Космические няньки, или Королевская охота

— Консул Дейи, цель обнаружена, просьба явиться на мостик! — Что они говорят? — сонно поинтересовался Ёнса, совершенно разомлевший в коконе объятий всех моих рук и… прочих полезных для этого конечностей. — Пора на мостик, — с неохотой ответил я, — мы нашли пиратов. — Хоро… — Дидре осекся, проснулся окончательно и, оценив ситуацию, густо покраснел. — Ваше Преосвященство, то есть… Грейс, я… — Не грузи меня сейчас, ладно? — попросил я. — Обсудим позже, если тут, конечно, есть что обсуждать. Организм возвращался к рабочим функциям. Руки и прочие органы лениво отпускали такую желанную и восхитительно горячую внутри добычу. Ёнса закусил губу, сдерживая стон. Безусловно, наслаждения. Ему хотелось продолжения. Мне тоже, но для каждого события свое время и место. Время этого события истекло. Разочарование, обида. Их можно было ведрами черпать в укоризненном взгляде человека. Какая иррациональность! Люди ужасно организованный вид. Чего он ждет от меня? Признаний? Нежных слов? Но ведь даже так хорошо знакомый ему Пьеро не практиковал подобные глупости. А люди согласны на притворство, лишь бы услышать то, что хотят они. Но я не человек. Извини, Ёнса. Я не хочу тебе лгать. — Приведите себя в порядок и ступайте в каюту Енакарры. Позже я присоединюсь к вам, обсудим план дальнейших действий. — Да, конечно. Если бы у меня до сих пор было человеческое лицо, оно бы скривилось от волны метафизической, взрывающей нейроны боли, накатившей на Дидре. Глупый, глупый человечек! Я застегнул китель, игнорируя частичную некомплектность пуговиц и повернулся к Дидре: — Ёнса, все хорошо. Больше я ничем не мог его утешить. *** — Я опозорен! Боги, ниспошлите мне смерть! — Спасибо, Эишар, за комплимент моему парикмахерскому искусству. Я вертел в руках ножницы, ожидая, пока Айдэ вновь уравновесит все свои личности. — Не слушай старого дурака, — это отличная прическа для таких волос. — Вот именно, Айдэ, для таких, — я бросил ножницы на алтарь. — Но ты же не какого-то отдельного саллийца пытаешься изуродовать, это твое тело и твое лицо. — Для правого дела не жалко! — отрезал Айдэ. Но тут снова прорезалась мягкая хрипотца Эишара: — Кто бы о правом деле вещал, братоубийца! — Неграмотная набедренная повязка! — Ржавый канделябр! — Людоед! — Пьяница! — Осеменитель ракушек! — Серьёзно? — вставил свои пять копеек Гвенда, на мгновение блеснув синевой в чужих глазах. — А это вас вообще не касается! — Охренеееть! — с брезгливым восторгом выдохнул саллиец. — Привыкай, аристократ, — злорадно посоветовал я. — А поджигатель прав, стрижка, что надо! Хоть и не по уставу! — не обиделся Гвендиал. — Оболванилииии, как паршивого псааааа, что я духам предков после смерти скажуууу?!!! — Ха, тут еще умереть попробуй! — вырвалось у меня, окончательно вымотанного феерическим шоу «трое в теле, не считая собаки». Собакой в данном случае был я, потому что сторожил Айдэ и периодически гавкал на его ссорящиеся между собой персоны. Ссора мгновенно прекратилась, а я отчетливо ощутил на себе разом три злющих взгляда. И как им это удавалось? В дверь постучали. — Заходите, Ёнса! — крикнул я, не оборачиваясь. А кто еще в космосе будет так заявлять о своем появлении? Дверь мягко зашуршала, и патриарх вошел в каюту. — Вы совсем без настроения, — заметил я, уловив депрессивную волну, вошедшую вместе с Дидре. — Я прошу вас, Эмиль, не копайтесь у меня в голове, — Ёнса сел на пуфик и уронил голову на руки. — По дому тоскует! — авторитетно заявил Эишар. — Правильно. Что в небе человеку делать? Духи нам велят по твердой земле ходить. — И лопухом зад подтирать, — презрительно усмехнулся Гвендиал. — Ну это лучше, чем в невесомости гадить, — съязвил Айдэ. — В невесомости мухи куда не надо не садятся! — Его саллийская светлость боится мух! Аха-хах! — Зато я в ракушки ничего не сую! — Длинноносый сноб! — Это не мой нос, господа дикари, если вы забыли. — Тогда и вали отсюда! Ищи свой нос. — Фильтры вторичного цикла почистить не хочешь? Я подошел к синтезатору материи и создал два чая, один вручил Ёнсе. — Располагайтесь поудобнее, это надолго, — я уселся на соседний пуфик и отхлебнул из чашки. Любимый напиток на вкус не отличался от воды. Судя по лицу Ёнсы, он думал то же самое. Личности Айдэ увлеченно ругались между собой, не обращая внимания на наши кислые рожи. — Так ведь и с ума можно сойти, — неопределенно сказал Дидре. — Ну это вы поздно спохватились, — пожал я плечами. — Он уже… — Я про вас. — Костёр пережил и это переживу. Дейи ничего не говорил, скоро мы пиратов догоним? — Его как раз вызвали на мостик по этому вопросу, — ответил Ёнса, — и он велел мне идти сюда. — Ну слава богу! — Пожалуйста! — Айдэ, я не тебе. — А кому? — обиделись у алтаря. — Прекрасная новая прическа, Ваше Преосвященство, — попытался сгладить неловкость патриарх. — Опозорилиииии! — завыл шаман. — Не обращайте внимания, — посоветовал я, — пока я был человеком, мне и не такое говорили, лишь бы за стрижку денег не платить. — Вы были цирюльником? — заинтересовался Ёнса. — После детдома профессию получил, — ответил я. — Да вот утратил я вкус к прошлой жизни. Знаете, как будто это был сон, который я готов без сожаления забыть. — А кто-то не готов! Слышишь, пернатый? Но некоторым эгоистам, конечно в лом даже по имени к человеку обратиться, — зашипел террорист, обрадованный увеличившейся аудиторией. — Я жмот, смиритесь! — А я терпеливый. — Ой, да на здоровье! — Ловко вы, — похвалил Ёнса. — Его Величество король Эдвик, — ответил я, — обещал мне должность придворного шута. Я, может быть, все еще надеюсь ее получить. Впервые за долгое время патриарх улыбнулся: — Вы хороший друг. Он ни на секунду не сомневался в вас. — Тогда мой долг не разочаровать моего короля и хорошенько надрать задницы этим космическим мудакам. — Только будьте осторожны, — Дейи стоял в дверном проеме, — в отличии от залихватских боевиков, которые ты смотрел на Земле, здесь все по-настоящему. Он прошел к компьютеру и что-то набрал на клавиатуре. На экране появилось изображение субтильного молодого человека с седой прядью в черных волосах. — Териус Норд, он же Принц. Не обманывайся его внешностью, Арлекин. Господин Норд своими тонкими ножками переломает тебе все ребра, а потом ногтями сдерет кожу с твоей кукольной физиономии и даже не вспотеет. — Да ну! — улыбнулся я. — Я даже куклой покрепче выглядел. — Я предупредил, — невозмутимо сказал Грейс, — а твои шикарные тлеющие перья украсят какой-нибудь его сценический костюм. — Он что, еще и танцует? — Он мастерски танцует, и у тебя нет шансов, «перетанцевать» его в ближнем бою, я тебе честно говорю. Балерунов я в своей жизни, конечно видел, и ноги их представлял — иной страус от зависти умрет. — Ну до ближнего еще дожить надо. Ты же не зажмешь пару бластеров? — Ага и портативный плазмотрон в придачу, чтобы раскроить корабельную обшивку и разгерметизировать к басаррам половину звездолета. — Тогда как, прости пожалуйста, ты собираешься вызволять Эдвика? Вежливо попросишь пиратов? — Он попросит, — Грейс кивнул на пленника алтаря. Лицо дорианина оставалось неподвижным, но мысленно я считал эмоцию, которая выражала у него улыбку. Эх, мне бы его уверенность. — А как мы уговорим пиратов прийти сюда? — Никак, — ответил Дейи, — им тут делать нечего. — А этой банде, — я показал на Енакрру, — нечего разгуливать по вселенной. Или мы его связанным поведем? Смешнее не придумать! — Тогда смысл был его через полгалактики тащить? — отрезал Дейи. — Он пойдет с нами. — Куда? — не понял я. — На переговоры конечно! — удивился Грейс. — Ты думаешь, я их корабли буду на абордаж брать, рискуя жизнью Эдвика и своей командой? — Ты сказал корабли? — уточнил я. — То есть их еще и больше одного. — Верно. — А, прости пожалуйста, что пиратам помешает взять на абордаж нас? Или даже преспокойно расстрелять на расстоянии? — Портал переброски, где мы встретим корабли Норда, — терпеливо начал объяснять Дейи, — находится под юрисдикцией системы Хед, которая относится к мирам нейтральной зоны. В пространстве Хед запрещены боевые действия между любыми судами. — И что, пираты тоже соблюдают правила? — недоверчиво усмехнулся я. — Пираты тоже соблюдают, — кивнул Грейс. — Иначе они очень недолго будут пиратами. Вообще очень недолго будут. Верно, ваша светлость? — Так точно! — отрапортовал саллиец, оторвавшись от ругани с самим собой. — Вот, — Грейс кивнул удовлетворенно и сложил все четыре руки на груди, — Норду придется с нами разговаривать, хочет он этого или нет. Впрочем, за Норда я как раз спокоен. Этот предпочтет поговорить в любом случае. Он как раз не очень горел желанием забрать Эдвика, поэтому и отдаст его охотнее. — Если его друг не будет против, — вставил я. — А друга будете уговаривать вы с… — Грейс поморщился, — Айдэ. По морде Янарет понимает очень хорошо. — Это я с радостью! — подал голос Гвендиал. — С радостью Айдэ, — безжизненно произнес Дейи, — а ты, саллийская светлость, спать. — Я… — Гвенда запнулся, синева побледнела, растворяясь в оранжевом свечении. Айдэ с облегчением выдохнул и сварливо проскрежетал: — А раньше так нельзя было сделать? — Раньше нельзя, — Грейс снял несуществующую пылинку с рукава кителя и покосился в сторону Ёнсы. — Мне нужны было время и ресурсы на восстановление навыков. Я не хотел обнадеживать вас пустыми обещаниями, кроме того, Арлекин отлично справлялся. Я открыл рот, намереваясь высказать Дейи все, что я думаю о его прозорливости, но он перебил меня, дав указание расковать Айдэ и переодеть во что-нибудь приличное, что не стесняет движений и не мешает приводить жесткие аргументы в споре. Ипохондричного Ёнсу дорианин забрал с собой на мостик. В качестве ключа от оков мне был оставлен резак лазерный бытовой и ценное пожелание беречь руки и глаза. — Спасибо, — пробормотал я, беря в руки похожее на большую отвертку устройство с прозрачным стерженьком на конце. Айдэ взирал на мои трясущиеся руки с королевской, точнее, инквизиторской невозмутимостью. — Надеюсь, я не сделаю тебе больно, — нервно сообщил я, нажимая единственную кнопку на резаке. — Не переживай, могу на время вылезти из тела, — обворожительно улыбнулся Айдэ. — Угу, можешь, пусть будет больно Эишару. Сиди уж, я и так тебе волосы сжег. Интересно, возьмет лазер святую сталь или нет? — Она сдерживает дух, а не фотоны. Я отдернул резак от браслета и с подозрением уставился на Айдэ. — Да я это , — фыркнул он, — твое Преосвященство. Саллиец в отключке. — Надолго? — я снова примерился к начавшему расходиться краю. — Не знаю, — пожал плечами Енакарра. — Жужль его крепко приложил. Я бы даже скорее его начал опасаться. Такой силы у Дейи раньше не было. — Или он не считал нужным ее демонстрировать, не дергайся, пожалуйста, — я уже приноровился к резаку и довольно уверенно прошел до середины наручника. — А ты приключений хотел, — с неожиданной укоризной напомнил Айдэ. — Грейс сказал, что все могло случиться в любой момент там, дома. Так что это даже к лучшему. Вот что бы мы с Саринэ с тобой там делали? Я не пред… Я осекся и в ужасе уставился на Айдэ. — Саринэ! Он же тоже наверное может в кого-то превратиться! Что тогда будет? — Я не знаю, кто он, но если такое же дерьмо, как я, — предположил Айдэ, — я этому вашему Виктору не завидую. — Может вернемся? — с тревогой предложил я. — Уже поздно, — без капли сочувствия отрезал Айдэ. — Если Саринэ убийца, он уже прикончил человека, особенно такого противного, как Виктор, если нет, то, логически рассуждая, и не убьет, а вот Эдвика спасать точно будет некому. — Да, ты прав конечно, — я осторожно разжал наручник, помогая Айдэ вытащить запястье, — но что-то мне уже расхотелось приключаться. — Давай решать проблемы по мере их поступления, — с несвойственной ему мудростью предложил бог войны и хаоса. Мне оставалось только согласиться, да начать пилить второй наручник. *** Ночь давно вступила в свои права, но корабль не спал. Переброска хоть и считалась рутинным процессом, но требовала высокой готовности команды к чрезвычайным ситуациям. Бесспорно штатный портал к обитаемой системе Хед сулит гораздо меньше неприятных сюрпризов, чем какая-нибудь «дикая» нестабильная червоточина в свободном пространстве, но риски всегда оставались. Впрочем, мне не спалось вовсе не из-за прыжка. Припасы были погружены, системы катера проверены и готовы к запуску. Нашей задачей было никак не выдавать своего волнения, что не так-то просто. Я до последнего момента торчал в каюте, потом не выдержал и поднялся на мостик. Терри там, к счастью не было, а Энжи, сидевший в кресле капитана, лишь мельком скользнул по мне взглядом и возобновил разговор со штурманом и пилотами. Я встал поближе к стене, чтобы никому не мешать и принялся разглядывать транслируемое на большом экране изображение космоса и огромного, переливающегося кольца висящего в пустоте. Кольцо было сквозным и за ним продолжались мигающие маяки трассы, по которой шли наши корабли. — Эдвик, ты чего не спишь? — обратился ко мне Энжи. Его алые глаза и голубая кожа больше не вызывали во мне суеверного ужаса, привык. — Интересно, — кивнул я на экран. — Ясно, — улыбнулся Энжи. — Я все время забываю, что тебе тут все в новинку. Господин Териус отмечал твои недавние успехи в пилотировании катера. — Я толком ничего и не делал, — пожал я плечами, — так, немного… — Тебе понравилось? — перебил Энжи. — Очень, — кивнул я. — Если очень, значит надо на пилота учиться, — улыбнулся капитан Фреган. — Да кто ж будет человека учить? — удивился я. — В учебных заведениях Содружества мой вид не слишком… кхм… востребован. — Попроси Ирзе, — усмехнулся Энжи, — он без ума от твоих талантов в фехтовании, если поступишь под его протекцией, в твою сторону никто даже не посмотрит без его высочайшего разрешения. — Совсем как наш Великий Инквизитор, — прыснул я. — Только мне, знаете, не хочется с такой тенью за спиной ходить. — Ты сам решай, я просто предложил, — пожал плечами Энжи. — Учителей-то полно, только на шикарном военном флагмане без диплома Содружества не полетаешь. А это даже по сравнению с нашими корытами совсем иной уровень. — Не судьба значит, — ответил я, — не все в жизни сбывается как хочется. Королем мне, скорее всего, тоже уже не быть. Энжи помрачнел, но ничего на это не сказал, хотя по выражению лица было видно: ему есть что сказать. Прозвучал сигнал готовности. Я пожелал Энжи удачной переброски и ушел с мостика. Жаль, мне не удастся с ним нормально попрощаться, чтобы он ничего не заподозрил. И с Терри тоже. И со всеми членами экипажа, кто был ко мне добр. И… даже с рыжим Янаретом, ведь он действительно великий воин и любит Териуса, хоть в открытую этого не признает. Не потому что неприлично — здесь приличия отличные от человеческих, а потому, что очень гордый. Такой гордый, просто ужас. Глаза защипало. Я шмыгнул носом и почти бегом побежал в ангары. Опаздывать было нельзя. За системой Хэд вновь начинается патрулируемое пространство Содружества и второго шанса на побег у меня не будет. *** — Айдэ, — мой голос невольно дрогнул. Кариец, терпеливо ковыряющийся с защелками на скафандре, коими нас снабдил Грейс, повернулся и вопросительно посмотрел на меня. Короткие светлые волосы, смуглая кожа, яркие оранжевые глаза, изящные длинные пальцы с парой простых перстней, взамен драгоценного великолепия Великого инквизитора, черный скафандр с броненакладками, почти доспех, но не средневековый, а вполне футуристичный… Нет, это все еще мой Айдэ, а не его жуткий предшественник. У меня даже в голове не укладывается, что Айдэ мог быть таким… таким… Нет, ну высокомерным хамом он быть не прекращал явно, но было в Гвендиале что-то хуже. Его глаза, например. Глаза не бесстрастного ангела, но самодовольной рептилии, которая исподволь приближается к вам только с одной целью — сожрать. Желательно так быстро, чтобы вы поняли это, только в ее желудке. Такого Айдэ я бы знать не хотел никогда. Садист-скандалист оно как-то поживее, почеловечнее. — Чего ты? — вывел меня из размышлений его голос. — Ничего. Смотрю на тебя, — проговорил я, стараясь не выдать эмоций, ведь пожелай Айдэ прочитать мои мысли… — Что-то страшное видишь? — ухмыльнулся он. — Страшного не вижу, думаю страшное. Не хочу тебя потерять, — признался я. — Ну это взаимно, — гордость все еще мешала ему говорить о своих чувствах открыто, но он и сам понимал, что может не успеть сказать мне самые важные слова. Я наверное стал двигаться гораздо быстрее, потому что спустя удар сердца оказался в его объятиях и жалел, что не могу остановить время и продлевать этот горько-сладкий миг вечно. — Ну полно хандрить, кукла депрессивная, — хохотнул он, наклоняясь и целуя меня в лоб, — я ж не умер, пока что. А помру, так на все воля божья. — Вот не надо мне сейчас про волю заливать, — сердито проворчал я, — что ты грешнику космическому шею не намылишь? Благочестие не вколотишь? — Я ему даже епитимью навешаю, даже не сомневайся, — заржал Айдэ, — лоб весь расшибет о переборку, кланяясь. Я тоже засмеялся, и гнетущие мысли наконец покинули мою бедовую арлекинью башку. И потом, он же не один будет драться. Грейс говорил, что седой балерун совсем не устойчив к нашей "магии", в отличие от Янарета, и я думаю, мускулистые ноги не очень помогут Норду отбиваться от огня. Я раскрыл ладонь и залюбовался на огоньки, образовавшие ровный круг, как на газовой конфорке. — Ты делаешь большие успехи, — заметил Айдэ. Огоньки, словно услышав его, тут же слились воедино и ринулись вверх злым, жарким языком. Взгляд Айдэ стал странным. Ладонь в черной перчатке властно опустилась на мою, гася пламя. — Будь осторожен, — попросил он, — помни, ты управляешь огнем, а не огонь тобой. Он всегда будет желать вырвать тебя из физического тела. Сопротивляться этому желанию трудно. — Но ты справляешься, — возразил я. — Я… — взгляд Айдэ стал чужим, отстраненным, — саллиец хотел этого по своей воле. Он долго ждал тот день. — Он хотел умереть? — мне не верилось, что такой, как Гвендиал пожелает вдруг покончить с собой, но Айдэ знал наверняка. — Он сошел с ума. *** — Изображающим десантную ударную группу просьба притащить свои задницы на мостик. Прибытие к портальному комплексу Хед через… где-то десять земных минут. Арлекин, ты слышал? — даже в механическом звучании голоса Дейи слышалась какая-то гаденькая издевка. И с этим типом я имел глупость… — Ну это все же не ракушки, — подколол Айдэ. — Ага, лечение пчелиным ядом, — я закатил глаза, — спасибо, он хоть мягкий тогда был. — Да, об его чешую теперь член стесать можно, — начал рассуждать несносный господин Енакарра, — хотя, если оторвать пару пластин… — Фуууу! — я встал на цыпочки и подзатыльником выразил свое решительное возмущение разгулом нездоровой эротической фантазии. — Ой да ладно, — Айдэ почесал затылок, — через пару веков тебе самому захочется чего-нибудь эдакого. — Ха, и ты конечно с радостью позволишь мне отправиться в незабываемое путешествие по расширению сексуального опыта. — Ни за что! — ревниво взревел Костегрыз. — Посмотрим, — безжалостно фыркнул я, подталкивая его в сторону выхода из каюты, — ты глазами то на меня не вращай, настраивайся на мордобой, Эдвик ждет своего спасителя. — Готовность оборонных систем! — объявил Дейи, когда наш корабль замер напротив гигантского кольца, ведущего в другую часть галактики. Неподалеку был виден крупный искусственный планетоид, построенный на дальней орбите солнечной системы Хед, где располагался пересадочный пункт, куча всяких гостиниц, торговых центров, а главное, пограничная служба, следящая за порталом и, с не меньшим интересом, за нами, за каким-то чертом перегородившими трассу. Впрочем, никто с нами пока не связывался и неудобных вопросов не задавал. Айдэ стоял суровым молчаливым столбом, держа подмышкой каску. Как ни странно, но и в образе космического десантника он мне нравился не меньше, чем поп-самодур. Потому что это был именно Айдэ, а не Гвендиал. Мне и Дидре бронекостюмы пришлись не по душе. В них было жарко и чесалось все, что можно и нельзя, особенно в тех местах, где броня плотно прилегала к телу. У Ёнсы так вообще борода зацепилась за застежку шлема, и он поминутно морщился, пытаясь плохо гнущимися в перчатках пальцами, освободить свою растительность из замка. Грейс, сидя в капитанском кресле, в таком же костюме, но с поправкой на четыре руки, взирал на страдания Ёнсы с легким раздражением, которое выражалось в непрестанном движении пальцев на нижней паре рук. Я также обратил внимание на отверстия на ладонях его перчаток, через которые дорианин мог выпустить свои смертоносные стилеты. Иного оружия у него не было. Нам с Айдэ предлагалось нападать-обороняться собственными ресурсами, а Дидре отказался от парализатора, ссылаясь на то, что Спаситель не оставит свое верное чадо в трудную минуту. Я вспомнил чудовищный свет, убивший Айдэ во время памятной битвы в церковных казематах и подумал, что таки да, бояться Дидре особенно нечего, а сам он может послужить отличным козырем. Ведь у Ирзе не будет иммунитета к леггийской потусторонней силе. В том, что патриарх в нужный момент ее использует, я не сомневался. Ёнса избегал насилия, но, как полагалось телохранителю, не был ни трусом, ни тряпкой. Меня он тогда здорово отделал и врагов Эдвика жалеть не станет. Я едва не пропустил миг, когда посередине портала возникли две крошечные точки, растущие по мере приближения и не смог сдержать восхищенного возгласа от вида двух потрясающей красоты звездолетов, которые ну очень круто смотрелись бы в любой космической фантастике. Ну разве, что эти-то были не компьютерными моделями и круто они наверняка не только смотрелись, но и стреляли. *** — Капитан, дорианский боевой крейсер прямо по курсу, — доложил Энжи по внутренней связи, — мне объявить тревогу? На раздумья у меня оставалось меньше секунды, потому, что глупые дети уже готовились отключить захваты и запустить катер. — Не надо, — ответил я, бесшумно выбираясь из укрытия, — давай позже. — Териус, у тебя все в по... Я отключил передатчик. На объяснения не было времени.