Баллада о былых временах

                    Принцесса Изабелла скучала. Ничего не радовало её, ни чтица, старательно выговаривающая слова из Священной книги, ни вышивка золотом и бисером, ни спрятанный под перину томик с любовными стихами, подаренный принцем Джастином. Не радовали проделки ручных обезьянок, не хотелось гулять. Пожалуй, она могла бы приятно провести время с деверем, но принц уехал в свою провинцию и словно растворился там: ни письма, ни иной весточки. Изабелла вздохнула, и фрейлины тут же засуетились, спрашивая, не дует ли ей, не жарко ли, не подать ли лимонной воды… не подать. Инфанта поморщилась, отвергая их услуги — фальшивые улыбки, неискренняя забота, брезгливость и презрение в глазах. Аргонок, что прибыли с ней быстро удалили. Часть отдали замуж, а часть отправили назад. Теперь же рядом лишь чужие лица. Изабелла была довольна лишь, когда уезжала донна Кастодия, а сейчас она обрадовалась бы и ей.       Скучно… на небе ни облачка. В открытое окно доносится ржание лошадей и лай собак — король отправляется на охоту. А ещё, говорят, что он собирается объявить войну Аргону. Что будет тогда с ней? Отец не примет дочь, родившую врагу наследника, а здесь она чужая и никогда не станет своей. Зачем им воевать? Что там того княжества? Лоскуток, но вот спорят, шлют гневные письма. А эта старуха… княгиня Бланка, не могла она найти себе крепкого здоровьем наследника? Правил бы себе, и муж с её отцом не воевал.       — Ваше Высочество…       Изабелла поморщилась: её так и не короновали, ещё одно унижение и причина для гнева отца. А всё свекровь, эта мерзкая Магда, это она настраивает короля против неё. Изабелла знает, кто отправляет в постель мужа любовниц. Сколько их там было? Десятки! А одна, самая противная Люсия Аспен, считается постоянной фавориткой. Говорят, что они там устраивают оргии, и король приглашает своих вассалов и этих девок, чтобы позабавиться. И что муж в них находит? Изабелла вспомнила тонкую талию женщины, роскошные чёрные косы, в которых тускло мерцают жемчужины… как мушиные яйца… фу. У неё не хуже! Изабелла покосилась в зеркало, оценивая свою прическу. И снова поморщилась — опять располнела, пожалуй, стоит перестать есть те восхитительные пирожные.       — Её Величество приглашает Ваше Высочество навестить кронпринца.       Сын! Её зовут к сыну! Мерзкая свекровь забрала ребёнка, как только тот родился и её, Изабеллу, не подпускают к нему. Покажут издали, а в руки не дают. Женщина попыталась подняться, но раскормленное тело в очередной раз подвело её, пришлось звать фрейлин, чтобы те подняли под руки. Так и шла, опираясь на них. Ох, тяжко-то как… если бы не любимый сыночек, не пошла бы никуда.       Магда склонилась к колыбели, любуясь внуком. Какой же он хорошенький! А как крепко ухватил её за палец! А какую сильную струйку выпустил! А как громко плачет! Настоящий король вырастет, хоть что-то хорошее сделала эта толстуха — родила здорового ребёнка. А вот и она. Королева поджала губы, заметив с каким трудом, идёт невестка. Пожалуй, стоит приказать не давать ей более сладостей, а то не сможет зачать, а внуку нужна поддержка, ему нужен брат. Или, ещё лучше — сестра. Да, так лучше, пусть родится принцесса, а мы подыщем ей мужа, а нам союзника. С этими браками Теодор просчитался: от Изабеллы никакого толку — король Аргона не считаясь с родственными чувствами собирается объявить им войну. Пусть его! Армия Абуджи сильна и легко разгромит аргонцев. Даже брак ненавистного младшего сына принёс больше пользы — отряды вендов теперь сражаются на их стороне. Жаль только, что так и неизвестно, жив Джастин или нет. И не объявишь о смерти, этот идиот комендант выбросил тело в ущелье. Да, в Конг-Бране никто бы не стал хоронить мертвых преступников, как полагается по обычаю, но осмотреть-то он хотя бы мог! Вдруг там и не Джастин вовсе, и его венды молчат, а шпионы в Атлер не могут попасть — сразу ловят... Подозрительно всё, очень подозрительно.       Последнее донесение оттуда гласило, что принц не приехал в свою провинцию, а потом ни одного письма, ни единого! А самая лучшая из шпионок куда-то исчезла, и королева была уверена, что более никогда не увидит её. Говорят, венды неутомимые любовники, но ещё более искусные палачи.       — Изабелла, душенька, — сладко пропела Магда, — вы сегодня что-то плохо выглядите. Этот цвет лица… вы плохо спали этой ночью, моя дорогая невестка?       — Нет… да… да, Ваше Величество, ночью было душно.       — Лето пришло, миледи невестка, а летом у нас тёплые ночи. Но ведь в Аргоне погоды более жаркие*, мы думали, что вы привычны к ним.       — Да, у нас жара такая, что…       — Взгляните, как вырос с последнего раза Его Высочество! Видите?       Изабелла видела. Как же ей хотелось взять сына на руки, прижать к груди, поцеловать мягкие волосики на головке! Но мерзкая свекровь смотрит коршуном, не позволяет даже кончиком пальца дотронуться до малыша.       — Наш маленький принц! — склонилась к колыбели королева. — Вы вырастите настоящим королём и прославите своё имя в веках. Не так, ли миледи невестка?       — Да, Ваше Величество! Моего сына ждёт великое будущее! Он станет…       — Нашего принца, несомненно, ждёт великое будущее, — вновь перебила Изабеллу королева. — Но довольно, Его Высочество утомлён, вам стоит удалиться, дабы принц смог спокойно покушать. Кормилица! Покормите кронпринца. Идите же, душечка, идите!       Изабеллу почти вытолкали из покоев принца, и бедная женщина побрела обратно, едва сдерживая слёзы. Выдержки, привитой годами, хватило дойти до своего крыла с гордо поднятой головой, но там она едва успела удалить свиту, чтобы разрыдаться. Как же она любила своего маленького принца! Вся нерастраченная любовь, все надежды на счастье, вся забота — всё было перенесено на сына. Ах, она бы не позволила совать ему потную грудь простолюдинки, она сама кормила бы принца, вопреки всем обычаям, всем кривотолкам. Но эта мерзавка свекровь лишила малыша материнской любви. Как же Изабелла ненавидела королеву! С каким бы удовольствием она подсыпала ей яду, а после смотрела, как та корчится в муках!       — Ваше Высочество, — в покоях появилась строгая дама, одна из тех, кому не указ распоряжения принцессы. Изабелла ненавидела и её: маркиза Лангье была из свиты королевы.       — Слушаю вас, графиня.       — Её Величество велело передать, что нынче вас посетит Его Величество. Надеюсь, вы в добром здравии и примете супруга со всем пылом?       — Разумеется, графиня. Передайте Её Величеству, что я буду ждать короля с нетерпением.       Взгляд статс-дамы говорил, что принцесса вряд ли внушит страсть Его Величеству, но он осознаёт свой долг и регулярно посещает опочивальню супруги.       — Вам пора выполнить свой долг и произвести на свет ещё одно дитя.       — Но моему сыну не исполнилось и года! — пыталась возразить принцесса.       — Его Величество готовится отбыть на войну, — поджала губы графиня, — Абуджи нужна прочная опора трону. Вам следует приложить все усилия, дабы эта ночь принесла свои плоды.       — Это желание Её Величества? — не удержалась Изабелла.       — Разве оно расходится с вашими желаниями? Если хотите, то это приказ, мы все очень надеемся, что вскоре лейб-медики порадуют нас известием о вашей беременности.       Статс-дама чопорно склонила голову и удалилась, так и не поинтересовавшись, почему у принцессы заплаканные глаза. Изабелла проводила её взглядом, но стоило той только скрыться, как принцесса тут же хлопнула в ладоши, призывая фрейлин. К ночи с королём следует подготовиться особенно тщательно.       — Налейте в ванну розовой воды. И достаньте то мыло, которое я привезла из Аргона, да-да, это самое. И крем приготовьте, мы ждём визита Его Величества.       Супруг явился поздно ночью, когда Изабелла уже устала ждать. Потный, пахнущий разгорячённым зверем и выпитым вином, он навалился на жену, неловко тычась куда-то, пока не попал. Судорожные движения, мокрые губы, капелька слюны… стоило розовой водой мыться?       Изабелла с трудом спихнула с себя уснувшего короля и подумала, что не понимает, как этого мужчину можно считать галантным любовником? Наверное, все его фаворитки спят с Генрихом только потому, что тот король. Она вновь вспомнила Люсию Аспен, а эту что столько лет держит подле него? Или с ними Генрих ведёт себя иначе? Ах, в романах любовь описывают так, что хочется самой испытать это томление, этот восторг, это неземное удовольствие. Но пока только неловкие движения, раздражённое шипение супруга и сырость между ног. Фу.       А спустя три дня было объявлено, что армия под командованием Его Величества, короля Генриха Третьего, направляется в Лабутейское княжество дабы наказать вероломных аргонцев, подло уничтоживших всю правящую династию. И привести под свою руку благодарных лабутейцев по праву победителя и согласно брачному договору от какого-то там года. Народ ликовал, провожая солдат, девушки бросали им под ноги цветы и, улыбаясь, посылали поцелуи.       — Наши доблестные солдаты вернутся с победой! — воскликнула молоденькая фрейлина.       — На моей родине тоже немало храбрецов, — резко ответила Изабелла.       — Однако мы всегда побеждали вас, — лениво заметила королева. — А мой сын превосходит любого из ваших рыцарей. Это же про дона Альваро рассказывали, что он однажды так напился, что принял ветряную мельницу за великана и набросился на неё с мечом? Или я ошибаюсь, миледи невестка?       Изабелла стиснула руки, мечтая, чтобы ненавистная свекровь замолчала.       — Аргон моя родина, и я всегда буду считать её образцом для всего мира. Наши художники и скульпторы славятся во многих странах, а ваш дворец построил Сьерро Паноло, великий архитектор.       — О, да! Дон Паноло действительно был гением архитектуры, — мило улыбнулась королева и добавила: — наверное, поэтому вы хотели сжечь его на костре, обвиняя в колдовстве. Бедняга едва успел скрыться от ваших блюстителей чистоты веры. Зато в Абуджи ему воздали по заслугам, помнится король Карл Благородный, что правил тогда, достойно наградил архитектора, даровав ему титул барона и собственный лен.       — Но…       — Что ж, душенька, все ошибаются. Ошиблись и ваши блюстители веры. А мы выиграли от вашей ошибки. И выиграем ещё, например, одержим победу.       — Ошибки? Разве мой отец виновен в этой войне? Ведь это Генрих…       — Не смей обвинять моего сына! — повысила голос Магда. — Всем известно, что по приказу вашего отца, миледи невестка, была отравлена вся семья княжны Анны. А зверское убийство последних наследников?       — Но…       — Злодеи схвачены и успели покаяться. И они назвали вашего отца, отдавшего такие приказы. Вам лучше помолчать, душечка. И молиться за короля Альфонсо, чтобы Единый простил его прегрешения. И не забывайте при этом молить небеса за своего супруга, миледи невестка, дабы он с победой вернулся домой и бросил к нашим ногам поверженные знамёна аргонцев. Ведь теперь ваша родина — Абуджи!       Изабелла низко опустила голову, скрывая слёзы. Бедняжка не знала, что ей делать, то ли желать победы отцу и прежней отчизне, то ли молить небеса о даровании победы супругу. Королева же с насмешкой смотрела на принцессу, не желая хоть как-то поддержать её. Изящная ручка поднесла к глазам молитвенник, и Магда прочла несколько строк из святой книги.       — Надеюсь, миледи невестка, вы не забудете упомянуть и о даровании вам новой жизни. Я пришлю к вам лейб-медика, как только ваши служанки сообщат о… — королева многозначительно замолчала, словно предлагая всем продолжить свои слова.       Быть может, она продолжила бы и дальше насмехаться над Изабеллой, но появление статс-дамы с письмом голубиной почты заставило королеву отвлечься. Магда прочла донесение и резко поднялась, приказывая вызвать к ней герцога дес-Усайю.       — Я буду ждать его в своей молельне, — закончила она.       В этом случае фрейлины не беспокоили свою госпожу, и королева могла без помех встречаться с братом.       Герцог не заставил себя ждать, появившись почти следом за сестрой. Магда без слов протянула ему письмо и замерла, ожидая пока брат прочтёт.       — Дьявол! Он всё же выжил!       — Да, брат мой. И не только выжил, но и добрался до провинции в целости. Ему словно покровительствует Бездна.       — Не удивлюсь, если это действительно так, сестра. Недаром его глаза красны, словно огонь Преисподней. Ты уверена, что его отцом был Теодор? Может, тебя соблазнил демон?       — Не говори глупости, Энрике, — поморщилась королева. — Если в моей постели и побывал демон, так это только ты.       — Ты сравниваешь меня с порождениями Бездны? — прошипел разъярённый герцог.       — Нет, — кротко улыбнулась Магда, — всего лишь говорю, что ты в постели настоящий дьявол!       — Довольно! Нам следует подумать, что делать с Джастином.       — Ничего. Мы ничего не сможем с ним сделать. Пока он в Атлере, он в безопасности.       — А твои шлюхи? — спросил герцог.       — Я уже пыталась отправить туда своих девочек…       Магда помолчала и нехотя закончила:       — Вернулась только одна.       — И где она?       — Мертва. Она умерла по пути назад.       — Отравлена? — понимающе спросил дес-Усайя.       — О, нет! Её удавили и доставили мне, как предостережение.       Герцог охнул, представив, как испугалась сестра, когда одна из её шпионок умерла столь страшно. Он вновь пожалел, что не предпринял никаких действий, пока принц Джастин был ещё ребёнком. А ведь так просто столкнуть малыша с лестницы, оставить его на сквозняке или накормить незрелыми ягодами. Но сейчас поздно, мальчишка не только вырос, но обзавёлся поддержкой северян.       — И эти венды, — проговорил дес-Усайя.       — Угроза с Севера, всё как говорилось в гадании…                                   __________________________       *не поправлять!