Что же будет во время апокалипсиса?

***

      В подвале заброшенной больницы неожиданно прозвенел хохот Шилен Этман. Вызвав недоумение у троицы, девушка объяснилась, чуть ли не умирая от смеха: — Ой, я не могу! — держась за свой живот, шатенка плакала от веселья. — Mein Gott*! Пожалуйста, повторите... Нет, я пошутила, иначе я сейчас умру от смеха! — Я что-то не так объяснила? — удивлённо спросила 555, скрестив руки и нахмурив брови. — Ты страдаешь болезнью Джокера?.. — Нет, это же надо... — еле себя успокоив, новая знакомая посмотрела на Мелоди. — Ты сейчас серьёзно? Тройка мятежников из России хочет собрать всемирное восстание... Против войны? Ты это хотела мне донести? — Ты всё правильно поняла. Что же тебя так рассмешило? — Хм... Действительно... Может, я правда болею... Да вы чокнулись! С какого этажа вы все упали? Какая-то девка и какие-то мужики идут против всего мира. Лучший трейлер фильма об Апокалипсисе. Columbia Pictures не представляет! Вы с ума сошли?! — Я понимаю, звучит это по-настоящему смешно, — согласился Джозеф, заставив Мелоди фыркнуть. — Но... Ты хочешь смириться с тем, что рано или поздно мы умрём? — Голубчик, я с этим смирилась ещё в первый день, ещё тогда, когда нам объявили о войне с Китаем. Вы собираетесь такую чушь рассказывать всем подряд? — Скажи честно... Ты испугалась? — резко перебила Шилен голубоглазая шпионка, опустив свой взгляд на пол. — Повтори. — А повторять нечего. Ты испугалась. Только я не понимаю, чего именно. — Следи за языком, подруга. Ты разговариваешь с опасным человеком, с самой Шилен Этман. — Опасным? Прости, Шилен, но я никогда не назову тебя такой. Ведь... Ты трусишь. — Хочешь, чтобы я тебя подстрелила? — шикнула в адрес Кроус шатенка, приближаясь к ней. — Чего мне бояться? Я просто не вижу у вас будущего. Вы — наивные люди, раз считаете, что кто-то к вам присоединится. Это же смешно. У вас нет ни связей на радио, ни способных хакеров, ни денег. Даже названия. Да вы... — Мы не политическая партия, которая лишь обещает, а потом посылает всех нахрен. Да, ты права. Мы — обычные мятежники, у которых пока что и малейшего шанса нет что-либо изменить. Но раньше мы были даже не знакомы. Почему же они, Джозеф и Альберт, позволили себе представить лучшую жизнь? Почему они выслушали меня и присоединились? Впрочем... Я вижу, ты смирилась с устоями этого мира. — Смирилась? О чём ты? Если я не прыгаю в омут всей головой, это ещё не значит, что я сдалась! Я предпочитаю действовать, нежели чем говорить. — Ты сама ответила на свой вопрос. Ты сдалась, но просто не хочешь это признать. Ладно. Считай, что этого разговора не было. — Вам придётся меня убить, чтобы я ничего не разболтала! — шикнула Шилен, усмехнувшись. — Значит, убьём. Можем прямо здесь, раз ты перестала видеть в жизни хоть малейший смысл, — кратко ответила Мелоди, уверенно смотря в глаза немке.

Бирюзовые глаза не спускали взгляд со шпионки. Шилен замолчала на несколько секунд, раздумывая, как поступить. Наконец, громко вздохнув, она продолжила разговор: — Что вы конкретно хотите сделать? Закончить войну? — Война никогда не закончится, все это знают, — пробубнил Джозеф, сев на пол. Уж слишком долго разговаривали эти обе. — Какой ты пессимист, аж фу. Тогда чего вы добиваетесь? — Мы хотим, чтобы все платили по счетам. Война имеет смысл? Нет. Убийство ради убийства, предательство ради денег. Никто не знает, почему начиналась эта страшная Третья Мировая. Мы хотим, чтобы смысл приобрёл конец войны. Мы хотим уже дать сдачи. Страдает не государство, страдает народ. Ты когда-нибудь видела казнь предателей? — спросил бывший фотограф, рассматривая свою винтовку. — Кого ты считаешь предателем? — спросила, недоумевая, Этман, теряя уверенность в своих словах. — Людей, которые лишились кода по причине предательства. Так вот... Это прямое доказательство того, что... — Не нужно мне рассказывать это. Вы хотите просто мести? Просто отомстить властях? Отомстить миру за войну? Вы в курсе, что это не лучшая цель? — Каждый хочет, чтобы эта война уже закончилась. Сколько должно ещё умереть людей? Сколько ещё должна терпеть природа? Сколько ещё должно пройти времени, чтобы дети увидели своих родителей? Увидят ли они их вообще? У каждого из нас свои взгляды на эту войну, но, я уверена, что всё человечество желает одного: конца. Поражение ли это, выигрыш в этой ужасной битве за неизвестно что... Без разницы. Все просто хотят жизни. Но она не придёт. Мы — пешки на большой шахматной доске. Нами управляют короли-игроки, которым плевать на своих воинов. Но рано или поздно терпению приходит конец. Если не мы поднимем восстание, так кто-то другой. — Почему ты в этом не сомневаешься? Люди — трусы, не знала? — Ты к ним относишься? — спросила Мелоди, сверкнув своими яркими голубыми глазами. Её взгляд разглядывал душу шатенки, которая не знала, как ей поступить. — Ты относишься к трусам, Шилен? — Maul*... Никто не смеет меня называть трусом. Я... Мне нужно подумать. Даже если я и соглашусь на всю эту авантюру, вы должны знать... Если что-то будет угрожать моей жизни, я без угрызения совести пожертвую вами. Я не вижу в вашей идеи перспективы. Я не вижу счастливого конца, знайте этого. — Мы тоже его пока слабо представляем. Но бездействовать — не вариант, — улыбнулась шпионка, собираясь уходить из склада под больницей. — Постой... Постойте. Вы говорили, что вам нужен пароль от склада... — неуверенно вытащив из кармана своей толстовки листок, немка протянула его Альберту. — Вот он. — Спасибо, Шилен. Мы будем ждать твой ответ, — похлопав по плечу новую знакомую, Мелоди застучала каблуками и ушла.       Оставшись одна, Этман утонула в болезненных воспоминаниях: она чётко помнила всё то, что с ней творилось. "Казнь предателей... Неужели и она есть? Я утеряла свой код... Считаюсь ли я им? Это значит, что меня казнят, коли узнают, кем была я... Интересно, с остальными это же и сделали? Боже, о чём я думаю! Эти трое просто не понимают, что их убьют! Только о них узнают... И всё, сыграна их песенка... Но... Если у них получится? Как у них может получиться без связей? Но... Они есть у меня. Я могу им помочь, так что же мне мешает? Но я могу всё потерять... Mist*!" , — размышляла на немецком Шилен, гуляя по складу. На её плечи упал выбор: прежняя жизнь или неизвестное будущее.

***

— Как вы думаете... Я уговорила её? — спросила у парней Мелоди, подробно вспоминая всё сказанное в адрес новой знакомой. — Не имею понятия, — ответил Джозеф, пытаясь открыть замок на двери. — Честно говоря, я ей не очень доверяю. — Было бы странно, если бы ты ей доверял, Джозеф. Мы знакомы буквально 20 минут. Ну, ладно... Полчаса, — говорил Новиков, держа винтовку наготове. — Зачем ты зарядил её? Ты думаешь, что в этом складе кто-то есть? — Мел, порой я думаю, почему именно ты решилась поднять мятеж... Это склад с оружием, которым пользуется вся Россия. Ну, почти вся. Как ты думаешь, охраняют ли его? — Судя по замку, нет. И ты видишь здесь людей? — Люди давно перешли на роботов и датчики. Мелоди, мы живём в 2065 году, если ты забыла. — Я отчётливо помню, какой сейчас год, Альберт. Хотели бы они защитить этот склад, использовали бы более радикальные меры, чем допотопный замок, — резко ответила девушка, фыркнув. — У меня такое ощущение, будто бы там пусто. — Открыл! — перебил их инженер, воодушевлённо сняв замок. — Итак... Открываем?       Достав своё оружие, черноволосый резко отворил двери, держа прицел наготове. Альберт зашёл следом, рассматривая детально каждый сантиметр этого склада. Этого пустого и пыльного склада.       Вокруг валялись лишь пустые коробки и контейнеры. Склад был полностью очищен, такое ощущение, будто бы ещё год назад: пыль, паутина, никакой защиты. — Ну? Что я вам говорила... — расстроенно пробубнила наёмница, спрятав свой пистолет и поправив перчатку. — Пусто. — Но... Как же так? Неужели информация была ложной? — недоумевал Альберт. — Прочешем здесь всё.       Троица разделилась: Мелоди искала у входа, Альберт рыскал по углам, а Джозеф рассматривал середину этого просторного помещения. Им на глаза попадались лишь коробки и пауки, которые, очевидно, совсем одичали. Синие глаза мастера по технике упали на какие-то документы. Внимательно прочитав содержимое, Робертсон порвал один из них. Зато другой листок... — Ничего себе... Ребят, идите сюда! — воскликнул Джозеф, держа в руках пожелтевший от времени листок А4. — Нашёл что-то? — подбежала к нему девушка, заметив на руке парня яркие золотые часы, сделанные в Швейцарии. — Что такое? — подошёл Альберт. — Что это за листок? — Это список предателей... Но... К чему он? О, я свой увидел номерок. — А на обратной стороне? — взяв лист в свои руки, Альберт начал читать вслух. — "Найти всех по базе мира и узнать местоположения. Объявить в международный розыск. При нахождении отнять всё принадлежащее и привести в ближайшее отделение полиции. Достигнуть приговора смерти" ... Мда. Джозеф, ты в списке приговорённых к казни... — Уроды... — прошипела Мел со всей злостью. — Международный розыск?.. Серьёзно?! Почему они разбираются с такой мелочью?! — Зато мы теперь знаем, что полиция хотя бы что-то делает, — с равнодушием проговорил Джозеф, порвав листок на мелкие кусочки. — Как они казнят людей? — спросила монотонно голубоглазая девушка, посмотрев на Альберта. — Всегда по-разному. Обычно... Расстрел. — Сталинские времена решили вспомнить? — В нашей стране ещё гуманно. А вот в Азербайджане... — вспомнив то ужасное зрелище, Альберт передёрнулся. — Ладно, уходим отсюда. Здесь нет ничего интересного... Мы просто теряем время. — Разрушим это место, — предложила Мел, ухмыляясь. — Взорвём его? — Ты с ума сошла? Зачем? — удивлённо спросил Джозеф. — Мы ведь привлечём внимание. — Именно его нам и не хватает. Пора бы уже доказать им, что народ настроен решительно. — Полностью поддерживаю идею девчонки, — неожиданно в дверях появилась Шилен, держа в руках чёрный вместительный рюкзак, на котором был прикреплён значок со знаком Германии. — Всё-таки решила присоединиться к бесперспективным? — съязвил Робертсон, скрестив руки. — А ты против, Джо? Я от своих слов не отказываюсь. Я буду с вами ровно столько, сколько будет мне удобно. Тем более... Мне не хватает адреналина в жизни. Итак. Я вам помогу сбомбить этот склад нахрен! — Наконец-таки! — воскликнула радостно блондинка, удивив всех троих. — Ой, простите... Я это вслух? Просто я устала быть единственной в мужской компании... — А чем это тебя не устраивает? По мне, Альберт и Джозеф — очень горячие парни. Разве я не права? — Вообще-таки... Мы вас слышим, девушки, — пробубнил Альберт, недоумевая над поведением Мел и Шилен. — На это и расчёт, — подмигнув другу, Кроус подошла к Шилен. — Когда будем взрывать? — Ночью. А сейчас... Прошу за мной. Я вам кое-кого покажу. Он поможет, можете мне верить. — С чего бы нам тебе доверять? — спросил Джозеф, посмотрев тускло на девушку. — Недавно ты нас посылала. — А у вас нет другого выбора, голубчик. За мной~       Шилен уверенно зашагала по тропинке, ведущей прямо в город, который казался сегодня излишне серым. Некогда прекрасный Питер превратился в зону военных переговоров. Здесь редко были перестрелки (за исключением террористических атак) , здесь не было никаких сильных волнений, но и жизни здесь не было. Узкие улочки стали ещё уже, тихая река Нева стала ещё более холоднее. Скольких людей она в себе похоронила? Сколько крови в ней было?

***

***       Поднявшись на 8 этаж очередного серого здания, группа увидела перед собой длинные и пустые коридоры. Весь этот интерьер напоминал типичный офис. — Нам сюда, — открыв дверь из красного дерева, Шилен пропустила ребят. Их встретил статный мужчина, одетый в отглаженный смокинг, который очень громко говорил по телефону. — Мне срать, что у тебя появились проблемы с транспортировкой. Ты считаешь, что меня это должно касаться?! Ты кем вообще меня считаешь, идиот с Рублёвки?! Слушай, если не хочешь, чтобы к тебе домой заявились милые люди, то сделай всё в чистом виде. И не смей звонить мне по пустякам! — швырнув свой мобильник, мужчина, волосы которого были цвета спелого мандарина, матернулся. — Мы помешаем, Стас? — Шилен! — удивился мужчина, встав со своего кожаного кресла. — Сколько лет, сколько зим! — Мы с тобой недавно созванивались. Буквально только что... — равнодушно обняв вмиг подобревшего "монстра" , проговорила немка. — Да, но виделись-то мы с тобой давно. Ну-с... Как я понимаю, это и есть твои мятежники. — Не мои, но... Да. Ребята, знакомьтесь. Это Стас Ковальчук, известный бизнесмен. — Приятно познакомиться, — пожав руки каждому, он даже не дал тем представиться. — Шилен мне рассказала о ваших идеях. Признаться честно, я отношусь ко всяким демонстрациям отрицательно, ибо это лишняя трата денег... — Мы не демонстранты. Мы мятежники, Стас, — сказал Альберт, изучая глазами его кабинет. Стены были заклеены типичными "бабушкины" обоями и документами о заслугах компании, в которой работал бизнесмен. Вся мебель: рабочий стол, шкаф, полки с книгами, — всё это было сделано из качественного красного дерева. Меж полок с книгами стояла рамка с какой-то фотографией. Очевидно, это был сам Стас со своей женой. — Называйте себя как вам угодно... Но я не особо понимаю, чем я могу вам помочь, Шилен. Точнее... Вы могли бы оставить нас наедине? — спросил Стас, посмотрев на троицу. — Хорошо, — ответила за мальчишек Мелоди, взяв их за руки и выведя из кабинета. — Шилен... Ты действительно этого хочешь? Ты хочешь бросить всё то, что дало тебе жизнь? — Стас, пожалуйста, без этих бесед. Я решила. И... Дало жизнь? Ты серьёзно? Всё, что меня окружает... Это, по-твоему, жизнь? Господи, не обманывай меня. — Что такого плохого в твоей жизни? — Если бы у меня был выбор, то я вряд ли бы встала на путь мафии! — достаточно громко заявила шатенка, отвернувшись от мужчины. — Тихо ты, не ори... — шикнул Ковальчук, прокашлявшись. — Понял я, понял. Но ты, наверняка, понимаешь, что у нас так просто не заканчивают... — Понимаю. Я тебе сколько раз помогла? Да я всегда вас вытягивала. Думаю, на такую малейшую помощь, как выезд из страны, я могу рассчитывать. — Можешь, — токсично и без эмоций ответил Стас, пригласив троицу обратно. — Прошу. Мы поговорили. — Мне кажется, что не стоило их одних оставлять, Мел, — пробубнил Джозеф, ковыряя дырку в стене. — Это партнёр Шилен, её знакомый. Думаю, они могут побыть наедине. — Не верю я им. По крайней мере, этому Стасу... Чересчур он был приветлив с незнакомцами. Вообще, всё идёт слишком шоколадно. — Я согласен с Джозефом. Надо держать пушки наготове, — согласился блондин, скрестив руки на груди. — Да и... Печать на документах... На одном из них фальшивка. — С чего ты взял? — удивилась девушка. — Линии чересчур тонкие. Это характерно для печатей 50-ых годов нашего века, но не для нашего времени. Да и... — Как ты это смог разглядеть? — продолжала удивляться Мел, приближаясь к Новикову. Она пристально смотрела на его правый глаз. — Ты ведь даже не подходил к ним. — Я — снайпер, — кратко ответил Альберт, убрав взгляд с голубых глаз девушки. — Я обязан видеть то, чего обычный глаз не видит. — Ну-ну, — улыбнулась девушка, хмыкнув. — Прошу. Мы поговорили, — отвлёк компанию Стас. — Итак... Куда именно вы хотите отправиться? — спросил бизнесмен, крутясь на своём кожаном кресле. — Мы прям так сразу определиться не сможем, Стас. Нам нужно обдумать всё, — сказал Альберт. — Но определённо это должна быть Европа. — Почему именно она? — возразила Этман, жуя жвачку с арбузом. — По мне, надо сразу в Америку. — Шилен, я вам золотых гор не обещал, — ответил ей Ковальчук. — А мне кажется, мы должны отправиться на Восток. Япония и Корея, — сказал Джозеф, разглядывая теперь каждый документ. — Ты с ума сошёл? В Японии сейчас идут самые ожесточённые бои, там бомбят население. — Именно поэтому, Шилен, туда легко пробраться в виде военных. И в Японии у людей другой менталитет, скажем так. Мне кажется, там нас ждёт больший успех, нежели чем в Европе или Америке. Да и... Не доросли мы ещё до Запада. — Сказал американец, — пошутила Мел. — Но я поддерживаю Джозефа. И даже не в Японии, хоть я и обожаю эту страну. — Почему? — спросил Альберт, улыбаясь. — Люди лучше, чем во многих странах. Да и культура намного богаче. Но не в этом дело... Мне нужна Корея. Точнее, нам нужна Корея. А если быть ещё точнее, то нам нужен человек, который на данный момент проживает в Сеуле. — И чем же он нам поможет? — Это инженер, Шилен. Безусловно, Джозеф силён в области физики и техники, но тот человек работает немного в другом направлении. Он господствует над телами. — Что ты имеешь в виду? — не понял Робертсон, посмотрев на Мелоди удивлёнными сапфировыми глазами. — Проще говоря, он лучший биотехник, которого я знаю, — сказав это, голубоглазая привлекла на себя внимание Новикова, который недоумённо посмотрел на неё. Было такое ощущение, что он знал, о ком говорит девушка. — Можете мне поверить, он — мастер своего дела. — Для чего он вам? — поинтересовался Стас. — Пха, серьёзно? А если кто-то из нас потеряет ногу? Оторвёт руку? Лишится глаза, уха или какого-то органа? Я вам здесь не помогу. — Ты? — Я собиралась быть врачом, но война изменила мои цели. А тот человек... Можете мне поверить, он очень качественно подходит к своей работе. Так что, я думаю, что всё решено. За Азию больше голосов, нежели чем за Европу или Америку. — Биотехник — единственная причина? Не вижу смысла ехать в Японию или Корею лишь из-за него, — заявил снайпер, фыркнув. — Мастеров полно и в других странах. — Там не только эта причина, — возразил Джозеф. — Во-первых, оружие в Азии в несколько раз эффективнее нашего. Во-вторых, ресурсов для одного моего проекта там намного больше. Альберт, тебя должно это интересовать больше остальных. Ну а в-третьих... Там есть мой один знакомый. Он военный. Первоклассный воин, стреляет, не промахиваясь. Нам нужны связи в армии, тем более иностранной. Этого достаточно? — Значит, едем в Японию... — со вздохом проговорила Шилен. — Стас, обеспечишь нам поездку? — Хм... Дай-ка мне подумать... Позвольте мне кое-кому позвонить... Пока сделайте себе кофе, чай. Чувствуйте себя как дома, — взяв другой телефон, Стас вышел из кабинета, оставив группу наедине. — Ты его давно знаешь? — спросил Альберт у немки, которая шагала по кабинету. — На протяжении 4-х лет. Он скользкий тип, но меня не подведёт. Кишка тонка. Кто-нибудь будет кофе? — Ich Liebe Tee* . — Ну а мальчики? Будете кофе? — Нет, спасибо, — ответили оба, о чём-то переговариваясь. — Шилен, спасибо, что помогаешь нам, — подошла к подруге 555. — Не благодари. Я это делаю прежде всего для себя. Надеюсь, наш план в силе? — наслаждаясь горячим кофе, Этман перевела свой взгляд с кружки на Мел. — Безусловно. У тебя есть динамит?~ — Лучше. У меня есть бомба мгновенного действия. Редкая вещица, но у меня таких полно. Всё на том складе. — Мы с тобой точно подружимся, — ухмыляясь, пролепетала семнадцатилетняя. — Кхм-кхм... — в кабинет зашёл бизнесмен. — Итак. Завтра в 2 часа ночи отсюда будет отправляться военный поезд. Следует он до Хабаровска. Там вас встретит один мой знакомый, его зовут Сундзё Коньха. Он очень слабо говорить по-русски, поэтому вам придётся самим ему всё объяснять. Вот его контактный телефон, — отдав бумажку с номером Этман, Стас перевёл дыхание. — Военный поезд? Он что, будет перевозить оружие? — поинтересовался Джозеф. — И да, и нет. Вы будете ехать с военными. Поэтому вам надо как-то разобраться с формой... И, безусловно, запастись новыми электронными паспортами. Точнее, карточками. — Я с этим мгновенно разберусь, можете мне верить, — усмехнулась шатенка, допив свой кофе. — Но Стас, сколько займёт по времени дорога? — Учитывая, что в Японии затруднённая ситуация вследствие бомбардировок и штурмов, то... 3 дня максимум. — Мы что, на скоростном поедем? Класс! — воодушевилась Мел-Мел. — Значит, нам нужно: запастись новыми паспортами, найти военную форму, сбомбить к чертям склад и... Не проспать. Всё просто. — Легче сказать, чем... Постой, что ты сказала? Какой склад сбомбить? — удивился Стас, пятясь от девушки подальше. — А... Это так, мысли вслух~ — Шилен, о чём она? — Стас, она немного сумасшедшая, что ты хотел? Успокойся, всё будет тихо и мирно со складами. Ну, почти, — ехидно смеясь, Шилен игриво посмотрела на Кроус. Та ей подмигнула. — Ладно... Это уже не мои заботы, — откашлявшись, Ковальчук отдал маленькие чипы. — Это — ваши пропуска на поезд. Вам придётся их проглотить. Не волнуйтесь, за день они растворятся. — Да... Нам ещё не хватало всякую дрянь глотать, — высказал своё мнение Джозеф. — Но спасибо, Стас. А что будет, если мы... Спалимся? — В лучшем случае убьют. — Кратко и по существу. Спасибо, — с иронией проговорил Робертсон. — Тогда... Нам можно идти? — Я ещё здесь останусь, ребят. Надо всё обговорить со Стасом ещё раз. А вы идите к больнице. Я вас догоню, — проговорила Этман.       Попрощавшись с бизнесменом, троица вышла из его душного кабинета. Направляясь к больнице, Мел внимательно смотрела на Джозефа, который был чем-то расстроен. Он всегда ходил чернее тучи, но сейчас это было особо заметно. — Не нравится мне всё это... — пробубнил Альберт. — По мне, лучше ехать в Европу. — Почему ты так решил, Альберт? — спросила с интересом голубоглазая, продолжая рассматривать инженера-физика. — Потому что... В Европе ситуация более спокойная, чем в Азии. Да и с Европой мы больше контактируем, нежели чем с Японией. Взять, к примеру... — Ты прав, но зато мы можем не бояться наших номеров. Ведь из Азии у нас ещё никого нет. Но... Это единственная причина, почему ты не хочешь ехать на Восток? — Есть одна причина, которая меня заставляет туда поехать... Но... Забудь, — закончил разговор Новиков с грустью в голосе. Мелоди, хмыкнув, решила просто помолчать и насладиться тишиной города.

Mein Gott (немецкий) — Боже мой; Maul — Заткнись; Mist — Проклятье; Ich Liebe Tee — Я предпочитаю чай.