Что же будет во время апокалипсиса?

Стоя на крыше заброшенной кафешки, которая когда-то дарила людям прекрасные борщи, шпионка и снайпер придумывали план удаления кода. – Есть мысли? – сидя на выступе, спросила Мелоди. – Мысли-то есть, но вот это все неэффективно, – Альберт ходил и хмыкал. Его правда волновал сам процесс «убийства». Ранение от ножа? Многие могут выжить, особенно снайпер, у которого самозащита развита наилучшим образом. Пуля попала в голову? Это слишком иронично, ведь у снайперов работа – стрелять в мозг. По крайней мере, почему-то именно эту часть тела выбирают убийцы, сидящие на крышах. – Придумал! – Ну? – мигом встав, воодушевленно протянула голубоглазая. – Хотя, тоже не годится. – Фак. Может, просто пристрелить тебя? Якобы? Я от скуки умираю! – Если хочешь, чтобы у нас было меньше проблем, то умей ждать. Спешка к хорошему не приведет, – шикнул мужчина на шпионку. – Еще мне лекцию почитай, – обиженно пробубнила Кроус, сев уже просто на крышу. Блондин, вздохнув, подсел к ней. – Извини. Просто я реально не знаю, что делать. Как будто первый день живу. Убийство не могу приду... Точно! Я гений! – улыбаясь, воскликнул сероглазый. – С чего ты взял? – иронично спросила Мелоди. – Ты будешь моей целью. – А? – Уверен, что мой шеф удивится, если он услышит в наушнике код 555. – Ты рехнулся?! – сразу же встав и достав свой пистолет, обозлилась девушка. – Я тебе доверяла, а ты!.. – Ты чего?! Я даже не сказал тебе основную мысль! – немного испугавшись, парень тоже достал пистолет, коим целился совсем недавно в человека, который целится сейчас в него. – Так говори, чего ждешь! – Но я не справлюсь с заданием. Наемный убийца против снайпера. Шансы равны. Смекаешь? – А то, что они наряд вызовут, ты не подумал? – Не-не-не. Не вызовут, в том-то и дело. Понимаешь, моя статистика одна из лучших. Ведь у меня... Э... Д-дар, что ли... – вызвав подозрение у голубоглазой, блондин продолжил уже менее восторженно. – Кхм, так вот. Мне доверяют. – А где гарантия? – Это будет длиться максимум пять минут. Ты веришь мне? – Верю. Извини за пистолет. Нервы. – Убрав его за пазуху, девушка сделала пучок из волос и закрылась маской. – Можно вопрос? – Конечно, – тоже подготовившись к плану, ответил мужчина. – Откуда у тебя шрам? Вот здесь, – условно показав на себе, решила поинтересоваться блондинка. Ведь нужно о каждом узнать максимально. – Слышала, у тебя девушка была. Она? – Что ты, нет. Откуда ты это слышала? – Шпионы не разглашают информацию. – Просто была неудачная «охота». Я фотографировал птицу. Для нее... – И птица, заметив, улетела, задев тебя? – Не все так просто... – потускнев, парень молча взял АКМ74 – свое любимое оружие – и прицелился на шпионку. Та же спряталась за какой-то колонной. Зачем колонны на крыше кафе? Читателю дается шанс придумать ответ. – Это 746. У меня на прицеле одна птичка. Да что уж, птичка. Скорее, сразу стая. Прием. – Новиков. Ты же только что вернулся домой, – черствый голос босса. Капитана. Убийцы. Громким басом отзвучал в наушнике Эльдар Шерохин. Это было статный мужчина сорока лет, на счету которого 23 убийства. За это он сидел в тюрьме, да и сидел бы, если бы не война. Сам Верховный Суд Российской Федерации позволил ему убивать ненужных государству и войне людей. Думаю, после этой информации читатель более поймет, зачем нужна революция. – 555. Слышали о таком наемном? – Что?! Я ценю тебя, как снайпера, но не думаю, что эта персона гуляет по Переславлю-Залесскому... – Вы сомневаетесь в моем правом глазе? – В нем грех сомневаться. – Тогда позволите убить чику? – Нажимай на куро… – и послышался выстрел из обычного пистолета Glock 19. – Черт!.. – прошипел мужчина в микрофон от «боли» в легком. – Шеф... Меня... Кхе! – Подбили?! Новиков, говорил тебе! Высылаем наряд. Адрес твой определим. Новиков? Новиков! – и связь оборвалась. Сломав микрофон и наушник, блондин довольно снял с плеч снайперскую винтовку. – Получилось? – подбежала сразу к нему девчонка, убрав маску с лица. – А то. Нужна кровь. Есть в запасе? – Ты дебил? – Шучу, просто шучу. Наемные убийцы всегда заметают следы. Особенно, если это шпион-убийца. – Надо убираться отсюда. – Согласен. Пойдем, покажу потайной вход. Именно таким на вид простым способом избавился от своего кода Альберт Новиков. Что же это за личность? – Думаю, сейчас самое время продолжить рассказ, – неожиданно прервала тишину Мелоди, печатая на своем Экстрабуке информацию про убийство 746. – А?.. – удивляясь логову шпионки (выглядело оно, как огромный пустой подвал, лишь диван, стол, кофе-машина, еда, стул, магнитофон, куча наушников, микрофонов и оружия, нужных примочек для шпионов и убийц), не понял Альберт. – Ты так и не рассказал, отчего у тебя этот шрам. Птица улетела, как я поняла. – Да... Я не хочу вспоминать об этом, Мелоди. – Отпусти и не держи. – Чего?.. – Цитата из фильма. Она как никогда поясняет нужду друзей и близких. Ты мне можешь рассказать, я все равно забуду через день. – ...Это личное. – Ладно, приставать не буду, – «забыв» снять перчатки, девушка находила разные сайты, которые буквально кипели обсуждением таинственного исчезновения снайпера 746. А спустя минуту... – Больше номера 746 не существует. – Сработало! Мелоди, можно вопрос?.. – Только если ты ответишь на мой, – ловко провернула голубоглазая, повернувшись на стуле лицом к собеседнику. – Тебя никак обмануть нельзя, да?.. – расстроенно сказал блондин. – Да. Птица улетела. Это был орел. Как я до него добрался уже и сам не помню. Помню лишь ее возгласы... «Ты сможешь!»... И я бы смог, если бы не проклятая вспышка! Ты представь себе, опытный. Опытный фотограф! И забыл такую мелочь. – И орел, заметив тебя, взлетел и своими лапами испортил тебе лицо. Да уж, именно мелочи заботят людей больше всего, а на серьезные проблемы мы не обращаем внимания. – Он чуть не убил ее... – проникнув тем воспоминанием, Новиков осунулся и засмотрелся в пол. Его глаза были наполнены грустью. – Эй. – М?.. – не оторвав взгляд от пола, спросил мужчина. – Она у тебя в сердце. – Ты ничего обо мне не знаешь. – Как и ты обо мне. Но все наши близкие, родные, люди, к которым мы привязались и привыкли... Все они у нас в сердце. Даже если их нет среди нас, они всегда переживают. Они всегда с нами. – Это наивные мысли, девочка. – Именно наивность делает человека человеком, разве нет? – … – и снайпер задумался. Перед его глазами ее образ. Прекрасная девушка с не менее замечательным именем Лилия. А ее улыбка... Он радовался, дышал ею. Но время и жизнь жестоки. Холодные руки девушки обняли бывшего фотографа. Он не плакал, он мужчина. Но он не радовался, у него есть сердце. – Как ее звали?.. – Лилия. – Лили?.. – Да... – глубоко вздохнув, парень ушел от объятий и улыбнулся. – Не в моих планах грустить о прошлом. Прошлое забыто, будущее закрыто, и лишь... – И лишь настоящее даровано, – прервала блондинка. Тот, удивившись, хмыкнул. – Так что ты хотел спросить? – А! Я, конечно, верю в прогресс и что сенсорная клавиатура может нажиматься под слоем кожи... Но кожаные перчатки. Зачем они тебе? – Не люблю светить железом. – Чего?.. – Потом узнаешь. А теперь давай заниматься делом, – подойдя к столу и взяв тот самый документ, девушка вычеркнула из списка код 746. Теперь это ее первый сообщник. Ее первый друг. Альберт Новиков. Время близилось к закату. По новостям, что были каждый день в 18:00, передали, что Лос-Анджелес потерял в сражении с японской армией огромное количество роботов, да и солдат, неизвестное количество оружия и продовольствия. Люди в плену, многим подписали смертный приговор. – Вот гады, – шикнул вслух Новиков, листая документ. – Как там говорят... В войне все действия хороши? – со злобой проговорила Мелоди, слушая эти неприятные новости. Наконец, когда те закончились, девушка отключила взмаховое радио (оно выключалось с помощью взмаха, чаще всего, это были настенные радио, как датчик движения по-нашему). – Ты кого-нибудь нашел? – спросила Кроус спустя 15 минут поиска нового члена их команды. – Нет. Мы ищем про каждого немного. Почему ты смотришь именно первые листы? Почему не последние? – На последнем всегда нужные государству. Это факт. – С чего ты взяла? – не понимал блондин, помогая голубоглазой вводить информацию в Экстрабук. – На последние места в конкурсах всегда оставляли лучших. Никогда не замечал? Вот ты, когда занимался фотографией, участвовал в конкурсах? – И занимал первые места, – гордо воскликнул снайпер. – И каким ты был по счету? – Там все жребий решал. Но чаще был... В последних рядах. – Во-от! Даже судьба подтверждает мое утверждение. Последние листки надо вообще отбросить. – Ты что! Дай взглянуть, – быстро пробегая глазами, мужчина пытался найти один номер именно на последних 4-6 листках А4. Но было тщетно. Просидев еще 40 минут, выпив большое количество чая, оба члена революционной партии были в смятении. – Может, посмотрим 600? Ты смотрела о нем информацию? – Да, нашла кое-что. Прошел слух, что он погиб в автокатастрофе. Но я зашла на тайные сайты, там виднеется его имя, и оно упомянуто не в самых добрых целях. – Взятки? – Какой ты догадливый, – со вздохом плюхнула Кроус, перетягивая с пальцев перчатки от скуки. – В кого ты такой хакер? – Хакер? Смешно! Я шпион, я просто умею находить информацию. Взломать пароли, а особенно сейчас, отнюдь не сложно. Но я знаю всего лишь базу. Хакером был мой друг. – Был? – А что тебя смущает в прошедшем времени? – вопросительно двинув бровью, сказала девушка. – Да так. Забудь... – поняв, что эту тему лучше не затрагивать, блондин решил перейти к более актуальной теме. – У меня есть еще один кандидат. Нам ведь нужен транспорт, да? – Зачем? – В смысле «зачем»?.. Чтобы ездить... – О да. Революционная партия разъезжает по городам стран и убеждает народ, что правительство играет с ним, как с куклами. Смешно. – А как ты сюда передвигалась? Неужели через портал? Его только создают ученые. – Я передвигалась на транспорте, который не доставляет много шума. – На велосипеде? – засмеявшись, пошутил мужчина. Девушка оценила его юмор. – Да, представь. Ладно, соглашусь, тачки нужны. Но опять же, они привлекают внимание. Люди, возможно, и ходят по улицам. Но вот машины – нет. – Нынче физика способна превратить видимое в невидимое, особенно с этим человеком, – намекал сероглазый, довольно улыбаясь. – Ты мне хочешь предложить мантию Гарри Поттера? – Мелоди, ты намеков не понимаешь? – И не пыталась их понимать, – честно сказала шпионка. – Ладно... Нам нужен автомеханик, который знает о машинах и физике все. На такое предложение Кроус рассмеялась искренним детским смехом. – Ой! Я не могу! – А что я смешного сказал?.. – «Эта девушка не в себе», – думал про себя мужчина. – Авто... Автомеханик! В революции! Давно я так не смеялась... – успокоившись, девчонка серьезно посмотрела на парня. – Ты издеваешься? Он толком ружье не знает! – Джозеф?! Ты его знаешь, что ли?! – от такого поведения шпионки снайпер явно разозлился. – Если ты видишь в революции только кромешных убийц, которые не разбираются ни в истории, ни в физике, ни в гуманитарных науках, а которые только умеют убивать, то ты не лучше правительства! Голубоглазая, выслушав внимательно упрек в свою сторону, задумалась. – Революция подразумевает жертвы. Но как раз их я не хочу. Просто, понимаешь... Половина автомехаников спилась. Я пыталась найти информацию. Я не верю сплетням, но только они являются находкой. Извини, что поторопилась с выводами. – И ты извини, что оскорбил, – успокоившись, сказал Альберт. – Пойми, Мелоди. Я понимаю твой взгляд на жизнь, тебе... Тебе сколько? – 17, в следующем году 18 будет. – ТЕБЕ 17 ЛЕТ ВСЕГО ЛИШЬ?! – А что? – ... А на поколение еще можно рассчитывать... – сказал блондин с интонацией бабушки, которая прожила около 90 лет. – Мне это счесть за комплимент или за оскорбление?.. – Не пойми неправильно. Просто я всегда думал, что главарем революционной партии будет человек, достигнувший сознательного возраста. Стой... Это значит, ты уже с 12 лет живешь в таком обстановке?.. – с жалостью в голосе спросил блондин. – Некоторым детям меньше, чем мне. Я просто решила воплотить свою цель. Возраст здесь ни причем. Все больше и больше удивляясь данной натуре, мужчина задумался о ее жизни. Дерзкая и независимая девчонка, которая еще смотрит на жизнь детскими глазками. Хотя какое может быть детство во время войны? – Где находится этот Джозеф? – прервала думу Новикова голубоглазая. – Джозеф Робертсон. На тот момент, где я его видел, он был в Питере. Но это было 2 года назад. – Значит, Москва. – С чего ты взяла? – Уже слухи есть, что появился некий автомеханик под кличкой «Золотой». Он отказался от номера, из-за чего его ищет Российская полиция. Сейчас посмотрим... – перейдя на сайт полиции, девушка пыталась найти информацию, но не смогла. Сайт спустя секунды 5 заблокировал вход. – Все-таки, ты не хакер... – Заткнись, – обиженно надула губки девочка, быстро печатая. – Я дойду до истины, обещаю! – А так почему Москва? – Ты заметил, что почти все в Истории начинали с Питера, а потом переходили в Москву? Может, твой «Золотой» такой же? Нашла! – Ого, да у тебя прям дар. Реально в Москве... – воскликнул Альберт, прочитав информацию с левого сайта. – Но это слухи. Говорю же, что автомеханики – секретная личность. Значит, моим Гуглом будешь ты. – Гуглом? Серьезно? Тебе 17, ты новое поколение, но ты знаешь о Гугле? – Я шпион. Просто запомни это, – с гордостью в голосе проговорила Мелоди, улыбаясь. – Расскажи мне про этого Джозефа, пока мы будем собираться к нему. – Ну-у, что рассказывать... Молча перебирая детали к своему новому грандиозному проекту, Джозеф Робертсон думал о возможном приходе полиции. Он ведь отказался от своего кода, а из прошлых моментов мы знаем, что это равносильно самоубийству. Но Золотой всегда играет с судьбой. Напевая мелодию своей любимой песни, парень соединял два различных металлоискателя, дабы получилось антимагнитное поле. Возможно, законы физики это не допустят, но этот человек может делать невозможное. Как и все остальные люди. Джозеф Робертсон – обычный инженер-механик, который за свою жизнь совершил невероятные открытия в физике и инженерной графике. К нему обращались многие тайные корпорации за заказом. Ведь только он способен применить одну очень нужную теорию в войне, да и вообще в жизни.

«She's got a body like a coke fiend She likes to keep the party going These rumors got me feeling lonely I want that body baby show me She's got a body like a coke fiend She likes to keep the party going These rumors got me feeling lonely I want that body baby show me I want that body baby show me»

Закончив напевать, синеглазый услышал странный звук. Будто бы в его сарай – он не жил в сарае, просто его мастерская выглядела снаружи именно так: мастерство голограммы давно раскрыли – кто-то проникал. А дверь закрыта изнутри простым, но паролем. И он не ошибся. Быстро взяв в руки голографический меч, мужчина подбежал к двери. Полиция никогда не отличалась вежливостью, а уж в его ситуации они забудут про это слово на все 100 процентов. – Я сам открою дверь, – послышался весьма строгий голос-тенор. Пароль – крайний случай. Сам же Золотой легко может открыть дверь, лишь поднести глаз надо. – За решетку я не пойду, так и знайте, – грубо проговорил брюнет, но увидел перед собой пару. Его старый знакомый, который слегка изменился, и девушка, которая с интересом рассматривала внутренность «сарая». – Привет, Джозеф! – радостно поприветствовал своего друга снайпер, обняв его. Брюнет, ничего не понимая, принял объятия. А сама шпионка уже пробралась в мастерскую и начала что-то трогать. Это «что-то» – весьма опасное вещество в баночке. Нет, оно не взорвется, но оно может воспламениться. – Система слежения за голограммой у тебя довольно сложная... – прозвенел голос голубоглазой. Закрыв дверь, Джозеф недовольно обернулся к барышне. – Ты поняла, что это голограмма? – Нет, с виду обычный сарай. Но если ты будешь таким образом открывать всем дверь, то поверь, тебе недолго осталось жить. Переглянувшись с Новиковым, Робертсон спросил глазами: «Кто это?» – Я тебе потом ее представлю... – шепотом сказал блондин, но его услышала Кроус. – Я шпионка. Мелоди Кроус. Мой напарник порекомендовал тебя как отличного автомеханика. И судя по внутренности твоей мастерской, я в этом не сильно сомневаюсь. – Шпионка? Чем же тебе нужен автомеханик? – Для революции. – Чего?.. – не понял 114, посмотрев на своего приятеля. – Грядет революция. Она неизбежна, – загадками говорила блондинка, трогая гвоздики и болтики. – Ты мне только что Америку открыла, – сарказмом сказал Робертсон. – Отлично, что ты понимаешь ясность. Присоединяйся к нам. – К нам? – Мы собираемся поднять революцию. Не только в России, – уже продолжил разговор Новиков. – Ты повелся на детский лепет девчонки? Ей от силы 20. – И за эти 17 лет я очень многое повидала в жизни. Ну а самое главное... Я повидала страх. Страх и боль. Люди не хотят просыпаться сейчас, потому что знают, что ими манипулируют. И ты об этом тоже знаешь, – подошла вплотную к механику девушка. – Да, я это знаю. Но я не верю тебе. Ты не соберешь команду. Да даже если и соберешь, один митинг – и все. Вас в лучшем случае перестреляют. – Боишься дать войне вызов? – блондинка сердилась. Альберт пытался найти компромисс. – Действительно, Джозеф. Ты же мне сам говорил, что... – Что я собираюсь вести нормальную жизнь вне этой ситуации. Да, соглашусь. Но чтобы мной водила девчонка, которая не видела жизнь... Я очень сомневаюсь в тебе. – Как и я в тебе, но нам необходим автомеханик. Не хочешь – не надо, но нам придется тебе отрезать язык. Робертсон ужаснулся. Нет, он не был черствым. На самом деле Джозеф очень дружелюбный и добрый, да и строгости в нем от роду нет. Он просто хотел проверить девушку, действительно ли она готова пойти на такой серьезный шаг, как революция. – Для чего? – Чтобы ты язык за зубами держал, – прошипела блондинка, но поняла, что таким образом она не добьется желаемого. Вздохнув, она начала спокойно говорить. – Ты ведь сам не глупый, раз ты был в почете, как мне рассказал Альберт. Ты ведь прекрасно понимаешь, кто мы. Я, Альберт, ты. Многие люди хотят обратить ситуацию в свои руки, потому что знают, что государство манипулирует. Мы марионетки. Мир – это сцена, театр. А люди, сидящие вверху, – зрители. Конечно, возможно, и они под влиянием некоторого шантажа, но я так не думаю. Я тебя очень прошу. Помоги Земле остаться в Солнечной Системе. Помоги мамам, детям, старикам, собратьям. Помоги себе жить. Джозеф, посмотрев вглубь голубых глаз девушки, улыбнулся. И одобрительно кивнул. Новиков, довольно скрестив руки, проговорил: – Твои проверки всегда заканчиваются хорошо. – Проверки?.. – не поняла шпионка. – Потом объясню, – сказал Робертсон. – Ну. Как тебя звать, напарник? – Мелоди Кроус, – блондинка протянула руку для пожатия. Джозеф принял ее. – Приятно познакомиться, Мелоди. Соприкоснувшись, мужчина и девушка посмотрели друг другу в глаза. Парень смутился, а девушка на момент растерялась. – Кхм. Каков ход действий? – решил сменить тишину Альберт. – Сейчас объясню, – тут же продолжила Кроус, перетягивая от странной затерянности перчатки. Именно с этого момента на вид холодная наемная убийца начнет оттаивать по отношению к людям. Именно с этой встречи многое изменится в жизни каждого. Именно с этого момента мир узнает революцию.