Ouroboros

Странно, что стало ещё запутанней после его откровений. Клаус чувствовал, что Кэролайн отдалялась от него с каждым днём всё больше. Она стала сильнее без него, и в этом была заслуга аватара. Его должно было раздражать, что теперь Кэролайн могла опереться на кого-то другого, но Клауса этот факт только радовал. Но, возможно, он сам себя этим фактом успокаивал? Раньше, он бы побоялся оставлять её и идти в поход на долгое время. Клаус бы приставил к её гнезду кучку шпионов, и она бы даже не узнала об этом. Она никогда не знала об его истинных чувствах к ней. Он не позволял узнать. Первое время Клаус сопротивлялся, тушил в себе всё то, что испытывал к ней. Он порывался прекратить с королевой вампиров любые отношения, но против своей воли возвращался и помогал ей в трудные минуты, отмахиваясь тем, что его помощь ради общей выгоды. И когда он увидел её тогда на поле развернувшегося сражения, павшую, с небьющимся сердцем, то понял — всё, через что они прошли вместе, сплошная ложь. Он любил, но делал вид, что между ними лишь страсть и ничего более. Она любила, но также делала вид, что он устраивает её только в постели и также как союзник. Позднее понимание всего произошедшего действительно подкосило тогда. Её смерть убила в нём всё человечное, что он поддерживал годы и годы только ради неё одной. Теперь же нужно было начинать сначала, и это казалось невозможным. У него умерла часть веры в победу, веры в то, что станет всё как прежде. Нет, как прежде уже никогда не будет. В их мир вторглись существа намного сильнее их, против которых они были бессильны физически, но если применить тактику, которую выбрала Кэролайн… Клаус смотрел на демоницу и прикидывал про себя, каковы у них шансы победить в этой войне с такими же, как она. — Ник? Ты так и будешь молчать, кидая на всех задумчивые взгляды? Или мы все не знаем того, что знаешь ты? — вкрадчивый голос Ребекки привлёк наконец его внимание, но он не посчитал нужным ответить сестре. — Вампиры намного быстрее и лучше переносят обращение. Им не нужна нужная фаза луны, как оборотням, а она настанет только через две недели. Ведь так? — он посмотрел на Кэролайн и продолжил: — Завтра мы выдвинемся в поход. Мне нужно, чтобы ты прикинула, сколько оставить людей для пропитания и какое количество ты сможешь обратить и обучить за короткий срок. Бункер должен быть защищён не только демоницей. — Кэролайн перевела взгляд на Деймона и вопросительно посмотрела, полностью согласившись с Клаусом. — Самое большее, что мы можем себе позволить, — это даже меньше десятка людей, и то придётся оставаться на голодном пайке, — быстро ответил вампир. — Вылазки сейчас опасны. — Отлично. Ребекка займется поиском людей вместе с Деймоном, — объявила Кэролайн всем собравшимся. — Она ведь должна быть нам полезна с её сильной стаей, — Кэролайн безразлично пожала плечами, игнорируя ошарашенные лица «сладкой парочки», что с минуту назад кидали друг на друга страстные взгляды. — Сейчас дышать опасно, так что же нам не дышать вовсе? — Ты читаешь мои мысли, дорогуша, — По-видимому, Кэролайн ожидала от него очередного протеста, но Клаус был готов к такому предложению с её стороны. — На том и порешили. Завтра одна группа отправится к северу на поиски выживших людей, ну, а другая отправится собирать остатки былой роскоши. А тебе придётся остаться для защиты бункера со своей демоницей. — Это всё, что ты хотел сказать? Если всё, то у меня ещё есть дела, — Кэролайн поднялась, и собравшиеся поспешили покинуть зал. — Кэролайн, нужно кое-что прояснить для общего дела. У меня есть вопросы к Хорайзен, — Клаус поднялся навстречу и терпеливо ожидал ответп. — Ты даже запомнил её имя, Клаус. Как странно и не похоже на тебя, — усмехнулась она, давая знак аватару оставить их… Аватар коротко поклонилась и, сделав половину шага назад, испарилась в воздухе.  — Но всему своё время, сейчас, как я сказала, у меня полно дел. — Она направилась к железной лестнице, ведущей наверх к территории людей. Поняв, что он следует за ней, она насмешливо бросила через плечо: — Советую тебе хорошенько обдумать вопросы, что ты станешь задавать Хорайзен. Да, я поняла по твоему виду за собранием, что у тебя возник некий план в голове, касающийся именно её. У тебя всегда такой до смешного серьёзный вид, когда ты усердно думаешь и после этого нарушаешь свои правила. Знаешь, я тут подумала, — Кэролайн остановилась на лестнице и развернулась, смотря уверенно в его глаза, — ведьмы призвали к себе невиданную доселе человечеству силу, чтобы совершить геноцид над нами, но как думаешь, они справляются с полученным могуществом? — К чему ты клонишь? — Клаус подозрительно прищурился. — Не призывай того, с кем не в силах будешь потом справиться. Вот об этом я, Клаус. О том, что Хора одна из них, разве что не слетевшая с катушек. Её возможности уникальны. А сколько таких, как она, у ведьм на их стороне? У меня никак не уходят из головы её слова: «Либо вы сможете справиться с этой силой, и время открыть наш мир для вас пришло. Либо смерть вернёт вас к первобытному состоянию, и вы попробуете вновь». Их можно понимать по-разному. Не находишь? — Ну что же, — усмехнулся Клаус, — радует, что мы мыслим в одном направлении на этот раз. Что за дела у тебя у людей? — он вопросительно кивнул наверх. — Проголодалась? — Нужно просто отвлечься, — хмыкнула Кэролайн. — Не помешает немного общения с более приземлёнными существами. Возможно, это поможет понять нашего аватара, в какой-то степени. — Потому что она тоже смотрит на нас, как на низших существ, называя гуманоидами? — усмехнулся в ответ Клаус, поднимаясь за ней. — У тебя, как всегда нестандартное мышление, дорогуша. Кэролайн подошла к охране, и распахнулись выдвижные двери, что всегда закрывались в ночное время суток в целях безопасности для почти сотни людей, которые жили в огромном помещении. Ресурсы были давно истощены, на генераторы не хватало бензина, и помещение отапливали и освещали как могли. Повсюду горели факела, разбрасывая отблески наступившей нищеты. В железных бочках горели костры, и над ними готовилась пища. Люди стояли подле них, грея руки. Кэролайн непроизвольно содрогнулась, понимая, что оборотням и вампирам намного проще в плане выживания. Как быстро мир пал. И что их ждёт впереди, никто не знал, кроме разве что Хорайзен — а может и нет. Клаус окинул взглядом помещение. Чего-то такого он и ожидал. Повсюду были расставлены военные палатки, те, у кого их не было, спали в походных мешках, огораживаясь от чужого взгляда, чем могли. Кэролайн не спеша проходила между стоящими, сидящими и лежащими на полу людьми, всматриваясь в настороженные и испуганные лица. Она остановилась около одной пары с ребёнком. Девочке было лет десять, и она куталась в порванную от старости курточку. Кэролайн задержала на ней оценивающий взгляд, отчего мать девчушки ещё крепче прижала дочь к себе, но в глазах женщины она не увидела страха. Коренастый мужчина с уставшим лицом поднялся и настороженно посмотрел на них. — Как твое имя? — обратилась Кэролайн к мужчине. — Франсуа де Виль, госпожа, — почтительно, с придыханием, ответил он. — Когда ты просил убежища, Франсуа, то ознакомился с нашими правилами, ведь так? — Так точно, — мужчина неуверенно кивнул, и отвел глаза в сторону, — мы вовремя сдаем кровь… — Я сейчас не об этом, — Кэролайн сухо улыбнулась его жене и ребенку. — Ты ведь хочешь для них более комфортных условий, Франсуа? Я могу сделать так, чтобы твоя дочь и жена питались лучше остальных. Я выбрала тебя. — Я могу занять его место, — четко объявила женщина среднего возраста, немного худоватая. Она на удивление шустро поднялась и уверенно посмотрела в глаза Кэролайн. — Десять лет в спецназе, — быстро пояснила она. — У моего мужа нет такого опыта. У него лучше получится присмотреть за дочкой. Меня зовут Чарли, госпожа. — Вот как, — Кэролайн оценивающим взглядом окинула с ног до головы женщину, а Клаус, облокотившись плечом о железную колонну, наблюдал и думал, как поступит Кэролайн. На её месте он без сомнений выбрал бы Чарли вместо мужа. В ней чувствовалась сила воли, но у Кэролайн были, похоже, свои предположения на её счёт. Она обошла родителей и присела на корточки перед девочкой. — И кто тут у тебя, принцесса? — девочка крепче прижала к себе потрёпанного плюшевого зайчика и шмыгнула носиком. — Его зовут Пити, — шёпотом ответила она, — мне подарил его друг. — Кэролайн протянула руку и вопросительно приподняла бровь, тем самым спрашивая разрешения погладить её друга. Девочка неуверенно кивнула, но всё же перевернула зайца лицом к Кэролайн, хвастаясь игрушкой. — А с кем бы ты хотела остаться, принцесса, с мамой или папой? — как бы между прочим спросила она, поглаживая пальцем игрушку. У Клауса от этой картины замерло сердце. В первый раз он подумал о минусах их видов. У мертвецов не могут рождаться детей. Баланс природы был слишком жесток к ним. Девочка подняла потерянный взгляд на мать, и та ей еле заметно кивнула. Создалось ощущение, что Кэролайн прощупывает их семью именно через ребёнка, и Клаус не ошибся в своих предположениях. — С папой, — чётко, прямо как её мать, ответила девочка. — Спасибо, принцесса, а хочешь себе нового друга? У меня есть красивый мишка, — девочка в ответ улыбнулась и закивала радостно. — Тебе принесут его скоро, а ты придумай пока для него имя. — Она встала и холодно посмотрела на Чарли. — Рокировки не будет. — Если вы сделаете, как я прошу, то назову ещё таких пятнадцать ребят, как я. Они отличные солдаты… — Смеешь со мной торговаться? — вкрадчиво спросила Кэролайн. — Думаешь, мои люди не видят, кого принимают в бункер? Вы здесь по той причине, потому что военные. Девочке нужна мать, а для Франсуа ваша безопасность послужит отличной мотивацией чувствовать причастность к общему делу. Клаус оторвался от колонны и направился за Кэролайн. Растерянная Чарли смотрела вслед вампирше и не понимала ничего, как и Клаус. — Я бы выбрал Чарли, — высказал свою позицию он. Кэролайн не спешила ему отвечать. Подойдя к пункту сдачи крови, она взяла пакет со свежей кровью и, сделав несколько глотков, прикрыла глаза от удовольствия. Положив пакет обратно на стол, она с одобрением ответила: — И правильно бы сделал, дорогой, если бы мы хотели обратить эту даму в оборотня. Она слишком эмоциональна для вампира и обожает свою дочь. Видела, с какой заботой она прижимает к себе своё чадо, слышала, как её сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда я разговаривала с её дочерью. Такая бы мать не оставила своего ребёнка с более слабым. Преимущество вампиров над вами — распознавать ложь, и она лгала, когда сказала, что её муж слабее. Чарли не понимает, что материнская защита сильнее любой остальной. Дочери будет надёжней с матерью. — Создаётся ощущение, что ты себя этим успокаиваешь себя, милая, — Клаус остановился и внимательно посмотрел на неё. — Почему, Кэролайн? — Да потому что всё это будет не столь важным, Клаус. Если демоны нападут на бункер то никакая защита нам не поможет. Подозреваю, что одной Хорайзен будет недостаточно. — Похоже, настало время поговорить с ней…