Что же будет во время апокалипсиса?

Вернувшись к Альберту, Робертсон и Кроус были подавлены. — Убили? — спросил шёпотом у инженера снайпер. Тот незаметно кивнул. Новиков поник, но на войне без жертв нельзя. На то это и война. — Как нам открыть этот чёртов склад? — спросила Кроус тихим голосом, полностью потеряв эмоции. — Неизвестно. Здесь же очень много различных символов. Нам не хватит ни знаний, ни умений. Да и вдруг этот замок блокируется после одной неудачной попытки? А сбомбить его невозможно, это очень твёрдый металл. Лишь особое оружие способно проделать несколько дырочек. А у нас такого пока что не имеется. — Пока что? — переспросила голубоглазая. Робертсон и Новиков переглянулись. — Не хочу раскрывать козыри. Узнаешь, коли нам материалы позволят сделать кое-что, — с интригой сказал Джозеф, подмигнув своему другу-снайперу. Тот улыбнулся. — Допустим. Но нам нужно его открыть. Лишние оружие и запчасти всегда понадобятся, особенно учитывая то, что нам нужно уезжать заграницу. — Заграницу? Только не говори, что у тебя в план входит распространить свою идею революции по всему миру, — с удивлением проговорил инженер. — Это весьма... Проблематично. — Именно такой план у меня и был... Одного населения России недостаточно, чтобы перевернуть мировоззрение «высшего» слоя общества. Но пока не об этом. Как. Нам. Открыть. Этот. Сейф? В ответ последовала тишина. Блондинка громко вздохнула и решила это оставить парням. Подойдя к мёртвым «снайперам», Мелоди поникла. «Рикки… Ты же всегда говорил мне, что не предашь меня... Ты ненавидел наркотики... Почему ты со мной не связался?.. Я бы помогла тебе!.. Я бы помогла тебе...», — думала со слезами на глазах о своём погибшем друге шпионка. Но её мыслям помешал устрашающий звук. Звук вертолёта. — Это что, вертолёт?.. — с шоком спросил Альберт. Люди боялись вертолётов. Каждую среду, (а сегодня среда) прилетали люди в чёрных костюмах с устрашающими масками и стреляли по всему, что видели. И впервые это был не «подарок» от «вышки». Это была террористическая организация «Live=Evil» , которая была почти в каждой стране. Их, сколько с ними ни сражались, не смог никто победить. Поэтому люди сдались, они начали просто опасаться такого дня недели, как среда. План этой организации был таков: чем меньше людей будет, тем меньше смысла будет в войне. Скажем так, «спасатели Малибу». — Только не они... — Джозеф уже приготовил пистолет, но того остановил снайпер. — Если только попаду, так это я. Но мы на открытой местности, блет! К ним прибежала Мелоди. У всех в глазах недоумение: куда бежать? Троица явно видна на этой территории, а эти «спасатели» стреляют по всему, что кажется на их взгляд живым и неживым. — Там была дорога... К заброшенной больнице... Мы можем там спрятаться! — неожиданно вспомнила шпионка. — Тогда бежим. Быстро! Троица побежала в сторону той самой дороги, на которой недавно погиб Рик Уличный. Остановившись рядом с его телом, Мелоди с грустью на него посмотрела. Неужели она могла оставить его на расстрел этих террористов? — Мы должны взять его... Они же его тоже расстреляют!.. — Мелоди, ты что, с ума сошла?! — хором воскликнули мужчины, тоже остановившись. А звуки вертолёта были всё ближе. — Я обязана взять его с собой!.. — у девушки случился приступ панической атаки. — Мелоди, он уже мёртв! — подбежав к девчонке, 114 взял резко её за руку и побежал уже вместе с ней в сторону больницы. — Нет... Они же ничего не оставят от него!.. — девушка пыталась вырваться, но это было бесполезно. Наконец они добежали до этой больницы. Заросшая мхом и плесенью, наполовину развалившаяся лечебница, направленная на лечение людей, болеющих онкологией и туберкулёзом, была открыта. Точнее, входной двери там даже не было. Спрятавшись в одном из кабинетов, троица затихла. Вертолёт приблизился к побитому зданию и начал стрелять: мало ли там есть живые. Повыбивав последние стёкла, транспорт улетел дальше. Аккуратно посмотрев из окна, Новиков сказал: — Улетели... Нужно было подстрелить их пилота. Стало бы их хотя бы немного меньше... Никто не ранен? — Нет... — проговорил за обоих Джозеф. А потом он обернулся к девушке. Та явно была в панике, отчаянии. — Я не должна была его оставлять... Я не должна была его оставлять... Я не должна была... И тут её резко за плечи схватили оба парня, прижав ту к полу. Зачем? Да чтобы голубоглазая смогла увидеть и услышать их наконец-таки. — Мелоди, твои действия имеют последствия! Мы чуть не погибли из-за тебя! — кричал Альберт на подругу. — Он уже мёртв, Мелоди! Он давно был мёртв! Давно! Ты бы не спасла бы его! Не спасла бы! Зато бы себя и нас угробила! Не жалей умерших, Мелоди! — подхватил криком Джозеф, крепко держа девушку за плечи. Та слушала их с широко открытыми глазами. Просто слушала и молчала. А когда же мужчины освободили её, она посмотрела на них с грустью и чувством вины. — Вы правы... Я проявила слабость. Рикки не хотел бы, чтобы я умерла... Наверное... — громко вздохнув, девушка упала вниз головой в свои колени. Она не хотела, чтобы парни видели её слёзы. Хотя их и не было. — Мы понимаем, что ты чувствуешь... Нужен рядом близкий человек... Мы тебя не бросим, Мелоди. Я клянусь, — воскликнул Джозеф. — Я сам чувствовал это, когда потерял Лили... Я клянусь, что не брошу тебя. Мелоди посмотрела на друзей. Её голубые глаза были наполнены и отчаянием, и радостью. — Я тоже клянусь... Наконец-таки улыбнувшись, Мелоди и ребята принялись осматривать это здание. — «Флюорография»... — прочитал Новиков стёртую табличку на единственной уцелевшей двери. Троица зашла в этот кабинет. Пахло сыростью и трупами. — Здесь не очень приятно находиться... — Соглашусь, Джозеф, — настороженно сказал Альберт, изучая каждую деталь в этом большом кабинете. На полу лежали рентгены самых разных людей с разными заболеваниями лёгких: то ли это рак, то ли просто прокуренные лёгкие, то ли воспаление. Самое разное. Кроус остановилась у шкафчика с замком. Разбив стекло, девушка протянула руку и открыла его изнутри. — Ящик с лекарствами... Здесь 5 лекарств... — к шпионке подошли её друзья и стали рассматривать каждое лекарство. — На этом срок годности истёк ещё до войны... Интересно, как давно она закрылась? — спросил Альберт. — Предполагаю, что незадолго до 2060 года... В этом срок годности истёк в 2061, — ответил предположением инженер, поставив обратно лекарство. — Здесь кто-то был... — неожиданно сказала голубоглазая. — У этого лекарства срок годности истёк в прошлом году... — И что? — недоумённо спросил снайпер, взяв из рук у девочки тюбик с таблетками. — А это значит, что в этой лечебнице были не только мы. Может быть, здесь ещё кто-то есть! — Мелоди, может быть, врачи просто купили лекарства с долгим сроком годности. Видишь, его издали до войны, — опровергнул теорию подруги снайпер. — Всё равно. У меня есть такое ощущение, что мы здесь не одни... — Кажется, она сходит с ума... — в шутку прошептал инженер. — Давно уже сошла, — подхватив шутку, ответила Кроус, подмигнув парню. Он не понял, радоваться ли или насторожиться от такого заявления. Позже троица исследовала весь первый этаж. Остался второй и подвал. — Меня тянет в подвал. Может, туда и пойдём? — спросила девушка. — Мне кажется, лучше сначала обследовать второй этаж. В подвале могут быть трупы, — предположил бывший фотограф, поднимаясь по полуразбитой лестнице. — Она не очень крепкая... — Поэтому давайте лучше не пойдём. А то ещё подохнем, упав с неё... — с осторожностью проговорила Кроус, оставаясь на первом этаже. И она была права. Сделав ещё один шаг, Альберт разломал ступеньку на кусочки. — Мда… — быстро спустившись, снайпер стоял в недоумении. Уже спустя секунду вся лестница сломалась. — Кхе… Кхе… Ну, что я говорила... — откашлявшись от поднятой пыли, оценила ситуацию шпионка. — Попадём туда лишь через улицу. Я уверен, там есть что-то полезное — сказал Робертсон. — Мелоди, мы тебя подсадим на руки и подкинем до окна. Думаю, ты схватишься, — сказал Альберт, поспешив к выходу. Ловко ухватившись за что-то наподобие подоконника, Кроус легко проникла на второй этаж. — Поищи там лестницу. Мы тебя будем здесь прикрывать, — крикнул девушке инженер. — Оке-ей. Мелоди начала медленно и настороженно бродить по заброшенной больнице. Второй этаж был не менее ужасен, чем первый. Зелёные стены уже наполовину разломались, потолок то и дело сыпался, пол страшно скрипел. Где-то пробегали крысы. — М-да, жутко... — прошептала Мелоди, изучая каждую пылинку. Она остановилась у полуоткрытого кабинета операционной. Предположительно здесь удаляли только появившиеся опухоли. Аккуратно открыв дверь, девушка мышкой проникла в кабинет. На тумбочках стояли разные медицинские инструменты, лекарства. И тут девушку привлекла простыня, которая что-то прикрывала. Взяв тут же пистолет, шпионка настороженно сняла её и увидела... Труп. — Господи... — с лёгким испугом прошептала Кроус. — Я надеюсь, здесь нет зомби... А то тогда бы был настоящий пирог... Третья Мировая, вдобавок ожившие мертвецы... Опустив пистолет, Мелоди осмотрела трупа. Это был мужчина сорока лет, некогда был женатым. — Извини... Но мне нужно тебя осмотреть... — аккуратно ощупав его, Кроус осталась ни с чем. На миг шпионка снова вспомнила своего недавно погибшего друга, но она мигом прогнала эти мысли. — Кроус, ты видела смерть на своих глазах много раз. Хватит постоянно на это так реагировать... Парни правы, я могу таким образом убить нас. Покинув этот кабинет, Кроус уже бегло осматривала этаж. Она была готова уже уходить, но вдруг на полу рядом с недавно разломившейся лестницей девушка нашла открытый тюбик. В нём отсутствовала половина таблеток. — Срок годности... Ещё не истёк!.. А издали... В позапрошлом году!.. «Hope»... «Надежда»... Это немецкие таблетки!.. Одна из самых дорогих фирм, «Gesundheit» (с немецкого: здоровье). Это же... Таблетки от депрессии... Но ведь понятно даже дураку, что это не помогает, а лишь усугубляет... Конечно, они действуют, но лишь на некоторое время... Это же хуже наркотиков... На всякий случай голубоглазая взяла лекарство с собой. Ловко спрыгнув из окна, Кроус удивила парней. — Ты не нашла лестницу?.. — спросил Новиков. — Честно? Даже не искала. — Почему я не удивлён... — со вздохом проговорил Робертсон. — Нашла что-нибудь? — Ну-у... В операционной лежал труп мужчины. У него ничего полезного не было. Зато около лестницы... — Кроус показала им наполовину пустой тюбик. — Я же говорила, что здесь кто-то есть. Это антидепрессанты. Мощное, но не самое полезное, я бы сказала, очень вредное лекарство. Срок годности ещё не истёк. Издали в позапрошлом году. — Как ты поняла, что это таблетки от депрессии? — с удивлением воскликнул Робертсон. — Здесь же всё на немецком! — Школьный уровень, да и знакома с этими таблетками. — Сама принимала? — с подозрением спросил инженер. — Нет. Приходилось видеть. И вообще, что это за допрос? Ты в прошлом следователем был, что ли? — Не угадала. Я всю жизнь механиком и инженером работал. Просто интересуюсь. Закатив глаза, Мелоди решила поменять тему разговора: — Ну что? Теперь в подвал? — Ты это с таким энтузиазмом говоришь... — пробубнил Альберт. — Но да. В подвал! — Юху! — радостно воскликнула девчонка. — Чему ты так радуешься? — спросил Джозеф у подруги, заходя обратно в больницу. — Не поймите неправильно. Просто вся эта атмосфера, всё это помещение... Да это же отличный сценарий для фильма в жанре «ужасы»! В детстве я мечтала стать актрисой. Ну, в возрасте пяти лет. — Мне кажется, мы уже давно являемся персонажами этого фильма. Вся наша жизнь — сплошной ужас. Ну, по крайней мере, во время этой чёртовой войны, — серьёзно сказал снайпер, пытаясь найти вход в подвал. — Соглашусь, — хором сказали Джозеф и Мелоди. Наконец спустя 15 минут троица нашла лестницу, которая уходила глубоко вниз. Оттуда веяло холодом и страхом. — Ну-с! Пошли! — хотела уже рвануть туда девушка, но её остановил Джозеф. — Давай уж лучше первый я. — Ты что, волнуешься за меня, Джозеф? — с ухмылкой спросила Кроус, пропустив друга. Тот, закатив глаза, аккуратно пошёл вперёд, крепко держа в руках пистолет. Мелоди шла вторая, Альберт замыкал. И вот, открыв дверь (которая была не закрытой, что удивило троицу), они увидели, что перед ними открылось огромное помещение. — Ничего себе!.. — воскликнула громко голубоглазая, создав эффект эха. — Это же огромный склад!.. Я думала, что здесь будет ещё минимум 3 кабинета, а здесь сплошной зал... — Я ожидал здесь увидеть морг, — с облегчением проговорил Новиков, показав жестом, чтобы троица разделилась. Каждый из них изучал каждый сантиметр этого холодного и пугающего зала. Здесь не было абсолютно ничего. Ни оружия, ни одежды, ничего, что говорило бы о присутствии человека. Лишь огромные коробки. — Даже печально стало, что здесь не было ничего интересного... — с поникшей интонацией сказала Кроус, обратив внимание на себя своих друзей. — Соглашусь. Я ожидал от подвала... Не знаю, ужасов, что ли, — ответил Робертсон. — Пошли? — проговорила Мелоди. Но она не дождалась от ребят ответа, потому что неожиданно её схватили за горло из-за спины и начали душить. Мужчины, заметив это, сразу достали пистолет и пытались целиться в человека, который был прикрыт капюшоном обычной серой толстовки. — Кто вы такие?! — со злобой проговорил женский голос. — Отвали от меня! — резко ударив ногой по колену, Мелоди освободилась от хватки, но это незнакомку не остановило. Та начала бить наёмную убийцу кулаками. Ловко уворачиваясь, Мелоди отвечала тем же. Видно было сразу, что нападавшая хорошо владеет ближним боем. Ударив ногой Мелоди по лицу, таинственная заставила ту упасть на пол. — Повторю свой вопрос! Кто вы... — не успела договорить нападавшая, как в её сторону влетел выстрел. Джозеф не целился в неё, он лишь хотел отвлечь. И он отвлёк. Кроус ловко провернула ногой трюк, заставив нападавшую также упасть. Быстро встав, обе девушки снова вцепились друг в друга. И вот таинственная взяла руки голубоглазой в «мёртвую» хватку. — Не дождёшься! — совсем не чувствуя поистине адской боли, Мелоди ловко вырвала руки, при этом ещё и ударив по лицу локтем эту девушку. Снова уронив ту на пол, Кроус мгновенно достала пистолет и прицелилась в голову, как и девушка. Наконец они смогли увидеть её лицо. Перед взором троицы лежала привлекательная шатенка с серо-бирюзовыми глазами. Цвет её кожи был почти похож на снег, но особое внимание привлекала левая часть лица. Она будто онемела. И именно из левого уголка губы шла кровь. Ловкий удар шпионки давал о себе знать. Но и эта таинственная оставила след на лице у Мелоди. Из правой брови шпионки текла струёй кровь. — Мелоди, ты в порядке? — спросил Альберт, чётко настроив свою винтовку. Его прицел — голова этой девушки. — Двинешься хоть раз, твой череп раздробится пополам, незнакомка. — У тебя удивительная хватка, — с восторгом проговорила наёмная убийца, вызвав недоумение на лицах парней. — А меня удивило, что ты, во-первых, не ощутила боли. А во-вторых, как ты из неё вырвалась... Это ведь почти невозможно! — не менее восторженно воскликнула девушка, пропустив мимо ушей угрозу снайпера. — Но я повторю вопрос: кто вы?! — Такой же вопрос и у нас, — со злостью проговорил Джозеф, подойдя к лежачей. Он тоже держал прицел на ней. — Господи, это лишнее. Я просто защищала свою территорию, — уже менее уверенно держав пистолет Glock 17, девушка посмотрела на троицу. — Не боишься, что мы тебя пристрелим? Тебе бы увереннее держать свой австрийский пистолет, — с подозрением сказал Альберт, всё ещё держа палец на курке. — Хотели бы, давно бы пристрелили. Верно? Прости, что ударила. Я подумала, что вы — эти чокнутые террики. — Ничего. Ведь ты правда защищала свою территорию. И ты прости за удар. Мы не причиним тебе вреда, — убрав пистолет, Кроус подала руку лежачей. Та приняла помощь и ловко встала на ноги, но своё оружие она не торопилась убирать. Поняв, что эта таинственная не очень опасна, мужчины тоже убрали свои орудия. — Ну-с? Так кто вы? — осматривала всех незнакомка. — Скажем так, группа мя… — начала говорить семнадцатилетняя, но её прервал Новиков. — Ты собираешься всем говорить наш план? — прошипел тот. — Но она не опасна. Ты видел её хватку? Она в ближнем бою просто ас! — Что верно, то верно, — медленно проговорила нападавшая. — Раз вы первые не представляетесь, то позвольте мне это сделать. Шилен Этман! — Так вот почему ты так медленно говоришь... Ты родом из Германии, — предположил снайпер. — Верно! Просто дабы мой акцент был меньше заметен, я медленно разговариваю. Да и знаете, ваш русский тяжёлый! — Ха! Ну, да. Это тебе не английский, Freundin (с немецкого: подруга), — с энтузиазмом воскликнула шпионка. — Вау! У тебя шикарно получается! Но хуже, чем у немки, Freundin, — подмигнув девушке, проговорила Шилен — Я услышу ваши имена или нет? — Конечно. Я — Мелоди Кроус. — Я — Альберт Новиков. — Ну а меня звать Джозеф Робертсон. — Мелоди, Альберт и Джозеф... Да мы здесь все, что ли, в этом зале не из России? — Это не имеет значения. Что ты делаешь в этом зале? — подозрительно спросил инженер, скрестив руки у груди. — Успокойся, Джо. — сократив имя механика, проговорила девушка. — Я здесь, скажем так, скрываюсь. Это моё логово. Ну а вы что здесь делаете? — Может быть, ты уже уберёшь пистолет? — недоверчиво спросил бывший фотограф. — Это что, приказ? Успокойся, Ал, я редко из этой крошки стреляю. Мне более подвластны оружия холодного типа. Ну, мечи, катаны, ножи, топоры, пилы... — А поток ненужных объяснений ты способна остановить? — съязвил Джозеф, заставив немку нахмуриться. — Ну, естественно — закатив глаза, Шилен всё же убрала пистолет за пазуху. — Итак... Что же вы здесь забыли? В больнице, я имею в виду. — На самом деле, мы скрывались так же, как и ты. От этих вертолётов. Ну, ещё мы надеялись здесь найти продовольствие в виде оружия и лекарств. Единственное, что мы нашли, это антидепрессанты, — ответила на вопрос шпионка. — А, это мои. Я их на втором этаже потеряла. Знатная дрянь. — Тогда зачем пользовалась? — подозрительно осматривая Этман, спросил Робертсон. — Знаешь ли, в такое время не проживёшь без таблеток, особенно с моей работой. — А кем ты работаешь? — с интересом спросил Альберт. — Я похожа на ту, которая рассказывает незнакомцам то, что знать им не нужно? — Нет. — Вот и славно. А что вы забыли в Питере? — Совсем неподалёку есть склад с большим количеством новых оружий. Нам бы хотелось его открыть, — продолжил разговор Новиков. — Так кто мешает? — не понимая, спросила Шилен. — Ты видела замок? Если его подбирать, то чисто по законам математики наша возможность будет равна 0,0001% . Там слишком много вариантов. — А... Ну, тогда вы обратились по адресу, — с ухмылкой на лице проговорила Шилен. — Я знаю пароль. — Ты сейчас не врёшь? — восторженно проговорила Кроус. — Но какой тебе будет прок от того, что ты нам откроешь склад? — Ну, я совершенно случайно узнала пароль. Скажем так, у меня есть связи в этом городе. А этот склад — настоящая жемчужина для войск этой страны. И всех, кто с ней по договору сотрудничает. Я очень хочу услышать по радио, в котором будет говориться что-то вроде этого: «Склад 068G3 был зверски ограблен! Неизвестные своровали энное количество оружия, что повлекло спад статистики!». Я мечтаю услышать в их голосе недоумение и явный испуг. Ибо я ненавижу их! — на местоимении «их» Шилен указала пальцем вверх. — Тоже не терпишь вышки? — с ухмылкой спросила семнадцатилетняя. — Не терпишь? Не-е, подруга, я их ненавижу. Эта война... Любой идиот понимал, что в этой войне не будет ветеранов, не будет ни победителей, ни проигравших. Но нет, им, «высшим слоям общества», нужно посмотреть, как воины на этой арене под названием «Планета Земля» сражаются насмерть. Им нужно посмотреть, на что люди готовы пойти, дабы выжить. Им нужно шоу! И я им устрою шоу... Рано или поздно... Но настанет час, когда люди перестанут терпеть это... «Денег нет, но вы живите», — сказал однажды какой-то немецкий чиновник. Lüge (с немецкого: ложь)! После этого заявления урезали пенсии, зарплаты, запретили ввозить определённое количество лекарств, мол, «экономия»... Да пошли они! Ficken! (с немецкого: нахрен) — У тебя такие же взгляды, как и у нас, Шилен. Они давно забыли, что народ — это их способ пропитания. Хотя нет, не так. Они забыли, что народ — это люди, а не машины, которые обязаны лишь работать, — с презрением пробубнила Мелоди. — За несколько месяцев до войны к нам обратился президент. Он сказал, что из-за нехватки денег предпринимательская деятельность в Германии прекращена, хотя именно бизнес поддерживал Германию в топе-10 самых успешных стран Европы. У-у, сколько восстаний было... Помню тот день, когда перестреляли всех... 681 человек... И лишь один остался жив... Случайным образом... — поникшим голосом проговорила знакомая. — Fuck! — Шилен… Не хочешь присоединиться к нам? — неожиданно воскликнул Джозеф. — К вам? А вы что, организация по спасению этого давно погибшего мира? — Сформулируем попроще. Мятежники, — ответил Новиков. — Неужели тоже хотите поднять восстание? Втроём? Самим не смешно? — Это лишь верхушка айсберга, — с улыбкой проговорила Кроус и начала говорить новой знакомой весь их план.