Beast

POV Мира

Сквозь прозрачное стекло дорогой машины, наблюдаю за пробегающими мимо силуэтами не менее дорогих домов. С глаз непрерывно катятся слезы, которые моментально стряхиваю. Устала…устала от самой себя…своего жалкого состояния. Как же я могу жить и дышать после осознания того, что меня продал родной брат? — Сюда? — прервал мои мысли водитель. Заметила нотку недовольства в его голосе. Конечно, мой район никак не вписывается в их привычную жизнь. Но плевать я хотела и на него, и на его хозяина! Этого мнимого спасителя! — Да, — кидаю в ответ сухо. Взгляд останавливается на старом деревянном доме. Очередная слеза скользнула по щеке… Как же я скучала. Мой маленький домик, который хранит в себе столько воспоминаний. Иногда мне кажется, что будь у меня деньги всего мира, я бы пальцем не тронула ни единой деревяшки этого дома. Именно таким он должен быть, чтобы считаться домом. Домом, в котором еще слышится голос отца и звонкий смех матери. Если бы они только знали, во что мы с братом превратились… В доме царит хаос, что, в принципе, меня не удивляет. Чимин и в моем присутствии устраивал с друзьями вечеринки, после которых мне неделями приходилось приводить дом в порядок. Странно, что он еще приходил сюда, учитывая его нынешние финансовые возможности. Но сейчас сил нет даже дойти до комнаты. Ложусь прямо на диване, прикрываю веки и первый раз за долгий для себя месяц, спокойно засыпаю. Неудивительно, что проспала я до самого утра. Разлипаю веки с первыми павшими на глаза лучами солнца. Недовольно выдыхаю, когда сажусь и скольжу взглядом по комнате. Теперь отчетливее вижу бардак вокруг. Еще одна причина убить Чимина при первой же встрече. Поднимаюсь на ноги и шагаю в свою комнату, окончательно решив, что не останусь здесь. Жить под одной крышей с братом выше моих сил. Конечно, еще месяц назад я могла только мечтать снова оказаться дома… но не так… Не в страхе, что когда-нибудь брат вновь решит продать меня за очередную прихоть. Меня будто только сейчас озарила мысль, что даже эту ночь не стоило оставаться здесь. И чем я только думала? Достаю со шкафа рюкзак, попутно кидая на кровать все, что нужно будет взять с собой. Запихиваю все в уже рвущуюся от давления сумку и бегу в комнату родителей. В ящике стола нахожу деньги, которые мама всегда откладывала. Я знала, что она хранит их именно там. После смерти родителей я не могла даже зайти в их комнату, не говоря уже о том, чтобы трогать их вещи. Но сейчас многое изменилось. Чимин изменился… я, черт возьми, изменилась! Выбегаю из дома, еле сдерживаясь, чтобы не обернуться. Если обернусь, то не в силах буду уйти, не смогу. Быстрым шагом направляюсь к остановке, глотая катящиеся по щекам слезы. Глупо сейчас рассуждать о причинах моего нынешнего состояния. Я просто должна идти вперед… оставить все позади и идти вперед. Этого бы хотели мои родители. Надеюсь, папа сейчас улыбается, увидев мой боевой настрой… Засигналившая совсем рядом машина остановила мой шаг. Оборачиваюсь, заставая за рулем Чонгука. Господи, эти маньяки когда-нибудь угомонятся? — Ты куда собралась? — вылетает из машины, направив шаг в мою сторону. — Не твое дело! — разворачиваюсь, чтобы уйти, но меня останавливает крепкая хватка за локоть. — Малышка, ты серьезно решила, что так просто уйдешь? — прижимает к себе. — Ты либо слишком смелая, либо слишком глупая, — уголки губ приподнимаются, рисуя на лице хозяина улыбку. — Отпусти меня, — тщетно брыкаюсь в его объятиях. — Что ты хочешь? Оставь меня! — от наступившей обиды кричу, как ненормальная. — Твой чокнутый друг сказал, что я могу идти! Оставь меня! Пусти! Оставь меня в покое! — Ну ты и шумная, — рычит в ответ на мои мольбы и тащит к своей машине. — Я не сяду к тебе! Пусти! Нет! — бессмысленные фразы, вылетающие с моих уст. Открыв заднюю дверь, он запихивает меня внутрь, затем садится в иномарку следом. Отворачиваюсь в сторону окна, пока он просто сидит рядом и довольствуется своей победой. Дурак! И как им всем все с рук сходит… — Послушай, просто скажи мне, что ты делала у Алонсо? Расскажи, кто ты? Ничего не отвечаю, продолжая изучать проезжающие мимо машины. — Ты слышишь меня вообще? — разворачивает меня к себе, вцепившись в плечо. — Я должен знать, мать твою! — переходит на крик. — Говори же! — рычит, вцепившись в горло. — Отпусти… — выходит с моих уст писк. Дышать становится все сложнее и сложнее, но, несмотря на это, не могу отвести взгляда от глаз напротив: налитые кровью, прослезившиеся, злые… Почему я одним своим существованием так раздражаю его? Что я сделала? В чем провинилась? — Пусти, прошу тебя… — говорю теперь лишь губами. — Говоришь! Говори, Джи!!! — резко отстраняется и выходит из машины, давая мне возможность вздохнуть. Глотаю ртом воздух, истерически хлопая глазами. Прихожу немного в себя и, пользуясь случаем, буквально вылетаю из машины. — Ты просто псих! Маньяк! — не могу успокоиться. Выкрикиваю колкие фразы, сверля взглядом его широкую спину. — Вы не боги, уясните! Я ненавижу всех вас, слышишь?! — уже давлюсь в слезах обиды, но не останавливаюсь… не могу. — Мне жаль ваших родителей, сестер, братьев, да вообще всех, кто с вами связан! Когда-нибудь вы за все ответите, — выдох, — обязательно ответите… Стою, не двинувшись с места. Лишь мое тяжелое дыхание разбавляет тишину. И почему мне просто не уйти сейчас? Я ненормальная, если так хочу увидеть, что мои слова хоть как-то подействовали на него… задели… Дура. Просто беги. Ничего не отвечает. Осторожно поворачивается, направив взор на меня. Единственное, что успеваю уловить-это покрасневшие глаза и дорожки от слез на щеках. Быстрым шагом направляется к машине и срывается с места, оставив после себя клубу развернувшейся пыли. Джи… Кто она? Стою в ступоре и, наверное, простою так еще долго. Это, однозначно, была не последняя с ним встреча. И один Бог знает, повезет ли мне выжить в следующий раз.

Конец POV Мира

Удар, второй, третий. Казалось бы уже ничего не остановит его, но появившийся в дверях подвала брюнет со своим коронным «Тэхен, хватит», прекратил страдания очередной жертвы друга. И только его «хватит» может подействовать на Тэхена. Только Чон Хосок из них четверых еще не утратил человечность. И несмотря на то, что это моментами Кима раздражало, в глубине души он был рад, что остался хоть кто-то, кто не даст ему опуститься до дна, сохранит в нем жизнь. — Мне кажется, он уже понял, что придавать семью нельзя, — садится на ютившийся у входа стул. — Такому не учат, Хосок, — кидает в ответ Тэхен, привстав и, оставив наконец в покое почти бездыханное тело юноши. Долгую минуту друзья смотрят друг другу в глаза. Столько всего вроде бы есть сказать, столько несказанных слов витает сейчас между ними, но ни один из них никогда не произнесет их вслух. Зачем? Друзья и без слов понимают друг друга. Хосок всегда будет винить себя в смерти Ким Джи, а Тэхен искать ему оправдание, каждый раз борясь с желанием всадить пулю в голову друга. — Ты отпустил ее? — разбавил давящую тишину Хосок. — Да, — резко. Проходит мимо друга и выходит наружу, глубоко вдохнув свежего воздуха. Да, он отпустил ее. И сам не знает почему. Просто в один момент…в какой момент? Под утро, когда она проклинала все на свете, вырывая с его рук пистолет, чтобы покончить с собой? Или там, в саду, сидя на скамье, когда смотрела куда-то вдаль, а ветер разводил ее волосы в стороны? Он может поклясться, что в этот момент кровь в его жилах застыла. — Тэхен, ты же понимаешь, что смерть Алонсо просто так с рук не сойдет? — выходит следом брюнет, возвращая друга в суровую реальность. — Мы ведь готовы? — Мы готовы с того самого момента, как я нажал на курок, размазав его мозги, — именно это и ожидал услышать Хосок. Тэхен всегда думает наперед. — Меня больше интересует поведение Чона, — достает с кармана сигареты, — его скрытность и беспардонность начала меня выводить не на шутку, Хосок, — затягивается, глубоко вдыхая никотин. — Он просто скучает, Тэхен, — выдыхает брюнет. — Одно с другим не связано. Он врет. Мне врет, Хосок, — поворачивается в сторону друга. — Я не терплю этого дерьма, ты знаешь. — Просто дай ему время, — проводит ладонью по лицу и выдыхает, — он многое пережил за этот период. Черт, да он толком даже со мной не говорил за этот год. — Никто, слышишь, никто не пережил то, что пережил я! — бросает недокуренную сигарету, схватив друга за воротник куртки, — Хватит втирать мне про вашу любовь к Джи! Я ее брат, сука! Мать твою, я не смог ее защитить! А ты мне про любовь? Пережил? Где этот сука Чонгук был, когда Джи убивали? Где, блять, он был? — выдох, — Молчи, Хосок, просто помолчи. — ослабляет хватку и отстраняется. Семья всегда была для него исключением. Чонгук, Хосок, Юнги-они его семья. По крайней мере, он так считал. Именно поэтому им сходила с рук любая оплошность. Простил Чонгука, когда тот трахал очередную модель, вместо того, чтобы следить за Джи, которой клялся в любви. Простил Хосока, который потакал всем капризам младшей Ким, и в итоге, тоже не защитил ее. А Юнги? Неуправляемый придурок, который вечно шатается не с теми людьми. Может мнимо он считает их семьей? Неужели, они просто последняя связывающая его с жизнью нить? Зачем ему этот бред? Одиночество? Нет, этим его не напугать. — Уходи, Хосок! И остальным передай, чтобы не появлялись. Слишком тяжело ему дался этот год. — Тэхен… — Чон Хосок, отведите меня от греха, хоть это сделайте… Уходи. — Сбросив, наконец, с себя тяжелый груз, шатен направился в дом. Целый год, все триста шестьдесят пять дней он давил, проглатывал эти слова. Ноги привели его в комнату сестры. Прикрыв за собой дверь, он присел на заправленную кровать, полностью отдаваясь чувствам. Впервые. Впервые, задыхаясь рыдает в голос. «Прости меня, малыш», «Прости меня, Джи» — что еще он может сейчас сказать. Конечно же, Ким Тэхен отомстил за сестру. На следующий же день перестрелял весь род конкурента. Но боль в груди не утихла. Не дает ему покоя. Больно. Прости.

POV Мира

— Обещаю, содержать в чистоте! Спасибо вам огромное! — не могу не радоваться своей находке. Провожаю хозяйку квартиры, которую буду снимать. За минимальную плату мне досталась уютная однокомнатная жилплощадь и в придачу, госпожа Чхве обещала мне работу в своем магазине. Оглядываюсь по сторонам и улыбаюсь, как ненормальная. Даже не верится, что потихоньку возвращаюсь в привычный для себя режим. Выйду на работу и дай Бог, восстановлюсь в университете. Ничего больше не хочу. Не хочу новых людей в своей жизни, друзей, не хочу бешеных денег, роскоши… Просто спокойной жизни хочется. Распахнув рюкзак, достаю все содержимое, попутно раскладывая вещи в шкафчик. Недовольно фыркаю, понимая, что не все необходимое успела захватить из дома. Шагаю в прихожую, лениво натягивая на себя куртку и кеды. По дороге сюда я приметила супермаркет. Закуплюсь там всем необходимым, чтобы некоторое время не высовываться. Не хочу привлекать к себе лишнее внимание. — Боже! Какое же ты чудо! — умиляюсь, увидев у выхода из подъезда дворняшку. — Ты мой хороший! — опускаюсь на колено, пока собачка от радости запрыгивает ко мне на руки. — Тебе холодно? Ну что ты? — он так трясется, что сердце в груди сжимается. Оглядываюсь по сторонам, в надежде найти ему убежище, но ничего поблизости не вижу. — Что же мне делать с тобой? — бессмысленный вопрос, ведь я уже все решила. Беру его на руки и поднимаюсь обратно в квартиру. Знаю, что этим ставлю под вопрос мое дальнейшее пребывание в доме госпожи Чхве, но ничего не могу с собой поделать. — Привет, вам помочь? Поворачиваюсь к обладателю голоса, заставая за спиной высокого брюнета. Почему-то по телу прошелся холодок, хотя, в принципе, подозрительным мужчину не назовешь. — Э… — маюсь у двери, — я… — Я ваш сосед, — указывает на дверь по соседству, — Меня Джин зовут. Спокойно вздыхаю, понимая, что никакого отношения ни к Алонсо, ни к тем придуркам он не имеет. — Да, — говорю, прочистив горло. — Я буквально час назад въехала. Очень приятно. Я Мира. — Милый щенок, — подходит ближе, — можно? — тянется к щенку. — Да, конечно, — передаю Бу в его руки, поворачиваясь, чтобы открыть дверь. Да, я уже дала ему имя. Пусть будет Бу. Прохожу в квартиру, пропуская следом нового знакомого. Наверное, жизнь меня ничему не научила, раз я продолжаю с такой легкостью доверять людям. Возможно. Но сосед совершенно безобидно выглядит, да и видно, что живет здесь давно. — И правда только въехала… — рассматривает бардак вокруг, пока я заливаюсь от стыда красной краской. — Да, я пока не успела ничего убрать, — выдавливаю из себя оправдание. — Вот в магазин хотела выйти и встретила малыша Бу, — подхожу к нему, взяв пса на руки. — Ты серьезно будешь держать в доме дворняшку? — Я люблю собак, вне зависимости от породы. — Господи, откуда ты такая? — останавливает взгляд на мне, искренне улыбаясь. Сама не замечаю, как улыбаюсь в ответ. В голове проскальзывает мысль, что передо мной и правда обычный человек. Так непривычно теперь просто с кем-то разговаривать на обыденные темы. И самое главное, не опасаться за свою жизнь. — Ты меня извини, но мне еще в магазин нужно, — опускаю Бу на пол. — Держи, — достает с кармана визитку, — Это мой номер. Звони, если вдруг понадобится помощь. Просто киваю, проводив его взглядом. Насколько же я привыкла к предательству, подвоху и обману, что простую человеческую доброту воспринимаю с тревогой в сердце. — Ты ведь защитишь меня, если что, правда? — тянусь к щенку, вьющемуся у ног. К вечеру дом стал, как новенький. Правда, пришлось немало постараться, даже раза четыре вынести мусор, но оно того стоило. Запыхавшись, валюсь на старенький диван вместе с Бу, который все это время только и делал, что мешался под ногами. Словно ребенок требовал ласки и внимания. — Ну чего ты? Проголодался? — вижу, как щенок навострил ушки, будто к чему-то прислушиваясь. Резко спрыгивает с дивана и топает к двери. Напрягаюсь, но встаю следом, шагая к двери. За дверью слышатся чьи-то шаги. Кровь в жилах застывает. Конечности постепенно немеют до такой степени, что еле удается держаться на ногах. — Мира? — стук и уже знакомый голос Джина успокоили меня. Выдыхаю и тянусь к рукоятке двери, пока Бу скулит от радости. Похоже, Джин ему понравился. — Надеюсь, не испугал? — улыбается, спускаясь на колено, к Бу. — Почти, — снова глубоко вдыхаю, только осознав, что все это время не дышала. — Не хочешь погулять с, как ты его назвала… с Бу? — встает уже с щенком на руках. — Да, ему как раз нужно погулять перед сном. Одевшись выхожу следом за Джином. Сердце до сих пор бешено бьется в груди, а руки не переставая трясутся. — Что-то случилось? — поворачивается ко мне сосед, пока я еле волочу за ним ноги, нервно оглядываясь по сторонам. — Нет, я здесь никого не знаю… — Посмотри какой у тебя защитник, — из-за его плеча показывается мордашка Бу, — Тебе нечего боятся. Заливаюсь смехом от представшей картины. Как же хорошо, что этот комочек встретился мне сегодня. Напряжение потихоньку спало, и я уже более спокойно шагала в ногу со своим новым знакомым. По дороге я выяснила, что он учится на третьем курсе юридического факультета. Живет с мамой. И так же, как и я обожает собак. Хотя об этом я и без его слов догадывалась. — Что это за место, Джин? — оглядываюсь по площадке, в которую мы забрели. — Здесь поблизости был детский садик, но его закрыли, а детская площадка так и осталась. Хотя сюда мало, кто ходит. Разве что собак выгулить, — улыбается, опуская Бу на четвереньки. — Да уж, — выдыхаю, подозрительно оглядываясь по сторонам. Уже довольно-таки стемнело, да и похолодало. Нужно потихоньку возвращаться. Знаю, что чересчур тревожная, но в первое время осторожность не помешает. — Бу! — шагаю в сторону кустов, за которыми скрылся щенок. — Бу! Ты где? — Дай ты псу расслабится, мамочка! — захохотал Джин. — И чего ты такая нервная, понять не могу, — шагает следом, понимая, что останавливаться я не собираюсь. Совсем поблизости раздается лай моего Бу. Не теряя времени ускоряю шаг в этом направлении. — Видишь. Собаки они такие. Ты можешь прям сейчас развернуться и пойти домой, но он все равно тебя найдет. Они всегда возвращаются, — не обращаю внимание на монотонную речь Джина, продолжая шагать вглубь леса. — Ты любишь собак, а таких примитивных вещей не знаешь? — Так! — поворачиваюсь к соседу, — Джин, помолчи, пожалуйста! Я сейчас найду Бу, и мы вернемся домой. Подожди меня здесь. Слава Богу, иду теперь в тишине. Лай щенка не прекращается, что меня, естественно, тревожит. — Бу? — виднеется свет фар от машины. — Бу? — вижу его силуэт перед машиной. И человек. На капоте машины сидит человек. Это на него так лает Бу? Секунду помешкав, шагаю в сторону машины. Странно, что мужчина не реагирует на пса. — Простите! — подхожу ближе к машине, прикрываясь ладонью от яркого света фар. — Вы слышите меня? — щенок наконец угомонился, услышав родной голос. Подбегает ко мне, кидаясь в объятия. — Мой хороший! — целую его в маленький носик, но взгляда все так же не отвожу от мужчины. Ему наверняка нужна помощь. — Простите, вам чем-то помочь? Что-то случилось? Спрыгивает с капота и шагает в мою сторону. Слишком резко, слишком неожиданно для меня. Только и успеваю сделать шаг назад, как незнакомец подходит впритык, всматриваясь в глаза. — Мира? — удивленно хлопает глазами. — Ты? Не может этого быть. Только не он. Отхожу на шаг, стряхнув с щеки слезу и прижимая Бу ближе к себе. Хочу бежать, но не могу. Одним своим взглядом он пригвоздил меня к месту. Опять этот взгляд. Опять. — Ты здесь? — только сейчас замечаю, что в руке у него пистолет. — Что случилось? — ком в горле делает речь несвязной, но стараюсь держаться. — Мира… — выдыхает, касаясь ладонью щеки. — Я опять напугал тебя? — Я…, — слезы предательски щекочут щеки. — Почему ты здесь? Ты же сам дал мне уйти… — Конечно, — отстраняется. — Только сделай для меня кое-что. Отпусти его, — тянется к щенку, который все это время рычал на него. — Нет, не трогай его! — отхожу еще на один шаг. — Я хочу, чтобы это сделала ты, почему ты не понимаешь? — с его глаз одна за другой капают слезы. — Я дарю тебе эту честь. Честь убить Ким Тэхена. Я жалок… я не смог это сделать сам. — Ты жалок! Именно! Ким Тэхен, ты жалок!!! Что это за представление?! — не могу больше терпеть его присутствие. Истерика окутала меня полностью. Тело уже бьется в судорогах от воспоминаний. Все слишком свежо внутри. От моих криков Бу спрыгивает с рук, подбегая к Тэхену с еще громким лаем. Нервная улыбка и безжизненный взгляд направлен на меня, а рука подводит дуло пистолета к виску. Оглядываюсь по сторонам, в надежде найти помощь. Он выстрелит. Ненормальный! — Послушай, я не знаю, почему ты решился на этот поступок! — кричу, слыша свой собственный голос, раздавшийся эхом вдали. — Ты просто псих, чья очередная похоть наверняка не осуществилась! И ты просто обкурился и решил, что не хочешь жить? Я не верю ни в слезы, ни в твое раскаяние! И если я живу, после того, что ты со мной сделал, ты подавно должен жить! Жить и мучится! Этого я тебе желаю, Ким Тэхен! — рыдаю в голос, вспомнив все, что обрушилось на мою голову за этот месяц. Палец на старте. Он смотрит в мои глаза. Выстрел.