Связанные

Стайлз тихо стучится в комнату Лидии. Раньше бы он, наверное, отрепетировал то, что собирается сказать ей, но он уже не тот, что был раньше. И она уже не та, что прежде. Отрепетированные речи уже ничего не значат для кого-либо, а особенно в отношениях, подобных тем, что между ними сейчас. Не после всего, через что они прошли, вместе и по отдельности. - Входи, - зовет она, поднимаясь с постели. Как бы трудно ей не было, она все равно старалась быть как можно дальше от двери, чтобы не услышать то, о чем они говорили. Сейчас она не знает чего ожидать, она даже не уверенна Стайлз это, или Скотт. Стайлз открывает дверь и, войдя в комнату, закрывает за собой дверь. - Привет. - Привет, - шепчет она. Если она и чувствовала тревогу до этого, то сейчас в ее животе скручивается тугой ком. Она наблюдает, как он закрывает дверь, и делает глубокий вздох, пытаясь, успокоиться. - Я не вернусь в Бейкон Хиллс, - сообщает он ей, облокачиваясь на дверь и не отводя от нее взгляд. Хорошо. Это определенно не то, что она ожидала и надеялась услышать. - Нет? А что насчёт Скотта? - Скотт понимает, - отвечает Стайлз, сжимая губы. – Он понимает я там, где должен быть, - он останавливается на секунду. – Я останусь здесь, в Нью-Йорке. Весь воздух исчезает из ее легких и, если глубокий вздох и помог ей успокоится, то его действие уже давно прекратилось. - Здесь? Почему, Стайлз? - Ты знаешь почему, Лидия. Сейчас не стоит ходить вокруг, да около. Он знает, что она чувствует к нему, и она знает, что он чувствует к ней. Ее лицо напрягается, и она отводит взгляд, а потом качает головой. - Я говорила тебе, я хочу, чтобы ты остался, - Лидия снова смотрит на него, сердце бьется быстро в ее груди. – Но ты знаешь, что не можешь. - Вообще-то, я не знаю этого, - он отталкивается от двери и приближается к ней. – Вообще-то, я думаю совершенно иначе. - Тебе надо вернуться домой. Без меня. Так будет безопаснее, Стайлз. И да, она понимает иронию «безопасности в Бейкон Хиллс. Но все равно, так будет безопаснее, чем здесь с ней или где-то там одному. - Я дома, - Стайлз пристально смотрит на нее. – Мой дом с тобой, Лидия. Я не говорю, что должен переехать к тебе или что-нибудь другое, но я не уеду из города. Нет, до тех пор, как ты тоже не будешь готова вернуться. От его слов в ее глаза набегают слезы, и хотя она хочет всего того, о чем он говорит, она понимает, что она не может пойти на это. - Если ты останешься рядом со мной, ты умрешь, Стайлз. - Нет, не умру, - мягко говорит он, протягивая и беря ее руки в свои. – Я собираюсь пожить. - Только если ты не рядом со мной, - повторяет она, ее голос становится слабее, когда она переплетает свои пальцы с его. – Ты знаешь, я уехала из-за мамы, но ты понимаешь, почему я не вернулась. И все получилось. Я не могу… Я не буду рисковать тобой. Он мягко улыбается, качая головой. - Взгляни на мою спину, Лидия, - шепчет он, поворачиваясь к ней спиной. Лидия некоторое время смотрит на него растерянно. Покачав головой, она протягивает руку и поднимает его футболку, затем, даже не подумав, проводит пальцами по его спине. Как всегда, при прикосновениях, она чувствует знакомую искру, проходящую по ее пальцам, поэтому она просто рассматривает спину, задержав дыхание на секунду, и отводит руку. - О чем… о чем ты говоришь? - Она исцелилась, - Стайлз уже понял это, теперь ему необходимо, чтобы Лидия тоже поняла. - Двадцать четыре часа назад мне было мучительно больно. Теперь на сто процентов лучше. И это не из-за того, что я друид, и у меня продвинутый уровень исцеления, - он поворачивается, чтобы снова взглянуть на нее. - Что ты имеешь в виду? Это была ведь не человеческая рана, магическая. Ты отдохнул и она исчезла, - заключает она и опускает руки, покачав головой, она поднимает на него взгляд. - Нет, Лидия, - его голос мягкий, но настойчивый. - Я исцелился потому, что мы были здесь вместе. Из-за нашей связи. - Стайлз, связь никогда не лечила никого из нас, - отмечает она, даже не смотря на то, что ее сердце начинает биться чаще. - И как много раз бы были... близки физически раньше? В ответ на его вопрос она наклоняет голову и смотрит ему прямо в глаза. - А это как со всем этим связано? Он задерживает дыхание и проводит рукой по волосам, направляясь к ее кровати, чтобы присесть. - У нас всегда была связь. Но после того ритуала, который устроил для нас Дитон, она усилилась, - напоминает он ей, хотя знает, что она ничего не забыла. - Именно потому, когда происходили все те... вещи с Ногицунэ, именно ты смогла меня услышать. Ты понимала, что существует проблема. И это никак не было связано с тем, что ты банши. - Что ты имеешь в виду под словом всегда? Мы едва разговаривали с выпускного класса, - напоминает ему она, повернувшись к нему лицом и стоя прямо напротив него. На это он кивает, потому что это так. За последние несколько лет он пытался поговорить с ней несколько раз, в основном неудачно. Либо он трусил, либо она отшивала его. - Но каждый раз, когда один из нас был в большой беде, именно другой находил его. Или знал, что что-то не так. Подумай об этом, - он внимательно рассматривает ее. Она пристально изучает его, затем слегка качает головой. - Ну, после того, как Питер укусил меня, да. Ты мне сильно помог, но... ты вообще был одним из немногих, кто понимал, что происходит. - Нет. Еще до этого. С той ночи, как все началось, - он задерживает дыхание. - Ночь танцев, когда Питер атаковал тебя. Ты ушла в поисках Джексона. Но я нашел его. И он не видел тебя. Я заволновался и пошел тебя искать, - он облизывает губы, колеблясь мгновение, понимая, что следующая часть удивит ее. - Я чувствовал как что-то тянуло меня. К полю для лакросса. Там я нашел тебя. Я видел, как под фонарями приближается Питер. Я прокричал твое имя. И побежал. Но не был достаточно быстр, - он выдыхает и опускает взгляд на свои ладони. Лидия растерянно моргает, осмысливая то, что Стайлз только что сказал ей. Она слегка опускает голову, внимательно на него смотря. - Ты обнаружил меня с Питером? - Да, - признается он, сжимая губы. - Я думал, он собирается убить тебя. Я был в ужасе. Так же, как и всегда, когда он думает, что она в опасности. Покачав головой, Лидия присаживается рядом с ними и мягко вздыхает. - Я помню, кто-то звал меня по имени, но… я решила, что это был Джексон. Он сказал мне… это не важно, - она делает глубокий вздох и снова смотрит на Стайлза. – Что ты пытаешься сказать всем этим? - Знаю, - признается он. – В конце концов, он нашел тебя, но... это тоже долгая история, - он встречается с ней взглядом. – Я имею в виду, что нравится нам это или нет, мы связаны. Это не уйдет. И теперь, когда мы стали ближе, это не исчезнет, - его голос тих. - Я не хочу, чтобы это исчезало. Я не хочет, чтобы это ушло, - тихо шепчет она, все еще удерживая его взгляд, ее глаза наполняются слезами. – Но ты должен признать, что… все то, о чем я говорила Скотту до того, как уйти, все это имеет смысл, Стайлз. И… тот факт, что никто из стаи не умер с тех пор, как я ушла, вот доказательство, что все работает. Я… нашла способ находиться ото всех вас подальше ребята. Я отстранилась от своей матери. Я не могу рисковать сейчас тобой, только лишь потому, что я эгоистично хочу, чтобы ты остался. Он подносит руку к ее щеке. - Лидия, банши не является причиной смерти, - говорит он спокойно, в его голосе слышится уверенность. – Многое сверхъестественное является, но банши нет в этом списки. И если бы тебя не было со мной после всего случившегося, я бы умер. Он почти и умер. И он знает, что единственная причина, по которой он выжил – их связь. Если при атаке он был один, он бы умер после. У него нет причин сомневаться в этом. - Посмотри, что случилось с семьей Мередит, Стайлз. Со всеми близкими людьми моей бабушки. С Эллисон и Эйденом и… твоим отцом, - последнее она добавляет тихо, в ее груди сжимается от вины и страха. – Я не могу потерять тебя. - Ты не потеряешь. Именно поэтому мы должны быть рядом, - он наклоняется и целует ее в лоб. – Если кто-нибудь из нас пострадает, мы исцелимся в тысячу раз быстрее, чем будь мы по отдельности. Лидия прикрывает глаза и берет его за руку. - Как ты можешь быть уверенным в этом? Он кладет голову на ее. - До того, как все пошло к черту, какая была моя главная функция в стае, Лидия? – шепчет он. - Все выяснять, - шепчет она в ответ, прикрывая глаза и пытаясь заткнуть ту часть мозга, которая действительно прислушивается к его словам. - Точно, - соглашается он, проводя ладонью по ее спине. – Я исследовал. Я делал свою домашнюю работу. Я все выведывал. И только то, что я покинул Бейкон Хиллс, не означает, что я прекратил исследования и поиск ответов. Она чувствует его тепло даже через одежду, и ничего не хочет как, как обнять его, прижать и поцеловать. Сказать ему «да», что она хочет, чтобы он остался. Но вместо этого, она делает глубокий вдох и отстраняется, чтобы посмотреть на него. - Ты все мне расскажешь, чтобы я понимала, что все это значит и… почему мы чувствуем так. - Дай мне двадцать четыре часа, и ты будешь знать все то, что знаю я. И у тебя будут доказательства, - он поднимается на ноги и направляется к своей сумке. Покопавшись в ней, он достается острый кинжал и поднимает его, чтобы она увидела. - Что это? – спрашивает она, поднимаясь и протягивая руку к кинжалу. - Просто кинжал, - сообщает он ей, осторожно переедая ей его, чтобы она могла изучить. – Чувствуешь, что-нибудь магическое в нем? Что-нибудь странное? Лидия некоторое время рассматривает его, зачем едва качает головой. Она обращает свое внимание на лезвие, проводя пальцем по рисунку, похожему на руны. - Ничего понятного для меня. - Они просто для красоты, - признается он. - Мне показалось, что он выглядит круто, - он протягивает руку, чтобы она вернула кинжал ему. Она отворачивает клинок от него и передает ему. - Почему ты показываешь его мне сейчас? - Ты доверяешь мне? - он забирает нож у нее, не удерживает ее взгляд. - Конечно я доверяю тебе, - искренне отвечает она, несмотря на растерянность. Стайлз кивает, делает глубокий вдох, подносит нож к своей левой руке и, замешкавшись только лишь на секунду, проводит лезвием по ладони, настолько глубоко, чтобы рана не смогла затянуться за одну ночь, как при обычных обстоятельствах. И еле сдерживает проклятье. - Стайлз! Остановись! – кричит Лидия, как только понимает, что он делает, но уже поздно. – Что за черт? Ты не должен доказывать мне, что можешь исцеляться. - Нет, должен, - произносит он, сжимая зубы, когда вытирает лезвие об одежду, и завернув его в неё, прячет в сумку. Именно это он должен сделать, чтобы стереть все сомнения в ее голове, чтобы она поняла, что все это значит. Она сжимает зубы и качает головой. - Я пытаюсь донести до тебя, что оставаясь рядом со мной, ты подвергаешься риску пострадать. Я бы хотела попытаться. Но сделанное только что ничего не изменит. - Через двадцать четыре часа, изменит, - сообщает он ей спокойно. – Рана исчезнет. Лидия проводит рукой по лицу и, мягко вздохнув, качает головой. - Ты идиот. И мне даже не нужно «видеть» это. На это он почти улыбается. - Может быть. Но я твой идиот. От его слов ее сердце пропускает удар, но она слишком расстроена из-за него, чтобы улыбнуться. Поэтому вместо этого, она просто некоторое время рассматривает его. - Ты действительно хочешь остаться? - Лидия, тысяча оборотней и каниме не заставят меня сейчас уйти, - он подмигивает ей и направляется из комнаты в ванную, чтобы промыть рану. Когда он уходит, она качает головой и вздыхает. Потому что если он действительно хочет остаться, несмотря на то насколько она думает это плохая идея, будут правила. Это единственное, что она может сделать, чтобы уберечь его. Некоторое время спустя он возвращается, его рука забинтована, чтобы предотвратить кровотечение. Он находит ее, сидящей на кровати, и она выглядит печальной, и впервые с его возвращения с прогулки, в его груди появляется искра неуверенности. Ведь возможно, она не хочет, чтобы он был рядом. - Пенни за твои мысли, - говорит он спустя какое-то время. - Садись, - серьезно произносит она. От ее тона он приподнимает брови и двигается, чтобы присесть рядом с ней на кровати. Лидия выпрямляется и, прежде чем начать то, о чем она думала последнее время, вздыхает. - Если ты действительно хочешь остаться, я хочу, чтобы ты согласился сначала на несколько вещей. Правила. Вещь, с которой он справляется хуже всего. «Определенно пройдет хорошо», с усмешкой думает он. - Я слушаю. - Для начала, как только я чувствую относящееся к смерти предчувствие банши, ты уезжаешь. И ты едешь в Бейкон Хиллс. Несмотря на то, что происходит здесь. Если я чувствую, что возможно ты находишься в опасности, ты уезжаешь и ищешь Скотта, - говорит она прямо, удерживая его взгляд. – Согласен? На это он сужает глаза. - Если только предчувствие не включает тебя, в таком случае я не оставляю тебя или ты тоже едешь со мной, - он скрещивает руки на груди и облокачивается на спинку, тоже удерживая ее взгляд. Она хмурится в ответ. - Хорошо, если я чувствую, что тоже собираюсь умереть, мы вместе придумываем план. Она может просто не сказать ему, что предчувствие включает и ее тоже, и спасти его. Это хороший план. – Далее. Больше никаких взломов и убийства людей. Стая или нет, я знаю ты выше этого, даже если сам в себя не веришь. Его челюсти сжимаются. - Лидия, не в каждом случае есть «правильный» выход. - Нет, всегда. Всегда есть выход. И если, на крайний случай, мы проверили все варианты, и оба согласны, что другого пути нет, мы делаем это. Но, не как внезапное решение, и мы решаем вместе. Это останется на наших общих плечах, а не только на твоих, - она знает, он не думает дважды, когда вина ложится только на его плечи. Он хочет напомнить ей, сколько людей они потеряли из-за того, что медленно решали. Слишком много. Черт, если бы Моррел убил его в Доме Эха, Эллисон возможно была бы еще жива. Он потирает ладонью лицо, поднимается на него и двигается сторону окна. Он также знает себя достаточно хорошо, чтобы понимать, что если ее жизнь окажется в опасности, и ему придется быстро выбирать между спасти ее и никого не убивать, кто-то другой однозначно проиграет. - Хорошо, - отвечает он. Исходя из того, как долго занял у него ответ, она не ожидала, что он согласится. И когда он все-таки соглашается, она молча облегченно выдыхает. Она понимает, что он разочарован, но она знает его. Она знает, что он может быть намного лучше, чем он сейчас. - И последнее, - она говорит спустя мгновение. – Ты перестаешь, вести себя так, словно твоя жизнь, твоя безопасность не имеют никакого значения, - добавляет она твердо и снова поднимается, теперь ее голос более эмоционален, чем ранее. Если ты ждешь, что я… позволю остаться тебе здесь со мной. Если ты хочешь, чтобы я, чувствовала эту связь, всегда столь мощная, я не смогу быть с тобой, если ты будешь самостоятельно принимать глупые решения и подвергать себя опасности, как будто тебе нечего терять. Если бы это был кто-то другой, он бы напомнил ей… и вероятно очень иронично… что даже если она не позволит ему остаться с ней, она не сможет заставить уехать его из города. Но он не может так сказать. Он поворачивается к ней лицом, выражение его лица смягчается, когда ее тон меняется. - Хорошо, - спокойно говорит он, встречаясь с ней взглядом. Ее выражение лица смягчается, когда она видит, как он смотрит на нее. От его молчаливого согласия, она едва сдерживает слезы. Она едва кивает, затем неуверенно делает шаг вперед. - Это не из-за того, что мы стали ближе. Независимо чем все это между нами закончится, - тихо отмечает она. – Я прошу тебя об этом как друга, Стайлз. Как та, кто о тебе заботится, как та, которую волнует, как ты сам относишься к себе. Стайлз сжимает губы, переваривая услышанное. Он понимает, что мальчика, которым он когда-то был, никогда это не волновало. Друзья ли они, как когда-то раньше, или те, кем они являются сейчас, он всегда хотел видеть ее счастливой. Радовать ее. - У меня тоже есть некоторые правила, - сообщает он ей спустя мгновение, поднимая и положив ей руки на плечи. Лидия наклоняет голову и, прежде чем кивнуть, делает глубокий вздох. - Хорошо. - - Правило первое, - внимательно ее разглядывает, Стайлз делает шаг к ней. – Ты должна помнить, что тоже не непобедима, и должна понимать, что если в дело вовлечена магия и появились проблемы, я должен действовать быстро. Мне нужно, чтобы ты доверяла мне в этом. - Я говорила, я доверяю тебе, - спокойно напоминает она ему. – Просто не забывай, что я тоже способна теперь на большее. Стайлз кивает, убирая прядь волос ей за ухо. - Правило номер два. Я не избавляюсь от своего оружия, - его голос тих. Вокруг много всего плохого, очень много, и он больше, чем уверен, что ему придется использовать вышеупомянутое оружие в будущем. – И правило номер три… - он прикусывает свою губу. – Я определенно должен настоять на том, чтобы хотя бы раз в неделю ты носила фланель. И хотя ей не нравится правило номер два, она оставит все возражения на потом. Она даже не знает обо всем оружии, что у него есть, и для чего оно, поэтому как только он объяснит ей все, она предложит ему другое решение. И она действительно доверяет ему, поэтому она не думает, что изменит свое согласие в дальнейшем. На третье правило, однако, она приподнимает голову. - Прошу прощения? Означает ли это, что я могу потребовать, чтобы ты брился ежедневно? Его глаза сверкают, и он усмехается в ответ на ее вопрос. - Тебе не нравится борода? – спрашивает он, проводя по ней рукой. Она наклоняет голову и, улыбнувшись, поднимает руку, чтобы провести по волосам на его лице. - Как бы мне не нравилась более суровая версия Стайлза, боюсь, что когда-нибудь кто-нибудь примет тебя за бездомного, - она усмехается. Стайлз сужает глаза и, положив руки ей на бедра, слегка ее щекочет. - Ты должна знать, что когда ты постоянно в дороге, постоянно убегая от своей жизни, бритье – это совсем не то, о чем ты думаешь в первую очередь, Мартин. Она мягко смеется, когда он ее щекочет, и протягивает руки, чтобы остановить его. - Ну, сейчас у тебя есть крыша над головой, поэтому никаких отговорок. - Думаю, мы посмотрим, как пойдет, - Стайлз притягивает Лидию ближе и проводит своим кончиком носа по ее, затем наклоняется и мягко целует ее губы. Лидия сразу же отвечает на поцелуй и, прежде чем отстраниться и заглянуть ему в глаза, прикасается рукой к его щеке. - Так ты тогда действительно остаешься? - Я не оставлю тебя, - тихо отвечает он, встречаясь с ней взглядом. Выражение ее лица смягчается, она проводит пальцем по его щеке. - Что насчет Скотта? - Скотт будет в порядке. Он вернется домой, - отвечает Стайлз. - Как я и думала. – Если они вдвоем и избегали стаю, то Скотт бы никогда так не поступил. Лидия делает глубокий вдох и кивает. Они вместе решать, что делать дальше. – Ты в порядке? - Да, - Стайлз наклоняется и оставляет поцелуй на ее лбу. – А ты? - Да, - шепчет она. Им придется приспособиться, но она действительно думает, что они справятся. - Ты уже сообщил ему о своем плане? Он едва кивает. - Он одобрил, - его губы сами изгибаются в улыбке. С тех пор как Лидия перестала изображать из себя дурочку много лет назад, Скотт был большим фанатом идеи отношений между Стайлзом и Лидией, как и Стайлз с третьего класса. - Хорошо, - искренне отвечает она. Она думает, что принимая во внимание комментарий Скотта о том, что она помогает Стайлзу, так оно и есть. Однако приятно быть уверенной в том, что она не помешает Скотту и Стайлзу снова наладить отношения. Если честно, она сделает все, чтобы так и произошло.