прошлой ночи одежду. Сходила в соседний магазин купила немного продуктов и немного удобной теплой одежды для него, типа свитеров, которые он сможет надеть пока будет поправляться. Еще она приготовила овощной суп. Но как только снаружи начинает темнеть, она чувствует беспокойство. Она направляется в спальню со стаканом воды и, присев на кровать, протягивает руку и нежно дотрагивается до его лица. - Стайлз? Он слегка вздрагивает, когда кто-то дотрагивается до его лица, и морщится, пробуждаясь ото сна, но не глаз не открывает. Все его тело болит, и слишком тяжелое, чтобы двигаться. Во рту сухо, словно там побывал носок, а спина ноет так, как будто кто-то поджег ее. У него вырывается непроизвольный стон, однако он совсем не уверен в том, что из него вышел хоть какой-нибудь звук. - Шшш... - шепчет она, когда он стонет, нежно гладит пальцами его щеку, потом берет стакан с водой и прижимает к его губам. - Можешь попить? Он выдыхает и неохотно делает глоток, силясь открыть глаза. - Который сейчас час? - Чуть позже пяти. Вечера, - спокойно произносит она, не отводя от него глаз. - Попей побольше, ты обезвожен. Он не удивлен, исходя из того, как сухо у него во рту, и от того, каким мокрым кажется его свитер. Он прижимает ладонь к матрасу и пытается приподняться морщась от того, как боль простреливает спину. Просто супер. - Оставаться без сознания кажется хорошей мыслью, - бормочет он. Она морщится от его мучений, протягивает руку, чтобы помочь ему, но не дотрагивается. На случай, если сделает ему еще больнее. - Я позволю тебе вернуться ко сну, хорошо? Только мне нужно, чтобы ты чуть-чуть поел сначала. В желудке переворачивается от мыслей о еде, но он заставляет себя выпрямится и откидывается на спинку кровати. - Для начала думаю нам лучше остановиться на чае. - Это всего лишь овощной суп. Если хочешь, я дам тебе только лишь бульон, - спокойно предлагает она, снова подавая ему стакан с водой. - Спасибо, - бормочет он, беря стакан дрожащей рукой. Сделав глоток, он другой рукой потирает глаза. - Сколько я был в отключке? - Около восемнадцати часов, - тихо произносит она. Около восемнадцати часов и семи минут. Но ему не следует знать насколько напугана она была. - Тебе стало хоть чуть-чуть легче? Он кривится. - Да, наверное. Вообще-то, он не совсем помнит последние восемнадцать часов. - Я принесу немного еды, хорошо? Постарайся не уснуть, - иначе ей придется снова разбудить его, а ей совсем не хочется этого делать. - Хорошо, - он зевает, его глаза следят, как она уходит. Он сосредотачивается на том, чтобы оставлять их открытыми, делает глоток воды и осматривается, понимая, что он не обратил внимание на то, что находится в ее постели. Его одежда сложена в аккуратную стопку на стуле в углу комнаты, и толстовка Коламбия весит на драпированной спинке. Он замирает... буквально на мгновение. Конечно же она ходит в колледж. Она должна. Она быстро возвращается с тарелкой супа в руках. Суп все еще теплый, и она уверена этого будет достаточно для него. Она видит, что он смотрит на одежду и улыбается. - Если ты замерз, ты можешь одеться. Она чистая. - Все хорошо, спасибо, - его голос тих, взгляд на мгновение задерживаются на толстовке. - - Коламбия? - О, - она смотрит на толстовку, затем снова на него, присаживается на кровать и осторожно меняет стакан с водой на тарелку с супом. - Да, почти закончила. - Впечатляюще, - мягко говорит он, забирая тарелку. - Не удивительно, но впечатляюще. - Спасибо, - тихо говорит она с улыбкой. До этого момента они не особо разговаривали о их жизни после ее отъезда, но думает, что это неплохая идея для того, чтобы отвлечь его от боли. - А ты? - Что я? - он хмурится и встречается с ней взглядом. - Ты... поступил куда-нибудь? - она не думает, что он в колледже, но у Стайлза столько потенциала, он очень умный. Будет досадно, если он решил никуда не поступать. У него вырывается короткий смешок, но он тут же жалеет о нем, морщится и сжимает тарелку. - Я даже не закончил школу, Лидс. - Почему? - хмурясь спрашивает она, протягивая руку, чтобы помочь ему удержать тарелку. - Я уехал до выпускного, - он пожимает плечами. Лидия едва кивает, в нерешительности глядя на него. Ей хочется спросить почему он уехал. Она так и не получила ответа от Скотта и, честно говоря, не особо и спрашивала. Да ей и вообще не кажется, что у нее есть право спрашивать, исходя из того, что она тоже уехала тогда. - Поешь пока он теплый. Он кивает без слов, опуская взгляд на суп. Помешав его ложкой, он снова поднимает на нее взгляд. - Ты не спрашивала. От его слов у нее перехватывает дыхание, и она смотрит на него в ответ. Они провели вместе последние несколько дней. И их отношения стали такие, как были раньше. До того... как она влетела к нему в тот туалет. При последней мысли ей хочется защитить его от всей боли и расстройств, что произошли за то малое время их отношений. Но из-за того, что она снова была так близка к нему, она не могла заставить себя солгать. Надеть маску. Притворится, что не чувствует вину. Он слишком небезразличен ей. - Мне кажется, что у меня нет права спрашивать. Стайлз сжимает губы в согласии и смотрит вниз. - Да, но... все изменилось, - тихо говорит он. - Что ты имеешь в виду? - спрашивает она, немного удивленная. Потому что, да, сейчас все лучше чем раньше, но... это не значит, что все так теперь и будет. - Разве это не так? - он вскидывает голову, внимательно глядя на нее. Она мгновение смотрит ему прямо в глаза и не может не вспомнить его последние слова перед тем, как он провалился в сон. Щеки неожиданно краснеют, а в глазах появляются слезы, она кивает и отводит взгляд. - Да, наверное... но я не понимаю разницы. Он задерживает дыхание, когда видит, как ее глаза наполняются слезами, прежде чем она отворачивается. Он осторожно ставит тарелку на ночной столик и дотрагивается до ее руки. Лидия переплетает их пальцы, когда он берет ее за руку, но медлит прежде чем поднять на него глаза. - Ты не можешь остаться, ты знаешь, - шепчет она, ее глаза слезятся еще больше. На это Стайлз замирает и опускает взгляд. Точно. Через день или два они вернутся к своим нормальным жизням... если дела с сверхъестественным вообще можно назвать нормальным. И их жизни не включают присутствие в них друг друга. - Да, - его голос утихает. Он нежно сжимает рукой ее руку, прежде чем снова убрать ее. Она не ожидала, что почувствует такую потерю, когда он уберет руку. Как будто он уже ушел, что его уже нет. Часть ее хочет напомнить и убедить его почему он не может остаться. Но понимает, что не должна. Он чуть не умер от того, что находился рядом с ней менее недели. С глубоким нервным вздохом она поднимается с кровати и обнимает себя руками. Самое меньшее, что она желает сейчас - это отдалиться от Стайлза, но ей снова стоит привыкать к этому. - Так почему ты уехал? - наконец спрашивает она. Он чувствует, как что-то внутри него захлопывается, когда она отстраняется и, защищаясь, обнимает себя руками, словно боится, что он может причинить ей боль. Это напоминает ему, как Скотт отстранился от его чуть ранее того, как он покинул Бейкон Хиллс. Когда он отвечает ей на этот раз, его голос не выражает никаких эмоций: - Скотт хотел, чтобы я ушел, потому что я убил кое-кого. И я ушел, - это очень близкая версия того, что тогда произошло, но очень укороченная. Она резко втягивает воздух, не упуская из виду то, как меняется его голос. Что-то внутри нее холодеет, но она пытается сосредоточится на том, что он сказал. Потому что это не правда. Наклонив голову, она легко качает головой. - Скотт не хотел, чтобы ты уезжал. Он очень беспокоился и пытался найти тебя. Стайлз уже хочет ответить, но замирает, уставившись на нее. - Ты разговаривала с ним? - Мы переписываемся, - объясняет она, отводя взгляд. - Но он немного рассказывал мне. Во рту становится кисло от этого, и он отводит взгляд. - Он хотел, чтобы я ушел. Он может быть не сказал этого, но в виду имел. Это было достаточно ясно, когда я в последний раз видел его. "Мы не убиваем людей! Ты понимаешь это?" - Меня там не было, - ей кажется, что ее слова делают его еще злее. Но это правда. - Я не знаю, что изменилось. Но он казался взволнованным. И она вообще не может представить, чтобы Скотт не хотел видеть Стайлза. Нет, ее не было. И он не злится. Он устал. Он пожимает плечами. - Если бы я остался, это было бы не тоже самое. Ничего бы не получилось. - Ты говорил с ним после? - спокойно спрашивает она, беспокоясь об отношениях этих двоих. Стайлз и Скотт друг без друга - что-то в области фантастики для нее. - Нет, - он отставляет тарелку с едой в сторону и немного пододвигается, стараясь устроиться поудобнее. Он не может начать общение со Скоттом. Он не может вернуться в Бейкон Хиллс, и он не может изменить вещи, которые, он сделал. - Я уже не тот, что бы раньше. И Скотт не примет его таким, какой он сейчас. Каким он стал спустя все эти годы. - Ты уже не тот. И я, - отмечает она, делая шаг к кровати, хотя ей не хочется снова садится. - Но мы все еще можем сделать это. Поговорить. Воссоединиться. Побыть теми, кем они были тогда, хоть и мимолетно. - Это не тоже самое, - отвечает он, не смотря на нее. - Я знаю, - говорит она спокойно, опускает глаза и мягко вздыхает. - Но я все равно рада, что встретила тебя. - Он не будет, - сообщает ей Стайлз, его голос полон уверенности. На мгновение он встречается с ней глазами. - Может быть сначала, но после этого, он был рад, что я ушел. В действительности Лидия так не думает, но прямо сейчас, она не хочет спорить. Опять же, ее там не было. Вместо этого она подходит и забирает тарелку. - Хочешь что-нибудь еще? - Нет. Я в порядке. Спасибо за суп, - отвечает он, сжимая губы. Легко кивнув, она тоже сжимает губы и внимательно разглядывает его. - Тебе следует больше отдыхать. - Да, наверное, - его голос становится тише.- Тебе, наверное, тоже. Если ты не отдыхала. - Я отдохну, - спокойно отдыхает она, мгновение разглядывая его. - Тебе нужно что-нибудь еще? Ему нужно, но он качает головой, потому что нет смысла желать того, что ты не можешь получить. Он выучил это давным давно, но сейчас ему следует снова напомнить себе об этом. - Я в порядке. Взгляд на его лице заставляет ее желудок сжаться. Но она не давит на него. И снова, ей не кажется, что у нее есть на это право. Поэтому, вместо этого, она делает глубокий вдох, кивает и выходит из комнаты. Часть нее хочет сломаться и разреветься от неимоверной потери, что она уже чувствует. Но она знает, что у нее потом будет для этого кучу времени, когда она снова будет одна.

***

Он держит конверт в руках, но его лицо пустое и он смотрит на Скотта. - Она просто уехала? - У нее не было выбора, - убеждает его Скотт. - Ее мама сказала, что они должны уехать. На это Стайлз просто молчаливо смотрит, его глаза красные и усталые после последних двадцати четырех часов. Скотт тихо вздыхает, потом протягивает руку и кладет ее Стайлзу на плече. - Мы можем попытаться позвонить ей позже. - Да, - его голос пустой, он присаживается на уголок кровати Скотта. - Думаю, я просто... должен поспать снова. Скотт немного суетится, обеспокоенно наблюдая за Стайлзом, но кивает и пытается улыбнуться ему. - Мама будет дома с ужином скоро. Я разбужу тебя, когда она доберется. - Я правда не голоден, Скотт, - тихо произносит он. Вообще-то, от мыслей о еде ему становится тошно. - Но спасибо. Он накрывается одеялом снова, прижимая его к щекам, и, спустя мгновение, отворачивается лицом к стене. Сначала Скотт направляется к двери, но потом передумывает и направляется к креслу. И хотя в его руках книга, он не отводит взгляда от друга. Стайлз слышит, как он присаживается, но ничего не говорит. Он закрывает глаза, хотя в них начинают формироваться слезы, и крепко прижав руку ко рту, начинает плакать. Когда он проваливается в сон, последняя его мысль о том, чтобы не проснуться. После их разговора Лидии неудобно присоединяться к Стайлзу на ее постели. Поэтому она пододвигает диван чуть ближе к спальне, заворачивается в одеяло и устраивается на ночь. Два часа назад. Ей так и не удалось уснуть. Каждый раз, когда Стайлз издавал малейший шум, она поднимает голову и смотрит на него, убеждаясь, что все в порядке. Когда она слышит небольшой стон, она выпрямляется. Как только заходит в свою комнату, она слышит всхлип и видит, как его тело дрожит. - Стайлз? - и хотя ее голос полон неуверенности, Лидия не колеблясь подходит к кровати и дотрагивается до его плеча. - Стайлз, ты слышишь меня? Он дрожит во сне, прижав одну свою руку ко рту, он хнычет, а другой сильнее сжимает простыни. На ощупь его кожа кажется слишком горячей, и она инстинктивно дотрагивается до лба. - Боже, Стайлз, - с придыханием шепчет Лидия. Он горит. Она исчезает в своей ванне и возвращается с влажным полотенцем и жаропонижающим средством. Она понятие не имеет, какое ему средство надо дать от жара, вызванного магией, но тело все еще человеческое, поэтому она надеется, что это поможет. - Стайлз, эй, послушай меня, - бормочет она и нежно прижимает полотенце к его затылку. - Тебе следует проснуться. Он стонет в протесте, пытаясь отодвинуться от холодного полотенца и дрожит. - Холодно, - бормочет он. - Я знаю, ты горишь, - шепчет она, прижимая другую руку к его лбу, чтобы успокоить. Она изо всех сил пытается проигнорировать знакомую искру, которая при прикосновении к нему проходит сквозь нее. Ей следует сконцентрироваться на том, чтобы он почувствовал себя лучше. - Тебе следует сесть, чтобы выпить это, Стайлз. От прикосновения ко лбу он начинается просыпаться, его дыхание неровное, когда он открывает глаза, взгляд стеклянный и расфокусированный. - Я ничего не хочу, - устало отвечает он. - Только спать. Лидия быстро отводит руку, затаив дыхание от его реакции. - Это не навредит тебе. Ты наоборот почувствуешь себя лучше. Он долгое время не питался нормально, и, принимая во внимание, что они оба пробыли в холоде дольше, чем ей хотелось бы, это могла бы быть и простуда тоже. - Это требует движения, - бормочет он, снова закрывая глаза и натягивая одеяло по самую шею. - Давай, - шепчет она, поднося таблетку к его рту, а потом поднимая стакан с водой. - Просто используй соломинку. Приоткрыв губы, он почти неосознанно оставляет поцелуй на кончике ее пальца, прежде чем проглатывает таблетку и делает глоток воды. Он не заболел - не больше, чем когда-либо. У него всегда была сильная иммунная система, но он почти уверен, что она не поможет ему против магии. Она чувствует легкую дрожь от теплого прикосновения его губ к ее коже. И гордится тем, что стоит прямо и, несмотря на все, позволяет ему принять таблетку. Поставив стакан, она снова дотрагивается до его лба. - Хочешь еще одеял? - Да, - его зубы стучат и он закапывается под одеяла еще сильнее. Кивнув, она забирает несколько из кладовки и, распаковав их, укрывает его. Включая стеганое одеяло, это должно помочь. - Ты скоро согреешься. - Ты продолжаешь говорить это, - отвечает он, крепко зажмуривая глаза, - но мы этого не знаем. Лидия замирает, наклоняет голову в смущении и нежно дотрагивается рукой до его руки. - Я знаю это. Тебе станет лучше, Стайлз. Дрожа под одеялами, он издает тихий звук, но не возражает. Он пережил Ногицунэ, но не уверен, что способен пережить последствия этого заклинания. - Все хорошо, - шепчет она и, несмотря на все, присаживается на край кровати. - Ты будешь в порядке. - Больно, - шепчет он. - Мне жаль, - шепчет Лидия в ответ, в груди сжимается. Ей хочется иметь силу Скотта сейчас, чтобы она могла бы забрать хоть чуть-чуть его боли. Нежно вздохнув, она наклоняется и прижимает губы к его лбу. Она не должна делать этого. Они уже причинили боль друг другу. Но ему больно, и ей хочется каким-то образом забрать ее. И не делать еще больнее, отстраняясь. Он немного расслабляется, когда она целует его лоб, и облизывает сухие губы. - Останешься? - бормочет он. - Пока я не усну. Она задерживает дыхание, тяжело сглатывает и повторяет себе, что не должна причинять ему еще боли. И хотя он не видит этого, она кивает. - Да. И несмотря на все, она поднимается, обходит кровать и ложится рядом с ним. Ей не хочется сильно беспокоить его, поэтому она мягко прижимает ладонь к его плечу, ложась за ним, и сохраняет дистанцию. - Я здесь. Он бормочет нежное, еле слышное "спасибо" и позволяет себе расслабиться чуть больше, дополнительные одеяла помогают немного избавиться от дрожи. И спустя всего несколько мгновений, он проваливается в сон.